Живая вода

— Тебе не кажется, что это какой-то странный табак? — спросил Мерри. — Ещё бы! — захихикал в ответ Пиппин, раскуривая уже вторую трубку, — Его же орки делают и они же курят. Думаешь, почему они такие бешеные? «Интересно, как этот диковинный табак может повлиять на хоббитов? Особенно в сочетании с водой из леса Энтов?», — размышлял Мерри, но покуривать не переставал. Всё равно, думать об этом следовало бы раньше, чем они накурятся. — И всё-таки ты стал выше, — подозрительно поглядел он на друга. — Ты тоже, приятель, ты тоже, просто не замечаешь, — продолжал хихикать Пиппин. Взгляд второго хоббита становился уже слегка неадекватным, что немного пугало Мерри. Что если они превратятся в орков? — А знаешь, что у меня ещё выросло? Хочешь, покажу? — поинтересовался Пиппин. Не дожидаясь согласия друга, он вытащил толстенный хуй, поднявшийся выше его головы. Прокуривший ещё не все мозги Мерри от такого зрелища заверещал и упал на задницу. Тут же он получил хуем по лбу и услышал заплетающийся голос друга: — Нарекаю тебя рыцарем, сэр Мериадок смелый! Продолжая верещать, Мерри выскочил из проклятой кладовой Изенгарда, но поскользнулся на жидкой грязи, оставшейся после потопа, снова и упал. И тут же ощутил, что волшебная вода в его организме тоже вступила в реакцию с непонятным табаком. Одна его штанина с треском разорвалась, и он снова получил гигантским хуем по лбу, на этот раз уже своим. — Говорил же: ты тоже вырос! — заливался смехом Пиппин, вышедший следом. — Как теперь это убрать?! — у Мерри аж слёзы выступили от ужаса. — А зачем? — удивился Пиппин и начал посасывать свой хуй, — Смотри, как здорово! Раньше я так не мог! Сознание Мерри окончательно затуманил подозрительный табак, и он последовал примеру друга. — А теперь попробуй мой! — Пиппин сунул ему в лицо покрасневшую головку. И Мерри послушно принялся лизать её, сунув другу в рот свой хуй, чтоб было всё по-честному. Никогда ещё Изенгард не слышал таких громких и сладких стонов! Хоббиты с переплетёнными хуями кружились вокруг башни, распевая свои народные песни. И вот, наконец, их окатило мощным душем из былой слизи. — Он не уменьшается! — причитал Мерри, когда его сознание окончательно прояснилось. Он пытался свернуть хуй спиралькой, чтобы он поместился в порванных штанах, но ничего не получалось. Друг его валялся в грязи совершенно счастливый, не пытаясь проделать даже это. — А зачем его уменьшать? — поинтересовался Пиппин. — Ну как же… Как же теперь… жениться?.. — Ой, да брось! — жизнерадостно ухмыльнулся второй хоббит, — Зачем жениться, если ты можешь сам себе сосать? И он вприпрыжку побежал обратно в кладовую за новой порцией загадочного табака. Хуй волочился за ним по грязи, как пожарный шланг. Тем временем, Саруман вышел на балкон мрачной башни, чтобы ещё раз оценить масштаб разрушений в своих владениях. Увидев происходящий внизу пиздец, он подумал: «Совсем эти хоббиты уже страх потеряли» и ушёл.