Пустяк

      — Чёрт!       Слышится громкая ругань одного человека в повозке, спокойно и размеренно двигающейся по дороге. На траве начал появляться снег, а воздух заметно похолодел. Ребята, что находились внутри их транспорта, готовились к прибытию в Ингварр. В этом королевстве погода далеко не благодатью веет: снег, метели, холод. Да и люди там такие же.       Все подготавливали одежду, хотя бы по мелочи, чтобы согреть себя по прибытию. Так кто же ругался? Это была Нуру, которая обыскивала всю повозку и не могла найти свой шарф, который взяла с собой специально для такой погоды.       — Нуру, чего ты рычишь? – спросил её спокойно Вэриан, который наблюдал за ней некоторое время и не мог понять, поиском чего она так увлечена.       — Я не могу найти свой шарф! Я помню, как специально положила его с собой. И я не помню, чтобы я его доставала раньше. Или доставала… аргх!       Она вновь рассерженно что-то сказала себе под нос и пошла осматривать их транспорт снова. В пятнадцатый раз.       Когда начала наступать ночь, они ещё не прибыли в Ингварр и сделали привал. Палатки ставить никто не собирался, поэтому спали в повозке кто где. Они сидели там вчетвером, и парни заметили, что Нуру сидит поникшая, даже расстроенная. Йонг был первым, кто поинтересовался, что с ней случилось.       — Ру-ру, что с тобой? Ты выглядишь грустной.       — Я весь день искала свой любимый шарф, который взяла как раз для ингваррской погоды, но не смогла найти. Главное, что я не помню, доставала ли раньше, а если доставала, то куда положила. Вот прям хоть убей, вообще не помню! Обидно очень.       Йонг не знал, что ответить, поэтому промолчал, опустив глаза в пол. Он очень хотел помочь подруге.       — Да ладно тебе, Старлайт, найдётся твой шарфик.       — Мне кажется, не найдётся. Я перерыла здесь всё!       — Найдётся, я уверяю тебя.       Хьюго, хоть и не выглядел искренним или убедительным, тоже старался её поддержать. По ней было видно, что вещь, действительно, что-то значила для неё.       Когда трое уже легли спать, Йонг принялся копаться по труднодоступным местам. В силу своего роста ему это удавалось намного проще, чем остальным. Он потратил пол ночи на то, чтобы внимательно всё осмотреть и не упустить ни одного уголка.       К его яркому счастью, он нашёл что-то похожее на описываемый Нуру шарф и взял с собой. Он лежал под спальным мешком Нуру, что его очень удивило. Как она смотрела и даже не увидела его там?       Йонг лёг довольный собой спать, хоть сейчас и был почти рассвет. На утро он встал и был самым помятым, но с такой искренней улыбкой.       — Ру-ру, я тут ночью… – Йонг широко раскрыл рот и зевнул, протирая глаз, – порыскал повсюду и что-то нашёл. Это твоя пропажа?       Нуру увидела свой шарф в руке у Йонга и на её лице сначала образовалось негодование, а затем радость. Она забрала свою вещь и поблагодарила Йонга.       — Спасибо большущее, Йонг! Но где он был?       — Под твоим спальным мешком. Не знаю, как ты его не увидела.       — Наверное, он попал в какое-то отверстие, а пока я спала, край сам высунулся из-за моего движения. Ещё раз огромное тебе спасибо, но зря ты жертвовал своим сном. Ложись ещё отдохни, если что, мы тебя разбудим.       — Да пустяк, а вот поспать я согласен. Спокойного утра.       Прокряхтел Йонг и отправился обратно на своё спальное место. Нуру ещё раз взглянула на шарф в своих руках и глупо улыбнулась.

***

      Как-то ночью, когда ребята установили палатки посреди леса для привала, в одной горел свет, хотя остальные давно уже свой потушили и спали. Полуночником оказался Вэриан. Свет из его палатки проникал к Нуру, из-за чего она не могла спокойно уснуть и ворочилась туда сюда.       В один момент она не выдержала и встала со спального места, уверенная и настроенная решать все проблемы. Она думала, что Вэриан забыл погасить лампу и уснул, но она удивилась, когда увидела, как он сидит на столом, а его рука двигается. Он что-то бурчал и даже не обратил внимание на резкий визит подруги.       Нуру постучала по деревяшке, чтобы привлечь его и отвлечь от занятия. Она заметила, как он сначала вздрогнул, казалось, чуть не выпрыгнул из собственной кожи, а затем замер, будто парализованный.       — Ви, ты чего тут делаешь?       — Прости, я мешаю? Я просто это… Как бы… Не могу уснуть, вот и… Занимаюсь черчением.       — Я думала, ты просто забыл лампу потушить, а у тебя тут проблема похлеще. Почему уснуть не можешь?       — Да чёрт его знает, пытался как-то, а ничего не выходит. Вот просто не отключаюсь и всё. У меня такое часто, так что ты не переживай.       — Как это "не переживай"? Мне что, махнуть рукой и уйти, пока ты тут мучаешься?       — Ну, тут уже как хочешь. Если тебе мешает свет, то я сейчас уберу, мне и флакона хватит, чтобы видеть.       — Ты ещё и зрение себе убить хочешь?       — Да нормально со мной всё будет.       Нуру тяжело вздохнула и решила подойти к столу. Она облокотилась о него ладонью и заглянула в его работу.       — Что проектируешь?       — Я думал сделать что-то типа защитного механизма, чтобы оставлять его на ночь. Мало ли к нам кто-то подойдёт, когда никто не остался на дежурство, а тут датчик засечёт движение и издаст сигнал.       — Ого, звучит очень интересно. Давно об этом думаешь?       — Со своего первого дежурства.       — Надо же. А я вот обычно думаю о звёздах, что неудивительно, да? – Нуру невесело усмехнулась. Вспоминая о звёздах, она также вспоминала дом.       — Чего ты так помрачнела? – Вэриан услышал грусть в её словах, в этом странном смешке и отвлёкся от работы.       — По дому скучаю, в какой-то степени. Что бы там не происходило, это дом. По бабуле очень скучаю тоже.       — Не унывай так, вот соберём все тотемы, откроем Вечную библиотеку и спасём мир от кометы Демантуса! Такой праздник будет в честь нас. Столько людей будут нам благодарны, а особенно твоя семья. И особенно тебе.       Нуру, представляя всё это в голове, мягко заулыбалась.       — Каждый раз в такие моменты у меня в голове всплывает легенда нашего народа о звёздах, которую мне рассказывала бабушка в детстве. Она гласит, что каждый хороший поступок человека отражается звездой на небе. Конечно, с научной точки зрения это ни разу не логично, но как же я любила это слушать в детстве. Мне говорили, что если я буду заботиться о людях и делать добро, то на небе будет больше сияющих точек. За время изучения астрономии я поняла, что это всё бред чистой воды, но, согласись, услышать такое в детстве - это ощущается как настоящее чудо. Я помогала другим, а потом всю ночь любовалась на небо и гадала, какая звезда обо мне.       Вэриан завороженно слушал её, отложив карандаш в сторону. Он скрестил руки на груди, уставившись на неё с заинтересованным взглядом.       — А я всё детство увлекался алхимией, как ты знаешь, а папа каждый раз сравнивал меня с матерью. Говорил, что я точно такой же, как она. Иногда я смотрел в ночное небо и думал, а если она жива, то видит ли она такую же красоту, как и я?       Они обсуждали подобные темы ещё минут тридцать, а когда Нуру увидела, что Вэриан начал клевать носом, уложила его спать и проконтролировала, чтобы он, действительно, это сделал, а затем ушла спать. Для неё такие разговоры были хоть и пустяками, но очень приятными. Узнавать человека получше и при этом делиться чем-то своим - прекрасно, особенно в такой спокойной атмосфере. Хотя изначально Вэриан выглядел растрёпанным и чуть взбудораженным, а потом постепенно расслабился. Нуру с самого начала хотела его отвлечь, чтобы он успокоился и в итоге ему захотелось отдохнуть по-настоящему. Времени на сон ещё хватало, так что и она отправилась спать, и теперь ей ничего не мешало.

***

      — Вэриан, а что это?       Йонг стоял прям над душой Вэриана, не переставая задавать бесконечные вопросы о том, чем он занят. Сейчас он указывал пальцем на ядерно-зелёный флакон на его столе с очень заворожённым взглядом.       — Кислота. Йонг, ты не хочешь пойти и, например, подоставать Хьюго? Я сейчас занят, а твой допрос меня отвлекает.       — Прости. – Йонг замолчал, но никуда не ушёл. Уже через минуту снова из него полезли эти вопросы, казалось, будто если он их не задаст, то умрёт, – А что она делает?       Вэриан тяжко и протяжно вздохнул. Видимо, принял свою судьбу и постарался как можно спокойнее отвечать и не агрессировать. Со временем он начал делать это на отвали, даже не вслушиваясь в его речь. Однако когда он расслышал уверенное «А можно я возьму?», а затем увидел, как тянется рука Йонга, Вэриан тут же дёрнулся и забрал флакон.       — Нет, Йонг, иди к Хьюго! Он будет очень рад, если ты расскажешь про свои фейерверки в сотый раз.       Он сам не заметил, что в итоге вспылил, хотя не хотел этого делать. Когда Йонг с расстроенным видом ушёл, он треснул себя по лбу ладонью.       — Придурок, он же ребёнок… Будто сам таким не был.       Вэриан взглянул за спину, а затем вернулся к работе с невероятным чувством вины за свои неконтролируемые эмоции. Он должен будет перед ним извиниться, даже если тот уже забудет об этом.       Однако он не успел загладить вину, ведь оторвался от работы он уже ночью, когда Йонг сладко спал. Как сказал ему Хьюго, он лёг, достаточно, рано, потому что страдал от скуки. Тогда безнадёжный Вэриан тоже улёгся на своё спальное место, стараясь заснуть.       Пока он ворочился на месте, он услышал какое-то подозрительное шуршание рядом. Сначала подумал, что ему показалось, но затем оно повторилось. Первой мыслью был Рудигер, однако потом он ощутил его в своих объятиях и тогда ему стало даже страшно. Совсем капельку.       Поэтому он, как отважный воин, повернулся лицом, чтобы хотя бы постараться увидеть, что вообще происходит. Так как глаза ещё были не привыкшими к темноте, он щурился. Сквозь кромешную черноту он увидел пятно, которое направлялось к вещам Вэриана. Он словин мини-инфакрт на одну секунду и даже почувствовал, как его душа покидает тело, а потом постарался рассуждать рационально.       Его глаза в конечном итоге освоились в темноте и он, наконец, понял, кто был этим нарушителем покоя. Весь страх отпал. Вэриан тихо и аккуратно поднялся, чтобы поймать негодника. Он подошёл ближе из-за его спины и схватил за руку, которую он выставил, чтобы не терять равновесие, так как находился на одной ноге и тянулся к сумке Вэриана.       В этот момент он уже успел взять её в руку, а из-за резкого появления за спиной, Йонг сам перепугался и выронил её. Их неё выкатились припасы, освещающие всё вокруг. Йонг медленно повернулся к Вэриану лицом и увидел его строгий взгляд.       — Я… луначу?       — Попробуй ещё раз.       — Я - твой сон?       — Последняя попытка.       — Я хотел взять какую-нибудь из твоих штучек, чтобы самому попробовать его использовать. Та зелёная кислота меня прям заворажила, и я не смог остановить себя.       — Горе ты моё луковое…       Вэриан вздохнул и сел на корточки перед младшим. Он смягчился во взгляде, так как даже не чувствовал раздражения, да и агрессия сейчас будет только лишней.       — Йонг, извини меня, я днём рыкнул на тебя, хотя не должен был это делать, надо было спокойно объяснить тебе всё. Кислота, про которую ты говоришь, очень опасна. Она едкая и может с лёгкотью образовать химический ожог на коже, и это больно, уж поверь. Пока я работал над ней, я угробил несколько пар перчаток.       — Да? Я думал, она не такая сильная, а днём ты так отреагировал, потому что тебе было жалко этот флакон.       — Нет, конечно. Если ты хочешь что-то тоже попробовать, то сказал бы сразу и напрямую. – Вэриан заботливо смотрел на него, пока думал, что можно сделать, чтобы Йонг успокоился, – А знаешь, что? Давай завтра разыграем Хьюго?       — Как и при чём тут он?       — Я дам тебе розовую ловушку, которая просто, например, заблокирует ему возможность ходить. С утра, пока он будет ещё спать, мы можем кинуть её ему под обувь, только не большое количество. Как раз сейчас он на дежурстве, а потом будет спать, как убитый, так ещё и я его буду менять под утро.       — Давай!       — Всё, дуй тогда спать, а я пока подготовлю тебе флакон поменьше.       Йонг с улыбкой ушёл, а Вэриан в это время отправился к Хьюго, который что-то ковырял палкой в траве. Конечно, он не собирался просто так разыгрывать Хьюго, учитывая, что тот вёл себя спокойно и даже не лез до него. Он хотел объяснить всё ему и попросить подыграть.

***

      Одной ночью, когда Хьюго в очередной раз дежурил и следил за всем, его голову вдруг начали наполнять мысли насчёт Донеллы. Они и не уходили, но сейчас, как ему казалось, всплыли все, что только были. Он сидел на бревне напротив уже потухшего костра и смотрел на то, как дым тонкой струёй тянется вверх, а в голове просто вихрь.       Он размышлял о будущем. Что будет потом? Он заполучит тотемы, отдаст Донелле и выполнит задание, оправдав звание "правой руки", но как же ребята? Королевство Нуру, Кото, сейчас находится под огромной угрозой из-за направляющейся на него кометы Демантуса, а если они не доберутся до Вечной библиотеки, то никак не смогут предотвратить её приземление на Землю.       А Йонг? Он же ведь совсем ребёнок, а когда узнает о предательстве человека, которого считает родным старшим братом, точно разочаруется в людях. Ему ещё рано такое испытывать. Ему вообще не стоит такое испытывать никогда.       И Вэриан… В таком случае он не найдёт маму. Из-за которой он вообще это затеял, подверг опасности остальных, проделал огромный путь. И всё ради того, чтобы вернуться домой с ничем? Так ещё и с таким грузом на сердце.       С другой стороны, почему его вообще волнуют проблемы детей? Они же просто как пешки - всё ради того, чтобы выполнить задание и вдоволь повеселиться. Всегда нужно думать в первую очередь о себе. Это задание для него важно, Дон рассчитывает на него. Но как он так легко откажется от ребят? От семьи, которую они создали. Они первые люди в его жизни, которые приняли так хорошо и душевно.       А почему он должен жертвовать? Если он отправиться с командой, то потеряет работу и человека, который вырастил его. Да чуть ли не мать! Но тогда Вэриан не найдёт свою. Ему явно будет невероятно плохо на душе от всего, что сделает Хьюго и не только. Вэриан же склонен к эмпатии, так что ситуации Йонга и Нуру его опустошат окончательно, а самого Хьюго он возненавидит. Он не первый, но и не последний в этом.       Бросаясь из крайности в крайность, Хьюго закрыл лицо ладонями и опустил голову. Лучше бы она была сейчас пустой, нежели с этой моральной дилеммой.       Сбросив руки, он поднял голову и его взгляд пал на палатку прям напротив него - в ней спит Вэриан. И вновь он начал размышлять о нём. Однако его кое-что смутило. Сквозь ткань он увидел тусклый розовый и синий свет, которые обычно исходят из его посоха. Сначала он подумал, что тот просто не убрал их в сумку, а потом вспомнил, что Вэриан никогда их не достаёт просто так, ведь нужно же как-то остерегать Йонга от случайной смерти.       Интерес взял верх и Хьюго потихоньку направился ко входу. Сначала он постучал по карнизу палатки, но ответа не последовало, а значит, у него есть зелёный свет на то, чтобы легально войти. Мало ли Вэриан там при смерти лежит, верно? Он медленно отодвинул ткань, оглянулся и увидел, как на спальнике сидит Вэриан, на коленях которого лежит раскрытый дневник Уллы, в одной руке ручка, а вторая расслабленная лежит на полу, рядом с ней те самые два флакона, которые Хьюго увидел ещё с улицы. Сначала ему показалось, что он просто смотрит в одну точку, но если бы он был в сознании, то точно отреагировал на появление Хьюго здесь.       Для полной уверенности Хьюго помахал рукой перед его лицом и убедился до конца, что он отключился, пока что-то записывал в эту книжонку.       «И вот снова здорово, спит сидя, так ещё и не укрывшись, холодно же. А потом жалуется на насморк или больную спину.» – подумал Хьюго и сел на корточки перед ним, чтобы забрать лишнее, что может ему помешать спать. Флаконы он закинул в сумку, а дневник и ручку положил рядом с ней. Немного помогая физически, Хьюго аккуратно повалил его на бок, чтобы тот хотя бы лёжа спал, а затем накрыл пледом. – «Не хватало нам больных в строю, спасибо ещё скажет. Если узнает, кто это сделал. А он не узнает. Значит, я снова обойдусь без благодарности.»       Подумал Хьюго напоследок перед уходом. Утром он не собирался ему ничего рассказывать, но если спросит, то врать не станет. Смысл ему это скрывать? А зачем помог? Зачем вообще зашёл туда?       Нет, это была не помощь, это обычный пустяк. Хьюго сделал это в своих интересах, чтобы потом не слушать его нытьё, ведь оно так надоедает, а особенно, когда несколько раз на дню. Да, это была не для него забота, а для Хьюго. Тем не менее, нужно возвращаться обратно.       Как и подразумевалось, Вэриан не узнал об этой маленьком и даже незаметном моменте ночью. Хьюго молчал, а сам он даже и не понял ничего. Но уже на следующий день у него снова случился форс-мажор.       Вэриан и Йонг отправились за хворостом для костра, пока Нуру и Хьюго остались в их лагере. По дороге назад, к ребятам, Вэриан не увидел камня на горизонте перед собой и уже через пару секунд в воздух взлетели все ветки, что он держал в руках, а сам он полетел на траву, в которой таились маленькие засранцы - камушки. Во время своего падения он вскрикнул, а когда опомнился и начал вставать, почувствовал боль в коленке. Он принял сидячее положение и взглянул на ногу, чтобы понять, что приносит ему такой дискомфорт.       — Ви, ты колено разбил!       — Да ладно, а я ж прям не вижу. – почему-то съязвил он. Только он увидел что-то красное и почувствовал, что небольшая область ткани штанов потеплела, его взгляд тут же перебежал на дерево возле него, лишь бы не смотреть на этот ужас, – Всё нормально, щас палки соберу и пойдём дальше, тут осталось-то пара метров.       — Надо будет попросить Нуру обработать рану.       — Всё в порядке, само пройдёт. – Вэриан аккуратно старался собирать хворост, при этом при каждом движении ногой он шипел себе под нос от не яркой, но неприятной боли. Он не хотел, чтобы на этом заострялось внимание, думал, что если оставит на естественное заживление, то пройдёт оно идеально и не придётся как-то контактировать с ранением.       Вернувшись в лагерь, Хьюго и Нуру тут же заметили, как Вэриан хромает на правую ногу, а потом увидели порванную штанину и рану на колене.       — Нуру, Вэриан разбил коленку, помоги ему обработать, пожалуйста.       — Йонг, я же сказал, всё хорошо, само пройдёт.       — Нет уж, нужно обработать, Вэриан! – Нуру пару раз взглянула на хромоножку, а затем перевела взор на Хьюго, который нелегально филонил, – Хьюго, умеешь оказывать первую помощь при ранении?       — М? Конечно, иначе меня бы тут не было. Сдох бы где-то лет в 12.       — Вот и славно, помоги Вэриану. А мы с Йонгом разведём костёр.       — А ты что, не умеешь, раз на меня спихиваешь?       — Умею, но хочу, чтобы ты тоже что-то сделал за сегодня, а не отлынивал.       Хьюго деланно возмутился, а затем зашёл в палатку, подзывая Вэриана жестом к себе. Сам Вэриан проклинал ногу и свою невнимательность.       — Ну ты даёшь, Гогглс, даже упасть нормально не можешь. Что-то ты с самой ночи невнимательный и кривой какой-то. – говорил Хьюго, пока доставал раствор, которым будет обрабатывать, и бинт.       — Я просто не успел сгруппироваться, в руках же хворост был.       — А, ну ты тогда даже везучий. Палка с лёгкостью могла попасть тебе, например, в глаз.       — Да ты прям сэр Очевидность.       — Ну да, я.       Вэриан сидел на стуле, когда Хьюго, наконец, нашёл бинт в сумке Нуру. Он поставил ещё один раскладной стул рядом с ним, сел на него и взял его ногу, укладывая на своё колено. Вэриан прошипел, так как на ране уже успела образоваться тонкая корочка.       — Не шипи.       — Не могу.       — Смоги.       Хьюго подставил кусочек ваты рядом с раной и уже хотел начать лить жидкость, но он вдруг подумал о том, чтобы тот засучил штанину.       — Закатай её, а-то я тебе намочу штаны.       — Если я буду двигаться, то буду шипеть.       — Шипи.       Вэриан не сдержал смешка и сначала снял ботинок, а затем принялся скручивать штанину по частям вверх. Возле колена он чуть скривился, но в итоге справился и выдохнул, а когда Хьюго, не предупреждая, снова положил его ногу на свою, он не сдержался и чертыхнулся.       — Ого, ты умеешь ругаться. А я думал, ты у нас пай-мальчик. – Хьюго усмехнулся и принялся лить раствор, подставив вату рядом.       Когда лишняя кровь была смыта, он заметил что-то странное, какое-то инородное тело. Чтобы Вэриан не нервничал, – Хьюго знал, что тот не очень переносит кровь, а доказательством тому будет то, что он не посмотрел на ногу ни разу, – он пытался, пока хромоножка отвлечён, тихо достать его.       Вэриан же сразу что-то заподозрил и, не поворачиваясь, спросил:       — Ты чё там копаешься?       — Ну, у тебя тут просто какая-то херня в ране, а так ничего.       — Чего?!       — Не дёргайся, я аккуратно достану и всё, максимум тебе придётся потом ампутировать ногу, но это в крайнем случае.       — А ты руки вообще помыл?!       — За кого ты меня принимаешь? Конечно, нет. – сарказм был прекрасно слышен, из-за чего Вэриан только что-то недовольно буркнул под нос.       — Оно большое?       — Нет, похоже на стекло. Да чтоб тебя, кровь не останавливается. – сказав это, Хьюго снова полил травму обрабатывающим средством, чтобы смыть кровь.       — Прекрасно.       — Да не бурчи ты, всё гуд будет, уверяю. И-и… Всё, достал. – Хьюго вытер его о вату и оправдал свое предположение, – Да, это стекло. Хорошо, что меня попросили это сделать, не думаю, что Нуру смогла бы спокойно достать стекло.       А Вэриан сидел и трясся, казалось, что он его даже не слушает.       — Успокойся, всё же нормально. А стекло, пф, это ж пустяк! Я его достал и осталось только перебинтовать.       — Я сейчас в обморок упаду.       — Ну, падай, будет легче обрабатывать, в отключке ты хотя бы не будешь двигаться.       — Как оно вообще могло оказаться там? Вот как?       — Обычно, в траве могут прятаться не только насекомые и камни, а ещё очень много всего.       — Чего ты языком чешешь, давай побыстрее, пожалуйста. Быстрее сделаешь, быстрее закончишь.       — Я бинтик складываю! Извините уж, что я медленный, стараюсь делать аккуратно, чтобы ты не изображал змею. И не торопи меня, а-то сделаю абы как и получишь заражение крови.       А Хьюго, и вправду, старался делать всё еле-еле, чтобы травмированному было не настолько больно. Когда бинт был скручен, он положил его на рану и сказал Вэриану приподнять ногу. Так перебинтовать будет легче.       Когда на коленке красовался слой бинта, Хьюго отряхнул руки, будто в пыли копался, и пошёл убирать всё на места.       — Готово, можешь смотреть и не бояться отключиться.       — Ладно, как бы я там не сопротивлялся, спасибо за помощь.       Хьюго поймал себя на том, что хоть и стоит к нему спиной, но улыбается. И это не усмешка или ехидная насмешка. Обычная улыбка, очень даже приятная. Он быстро стряхнул её с лица, ведь почему ему должно быть приятно от того, что его поблагодарили за помощь? Да и это снова были не для Вэриана помощь и забота, а для Хьюго. Он не хотел потом смотреть на муки хромоножки и не хватало ещё с его обмороком возиться. Да, это он для себя сделал. Ну, может самую капельку для Вэриана. Совсем малую капелюшечку. Всё же, для него это сущие пустяки.

***

      Остановились они как-то на привал, когда выехали из леса. Во время этого Йонг решил попробовать запустить фейерверк, над которым работал со вчерашнего дня, параллельно спрашивая советов у Хьюго. Он ушёл подальше от повозки, чтобы не взорвать случайно ничего, и принялся настраивать всё: положение самого фейерверка, землю, куда будет втыкать палку и так далее. А так же он пытался рассчитать направление ветра, ведь если дунет сильный порыв, петарда может улететь куда угодно. Ну, как "пытался рассчитать"… облизнул палец и выставил перед собой с задумчивым видом, далее кивнул самому себе и достал спички, чтобы поджечь фитиль.       И всё же плохо, что он не разбирался, как это делается правильно и в чём вообще суть. Ведь только петарда полетела вверх, как тут же её начало косить в сторону. Йонг испугался и тут же начал в голове быстрый анализ, куда в итоге попадёт фейерверк. Он даже успел попросить богов, чтобы пунктом назначения не оказалась повозка.       К счастью, взорвалась петарда даже не рядом с их транспортом, но разочаровало Йонга не то, что она улетела, а то, что взрыв снова вышел не таким, так ещё и в итоге он произошёл в дереве. Хорошо, что недавно прошёл дождь и ветки не сухие, иначе мог бы произойти пожар.       Когда он вернулся в повозку, Хьюго тут же подлетел к нему, чтобы спросить результат их петарды. Он ведь помогал ему с ней. Но когда увидел расстроенное лицо Йонга лишь отчаянно вздохнул.       — Не получилась?       — Фейерверк снова получился не таким, как я хотел, так ещё и из-за ветра он полетел в дерево.       — М-даа… А я уж нафантазировал себе такой смачный взрыв! – для Хьюго это не было такой глобальной потерей или проблемой, но Йонг, будучи ребёнком, воспринимал близко к сердцу. К тому же у него эта неудача длится недели две, – Эй, Спарклс, не вешай нос.       — Это была одиннадцатая попытка.       — Ничего страшного, попробуй ещё раз.       — В прошлый раз я попал в повозку и напугал Прометея. Догонять его пришлось тебе.       — И что? В итоге-то всё хорошо! Не сдавайся и не бросай это дело.       — У меня никогда не получается сделать что-то нормально, даже вы ругаетесь, когда я ошибаюсь.       — Мы… ругаемся не на тебя, а на ситуацию. И ты тоже должен понимать, что мы на нервах. Это всё равно не повод так грустить и дуться. И, кстати, каждый взломщик взрывает что-то хотя бы дважды перед успехом. Может, этот вариант петарды смог бы взрывать замки? Пиротехнический состав в ней был мощным. Не хочешь повторить её и поэкспериментировать?       — Думаешь, из неё что-то может получиться?       — Конечно! А как ты думаешь, у полуночника-Вэриана сразу получаются его снаряды? Вот уж нет, он столько времени проводит за подбором нужных реагентов и компонентов смесей, чтобы получился нужный и ожидаемый результат.       — Тогда давай сегодня сделаем новую, а завтра устроим краш тест?       — Забились.       Хьюго было приятно от того, что он только что поднял ребёнку настроение. Прям плюс в его характеристику. А Йонг довольный был прям до самой ночи. Вечером, когда уже все были уставшими, Йонг места себе не мог найти. Он так ждал завтрашний день, чтобы он, вместе с Хьюго, протестил фейерверк. Теперь ему казалось, что он точно выйдет удачным.

***

      — Нам нужно в ту сторону!       — Нет, нам нужно направо! Принцесса, я был здесь не единожды, я точно знаю, куда нам нужно.       — Карта говорит иначе.       На одной из стоянок Хьюго и Нуру снова сцепились друг с другом. Вэриан и Йонг в это время лишь наблюдали за ними, не вставляя своих пять копеек, ведь оба были без понятия, куда им в итоге нужно поворачивать.       Они остановились возле развилки, было два пути: право и лево. Карта, что была у Нуру, указывала, что им нужно налево, а Хьюго готов честно поклясться, что нужно направо, а чья правда - никто не знает, кроме этих двоих. Каждый думает, что прав.       Они даже вышли на улицу, так как Хьюго решительно пошёл доказывать свои слова. Он говорил, что если повернуть налево, то там они встретят ядовитые цветы, а потом тупик. Как раз если пройти несколько метров по левому пути, можно встретить один из таких цветов.       Нуру же ходила с этой картой, как Даша Путешественница, и тыкала ею чуть ли не в лицо блондину, говоря:       — Да знаю я про эти цветы! Они тут даже нарисованы. Но дальше там не тупик, а как раз нужная нам дорога!       — Как же ты невыносима. Хорошо, поедем туда. Но спасибо за зря потраченное время все дружно скажем тебе, Стардаст.       — Нет уж, спасибо вы мне все скажите за то, что я нас правильно привела.       Нуру резко развернулась и пошла обратно к повозке с высоко поднятой головой.       — Какая же она… – пробубнил Хьюго ей вслед и тоже отправился за ней.       Но только сделал он первый шаг, как увидел что-то блестящее на полу. На его воровской душе тут же что-то ёкнуло, а в глазах появилась искра. Он пригляделся и понял, что это был браслет. При чём не какой-то: он принадлежал Нуру. С символом солнца, серебряный, прям под её ауру. Хьюго ехидно улыбнулся и забрал его с собой, положив в карман. Он уже представил, как они оказываются возле обрыва и он, с насмешкой, бросает его ей в руки.       Уже в самом транспорте Хьюго сидел тихонько в углу и вертел в руках какую-то шестерёнку. Он просто не мог дождаться, когда же они попадут в тупик, чтобы позлорадствовать над принцессой.       Однако они что-то никак не могли остановиться, всё ехали и ехали. Он даже начал сомневаться в собственных словах. Чуть позже к нему подошла Нуру и сразу же заметила его мрачное лицо.       — Да ладно тебе, Хью, подумаешь. В жизни бывает такое, когда ошибаешься. – она говорила это без насмешки, что поразило Хьюго. Она была какой-то чересчур искренней. Она даже села рядом с ним, чтобы поддержать упавший дух.       — Ты пришла поиздеваться? Я понял, что я не прав, так что можешь идти.       — Ни в коем случае. Я хоть раз так делала?       — Вчера, когда я перепутал имя мамы Вэриана в нашем с тобой разговоре.       — Ну, я же не серьёзно.       — Я не понимаю, как мог ошибиться? Я точно помню эту дорогу, помню эти сранные цветы и то, что там был тупик тоже!       — Ты, наверное, перепутал с тропой в лесу… Ц, скажи мне - я тебе скажу… Забыла как называется, представляешь? – Нуру приняла задумчивый вид, вспоминая название леса, а Хьюго тут же подхватил.       — А, это этот… Где ещё ива прям в центре, ты про этот лес?       — Да, да! Про него.       — Да, тогда понятно.       Хьюго встал с пола и подал руку Нуру не разжимая безымянный палец и мизинец. Она приняла его помощь, а затем увидела в руке свой браслет. На нём болталась карикатурная мини копия солнца. Нуру с непониманием оглядела его, а затем сердито взглянула на Хьюго.       — Следи внимательнее за своими причиндалами, Принцесса. – Хьюго с усмешкой сказал эту фразу и направился к Вэриану и Йонгу, когда Нуру осталась там и разглядывала свой браслет.       Надо же, в первые дни знакомства с ним она бы подумала, что он просто украл бы этот браслет, но он вернул его ей. В целости и сохранности. Точно её, точно не подделка. Пыл остыл, а улыбка сама нарисовалась на её лице.

***

      Целых два дня Йонг не попадался часто на глаза никому из старших и даже ни с кем не разговаривал. Он сидел и в чём-то копался, отвернувшись от всех, но как только кто-то пытался к нему подойти, он тут же убегал, спрятав то, с чем он возится.       Ребята даже начали переживать и однажды за костром, на который Йонг не вышел, они приняли решение это обсудить и, может, помочь с чем-то.       — Парни, вы не знаете, что с Йонгом? – Нуру начала первая.       — Не поверишь, у тебя хотели то же самое спросить.       — Как думаете, чем он может быть так увлечён, что игнорирует нас и вечно избегает? – Вэриан не находил себе спокойного места. Он максимально старался откинуть теорию, что младший таит обиду на них всех, но не получалось.       — Может, мы сделали что-то не так? Вы не ругались на него? – по Нуру было видно, как она тревожится за него.       — В том-то и дело, что нет. Самое грубое, что я мог сказать ему, так это отойти подальше от стола, потому что нужно быть осторожным, но я был тогда не злой и он, вроде как, улыбался потом. Хотя обычно, когда обижается, он сразу дуется.       — Я уж тем более никак не мог что-то сказать ему плохого. Мы всё время в дороге и ко мне он не лезет, а вот если бы мы останавливались на привал чаще, тогда да, он бы просил показать что-нибудь "прикольное". Научил на свою голову… – Хьюго вздохнул. Вот смотришь на него и будто ему плевать на всё, что сейчас происходит, однако внутри, где-то глубоко-глубоко в сердце, он тоже переживает.       — И за собой я не помню такого, наоборот, я стараюсь быть с ним намного мягче.       — Тогда понятно, Гогглс, ты косячник. – Хьюго указал на него пальцем, пока сам Вэриан с задумчивым видом уставился в огонь.       — Нет! Если бы был только я, то он только меня и игнорировал бы, так он же шугается всех нас.       — Тоже верно. – Нуру согласилась, – Тогда что с ним?       — Если не обижается на нас, тогда что-то у него случилось личное. Может, он по семье скучает? – Вэриана успокоила мысль, что это навряд ли обида на них.       — Да ну, если бы скучал, то сказал бы напрямую и всё, а не избегал нас. Он же что-то начинает прятать, когда к нему подходишь.       — Может, у него что-то… Ну, он же взрослеет, в конце концов.       — Тогда обязательно нужно с ним поговорить! – Нуру чуть было не вскочила с места, Хьюго же её осадил.       — Тебе не кажется, что тогда нужно с ним разговаривать кому-то из нас? – он указал на себя с Вэрианом.       — Согласен с Хьюго. Мальчик мальчику доверит больше, чем девочке.       — Вперёд и с песней! – Нуру показала на палатку, в которой сидел Йонг, тем самым посылая парней.       Алхимики подошли ко входу и замерли. Смотрели друг на друга и моргали молча.       — И чё стоим? Заходи. – Хьюго сказал шёпотом, чтобы их не спалили раньше времени.       — А чего я? Давай ты, ты у нас более разговорчивый. – Вэриан таким же шёпотом протестовал.       Спустя целых пять минут всё же зашёл первым Хьюго. Но не успел зайти туда Вэриан, как блондин вышел обратно, толкая своего спутника.       — Эй!       — Он спит.       Вернувшись назад, Нуру недовольно сопровождала их взглядом. Она видела, как они сначала мялись возле палатки, а потом даже зайти не смогли и воротились назад.       — И чего мы тут забыли?       — Он спит, завтра поговорим.       — Он, наверное, вас услышал и сделал вид, что спит. Я бы на его месте так же поступила.       — Не моя вина, что Вэриан засмущался заходить первым.       — Ничего такого, просто я подумал, что если начнёт Хьюго, то будет лучше.       Нуру тяжело вздохнула и, пожелав спокойной ночи, отправилась в свою палатку. Вскоре и Вэриан ушёл, оставив Хьюго одного.       Утром, когда солнце уже палило так, как только может, старшие ждали, когда проснётся Йонг. Обычно он вставал раньше, бывало, что опережал Нуру, но сегодня он по прежнему сидит там, хотя все уже собрались.       — Нет, всё, мне надоело. – будто выплюнул Хьюго и пошёл к нему, чтобы разбудить.       В этот раз он не церемонился с входом, а просто зашёл туда и увидел, как Йонг снова сидит и в чём-то копошится.       — Малой, уже все встали, давай пореще как-нибудь. В чём таком важном ты там копаешься уже третий день?       Хьюго начал к нему подходить, но только он сделал шаг, как Йонг вздрогнул.       — Неважно! Сейчас я выйду. – он начал что-то судорожно складывать под одеяло.       Ну, а Хьюго только скептически на него посмотрел и вышел, чтобы не смущать.       — Разбудил?       — Да он не спит даже, опять что-то делает, а когда я спросил и начал подходить, спрятал под спальник.       Через несколько минут Йонг со спокойным, даже чуть довольным, видом вышел к старшим и оглядел каждого. Все стояли и негодовали, что вообще происходит.       — Спарклс, ты чего там… – не успел Хьюго до конца задать вопрос, как вдруг Йонг вывел свою руку из-за спины, вытянув чуть вверх. На пальцах висело три кулона: один с шестёрней, второй со звездой и третий с лапкой какого-то животного. У каждого было настоящее удивление на лице.       — Я сделал для вас кулончики на удачу. Тебе, Нуру, с белой звездой. Вэриан, для тебя с лапкой. Я хотел повторить отпечаток, как у Рудигера, но он был против. А для Хьюго с шестерёнкой.       Йонг раздал каждому подвеску и ждал их реакции. Но они молчали, осматривая символы. Вэриан прикрыл рот ладонью; на секунду он вспомнил, как дарил Охотнице подвеску с кассариумом.       — Вау, Йонг, ты сам это сделал? Из чего? – Нуру беспокоил один вопрос: "Где он достал это всё?"       — Когда мы останавливались в какой-то деревне и там зашли на рынок, я увидел всякие подобные штуки на прилавке.       — Оболдеть, Йонг…       — Фейерверк, а почему шестёрня?       — Ты же механик, а ещё вечно, когда руки свободные, ты веришь в руках какую-нибудь шестерёнку. Я замечал это много раз.       — Ого. – только и сказал Хьюго, после чего надел кулон на шею, – Мне идёт?       — Подлецу всё к лицу.       Услышав это от Вэриана, все засмеялись, кроме Хьюго, но приятнее всего было слышать смех Йонга. После такого долгого времени его молчанки вообще любой звук его голоса очень даже неплох.

***

      Однажды ночью, когда на дежурстве осталась Нуру, была гробовая тишина. Даже потяги не было, которая колошматила бы палатки. Но Хьюго всё равно не спал в такой умиротворяющей обстановке. Не шёл сегодня сон.       Да и через какое-то время он услышал чьи-то всхлипы, зачем ему спать, когда что-то намечается? Полежит спокойно и, может, станет тайным свидетелем спектакля.       — Погоди, всхлипы? – спросил в пол голоса Хьюго сам у себя и прислушался.       Да, и вправду, кто-то сейчас плакал. Долго гадать не пришлось, Вэриан с Йонгом сейчас точно спят, значит, льёт крокодильи слёзы - Нуру. Не спящий сначала не знал, что ему делать. Вроде, не его проблемы и должно быть плевать, а вроде, как-то не по себе от этих звуков и ощущения, что ей там одиноко и грустно, может, даже больно.       Хьюго аккуратно вышел и подсел к подруге. Она при его виде тут же начала вытирать щёки от слёз.       — Да ладно, я и так видел и слышал.       — Прости, т-ты из-за меня не спишь? – её голос дрожал и поэтому слова получались не чёткими.       — Нет, просто не могу уснуть. А ты тут чего так?       — Да так, я просто сентиментальная, не обращай внимания.       — Как же я буду "не обращать внимания", когда тебе здесь плохо?       — Тебя разве волнует это?       — Конечно, меня, блин, это волнует! Я же не нелюдь, в конце-то концов.       Нуру усмехнулась, но улыбка быстро пропала.       — Так из-за чего ты надрываешься?       — Я… Я оч-чень скучаю по дому и б-боюсь, что мы м… можем не успеть.       — Нуру, – он давно не называл её по имени, – прошу тебя, не накручивай себя. – в знак поддержки Хьюго приобнял её за плечи одной рукой. – Всё мы успеем и королевству твоему поможем.       Нуру на его жест легко поддалась, а затем крепко обняла, обвивая руками и уткнувшись лицом в его грудь. Хьюго замер и не знал, что ему делать. Он вообще впервые кого-то вот так вот успокаивает. Чтобы показать, что ему не всё равно, он слегка похлопал её по спине.       — Ну-ну, тише. Если хочешь… выплакайся мне. – он не знал, что умеет так говорить.       Спустя минут десять Нуру успокоилась и отстранилась от Хьюго. Честно признаться, ему полегчало, когда она убрала свои руки, так как ему казалось, что он вот-вот что-то сделает не так. Неловкость так и висела в воздухе.       — Чёрт, извини меня, пожалуйста, и большое тебе спасибо. Ну, за то, что поддержал и успокоил. Я не думала, что среди всех нас это будешь ты.       — Не поверишь, тоже не думал, что я так умею.       Нуру чуть посмеялась и снова вытерла лицо. А затем она взглянула на одежду Хьюго и неловко хихикнула.       — Хьюго, я тебе намочила рубашку.       — Да, я чувствую. Ничего, высохнет, а я, пожалуй, всё-таки попробую уснуть ещё разок.       — Спокойной ночи.       — Тебе тоже, Принцесса.       И Хьюго ушёл, до сей поры неё веря, что он поддержал и успокоил плачущего человека. А на следующий день, да и на все последующие, они это не упоминали и не вспоминали даже. Этот случай был отнюдь не пустяком для Хьюго, но это было приятно. Не мокрая рубашка, а видеть улыбку на её лице после слёз.