«Моя слепая зона»

Юнги закрыл за собой дверь, бросив взгляд на обоих. Они сидели на диванах, полуодетые, взлохмаченные, с отголосками недавней близости в взглядах. Он закатил глаза, будто всё это уже где-то видел, и, не скрывая усмешки, снял куртку. — Ну, я смотрю, у вас тут план минимум выполнен — согреться, склеиться и душевно отдохнуть, — он бросил куртку на спинку стула и встал у окна. — Пока я вычищал хвосты, подчищал следы и улаживал связи, вы тут, голубки, значит, любовь-морковь, свечки, рамен… — Ты закончил? — хрипло спросил Тэхён, усмехнувшись и даже не потрудившись прикрыть насмешку. — Пока нет, но могу, — Юнги обернулся, взгляд стал серьёзным. — Нам пора возвращаться в город. Чонгук оторвался от кружки с кофе. — Мы не можем туда просто так сунуться. Там уже всё не так. Нас наверняка уже считают мёртвыми… или беглыми. — Это и есть наш козырь, — сказал Юнги, усаживаясь на подоконник. — Мы возвращаемся в тени. Никаких заявлений, никакого шума. Только удары в спину. Один за другим. Тихо. Точно. Насмерть. Тэхён медленно выпрямился, расправляя плечи. Боль в ране ещё отдавалась глухо, но он уже почти не обращал внимания. — С кого начинаем? Юнги кивнул, достал папку, положил её на стол. На первой странице — фото Им Джэюля. На следующей — Квон Сынхо, второй из предателей. — Эти двое. Раньше под тобой ходили, сейчас объединились. Крышуют синтетику, людей, шантажируют тех, кто ещё остался верен тебе. Я пробил их трафик, их маршруты, точки связи. Всё в этой папке. Но действовать надо точно. Без следов. Чонгук перелистывал страницы, вчитываясь. — Убрать сразу обоих — шум. Надо по одиночке. Сперва — Джэюль. У него сейчас активные поставки. Перебить логистику, сжечь склады — и он сам прибежит искать виновных. — Именно, — Юнги кивнул. — Я уже разослал своим. 500 человек по точкам. Ждут сигнала. Тэхён встал, подошёл ближе. — Вернёмся в город. Разделимся. Ты работаешь через свою сеть, Юнги. Я с Чонгуком займусь полевым. Без шума, без засвета. Как раньше. Только теперь — втроём. Юнги ухмыльнулся. — Выглядишь как чёртов командир. Уже забыл, как недавно почти сдох? Тэхён ответил взглядом — тяжёлым, спокойным, сдержанным. — А ты забыл, кто из нас троих умеет стрелять даже с простреленной рукой? Юнги вскинул руки в притворной сдаче. — Ладно-ладно, командир. Двигаем на рассвете. Сегодняшняя ночь — последняя в тишине. Потом — только шум, только тени, только кровь. Ночь выдалась тяжелой. Несмотря на редкий покой последних дней, ни один из них не мог расслабиться полностью. Под утро Юнги окончательно определил маршрут — он знал, где и как можно незаметно вернуться в город. Их цели ждали. И времени было всё меньше. В гараже всё уже стояло наготове: оружие, документы, запасы. Чонгук проверял боекомплект, бросая быстрые взгляды на Тэхёна, который стоял у стены, притягивая бронежилет к плечу с легкой гримасой. Его рана почти зажила, но следы боли ещё не ушли. — Сильно ноет? — спросил Чонгук, держа в руках автомат. — Терпимо. Намного лучше, чем пару дней назад, — Тэхён откинул со лба волосы и усмехнулся. — К тому же… если мы не тронемся сегодня, всё пойдёт к чертям. Юнги подошёл ближе, протягивая планшет. — Джин уже в городе. У него всё под контролем: несколько объектов, которые раньше были под нами, теперь снова в игре. Он взял на себя склады и транспортные коридоры, но… есть нюанс. — Какой? — нахмурился Тэхён. — Один из складов был “прочитан”. Я отследил устройство. Кто-то из внутреннего круга ведёт наблюдение и сливает данные. Не исключено, что это кто-то из тех, кого ты лично ставил. Молчание повисло в воздухе. Тэхён тяжело выдохнул, глядя в сторону. — Надо возвращаться, — тихо сказал он. — Вернёмся в город и встряхнём этот улей. Чонгук закрыл кейс с оружием, закинул сумку на плечо. — Тогда чего мы ждём? — Сначала ты — за рулём, — Тэхён бросил ему ключи. — Юнги едет по другой линии, мы встретимся у склада №9. Джин уже там. Пусть будет наготове. Если кто-то выйдет на связь до нас — действуем по плану «Б». Юнги кивнул, пряча лицо за капюшоном. — Я заметаю следы, уезжаю через пять минут. Не светитесь, вас ещё ищут. Тэхён и Чонгук вышли через боковую дверь, ведущую к оставленной в овраге машине. Время вернуться туда, где всё началось — в город, который теперь разделён между теми, кто остался верен, и теми, кто продал всё за долю власти. Шоссе было почти пустым. Только редкие грузовики с мерцающими фарами проносились навстречу. В салоне пахло металлом и пылью, а за окнами — медленно тянулся предутренний туман. Чонгук сидел за рулём, уверенно держали руль, взгляд — сосредоточен. Он знал, что город уже не тот, каким они его оставили. — Мы почти приехали, — сказал он, мельком посмотрев в зеркало. — Если кто-то из тех уродов следит за дорогой, у нас ещё есть шанс соскочить до поворота на старый порт. — Юнги подчистил хвосты. Но я бы не расслаблялся, — тихо отозвался Тэхён, откидываясь в кресле. Он выглядел бледно, но держался, как всегда, сдержанно. Плечо его было туго перемотано, но боль больше не читалась в лице. — Как ты? — Чонгук всё-таки спросил. — Жить буду. — Тэхён повернул к нему голову, посмотрел пару секунд. — А ты? После всего… ты уверен, что хочешь идти до конца? Чонгук усмехнулся, но взгляд у него был не насмешливым — скорее усталым. — Уверенность — понятие гибкое. Но если кто-то тронет тебя сейчас — я их похороню. Без вопросов. Тихое молчание. Потом Тэхён выдохнул: — Знаешь… Я с самого начала знал, что ты не просто телохранитель. Но ты остался. И теперь — это что-то значит. — Не начинай, — Чонгук улыбнулся, но глаза у него были серьёзными. — У нас ещё город впереди, и врагов больше, чем патронов. — Зато теперь у нас есть план, — Тэхён чуть склонил голову. — И у нас есть Джин. — А у Джина всегда был чёртов дар выживать. Они оба коротко усмехнулись. Было в этой тишине что-то странно спокойное, как будто у них на пару мгновений отобрали войну и дали выдохнуть. Позади, на заднем сиденье, лежал кейс с оружием, сложенные бронежилеты и пачка карт. Чонгук сверился с GPS — метка на карте приближалась к нужной точке. Город был в пределах получаса езды. Улицы ещё спали. Но долго это не продлится. — Как въедем, едем сразу через канал, — сказал Тэхён. — Джин должен быть у склада к рассвету. — Ясно. Давай сделаем это. Впереди, над горизонтом, начинало брезжить. Новый день. Новая кровь. Новый этап. Тишина снова повисла в салоне. Город уже был ближе — знакомые контуры зданий и запах асфальта с примесью солёного ветра с южного канала. Но пока — только они вдвоём. Тэхён сидел, немного повернувшись к Чонгуку, словно хотел что-то сказать. Глаза у него были чуть прищурены — не от боли, а от усталости и чего-то невыговоренного. — Когда всё закончится, — тихо сказал он, — ты уедешь? Чонгук сжал руль, раздумывая над ответом. Он не отрывал взгляда от дороги, но его голос прозвучал чётко: — Я не знаю, что будет, когда всё закончится. Но если ты останешься… я, возможно, тоже. Тэхён усмехнулся — чуть. Как будто не ожидал, но услышать хотел. Машина медленно притормозила у обочины. До склада Джина оставалось меньше километра, но сейчас им нужно было это мгновение. Чонгук повернулся к нему, глядя прямо в глаза. — Мне нужно знать… — начал он, но не договорил. Тэхён уже потянулся вперёд, медленно, уверенно, и их лбы почти соприкоснулись. — Ты всё знаешь, — прошептал он. И поцелуй случился почти беззвучно — без лишних слов, без надрыва. Просто — тепло. Настоящее. С нажимом. С отдачей. Пальцы Тэхёна скользнули к шее Чонгука, а тот, не раздумывая, обхватил его за затылок, углубляя поцелуй. Всё, что сдерживали эти дни, вырвалось наружу — в этом тихом, но пульсирующем касании. Когда они отстранились, дыхание обоих сбилось. — Мы опаздываем, — выдохнул Чонгук, но не сразу отпустил. — Джин подождёт, — ответил Тэхён, слегка усмехаясь, и снова опёрся в кресло. Чонгук включил поворотник, и машина снова тронулась с места. Впереди их ждал город. Но теперь они ехали туда не как чужие. А как те, кто выбрал быть рядом — несмотря ни на что. Склад выглядел брошенным — ржавые ворота, выцветший бетон. Но внутри всё дышало жизнью. Камеры, датчики, охрана в тени. Это был один из старых объектов Джина, когда-то важная точка перевалки, теперь — временное убежище. Чонгук первым вышел из машины, коротко осмотрелся. Через мгновение — Тэхён. Он всё ещё прихрамывал, но держался прямо. За его спиной солнце било по асфальту. Джин появился из боковой двери, в простой чёрной футболке и с планшетом в руке. Он выглядел уставшим, но взгляд у него был острый, как всегда. — Выглядишь так, будто вышел из ада, — сказал он, подходя ближе. Тэхён усмехнулся, но без тени улыбки: — Почти так и было. — Заходите, — Джин жестом указал внутрь. Внутри пахло железом и пылью. Большой стол, несколько мониторов. На одном — карта города, на другом — лица: Им Джэюль и Квон Сынхо. Красные маркеры под именами. — Они сдали всё. Поставки, маршруты, даже внутренние коды. Я следил. Они работают на тех, кто раньше жрал с твоей ладони, Тэхён, — голос Джина был резкий. Тэхён молча смотрел на экран. — Через три часа встреча. Официально — слияние потоков через порт. Неофициально — они собрались заключить сделку и вычеркнуть твоё имя навсегда. Деньги, люди, позиции — всё на кону. Чонгук хмуро выдохнул: — Звучит слишком удобно. Как ловушка. Нас там могут ждать. — Конечно, могут, — резко сказал Джин. — Но больше шанса не будет. В одном месте, в одно время. Два гнильца под одной крышей. — Я против, — жёстко сказал Чонгук, глядя на Тэхёна. — Мы только восстановились. Ты ещё не в форме, всё может сорваться. — Ты прав, — спокойно отозвался Тэхён, — но я всё равно пойду. Чонгук поджал губы, напряжение в нём нарастало: — Ты лезешь на рожон. — Нет, — Тэхён взглянул ему в глаза. — Я иду за своим , что принадлежит мне. Или я верну себе город, или сгорю в нём. Молчание повисло между ними. Джин перевёл взгляд с одного на другого. — У нас есть план, — сказал он тише. — И люди. Я не предлагаю пойти в лоб. Но удар должен быть точный. Быстрый. Без шансов на ответ. Тэхён посмотрел на карту. — Сколько у нас времени на подготовку? — Два с половиной часа. Мы уже двигаем группы. Нужно только твоё «да». Он повернулся к Чонгуку. Тот всё ещё выглядел жёстким, но в глазах была не ярость — тревога. — Если пойдёшь — я рядом, — сказал он, тихо, но твёрдо. — Знал, — кивнул Тэхён. — Всегда знал. И они все трое снова склонились над планом, потому что время шло. Потому что война началась. Место встречи было старым заводом у черты города — бетон, ржавчина и заросшие проезды. Подъезды контролировались с семи сторон. Время — на грани сумерек. Идеальное для работы в тени. Сотни фигур рассредоточились по периметру — профессионалы, каждая пара знала свою позицию, каждый взгляд — выверенный. Их было больше двух сотен. Армия Юнги. Не просто бойцы — те, кто выбрал сторону. Тэхён и Чонгук были в машине, двигавшейся медленно вдоль восточного сектора. Юнги подъехал отдельно — он всегда держался иначе. Его внедорожник остановился со стороны северной стены. Всё шло по графику. Место встречи — большая площадка у цеха. Там уже стояли Им Джэюль, Квон Сынхо и… Чон Хосок. Хосок держался чуть в стороне, но взгляд был напряжённым. Он что-то знал. И не говорил. Чонгук и Тэхён вышли из машины. Один в тёмной рубашке, другой — в кожанке нараспашку, и с перевязанным плечом. За ними — тишина, как будто воздух затаился. Джин стоял у стены — сдержанный, сосредоточенный. Юнги вышел из тени позади. Их окружение замкнуло кольцо. Тэхён подошёл ближе. Голос — спокойно холодный: — Ну, вот вы и попались. Какая встреча. Джэюль, Сынхо. Не думал, что вы окажетесь настолько глупы, чтобы выйти против меня открыто. Им Джэюль скривился, Квон попытался что-то сказать, но Тэхён перебил: — Знаете, что хуже всего? Что вы забыли, кто вас поднял. Счётчики щёлкали на моих сделках, мои корабли таскали ваш груз, а вы — подстилки, решили убрать меня? Тишина. Тэхён шагнул вперёд: — Время платить, ребятки. — Ты слишком много начал хотеть, Тэхён, — первым отозвался Им Джэюль, усмехнувшись с лёгким презрением. — Мы пахали на тебя годами, а ты забыл, с кем делил улицы. — Ты зажрался, — добавил Квон Сынхо, прищурившись. — Нам стало невыгодно быть с тобой. Ты думал, если не лезешь в грязь, ты чище нас? Мы тебя терпели только потому, что ты был силён. Но теперь… — …теперь ты один, — подытожил Джэюль. — И мы пришли за твоим троном. Тэхён усмехнулся — коротко, почти с жалостью. — Один? — он шагнул вперёд, и в этот момент за его спиной из темноты вышли люди Юнги, обступая врагов плотным кольцом. — Вы, крысы, забыли, кто вас вырастил. Джин подошёл сбоку, сжимая оружие. Юнги — с другой стороны, без лишних слов. — Ваше время вышло. Наступила короткая тишина. Напряжение висело в воздухе, словно перед бурей. Он ещё не успел закончить фразу, как прозвучал первый выстрел. Вся площадь ожила. Люди побежали, залегли, сработали автоматы. Перестрелка вспыхнула, как пламя. Чонгук среагировал мгновенно. Оттащил Тэхёна в укрытие, дал короткие команды. Юнги с группой шёл с северного фланга. Джин отработал трёх снайперов. Всё было чётко — план работал. Им Джэюля и Квона Сынхо убрали быстро. Чисто. Два выстрела — два трупа. Без шансов на ответ. Остался Хосок. Он стоял, руки сжали пистолет. Перед ним — Тэхён и Чонгук. Пауза. Всё замедлилось. Хосок поднял оружие. Нацелился. В глазах — холод, губы дрогнули: — Ничего личного, Чонгук. Выстрел. Чонгук успел только шагнуть вперёд, прикрывая собой Тэхёна. Пуля вошла в грудь. Он отшатнулся, рухнул на колени. Тэхён поймал его прежде, чем он упал. — Нет! — прорычал он, глядя на Хосока. А тот уже пытался скрыться в панике, но снайпер Юнги успел — выстрел, и всё. Тишина вернулась так же резко, как и исчезла. А Тэхён стоял на коленях рядом с Чонгуком, зажав его грудь руками, кровь быстро растекалась по ткани. Тэхён сжал окровавленную грудь Чонгука, его пальцы дрожали, голос срывался: — Юнги! — закричал он в сторону, где должен был быть тот. — Юнги, твою мать, звони в скорую! Он ранен! Быстро! Кровь была повсюду — на его ладонях, на лице Чонгука, на холодном асфальте. — Не вздумай умирать, слышишь? — прошептал он сквозь зубы, склонившись к его лицу. — Не вздумай. Я только тебя нашёл… Издалека послышался гул машины. Кто-то уже кричал в рацию. Но для Тэхёна всё вокруг затихло. Был только Чонгук. И его неотпускающая рука.