My little sheriff

Это началось спустя год после подписания мирного соглашения с племенем Бизонов. По крайней мере так решил Сильверстар. Но на деле эти странные чувства к вождю племени в нём зародились ещё в первую встречу, когда он только взглянул на этого мужчину. Он был красивым: тёмная кожа, загоревшая по палящими лучами солнца или от природы - не известно; чёрные глаза, в которые достаточно было задержаться на мгновение и утонуть навечно; мягкая улыбка, которой он одаривал своих соплеменников и которой одарил самого шерифа после подписания договора. Он был высоким. Даже будучи одним из самых высоких кемономими в Эппллузе шериф чувствовал себя ужасно маленьким рядом с этим мужчиной. Сильверстару каждый раз приходилось задирать голову, дабы взглянуть другому в глаза, а этот бык ещё и наклонялся, дабы хоть немного облегчить зрительный контакт. Он был сильным. Это показывало не только мускулистое и массивное тело, но и то, как легко он поднимал тяжёлые тележки или на таран сносил деревянные преграды, оставляя после них щепки. Он был опасен. Не только из-за физической силы, но и из-за острых рогов, что были длиннее, чем у его сородичей и явно острее. Казалось, ему стоит только легонько провести одним из них по коже и та, словно под скальпелем, раскроется. Но тогда шериф и глава города Эппллузы обратил внимание лишь на три последних пункта. Первый он отметил уже ночью того же дня, когда лежал уставший в постели и анализировал прошедшее время. И эти мысли его напугали. И что ещё больше его пугало, так это то, что мысли о том, как бы они смотрелись вместе, как бы эти сильные руки обнимали его со спины, аккуратно прижимая к широкой груди. А как бы эти чёрные глаза смотрели бы на него с лаской и любовью? А дети... Стоп, какие дети? Они ведь оба мужчины! И так на протяжении двух лет. Боже, ему уже 36 лет, а он чувствовал себя школьницей, которая сохла по какому-нибудь известному актёру. Но больше его бесило то, что эти чувства были направлены не на девушку, а на мужчину. Сильверстар никогда не сомневался, что ему нравятся девушки. Никогда, до момента появления этого быка. Прикрыв голубые, словно небо, глаза он снял стетсон и запустил пятерню в свои каштановые волосы. Тяжело. Это было чертовски тяжело. А главное неправильно. Не должно быть так. Он явно чем-то заболел. Да, явно болеет или просто устал. Когда у него в последний раз были отношения? В средней школе, то есть где-то в 15-16 лет. А ему уже целых 36. Вот и страдает. Надо срочно хотя бы попытаться завести отношения, глядишь там может и получится что-нибудь, а может даже семья появится и этот бред уйдёт из его головы. А где это можно сделать лучше всего, как не на празднике в честь мира между племенем и эпплузавцами? Правильно, только в баре, но там он не собирался находить себе никого. Поэтому решительно переодевшись в ночную рубашку шериф быстренько лёг спать, дабы утром проснуться в новый день бодрым. На утро Сильверстар чувствовал себя лучше, бодрее, решительнее. Да, он был решителен на сегодняшних вечерних танцах познакомится с какой-нибудь миловидной девушкой, станцевать танец-другой, пригласить на свидание, если понравится, а там будь что будет. Он нашёл в шкафу свои самые праздничные, а точнее чистые, чапы, затем откопал клетчатую чёрно-красную рубашку, которую быстро выгладил. Затем он откопал штаны, ремень, сапоги и прочую лабуду для выхода в свет. Финальным штрихом в его внешности оказался чёрный стетсон. Когда он вышел солнце неспеша поднималось к зениту, а вокруг уже царила бурная жизнь горожан, что радостно сновали туда-сюда, делая последнии штрихи к празднику. Тут же время от времени мелькали люди из племени Буйволов. Они все вместе всю эту неделю готовились к празднику и сейчас готовы были заслужено отдыхать. Весь день прошёл как и планировалось: кэмономими дружно гуляли, пели, веселились, играли в разные игры, устраивали всевозможные дружеские соревнования. Но все ждали вечера. Ведь вечером начнётся большой забег племени, в котором в этом году могут участвовать и молодые бегуны Эппллузы. И не только жеребцы, но и кобыли не прочь помереться скоростью со своими друзьями с племени Бизонов. И вот, настал долгожданный вечер. Все горожане и племенные собрались у стартовой линии и растянулись на всю прилегающую придорожную часть земли. Участники же столпились меж двух колонн зрителей. Шериф тоже решил поучаствовать в этом забеге, так сказать, размяться перед танцами. - На старт... Внимание... Забег! Прозвучал голос ведущего и послышался выстрел. Толпа стартанула и побежала по полосе, под аккомпанемент громких подбадривающих криков зрителей. Молодняк стартанул быстро, резво. Более старшее поколение бежало медленнее в начале, не спеша. Вскоре это дало свои плоды потому что к середине забега молодые выдохнулись и большинство отстало, в то время как старожилы прибавили ходу. Шериф и Громокопытный бежали впереди всех, но всё же второй был бвстрее , а потому первый пересёк черту. Сильвестар прибежал вторым, а там уже и остальные подтянулись. Забег закончился. Поздравив победителя вся разношёрстная толпа двинулась в город, дабы продолжить гуляния уже в центре. Шериф, прежде чем попробовать завести с кем-либо знакомство двинулся к фуршету, дабы пригубить один-другой стаканчик игристого, а может и чего покрепче. И вот, стоя в стороне и попивая неспеша стопку доброкачественого яблочного сидра, смотря на танцующую и веселящуюся толпу, мужчина совсем не ожидал, что к нему подойдёт тайный объект отрицаемой любви в сердце младшего. - Моё почтение. В этом году вы превзошли себя, Шериф. Яблочный сидр просто на высоте! - Благодарю, Вождь Громокопытный. - Прошу, зовите просто Громокопытный, не стоит такой официальности, всё таки мы братские племена! И да, прошу, давайте на "ты". Всё же уже год прошёл с подписания и наши племена довольно тесно сплочились, не смотря на различия. - Да, конечно, прошу про... Прости, Громокопытный. Сразу сменив официальную на разговорную речь, когда встретился с внимательным прищуром чужих глаз. Но в них не было опасного предупреждения как в первую встречу. Сейчас в них был лишь интерес и веселье праздника. Взглотнув подступившую неожидано слюну Сиотверстар заставил себя неспеша перевести взгляд на толпу. При следующем глотке он чуть не подавился сидром. - Вы в хорошей форме, всё же я один из самых быстрым быков нашего племени. Вы состоите с кем-либо в отношениях? - Нет, не состою и не состоял. - Вот как? Это весьма... Неожидано. - От чего же? Шериф вновь посмотрел на Вождя. Судя по тому, что он сразу же встретился с чужим взглядом тот и не отводил от него своего взора. - От того, что никто не будет спорить о том, что вы красивый, сильный и статный мужчина, не лишёный внешнего благородства и внутреннй чести. Вам говорили, что ваши глаза подобны чистому небу, что был в этот праздничный и солнечный день? Кажется, сердце Шерифа пропустило удар, а может и два. Сильверстар так и замер с раскрытыми от удивления глазами и приоткрытым ртом, возле которого замер стакан игристого. Вождь же просто усмехнулся. - Видимо нет, раз у вас такая реакция. - А? Нет-нет, говорили, просто... Неожидано слышать это от вас... Тебя, от тебя. Запнувшись в словах произнёс жеребец-кэмономими, опустив взгляд в землю. Так, надо быстрее уходить и наконец-то потанцевать с какой-нибудь милой девушкой. Да можно и не милой девушкой, а с кем-нибудь из старушек, танцующих активнее молодёжи, но главное с представительницей прекрасного пола. Скорее отвлечься, скорее отвлечься... Но видимо он настолько ушёл в свои мысли, что не услышал что говорил бык-кэмономими. А тот заметив то, как старательно Шериф отстранялся в мысли, разрешил себе небольшую вольность. Наклонившись немного к мужчине поменьше, тот с улыбкой на устах сказал другому на ухо. - Сильверстар, не уж то комплимент от меня настолько вам понравился, что вы оказались за гранью реальности? От горячего дыхания на ухе и этого таинственной низкой хрипотцы в голосе по телу пробежали мурашки, а стакан чуть не выпал из рук. Хвост резко рассёк воздух, уши чуть отклонились назад, а на лице появился предательский румянец. Усмехнувшись бык отстранился и протянул руку мужчине, выйдя чуть вперёд. - Позволите мне украсть ваш первый, на сегодня, танец? Всего один И вот, сердце снова пропустило несколько ударов, а затем забилось с удвоенной силой. Ему послышалось или нет? Отчего сердце так сильно бьётся в груди? Нет, ему определённо не нравится мужчины. Нет-нет и нет! Но всё же... А хотя... Переведя взгляд с руки в чужие глаза Сильвестар уже хотел отказать, но вместо этого утонул в омуте чёрных глаз. Что ж... К чёрту девушек. Словно зачарованный отставив стакан на стол Сильверстар лишь молча протянул руку в ответ, позволяя утащить себя на танцпол, где неспеша играл неторопливый мотив. Шаг за шагом и вот, они стоят где-то в конце танцпола, неспеша двигаясь в такт музыке. Сильверстар чувствовал, как чужая рука крепкой, но аккуратной хваткой легла на его поясницу, пока вторая отвела зеркальную руку в сторону. Собственная рука легла на предплечье быка, пока вторая переплелась пальцами с чужой ладонью. Глаза глаза, шаг в шаг. Неторопливо кружась на небольшом радиусе от изначальной точки для них, казалось, пропал весь мир. Лишь они вдвоём, музыка над их головами и единый стук сердца. Они даже не заметили, как прижались ближе к друг другу, не заметили как Громокопытный немного склонился над Шерифом, как неожиданно музыка закончилась и все дружно зааплодировали друг другу, благодаря за прекрасный танец и неповторимую атмосферу. Замерев мужчины просто какое-то время смотрели друг другу в глаза, а после плавно отстранились. Неожиданное смущение накрыло обоих, заставив лица приобрести более тёплые оттенки. Но, видимо Громокопытный был сегодня настроен серьёзно и решительно. - Сильверстар, прогуляемся до ручья? Я хочу тебе кое-что показать. Сильверстар лишь молча кивнул, направившись вслед за мужчиной. По дороге они просто общались, рассказывая разные истории и шутя. Дойдя до ручья Шериф замер, осматривая открывшийся пейзаж: чистый ручей и бесконечное количество звёзд горящих в небе. Бесконечная пустошь по ту сторону реки и высокие скалы и утёсы. И всё это освещено светом одинокого месяца. Ненадолго воцарила тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом ветра в листве за спиной. Всё же по их сторону цвели яблони Эппллузы. Но вскоре эту тишину нарушил негромкий голос Громокопытного. - Знаете, слова могут обмануть, но музыка сердца прозрачна, как вода в роднике, сквозь неё можно увидеть душу человека. Возможно я тороплю события, но позвольте музыке души раскрыть все чувства по отношению к тебе. С этими словами бык достал из мешочка за пазухой пан-флейту и заиграл. А Сиотверстар... А что Сильверстар? Замер и слушал затаив дыхание и прикрыв глаза. Красиво. Это было безумно красиво. Музыка лилась, приятно оседая в глубине души, расслабляя и вытесняя таивщиеся ранее тревоги. Шериф даже позволил себе разочаровано выдохнуть, когда старший закончил игру. Открыв глаза он встретился с внимательным и напряжённым взглядом полный волнения. На вопросительно поднятую бровь Вождь пояснил. - В нашем племени есть традиция в виде игры на флейте песни души перед избранником или избранницей. Если сердечный будет согласен на отношения и свадьбу, то должен либо кивнуть, либо бросить украдкой взгляд. Сильверстар замер и задумался. Опустив голову и прожигая взглядом реку он засунул руки в карман. И нащупал ожерелье из бирюзы. Закрыв глаза он глубоко вздохнул и решился. Кивнув, он поднял голову и протянул украшение мужчине. Под удивлённый взгляд жеребец лишь усмехнулся и пояснил с улыбкой на лице. - Одна из традиций ковбоев в признании чувств. Приняв подарок и надев на себя Громокопытный притянул к себе кэмономими и крепко обнял. Сильверстар лишь закрыл глаза и обнял его в ответ, прижимаясь к чужому мускулистому телу и вдыхая природный запах мужчины, чувствуя чужое дыхание на макушке. Сколько они так простояли, не скажет ни один, ни второй. Лишь помнят как лишь немного отстранились друг от друга, смотря в глаза напротив. Один тонул в чёрных омутах бездонного космоса, второй с головой нырнул в самые глубины кристально чистого озера. Стук сердца отдавался в ушах, когда мужчины придвинулись друг к другу и сплелись в мягком и невинном поцелуе. Лишь на мгновение и тут же отстраняясь. Но и этого мгновение хватило обоим, что бы окончательно всё решить. Вернулись они уже поздней ночью, негромко воркуя. На площади остались лишь такие же воркующие кэмономими, что либо сбились в небольшие кучки, либо в гордом одиночестве смотря на небо. Пройдя мимо соплеменников и поймав пару любопытствующих взглядов мужчины прошли к дому Шерифа. Там уже, рассвешись на кухне с кружкой чая и печеньем на столе, мужчины просто наслаждались присутствием друг друга и продолжая негромкие разговоры. Глянув на часы Сильвертсар задумчиво произнёс. - Останешься? Время уже позднее, да и судя по всему многие твои соплеменники ночуют у моих горожан. - Был бы только рад. Улыбнувшись мягкой спокойной улыбкой Громокопытный, поднимаясь с места. А Шериф решил, что вскоре ему понадобиться носить с собой тонометр, потому что его сердце не выдержит эту улыбку и этот взгляд полный любви в его сторону. Пройдя в спальню, Шериф неспеша скинул обувь и повесил стетсон на крючок. Он уже закидывал в шкаф свои чапы, как почувствовал, что новоявленый любовник прижался сзади, обнимая и не торопясь расстёгивая пуговицы чужой рубашки. Шериф же расправился со штанами и оба элемента одежды так же успокоились на вешалке в шкафу, а тем временем Сильверстар уже переоделся в ночную. Улёгшись на кровать спиной к чужой груди и чувствуя, как сильные руки обняли его за талию, а немного шершавые губы коснулись шеи, жеребец в который раз за сегодня позволил себе расслабиться. - Спокойной ночи, Громокопытный - Спокойной ночи, Сильвестар. С этими словами оба укрылись одним одеялом и заснули в объятиях друг друга. Теперь они были счастливы, теперь они есть друг у друга и переживания, таившееся всё это время в сердце, пропали, оставив после себя тепло, уют и чувство полной безопасности.

Да здравствует любовь.