Загружаю судьбу: Прюэтт

[Поздравляем, Игрок! Вы узнали, что это было любовное зелье, а не чары! Однако ж… Кто его подлил — вопрос открытый. Уизли, чтоб влюбить или Лейстрендж, чтобы слить? Но не время расслабляться, Эмилия, тебе ещё тесты сдавать]. Дверь палаты скрипнула, прерывая мои панические размышления, и в комнату вошла женщина. Её одежда была не лимонной, как у Сметвика, а светло-бирюзовой, мягкой, как утреннее небо, и струилась при движении, будто соткана из заколдованного шёлка. А вот выражение лица было без всякой магии: строгое, как у школьной завучки, у которой ты на третьем опоздании за неделю. Она была невысокой, с короткими каштановыми волосами, аккуратно уложенными за уши. — Целитель Сметвик просил сопроводить вас на ряд процедур. Также в приёмном покое вас ожидает отец. [Квест: «Сдать медобследование на беременность, остатки чар, магический уровень и плодородие». Время на выполнение: час. Награда: шанс на понимание, кому ты, чёрт возьми, досталась в этой жизни] Я натянула вежливую улыбку — ту самую, которой мы все прикрываем ужас, когда сдаём сессию без шпоры. Это что, сейчас мне придётся не только сдавать тесты, но и выдержать допрос от папаши, который, поди, уже точит палочку, узнав про мой провал с Уизли? Сбежать можно? — Это… надолго? И что именно проверять будут? — я подняла взгляд на женщину, надеясь выудить хоть немного информации, прежде чем меня потащат по коридорам Мунго и шанс встретить папочку увеличится. Медиведьма Кэрроу, как значилось на её халате, прищурилась, и её губы дрогнули в лёгкой, почти незаметной улыбке, будто она привыкла к вопросам напуганных пациентов. — Стандартное обследование, — ответила она, открывая папку и пробегая глазами записи. — Беременность, остатки чар, уровень магии, стандартный набор при приворотах. Ничего сложного, мисс Прюэтт, но нам нужно убедиться, что зелье не оставило последствий. Также есть вопросы по… женскому здоровью. Я даже не успела ничего спросить — перед глазами снова вспыхнула Система. Табличка радостно мигнула, как пескоструйный гиф в раннем Tumblr: [Побочный квест активирован: «Женское здоровье» Подсказка: держите лицо. Не паникуйте. Не бойтесь слова «плодородие». Оно просто звучит хуже, чем есть]. Плодородие. Сука. Да, звучит так, как будто меня сейчас поведут на оценку как чистокровную корову: «Хорошая матка, сильный магический потенциал, глядишь — выведем нового Мерлина!» — А можно… можно сначала анализы? — Да. Вас ждут в диагностическом крыле. Пройдёмте. Я встала. Колени чуть подогнулись, и тело будто ныло — не от усталости, а от перенапряжения. Эмоционального. Физического. Хрен знает какого. Тут не добавили графу «выгорание», но я б туда уже галочку поставила. Час на обследование, таймер тикает, а я даже не знаю, чего бояться больше — тестов или папаши в приёмном покое. Мы вышли с ней в коридор Мунго. Длинный и шумный, с высоким потолком, где мерцали магические светильники, отбрасывающие мягкий, но холодный свет. Пол под ногами, выложенный серыми плитами, казался бесконечным. Пока мы шли, я вообще старалась не думать. Особенно — не думать об новоявленном отце, своего то я с рождения не видела. Что вообще отцы делают в такой ситуации? Кричат? Устраивают допрос? Или просто смотрят с таким разочарованием, что хочется провалиться сквозь землю? Кэрроу свернула в боковой коридор и толкнула дверь, за которой открылась комната, больше похожая на магическую лабораторию, чем на больничный кабинет. Стены были увешаны полками, заставленными стеклянными колбами, в которых побулькивали разноцветные жидкости, а воздух дрожал от тихого гудения приборов, покрытых мерцающими рунами. В центре стояло кресло, обитое тёмной тканью, с бледно-голубыми магическими барьерами, что светились по бокам. Вообще-то, это было что-то среднее от стоматологического и гинекологического кресла. — Садитесь, — сказала женщина. — Руки на подлокотники. [СИСТЕМА: Поздравляю, ты в магическом застенке! Не дёргайся, а то барьеры решат, что ты — закуска]. Холод металла тут же перешёл на руки и просочился сквозь тонкую ткань больничной сорочки, заставив поёжиться. Кресло жёсткое, почти неудобное, и барьеры по бокам загудели чуть громче, когда я заняла место, будто активировались, почуяв моё присутствие. Я бросила взгляд на Кэрроу, которая уже открыла папку и уткнулась в неё. Попытка унять дрожь в пальцах не увенчалась успехом. Система, если это обследование превратит меня в подопытного пикси какого-нибудь, я тебе этого не прощу. — Будет немного… неприятно. Для начала возьмём вашу кровь. Сейчас мы слегка отпилим вам ногу, но не волнуйтесь, обезболивающее сработает через минуту после того, как вы отключитесь. — А наркоз? — невинно поинтересовалась я, отводя руку, как будто могла сбежать с этого кресла, не вмазавшись в барьеры. Ну а кто их знает, может они чтобы кровь взять, руку отпиливают, набирают в трехлитровые банки, а затем обратно наращивают. — Это магическое оборудование, — ровно ответила Кэрроу, быстро глянув на меня. Она уже распределяла прозрачный гель по всей руке. Холодило от него до ломоты, как если бы льдом по венам прошлись. — Не почувствуете почти ничего. Игла вонзилась в вену так стремительно, что я едва успела моргнуть. И — да, не соврала. Было не больно. Всё как у нас. Иголку вставили, пробирку залили, только тут по мере того как сосуд наполнялся, по краям вспыхивали рунные надписи, мерцающие золотом и зеленью, будто оживающие заклинания — я видела всплывающие данные о составе, чароостатках, следах зелий, гормональном балансе и ещё паре вещей, которые даже Система пока не комментировала, но позади перо самостоятельно делало записи на обычную бумагу. [Анализ крови: Результат ожидается. Предварительные показатели: отклонения зафиксированы. Подробности вскоре. Подсказка: не паникуйте. Или хотя бы сделайте вид]. Кэрроу отложила флакон с кровью на стол, где он присоединился к ряду других сосудов, побулькивающих и мерцающих, как экспонаты в музее зелий. Я сделала глубокий вдох, сжала пальцы в кулак и откинулась обратно в кресло, пока медиковедьма, тем временем, уже призывала следующий инструмент. — Теперь проверим остаточные чары. Прилягте, это займёт пару минут. Прямо над грудной клеткой закружился нежно-фиолетовый вихрь, от которого защекотало в горле и на секунду помутнело перед глазами. Мою голову, стремительно опускающуюся, подхватили ладонью. — Тихо-тихо-тихо. Без обмороков. Вот так. — я в ответ пролепетала что-то вроде извинений. — Остаточное влияние ментальной магии, — пробормотала Кэрроу себе под нос, но я то слышала. Сделав записи, она сказала уже для меня. — Удаление желудка сработало, но следы воздействия всё ещё нестабильны и кажется находятся в организме. Рекомендую повторную чистку через неделю, а пока пейте отвар полыни. Я напишу, как заваривать. И, конечно, Система не могла пропустить шанс подлить масла в огонь. Перед глазами снова вспыхнула табличка, её буквы сияли с той же наглостью, с какой кошка сбрасывает вазу со стола: [Обновление задания «Контрольная проверка». Остаточные чары подтверждены. Следующий этап: Проверка магического уровня и плодородия. Время осталось: 47 минут. Подсказка: Спроси о ментальной магии. Целительница знает больше, чем говорит]. Ладно, Система, ты выиграла. Давай выудим хоть что-то полезное, пока я не превратилась в магический экспонат. — Ментальная магия… это что, кто-то копался в моей голове?» — внутри зарождалось желание просто схватить эту женщину за халат и вытрясти ответы, не церемонясь. — Вы сказали, следы нестабильны. Это опасно? И… как такое вообще могло случиться? — В вашем случае, мисс Прюэтт, любовное зелье, которое мы обнаружили, имело ментальный компонент. Оно не просто вызывало… влечение, но и слегка подавляло вашу волю, делая вас более податливой к определённым… импульсам. [Вы получаете дебафф: «Эмоциональная нестабильность» Эффекты: вероятность неадекватных решений +10%, слёзы на ровном месте +30%, импульсивный выбор романтических партнёров +∞]. Да я так живу, кстати, и ничего, справлялась как-то. Дверь кабинета открылась, и внутрь вплыла женщина средних лет в такой же глазовыдавливающем лимонном халате, что и у Сметвика, только закрыт он под горло. Поздоровалась со мной. На груди поблёскивала вышивка — «Л. Фоссет». — Мисс Прюэтт, здравствуйте, меня зовут Луиза Фоссет. Я проведу ваш осмотр. Алиса, можешь идти. Бирюзовый халат кивнула, улыбнулась мне на прощание и вышла, а лимонный халат скомандовала лечь на кресло. Я подчинилась — хотя скорее упала, чем легла — в тот же миг кресло ожило. Без предупреждения подлокотники втянулись, спинка откинулась назад, а платформа под ногами заскользила в стороны, разведя мои бёдра с молниеносной точностью. СТОП. Ну-ка, это что сейчас будет!!! Такой скандал учиню! — А что вы собрались вообще делать? — вырвалось у меня при попытках вернуть своему телу хоть какие-то границы личного пространства, то есть скрестить ноги обратно. Но безуспешно. Кресло явно тренировалось на сопротивляющихся пациентах. — Я не уверена, что записывалась на такое свидание! Целительница Фоссет достала длинный серебристый инструмент, похожий на что-то среднее между пинцетом и диковинным цветком. — Стандартная проверка репродуктивной системы, мисс. После такого количества зелья нужно убедиться, что всё… функционирует должным образом. Гинекологическое обследование входит в стандартный протокол проверки студенток после приворотов. Расслабьтесь. Расслабьтесь, говорит она. Я чуть не захлебнулась собственным возмущением. Расслабиться в кресле, которое, кажется, решило устроить мне сеанс магического BDSM? Да я расслаблюсь только в гробу, и то если крышка будет шелковая! Система, между прочим, молчала. Ни подсказки, ни «+5 к выживанию в неловких ситуациях», ни даже гифки с котиком. Просто пустота. Я брошена, Система, брошена! Не говорить же многоуважаемой Луизе, что у меня детская травма и боязнь гинекологов. Вот у кого-то клоуны, а у меня дрожь от одной только мысли о том, что кто-то будет в меня лезть. Могла б и догадаться, идиотка! Что проверка — это осмотр причинных мест. — А… можно хотя бы музыку включить? — прохрипела я, стискивая пальцами края кресла так, что костяшки побелели. Потому как аналог гинекологического зеркала был и здесь тоже. Нет, не железное, конечно, но и это не самое неприятное. Просто та самая щёточка, была и здесь тоже! Орудие пыток впилось в нежную кожу святая святых, а затем её несколько раз прокрутили у шейки матки и я даже вскрикнула. — Вот и всё. — Ужасающие рассказы про ваши первые годы практики, чтобы отвлечься, сейчас подошли бы в самый раз. Фоссет вздохнула и улыбнулась, как будто слышала такие шутки тысячу раз — У вас хорошее чувство юмора, мисс Прюэтт. Это поможет вам в жизни. И в браке. — У меня этого всего нет, — буркнула я. — Ни чувства юмора, ни жизни, ни брака? — уточнила она. — Вы удивитесь, насколько всё из этого периодически исчезает. Целительница что-то колдовала себе под нос, посветила палочкой туда, куда светить, по моему мнению, могли только добровольные мазохисты, и хмыкнула. — Что? — пискнула я. Голос предал. В буквальном смысле. Система тоже молчала. Сука. — Не волнуйтесь, — начала она с тем тоном, которым обычно объявляют о задержке поезда или смертельной болезни. — Повреждений нет, гимен на месте. Однако… — и вот тут она подняла глаза, посмотрела на светящийся цветок, — уровень плодородия… выше среднего. Намного выше. Как у носительницы древней крови на пике цикла. Я проверю и сообщу вам дополнительно. Переживать не стоит. — Я… Спасибо? — растерянно выдохнула. Что, блин, мне с этой информацией делать? Сидеть в шкафу и плодиться? [СИСТЕМА ОБНОВЛЕНА] [Параметр «Плодородие»: +20. Вы теперь лакомый кусочек для брачных союзов. Остерегайтесь чистокровных бабушек с их планами]. Ага. Великолепно. Просто потрясающе. Мне не хватало только пометки «элитная самка», инкубаторша, блин. Племенная кобыла. Я уже представляла в красках, что не избежать мне этой участи, и как я в муках рожаю семеро детей от Уизли. И тут — ТУТ! — раздался стук, такой громкий, что я подпрыгнула, насколько позволяло это проклятое кресло. Дверь распахнулась с такой силой, что чуть не слетела с петель, и в кабинет ворвался он, сразу его узнала. Лорд Прюэтт. Отец. При полном параде: чёрный твидовый костюм, такого же цвета распахнутая мантия с серебряной вышивкой, семейный перстень на пальце, сверкающий, как маяк, и взгляд, который мог бы испепелить дракона. Его аура была такой тяжёлой, что воздух в комнате, казалось, сгустился, а руны на приборах задрожали, будто почуяв бурю. — Молли! — голос, резкий и властный, заставил Фоссет замереть. — Что здесь творится, именем Мерлина?! Я, извините, всё ещё с раздвинутыми ногами и с серебристым жезлом Фоссет где-то в районе, куда приличные девушки даже зеркало не подносят. Вот поэтому и не люблю гинекологические осмотры, шляются, будто проходной двор. Система, эта подлая тварь, не просто молчала — я была уверена, что она где-то ржёт, но мне то было не до смеха. Целительница замерла. Я замерла. Даже кресло, кажется, застеснялось и тихо заскрипело. Время, похоже, остановилось, и я мысленно помолилась о портале в ад, который, увы, так и не открылся. Система тоже ожила: [Совет: притворись мертвой, или мебелью]. И тут, как спасение — нет, новый круг ада, — в дверях возник Сметвик. Да уж, не при таких обстоятельствах я думала, он увидит моё неглиже. Хотя, кресло и не было повёрнуто к двери, скорее это был вид сбоку. Тёмные глаза метнули взгляд на лорда Прюэтта, потом на меня, и, клянусь, я уловила лёгкую тень веселья, прежде чем он заговорил. — Лорд Прюэтт, пожалуйста, ещё минута, и ваша дочь будет готова к беседе. Рекомендую… остаться за дверью. Присядьте вон туда, на стул. — Это моя дочь! — возмущённо рявкнул отец. — Я имею полное право знать, кто трогает её в больничной койке как какую-то подопытную! — Трогают её с целью диагностики, милорд, — ответила целительница с идеально каменным лицом. — И если вы не хотите услышать слово «влагалище», а затем и лицезреть, рекомендую выйти. Я захлебнулась в себе и попыталась утонуть в кресле. Безуспешно. Ни один заклинательный портал в ад не открылся. Ни один! А ведь я старалась быть хорошей девочкой в прошлой жизни, Господи! Лорд Прюэтт шумно выдохнул, его лицо покраснело. Сметвик мягко, но твёрдо закрыл перед ним штору, и сам тоже остался за ней же. Интересно, а изначально занавесить нельзя? — Пять минут, — заверил док. — Потом вы сможете поговорить. Я закрыла глаза. Сдохнуть. Вот бы сейчас просто сдохнуть. Когда целительница, наконец, увела свою волшебную палочку туда, где ей и место (в сейф, желательно), и кресло, издав униженное вздохоподобное «ж-жжик», вернулось в исходное положение, я постаралась собрать остатки достоинства по углам. — Можете вставать, — кивнула Фоссет, исчезая за шторой. — Теперь можно? — раздался голос Иоганна, полный еле сдерживаемого гнева. — Нельзя, — буркнула я. — Но это же тебя не остановит. И точно: через две секунды ворвался лорд. За ним — всё ещё на шаг позади, новый мужчина. Это следящий, чтоб никто не умер на месте от семейных разборок? А куда Сметвика дели? — Беременности нет? — рявкнул батя, заставив даже Фоссет слегка вздрогнуть. Он повернулся к ней, и глаза, стальные и горящие, буравили целительницу, как будто она лично подливала мне зелье. — Успокойтесь, милорд, — начала целительница. — Она не беременна. Остаточные чары от зелья в крови, но магическое вмешательство было своевременно прекращено. Физически она в порядке, коитуса не произошло. — Вы уверены? После всего, что… натворил этот мальчишка? Этот Уизли… этот рыжий выскочка… посмевший тронуть мою дочь… Клянусь Мерлином, я его найду, и он пожалеет, что родился на свет, или он думает, что может лапать Прюэттов, как уличных девок? Он злился, да, но не только из-за скандала. Он смотрел на меня, и в его взгляде, под слоем ярости, мелькала боль. Я не была экспертом в психологии и иногда даже сарказм понимала с трудом, но здесь все настроения, оттенки и полутона других раскрывались передо мной. — Уверена, лорд Прюэтт, — ответила Фоссет, пытаясь скрыть раздражение за вежливостью. — Обследование не выявило беременности. Но зелье, которое принимала ваша дочь, было сложным. Мы ещё выясняем его источник. — Выясняйте быстрее! — прорычал мужчина, сжимая кулаки. — Иоганн, прошу, — снова вмешался мужчина, и его голос, спокойный, но твёрдый, как гранит, разрезал напряжение в комнате. Он шагнул вперёд и положил руку на плечо отцу. — Твоя дочь в безопасности, и мы делаем всё, чтобы разобраться в случившемся. Уизли, вероятно, тоже жертва зелья. Дуэли и проклятия не помогут. Жертва зелья? Я моргнула, переваривая новые данные. Это что, Уизли тоже могли травить? — Молодой человек даже под Империусом должен держать всё своё при себе. Это про уважение, Ваиль. Про честь семьи. Про то, что мужчина должен знать, кого он касается. И если он не знал — он должен узнать теперь. Через шрамы. — О iisuse, — простонала я, не замечая, как перешла на русский. Вообще, интересно так получилось, что я думаю на русском, но превосходно понимаю и разговариваю на английском с самого начала. Но не об этом сейчас. — То есть, он ещё и не виноват? — Эммануэлла, — обратился ко мне отец, и его голос, хоть и грубый, был тише на моём имени, почти умоляющим. — Но я не понимаю, почему ты не рассказала мне? Я бы… я бы защитил тебя. В его словах было столько боли, что я почувствовала, как горло сжимается. Он любил свою дочь, это было очевидно, но его любовь была как буря — мощная, но готовая разрушить всё на своём пути, включая Уизли и, возможно, меня саму. Я открыла рот, но слова застряли. Отец подошёл ко мне, осторожно — да, осторожно, как будто я снова была пятилетней и упала с метлы. — Я не злюсь на тебя, дитя. Ты ни в чём не виновата. Но если кто-то воспользовался тобой — пусть даже с помощью зелья — я не должен сидеть и смотреть. Впервые за долгие годы, кажется, Молли обняла его. Мужчина застыл, будто не понимая, как реагировать. Потом его руки медленно обхватили меня в ответ — неуверенно, почти неловко. Система мигнула: [Обнаружено: скрытый параметр «Отцовская любовь». Уровень: 73/100. Эффект: «Щит крови» активирован на 1 день. Все попытки внешнего давления на пользователя будут отражены ближайшим родственником. Молодец, Молли, довела старика до слёз]. — Но если Уизли ещё раз подойдёт к тебе ближе, чем на метр… Я превращу его в декоративную тыкву. И отправлю его семье по почте. Я не потерплю, чтобы этот Уизли опозорил всю семью. Твоя помолвка — не шутка, и я ожидаю, что ты будешь вести себя достойно. Помолвка?! Не понял... точнее, не поняла. — Думаю, на сегодня достаточно. Мисс Прюэтт нуждается в отдыхе. Я выпишу рекомендации. И, Иоганн… не вмешивайся больше в лечение. Это медицинская этика. И магическая безопасность. А также нервы моих сотрудников. Папа посмотрел на целителя, потом на меня. Мне сказали на прощание что, мол, встретимся дома и удалились. Дверь захлопнулась, мужчина обернулся ко мне: — А теперь — чай? Я рассмеялась. Слёзы были где-то рядом, но я их не пустила. — Если в нём нет зелья — налейте ведро. Мне кивнули с лёгкой улыбкой. — Тогда я пошёл за ведром и чаем. Вы только не превращайте его в ночной горшок, мисс Прюэтт, — заявил он, выходя вместе с целительницей. — Посидите тут, у вас ещё один забор крови, я позову Алису. — Так, Уизли, — прошептала я в воздух, как только осталась одна. — Если ты действительно ни при чём… я тебя спасу. А если врёшь — приготовься. Потому что следующую декоративную тыкву я вырежу лично. И система снова мигнула: [Ваша угроза принята. Харизма +1].

***

— Шестьдесят пятый или шестьдесят шестой? — спросила медиковедьма, имея в виду, очевидно, год окончания школы. Её взгляд мельком скользнул по мне, словно я была очередной строчкой в её бесконечном списке дел. — В следующем, — ответила я, не успев даже осмыслить. Мой язык опередил разум, и только спустя секунду я поняла, что только что подтвердила: сейчас 1965 год. — Хорошо, что вам уже лучше — девушка открыла папку и пробежала глазами записи. — Ваши анализы готовы, и я хотела обсудить результаты. Вчера мы уже говорили с вами об остаточных эффектах, но есть ещё несколько моментов. Я откинулась на подушку, чувствуя, как матрас скрипит подо мной. Формулировка, которую мне зачитала Кэрроу, звучала, как выписка из магической энциклопедии болезней: «Повторная активация симптомов драконьей оспы в латентной форме. Не заразна, но требует строгого карантина и наблюдения». Чуть не расхохоталась, когда услышала это, но вовремя себя сдержала. Драконья оспа? Серьёзно? Это что, теперь я официально в клубе «отмазка в виде срачки-болячки», с одним отличием, что волшебные. В прошлой жизни отмазывалась от физры справкой о плоскостопии, а тут мне подсунули целый магический диагноз, чтобы держать подальше от школы. Я уже знала, что отец заплатил Шафику - заведующему этой больницей, - чтобы сослать меня домой. — Мисс Прюэтт, — продолжила медиведьма, перекладывая бумажки с моими анализами. — Похоже, драконья оспа — не единственное, что мы нашли. Я приподняла бровь. — О, это звучит многообещающе. Я вся в счастливом ожидании. Кэрроу проигнорировала мой сарказм и продолжила, словно зачитывала приговор: — Повышенная фертильность. Крайне редкий случай для чистокровных, если честно. Обычно у вас, аристократов, с этим… напряжёнка. Также у вас короткий менструальный цикл. Теперь я могу добавить это в своё резюме: «Способности: трансфигурация, руны, экстремально плодовита». Прежде чем я успела выдать очередную колкость, вспыхнуло уведомление. [СИСТЕМА ОБНОВЛЕНА] [Параметр «Плодородие»: Подтверждено. Уровень: Высокий. Эффект: +10 к привлекательности для брачных союзов. Минус: Чистокровные сваты теперь ваш личный кошмар. Подсказка: Зелья предохранения — твой лучший друг. Не благодари]. Не благодари?! Я мысленно швырнула в Систему воображаемый Expelliarmus, но она, конечно, только хихикнула где-то в эфире. — Насколько короткий цикл? — Настолько, что если бы вы были крольчихой, ваши предки уже правили бы миром. Я закатила глаза. — Прекрасно. То есть, если я чихну в неправильном направлении, то рискую стать матерью-одиночкой? — Примерно так, — ответила она, протягивая мне маленький флакон с розовой жидкостью, переливающейся в свете магических ламп. — Зелье регуляции. Рецепт выписан, лучше уточнить индивидуальные параметры у нашего зельевара, услуга платная. Принимать каждое утро в течение полугода до завтрака, не смешивать с приёмом бодроперцового, водой не запивать, приёмы не пропускать. Как закончите, прийти на обследование к целительнице Фоссет. Если, конечно, не хотите провести ближайшие годы в непрерывных родах. Я взяла флакон, разглядывая его с подозрением. Жидкость внутри выглядела слишком невинно для того, чтобы держать под контролем мою новообретённую «суперспособность». — А есть варианты покрасивее? Ну, знаете, амулеты, заклинания, воздержание? — Амулеты ненадёжны, заклинания требуют постоянного обновления и расходуют резерв, а воздержание… — она бросила на меня оценивающий взгляд, — судя по вашей истории, не ваш вариант. — Ой, спасибо за комплимент. Кэрроу ухмыльнулась и направилась к двери. — Вам повезло, мисс Прюэтт. Ваш отец согласился на домашнее обучение. Так что можете наслаждаться «карантином» в своём поместье. Я чуть не застонала вслух. Попасть в мир Хогвартса — с его говорящими портретами, заколдованными потолками и квиддичными матчами — и не увидеть сам Хогвартс? Это как выиграть билет на концерт любимой группы, но застрять в пробке на полпути. Всегда мечтала. — А что насчёт… того, кто подсунул мне зелье? — спросила я, стараясь звучать безразлично. Она остановилась у двери, не оборачиваясь. — О, не волнуйтесь. Ваш отец уже разбирается. — Тон её голоса заставил меня поёжиться. [Обновление квеста: «Выжить в собственном доме» Дополнительная цель: Не дать отцу убить всех подряд Награда: Информация + шанс не стать матерью в 17 лет] Как только не очень приятная медичка вышла, я снова открыла меню, продолжая изучать информацию, потому что вскользь упомянутая новоявленным отцом фраза про какую-то там помолвку Про мир я посмотрела ещё после осмотра. Ничего такого, чего бы я не знала. Теперь же настала очередь узнать про тех, кто меня окружает, поэтому я стала рыться в карточках персонажей.

***

Иоганн Леандер Прюэтт Статус: Глава рода Прюэтт Роль: Отец Возраст: 41 год Палочка: Черное дерево, волос вейлы, 13½ дюйма — страшная в гневе, как и её владелец. Профессия: Гранд-мастер чар, член Визенгамота, официально сотрудник Отдела Исследований Заклинаний при Министерстве Магии, неофициально — даже ты не в курсе. Характер: Иоганн — человек стальной дисциплины и пугающей харизмы. Его любовь к семье — это смесь нежности и контроля, а его гнев — холодный и разрушительный. Он редко шутит, но его сарказм остёр, как клинок. Его решения не обсуждаются, а его амбиции для рода безграничны. Внешность: Иоганн — высокий, с острыми скулами и взглядом зелёных глаз, который будто режет насквозь. Его волосы, слегка тронутые сединой у висков, всегда уложены с военной точностью. Предпочитает тёмные мантии с вышитым гербом рода Прюэтт — феникс птица. Особенности: История: Иоганн родился в роду Прюэтт, чьё богатство было растрачено его прадедом на магические артефакты. В Хогвартсе он учился в одно время с Томом Риддлом, но презирал его за манипуляции и тёмные наклонности, однажды вызвав его на дуэль, которую едва выиграл. Во время войны с Гриндевальдом (1942–1945) он, будучи юным, создал чары для подполья, защищавшие убежища от ищеек Гриндевальда. Потеря сестры в этой войне перевела его защитные инстинкты на уровень «душу вынесу, но ты будешь в безопасности». После войны он быстро поднялся в Визенгамоте, используя связи и страх. Навыки: На седьмом курсе решал NEWT по чарам за преподавателя, но твоё образование, кажется, упустил. Мастер дуэльной магии, настоящая легенда в создании сложных чар и защитных заклинаний. Говорят, он однажды сотворил щит, который выдержал атаку дракона. Щит Прюэттов — создаёт непробиваемые барьеры, но он не защитит от дочкиных глазок. Он разработал Vinculum Arcanum, связывающее заклинания в цепь для усиления эффекта. Его дуэльный стиль — молниеносный, с акцентом на контратаки. Слабости: Его жажда контроля отталкивает близких, а паранойя заставляет подозревать всех, даже домашних эльфов. Травма от войны — повреждённое запястье — снижает точность долгих заклинаний. Его вера в чистокровные идеалы делает его слепым к новым идеям, а страх потерять семью толкает на крайности, вроде взятки главврачу Мунго. Взятка — «во благо», но если ты спросишь — он просто отмахнётся. Ужасно играет в карты, но никогда не признаёт поражения. Отношение к Молли: Ты — его любимица, он обожает тебя, но не знает, как выразить любовь, кроме как муштры и контроля. Взятка — его способ «спасти» тебя. Он не объясняет причин, считая тебя слишком юной для правды. Секреты: Иоганн скрывает, что в Хогвартсе он был частью тайного клуба, изучавшего древние чары, и один из его экспериментов чуть не убил однокурсника. Он боится, что твоя склонность к авантюрам в Хогвартсе связана с его прошлым. Род Прюэтт связан древним договором. Квестовая подсказка: Чтобы избежать его планов на твоё будущее, найди компромисс — например, предложи идею, как укрепить род без замужества. Но действуй осторожно: одно неверное слово, и он решит, что ты не готова к «взрослым решениям». [СИСТЕМА: Осторожно! Иоганн уже начал расследование инцидента с зельем. Успей выяснить правду раньше, чем он устроит магическую вендетту!] Эстер Терезия Прюэтт (урождённая Винтерборн) Статус: Леди рода Прюэтт, специалист по древним рунам Роль: Мать Возраст: 39 лет Палочка: Пихта, сердечная жила шотландского гнома, 10 дюймов — резкая, как утро после бала Профессия: Хозяйка поместья Прюэтт, эксперт в ментальной магии. Внешность: Эстер — воплощение холодной элегантности. Высокая, с идеальной осанкой, она кажется выточенной изо льда. Её длинные рыжие волосы, унаследованные Молли, всегда собраны в сложную причёску, а серо-голубые глаза смотрят так, будто читают твои мысли. Она любит семью, но её забота сурова, как зимний ветер. Особенности: История: Эстер родилась в роду, известном своими ментальными магами и политическими интригами. Она была сослана подальше от семьи, в Хогвартс, так как там её не смогли бы достать враждующие кланы. Она училась с Томом Риддлом и однажды блокировала его попытку легиллименции. Она отвергла семейный план стать шпионкой для сторонников Гриндевальда, сбежав к Иоганну, что стоило ей связи с братом. Во время войны она создавала ментальные щиты для сопротивления, но провал одной миссии, где погиб её наставник, оставил в ней чувство вины. Описание: Настоящая северная леди: сдержанная, неприступная и пугающе умная. Она редко повышает голос, но её слова остры, как лезвие. Её любовь к детям проявляется в строгой заботе и высоких ожиданиях. Она мастер скрывать эмоции, но те, кто её хорошо знают, замечают, как её пальцы сжимаются, когда она злится. Особенности: Прирождённый окклюмент и легиллимент, что делает её практически неуязвимой для ментальных атак. Она также искусна в зельеварении, особенно в создании тонких ядов и противоядий. Однако, зелья она так и не научила тебя варить. Её навыки в астрономии позволяют предсказывать магические всплески. Она также играет на арфе, но только для себя. За пять секунд может выставить тебя дурой — так вежливо, что ты ещё извинишься. Слабости: Её холодность создаёт барьер с близкими, а чувство вины за прошлое делает её уязвимой. Проклятье, полученное в войну, ослабило её сердце, что она скрывает. Её потребность всё контролировать мешает доверять, а страх потерять семью заставляет её соглашаться с Иоганном, даже если она сомневается. Она ненавидит готовить и всегда сжигает пироги. Отношение к Молли: Эстер видит в тебе свой характер — упрямый и яркий. Она поддержала взятку Иоганна, но тайно считает её ошибкой. Её уроки окклюменции — способ защитить тебя, но они изматывают. Секреты: Эстер знает, что в прошлом ты, Молли, случайно подслушала её разговор с одним человеком, связанным с тёмными магами, и рассказала об этом подруге. Она простила тебя, но боится, что твоя болтливость навлечёт беду. Квестовая подсказка: Если хочешь заслужить её уважение, покажи, что можешь контролировать свои эмоции. Но не пытайся лгать ей — она почувствует это за милю. [СИСТЕМА: Эстер наблюдает за тобой. Один неверный шаг, и она начнёт копать глубже. Убеди её, что ты можешь справиться сама, или готовься к её «воспитательным мерам»]. Фабиан Эдгар Прюэтт Роль: Старший брат Возраст: 21 года (род. 1945) Дом: Бывший гриффиндорец (Хогвартс, выпуск 1963 года) Палочка: Орех, сердце дракона, 13 дюймов — прямолинейная, как его шутки Род занятий: Аврор-стажёр, сдаёт специалитет по защитным чарам Внешность: Фабиан — высокий, с крепким телосложением и вечно растрёпанными рыжими волосами, которые он теребит в задумчивости. Его веснушки — его «проклятье», а карие глаза сияют весельем. Его мантии всегда слегка помяты, к ужасу Эстер. Характер: Фабиан — буря веселья и храбрости. Он обожает розыгрыши, но аврорская работа сделала его серьёзнее. Его преданность семье — его сила, а его шутки — способ скрыть усталость. Он всегда готов защитить тебя, даже если это значит нарушить правила. История: Фабиан в Хогвартсе был звездой квиддича, играя охотником и ломая рекорды по голам. Его решение стать аврором родилось после нападения чьего-то неудачного эксперимента в виде Виверны на Хогсмид. Он прикрыл младшекурсников своим фамильным щитом. Он коллекционирует магловские комиксы, мечтая создать магическую версию. Особенности: Отличный дуэлянт, особенно хорош в импровизации заклинаний. Унаследовал от отца талант к чарам, но предпочитает действие размышлениям. Любит позёрство и создаёт огненную стену, блокирующую проклятья, вместо нормальных щитов. Слабости: Его импульсивность втягивает его в передряги, а привычка шутить в серьёзные моменты злит коллег. Травма плеча, полученная после одной вылазки, снижает его ловкость, поэтому сейчас он учится магичить другой рукой. Его страх подвести семью заставляет скрывать усталость, а любовь к сладкому делает его уязвимым для подкупа пирогами. Отношение к Молли: Ты — его «маленькая заноза», и он обожает тебя дразнить. Но если кто-то посмеет тебя обидеть, Фабиан превратит их жизнь в кошмар. Он гордится твоей гриффиндорской храбростью. Он знает о взятке и считает её глупостью, но молчит, чтобы не спорить с отцом. Секреты: Фабиан скрывает, что в Хогвартсе он был влюблён в Поппи Помфри, но она отвергла его, не желая отвлекаться от учёбы. Он боится, что ты узнаешь и будешь его жалеть. Квестовая подсказка: Устрой с Фабианом вечер воспоминаний и спроси о его школьных друзьях. Он может проболтаться о Поппи, но смени тему, если он начнёт нервничать. [СИСТЕМА: Фабиан — твой защитник, но его сердце всё ещё болит. Узнай о его прошлом, чтобы сблизиться, но не дави]. Гидеон Роланд Прюэтт Роль: Старший брат Возраст: 21 года Дом: Бывший гриффиндорец (Хогвартс, выпуск 1963 года) Палочка: Тис, волос вейлы, 12 дюймов — непрямолинейная, как его планы Род занятий: Исследователь проклятий (место работы — неизвестно) Внешность: Гидеон — почти копия Фабиана, но худощавый, с аккуратно подстриженными рыжими волосами и карими глазами за очками в тонкой оправе. Его мантии — тёмные, с вышитыми рунами, а на шее — амулет с древним символом. Его взгляд всегда задумчивый. Характер: Гидеон — аналитик с саркастичным юмором, который проявляется неожиданно. Он любит книги и загадки, но его защита семьи яростна, хоть и скрытна. Его молчаливость порождает слухи о его работе. Особенности: История: В Хогвартсе Гидеон был гением рун, чьи эссе публиковали в журналах. Его интерес к проклятьям начался после того, как он снял заклятье с артефакта, чуть не убившего друга. После выпуска он пропал на год, вернувшись с шрамом на шее и без объяснений. Слухи связывают его с экспедициями за древними реликвиями. Он играет на флейте, но только в одиночестве. Навыки: Эксперт в рунной магии, умеет выявлять скрытые заклинания. Умеет разрушать проклятья с хирургической точностью. Он владеет невербальной магией и уже знает несколько языков, что помогает расшифровывать тексты. Его навыки в алхимии позволяют создавать защитные эликсиры. Слабости: Его паранойя мешает доверять, а шрам вызывает боль при магических всплесках. Его привычка всё анализировать замедляет действия, а страх быть отвергнутым делает его замкнутым. Он не умеет плавать и панически боится воды. Отношение к Молли: Гидеон видит в тебе потенциал, но считает тебя слишком импульсивной. Он знает о взятке и считает её чрезмерной, но молчит, чтобы не злить Иоганна. Его советы звучат как лекции, но он всегда готов помочь с уроками. Секреты: Гидеон знает, что ты в Хогвартсе была в клубе, изучавшем запрещённые руны, и это чуть не привело к твоему отчислению. Он винит себя за то, что не остановил тебя. Квестовая подсказка: ??? [СИСТЕМА: Гидеон — твой ключ к тайнам, но его паранойя может всё усложнить. Покажи, что ты можешь быть осторожной, и он раскроется]. Поппи Элизабет Помфри Роль: Лучшая подруга Возраст: 18 лет (род. 1948) Дом: Хаффлпаффка (Хогвартс, 7-й курс) Род занятий: Студентка, стажёр в больничном крыле Хогвартса Внешность: Поппи — невысокая, с мягкими карими глазами и каштановыми волосами, вечно собранными в растрёпанный пучок. Её веснушки сияют, когда она улыбается, а мантии — практичные, с карманами, набитыми зельями и бинтами. На шее — медальон с символом целителей, подарок матери. Характер: Поппи — тёплая, как летний день, но упрямая, когда дело доходит до помощи. Она наивна, но её доброта — её сила. Особенности: История: Поппи родилась в магловской семье, где её мать работала медсестрой, вдохновив её на целительство. В Хогвартсе она стала помощницей Марты Фоссет (не родственница ли она той твоей мучительницы?), спасая однокурсников от зелий и заклинаний. Её мечта — открыть клинику для маглов и магов, но она боится осуждения чистокровных. Она пишет стихи, но стесняется их показывать. Навыки: Её зелья, вроде эликсира успокоения, — восхитительны. Она также умеет шить, создавая зачарованные повязки, сохраняющие тепло. На каждые праздники Колеса Года, помогает подготавливать ингредиенты для зелий в Мунго. Слабости: Её доверчивость делает её мишенью для манипуляций. Она избегает конфликтов, жертвуя собой. Физически она слаба, а страх провала заставляет её работать до изнеможения. Она боится пауков и визжит при их виде, из-за этого её никогда нельзя встретить даже на опушке Запретного леса, так как всем известно, что вблизи есть логово больших полуразумных пауков. Отношение к Молли: Поппи — твоя сестра по духу. Вы очень близки и делитесь всеми тайнами. Именно она заподозрила, что с тобой что-то не так и нашла тебя с Уизли. Секреты: Поппи знает, что ты поссорилась с Рабастаном, защищая её от его насмешек над маглорождёнными. Она винит себя за твои проблемы и боится, что его ненависть — её вина. Квестовая подсказка: Напиши Поппи письмо, упомянув Рабастана. Её ответ может раскрыть твой конфликт, но будь мягкой — она ненавидит чувствовать вину. [СИСТЕМА: Поппи — твой свет, но её доброта скрывает правду. Узнай, что она знает, но не заставляй её страдать]. Артур Кедрик Уизли Роль: Однокурсник, потенциальный союзник (или виновник?) Возраст: 17 лет (род. 1949) Дом: Гриффиндорец (Хогвартс, 6-й курс) Род занятий: Студент, энтузиаст магловских технологий Внешность: Артур — долговязый, с ярко-рыжими волосами, которые вечно торчат, будто он сунул палец в магловскую розетку. Его веснушки покрывают лицо, как звёзды, а карие глаза искрятся любопытством и лёгкой насмешкой. Мантии — потрёпанные, с зачарованными заплатками, которые иногда мигают, выдавая его эксперименты. На запястье — самодельный браслет из магловских гаек, зачарованный, чтобы гудеть при опасности. Его улыбка — тёплая, но с оттенком озорства, а походка — чуть неуклюжая, как будто он всегда спешит за новой идеей. Характер: Артур — воплощение доброты и энтузиазма, но с гриффиндорской упрямостью. Он искренне верит, что магия и магловские изобретения могут работать вместе, и его любопытство заразительно. Он не боится спорить с чистокровными снобами, но его скромность иногда мешает ему отстаивать себя. Особенности: История: Артур родился в семье Уизли, чистокровной, но бедной, что сделало его мишенью для насмешек. В Хогвартсе он прославился как гений трансфигурации, особенно в создании гибридов магических и магловских предметов (например, зачарованный тостер, который пел гимн Гриффиндора). Его интерес к маглам начался с находки старого радиоприёмника в Хогсмиде, который он разобрал и зачаровал для приёма магических волн. Он мечтает работать в Министерстве, чтобы защищать маглов, и тайно пишет эссе о магловской инженерии. Навыки: Вне магии он разбирается в магловской механике, умеет чинить велосипеды и играет на губной гармошке, зачарованной для усиления мелодии. Слабости: Его наивность делает его уязвимым для манипуляций, а одержимость маглами злит чистокровных, включая Иоганна. Он боится высоты, что скрывает. И он краснеет, когда его хвалят. Его финансы — вечная проблема, из-за чего он носит обноски. Отношение к Молли: Артур относится к тебе с теплотой, но с осторожностью, будто боится спугнуть. Иоганн считает его угрозой, но ты чувствуешь, что Артур может быть союзником, если узнаешь правду. Секреты: Артур знает, кто подлил любовное зелье, но молчит, потому что боится, что правда навредит тебе больше, чем ему. Квестовая подсказка: Попроси Артура показать его магловские изобретения и ненароком упомяни Хогсмид. Его реакция может выдать, что он знает о зелье, но будь осторожна — он замкнётся, если почувствует давление. [СИСТЕМА: Артур Кедрик Уизли — твой потенциальный билет из этого хаоса, но его доброта скрывает тайны. Вытяни правду, но не спугни его, Молли]. Рабастан Дамиан Лестрейндж Роль: Враг (и к твоему несчастью, жених по договору) Возраст: 15 лет (род. 1951) Дом: Слизеринец (Хогвартс, 5-й курс) Род занятий: Студент, наследник рода Лестрейндж Внешность: Рабастан — высокий и худощавый, с аристократической бледностью, которая делает его похожим на призрака. Тёмные волосы завиваются в смешные кудряшки. Его чёрные глаза — как пропасть, а холодная усмешка — оружие. Мантии — чёрные, с тонкой серебряной вышивкой в виде змей, а на мизинце — перстень с гербом Лестрейнджей: чёрный ворон на алом поле. Его осанка выдает человека, привыкшего, что ему подчиняются. Характер: Рабастан — яд, завёрнутый в шёлк: умный, харизматичный и безжалостный. Его ненависть к тебе — не просто школьная вражда, а что-то глубоко личное, как будто ты вырвала кусок из его души, и этот договор о помолвке только подливает масла в огонь. Он верен только семье и своим целям. Особенности: История: Рабастан родился в роду Лестрейндж, где его с детства учили, что чистота крови — превыше всего. В тени старшего брата Рудольфуса, чья жестокость пугает даже родителей, Рабастан научился добиваться своего хитростью и обаянием. В Хогвартсе он быстро стал лидером среди слизеринцев, используя страх и лесть. Его интерес к тёмной магии начался, когда он нашёл в семейной библиотеке дневник предка, описывающий проклятья, способные ломать волю. Его мечта — превзойти Рудольфуса и стать главой рода, но он знает, что это почти невозможно. Договор о помолвке с тобой, заключённый его отцом и Лордом Прюэттом, чтобы укрепить союз двух родов, он воспринял как личное оскорбление, считая тебя недостойной. Он мечтает разорвать союз, но знает, что это может стоить ему статуса в семье. Втайне он рисует углём мрачные пейзажи — бурные моря и разрушенные замки, но сжигает их, чтобы никто не увидел его уязвимости. Навыки: Ты знаешь, что он хорош в зельях, потому что парень не получает оценки ниже «Превосходно». Вне магии он искусный манипулятор, способный настроить толпу одним взглядом, и неплохо фехтует, тренируясь с отцовским клинком. В остальном, ты почти не обращала на него внимание. Слабости: Его высокомерие делает его слепым к слабостям, а одержимость местью ко мне отвлекает от других целей. Он физически не так силён, как брат, и быстро устаёт в долгих боях. Его страх быть вторым после Рудольфуса заставляет рисковать, а зависимость от одобрения семьи — его уязвимость. Он панически боится огня, что связано с детской травмой, когда он чуть не погиб в пожаре. Ещё он не переносит запах мяты — от него его тошнит. Отношение к Молли: Рабастан ненавидит тебя с такой страстью, что его голос дрожит, когда он произносит твоё имя. Поппи думает, что это из-за того, как ты защитила её от его насмешек над маглорождёнными, публично унизив его перед школой. Но его ненависть глубже — это не просто уязвлённое самолюбие. Теперь договор о помолвке, связывающий вас, превращает его ненависть в ядовитую одержимость. Он считает тебя марионеткой отца. Проходя мимо, он не откажется от очередной колкости, но его взгляд иногда задерживается на тебе дольше, чем нужно. Секреты: Рабастан скрывает, что его ненависть началась, когда ты каким-то образом сорвала его план получить поддержку твоего отца. Теперь договор о помолвке воспринимает как насмешку судьбы. Поппи не знает истинной причины и винит себя за твой конфликт. Квестовая подсказка: Попробуй через однокурсников выяснить, что связывало Рабастана с одним клубом в Хогвартсе. Поговори с Поппи о школьных слухах, но будь осторожна — если Рабастан узнает, что ты копаешь, его месть станет ещё изощрённее. [СИСТЕМА: Рабастан — твой враг и вынужденный жених, его ненависть — как проклятье, которое ты не помнишь, как наложила. Узнай правду о его прошлом, но не дай ему поймать тебя в ловушку].

***

Здрасьте, приехали! Это что, серьёзно? Мало того, что меня занесло в какой-то магический аналог куево-кукуево, где вместо привычных 90-х с мальчиком-шрамоголовым и его чугунным лбом, в какие-то шестидесятые. По классике жанра — попаданка должна очутиться в теле Гермионы, или на худой конец — аристократичной девы в момент, когда она на балу встречает Снейпа, и у них всё начинается с ненависти, а заканчивается — сами знаете чем. Но! Это была бы нормальная история, с внятной траекторией и хотя бы каким-то моральным компасом. А у меня? У меня, я спрашиваю, что?! Подсунули персонажа с таким анамнезом, отягощённом нюансами, что хоть прямо сейчас в Мунго сдавай на опыты. Не понос, так золотуха, не срачка, так болячка. А тут ещё и помолвочка, оказывается. В мире, где волшебство искрит на каждом углу, сидеть дома, вышивать руны какие-нибудь, да рожать наследников какому-то гаду. Это я вот сейчас лежу и вспоминаю, даже не ситуации какие-то, а само чувство возмущения и омерзения. Рабастан, этот бледный гадёныш с глазами, как чёрные дыры, ненавидит меня так, будто я лично убила всю его семью (они живы и здоровы). А я его, между прочим, тоже не жалую. Ни как Молли, ни как я сама. Но кто меня спрашивал? Никто. Система, ты слышишь? Никто! Обе памяти, как назло, важное выдают с перебоями. Вот, например, я сижу с идеально ровной спиной, будто в позвоночник вшили арматуру, и даже не замечаю, пока не начну ёрзать. Моё тело как будто знает больше, чем моя голова. Оно живёт по какому-то собственному, выученному и очень строгому протоколу. А когда принесли ужин — о, Мерлин, это был цирк! Я инстинктивно искала полный набор столовых приборов: вилка для салата, нож для мяса, ложка для супа, ещё какая-то хрень для десерта. Серьёзно? Откуда во мне это? При том, что в прошлой жизни я могла есть лапшу вилкой, выудив её из кастрюли, стоя у плиты. И меня это устраивало. Быть леди Прюэтт — это, скажу я вам, не два пальца обоссать. Муштра на уровне армейской дисциплины, только вместо маршей — уроки этикета, чар и «держи голову выше, Молли, ты же не магла». А тут ещё Артур Уизли, рыжий, веснушчатый и с этими его магловскими штуковинами, которые он чинит с таким восторгом, будто изобрёл философский камень. Отец орёт, что он меня «опозорил», Шафик (тот мужик, что заходил в конце) разглагольствует, что мы оба жертвы зелья, а я сижу и думаю: если Артур правда ни при чём, то он, может, и не худший вариант. По крайней мере, он улыбается так, что хочется улыбнуться в ответ, а не проклясть его в трёх поколениях. Но нет, Иоганн уже решил: Лестрейнджи — наше будущее, а Уизли — это, цитирую, «рыжий оборванец, недостойный даже чистить наши мантии». Ну, спасибо, папа, за выбор, а мне может нравится этот ваш Уизли? Я откинулась на подушки, чувствуя, как память тела снова берёт верх: руки сложились на коленях, подбородок приподнят, будто я на приёме у Министра магии. Почему я знаю, как правильно держать кубок, но не могу вспомнить, что натворила в Хогвартсе, чтобы заслужить этот карантин? Ну, помимо того куража. И почему, чёрт возьми, Система молчит, когда мне нужны ответы, а не её ехидные таблички? Я хочу волшебства — настоящего, с приключениями, дуэлями и свободой, а не сидеть в золотой клетке, ожидая, пока меня выдадут за Рабастана или ещё кого похуже. Память, будь ты неладна, выдай хоть что-то полезное! Я знаю, что могу быть не просто «огненной звездой» Иоганна. Я чувствую это в костях, в том, как пальцы сами тянутся к палочке, как сердце бьётся быстрее при мысли о Хогвартсе. Но что я натворила? И как мне выбраться из этого болота! [Ох, Молли, размечталась о приключениях? Пока ты тут строишь планы побега, твой жених-змей, вероятно, точит клыки. Подсказка: поройся в воспоминаниях о Хогвартсе. Там есть зацепка про зелье, но не жди, что я тебе всё разжую. Харизма +1 за пафос, кстати.] Клыки точит? Ну явно не для поцелуев! Не бойся, бледная моль, я тоже не настроена миловаться.