Счастье?-навсегда.

Вспомни обо мне и улыбнись,ибо лучше забыть, чем вспоминать обо мне и плакать. Что означает "счастье"? А какого его понятие? Думаю, этот вопрос рано или поздно посещал очень многих. И меня в том числе. Вывод в том,что кого не спросишь, большинство скажет не думая. Что это простое чувство, которое хоть кто - то да и когда - то ощущал и ничего более. Но нет,я в это не верю. Данную "мысль" можно опровергнуть, ведь все намного запутаннее. Я это знаю. У всех смысл разный, и нельзя уловить суть каждого человека. Невозможно. Ведь "счастье" - понятие эфемерное,Будто оно есть, но оно как таково, просто мимолётное. Никто не может знать точного означения. Но у меня есть пример моего счастья. Для меня счастье ощущалось, когда в чьих-то глазах ты видишь своё отражение, и оно тебе нравится. И она смотрела на меня так, будто я — целая вселенная, а не сломанная галактика. И в эти моменты я почти верила, что достойна такого взгляда. Поэтому она - лишь мой огонек в кромешной тьме. И мы вместе - как единый факел. Когда она горит своим энтузиазмом и сияет, я же просто догораю, что, собственно, свойственно всем. Кроме нее. Моё счастье пахло паяльником и мятой. Имело привычку стучать в окно в 3:17 ночи. Хранило в кармане сломанные шестерёнки и говорило: «Это для тебя, Ляпка!»* И с таким , ты осознаёшь, что счастье бывает тёплым, живым и слишком хрупким — И я, как дура, думала, что огонь можно удержать в ладонях, не обжегшись и не затушив его. Помню,как всегда я была у себя в комнате и никуда не выходила. И она знала это. Поэтому каждый раз, будто чувствуя что мне нужна ее компания, можно услышать стук в окно. И я это точно запомнила. Как она всегда стучала в окно, а не в дверь — будто боялась, что я заперла ее снаружи навсегда, и это был наш барьер. Но все же, каждый раз, срываясь с места, будто собака с поводка, я бежала к окну, и видела ее. И я помню все до единого. Ее милое личико, с мириадами веснушек на ее аккуратном, но остром и будто кошачьем носике. Эти крапинки на ее светлых и мягких щёчках. И наверняка где то еще на этом миниатюрном тельце. Так и хочется это узнать, и расцеловать каждую ее веснушку. Второе что кидается в глаза - все остальное. Ее прекрасная и лучезарная улыбка. Сверкающие ярче звезд глаза, по которым сразу читается весь спектр положительных эмоций. Их можно сравнить с плесенью со мхом, ведь они были такие же темные. Так же помню Ее раскидистые в виде треугольника пшеничные волосы, которые так и наровятся стать еще более неухоженными.. И смотря на эту картину, в груди что то тепло трепещет от осознания, что именно ты получила такое счастье. (Почему сравнение глаз с плесенью и мхом. Мох - что то , что еще есть, и возможно навечно. Плесень - смерть.) Помню, как по ночам она почти никогда не спит, а бодрствует как совенок. И это так мило наблюдать за ней и слушать ее, что ты и сам забываешь про сон. Поэтому в это время суток мы очень любим "звездную философию и факты". И так же,я с улыбкой вспоминаю, как она рисовала созвездия пальцем у меня на спине, проводя по моему каждому шраму, а я угадывала: Это… Большая Медведица? Нет! — она хохотала, и так звонко, будто ребенок... — Это мы с тобой!!знаю , не похожи, но мне нравится :) После, она целовала каждую царапинку и шрамик,шепча: «Теперь они не больные — они волшебные.» А в последнюю ночь ты не нашла на мне ни одного нового. Значит, я хорошо работаю! — улыбнулась она. Соврала. И я помню как ты водила своим тоненьким пальчиком, показывая разные созвездия на небе..Но честно, в такие моменты я всегда смотрю лишь на свою звездочку, слушая ее голос, который просто убаюкивает. Хотя однажды был случай, как меня зацепило. Это было, когда она выдала не очередной факт про "звезду смерти" или что - то в этом духе, а что то очень важное. Что - то, что я очень долго пыталась осмыслить и развить. «Люди — как звёзды. Одни горят ярко, ослепляя всех своим сиянием. Их свет — праздник, их тепло согревает даже тех, кто просто проходит мимо. А другие — тихие, почти невидимые. Они тлеют где-то на краю чужого внимания, медленно догорая в одиночестве. И когда их огонь угасает, никто не замечает… Пока однажды — бах! — не вспыхнут в последний раз, чтобы хоть на миг привлечь взгляд. Но уже поздно..понимаешь,ляпка?.. » И тогда что то екнуло у меня в груди.. Помню, у нас была еще одна церемония, чайная. Она заваривала мяту в консервной банке, а я делала вид, что не замечаю ее обожжённых пальцев, на которых криво косо были наклеены разноцветные и мультяшные пластыри. И я не забыла, важную для тебя церемонию. Как ты пыталась накормить меня по науке: - Утро: Бананы содержат триптофан! Это для твоего... э-э... настроения! - Вечер: Съешь хоть ложку супа! Я засекла время — оптимально для усвоения! Только вот супы я не очень любила, и "ела" их только ради нее. Но все же морковь я не любила, и частенько бросала бедную морковку в потолок, а ты записывала на диктофон: *«12:34 — Ляпис демонстрирует нехарактерную для Homo sapiens траекторию броска». Потом мы смеялись, пока у меня не сводило живот. Ты называла это побочным эффектом счастья. Помню, как она никогда не умела утешать. Её слова путались, жесты были неловкими, а объятия — такими неуверенными.. Но почему-то именно после этих корявых попыток я всегда смеялась сквозь слёзы. И особенно запомнился один вечер. — Перидот, понимаешь, мне… — мой голос предательски дрожал, как осенний лист на ветру.. — Мне было так больно, когда я была с Яшмой, и… — Я ждала продолжения, уже чувствуя, как по щеке скатывается предательская слеза. — …Перидот? Почему ты лезешь в окно?! Тишина. Потом грохот. Потом моё нелепое всхлипывание, переходящее в хриплый смех. Как же просто она умела разбивать драму в щепки. И я помню, как после таких ситуаций, в утешительном жесте, она обнимала меня. И хоть ее руки — крошечные, но очень сильные, сжимали меня, как проводки, скрепляющие разбитый прибор. А ещё помню, как она нюхала мои волосы. Говорила, что пахну океаном и чем-то своим. Теперь я понимаю: это был запах несбывшихся надежд. Но все же, самое главное, это все говорила Перидот-мать-ее-Хризолит. Она — мой балласт, удерживающий меня на плаву, мой спасательный круг в бушующем океане. Каждый раз, когда отчаяние, тяжёлое и безжалостное, тянуло меня на дно, её руки вытаскивали меня обратно к свету. И лишь через её любовь к жизни, через её нерушимую связь с природой я наконец поняла, что такое счастье. Помню, как она часто пыталась вытащить меня на улицу, и показывала даже самую малую травинку, которая казалась ей очень интересной. И знаете, было очень мило наблюдать, как она брала от жизни все. И от этой любви ко всему, я помню, как ты увлеклась всякой флорой и фауной, и однажды ты принесла в горшке кактус. «Он живучий,» — сказала она, с недоверием смотря на кактус, а после засияла... — «Как я!» Я смеялась: — «Ты — мой кактус?» «Да! Колючая, но если поливать — зацветёт!» И пока я поливала его, я губила тебя. Он умер через неделю после тебя. Помню, еще,как она часто что то приносила из дома и мастерила. А ее лаборатория — мой стол, где она разбирала все что ей казалось не таким крутым, что бы сделать это лучше и шептала: «смотри, Ляпик, тут целая вселенная!!)» Помню, как тогда она мне и сделала компос, который всегда указывал на ее. И я всегда смеялась с этого. А оставшиеся винтики, ты отдавала мне, и я складывала их в железную коробочку. И до сих пор они гремят в моем кармане, как побрееушка для призраков. А компос сломан, и стрелки бешено метались, как и мои мысли . Так же я не забуду, как она приходя ко мне, в своей "лаборатории" брала мои вещи, делая из них совершенно иные и прекрасные подделки.. Она из всего видела лишь вещи, которые можно было улучшить, увидеть все предназначения, которые даже не были им свойственны.. И это же она видела во мне. И я до сих пор пор помню так же как и сейчас. Ее беззаботный и ребятческий смех. Ее милые рожицы и интересную любопытность, которую она сразу решала логикой. Все в ней было прекрасным. Она была прекрасна. И я до сих пор помню, как поздно начала осознавать, насколько я ее не знала. И ведь я помню, точно помню, когда я совершила непростительную ошибку. И меня тогда будто ударило током." ляпи, а ты кого то любишь? ". Этот вопрос, было и приятно слышать. Но я всегда была трусливой. Я всегда была слабой. И я боялась, боялась что она подумает обо мне, и правильный ли выбор она делает, выбирая меня. И я до сих пор не могу забыть, как она тряслась от каждого моего крика, как шугалась меня.. Но даже не смотря на это, она просто.. Просто простила меня..? Я не забуду, как много она извинялась , и умоляла меня что бы я ее простила. Хотя она даже не было виновата. И после этого, смотреть ей в глаза, была просто болезненно. Хуже всякого острого куная. Это было ужасно. И тогда я поняла, что обожала смотреть в ее красивые и добрые глазки, и старалась сделать все, что бы ее невинный и добродушныый взгляд вернулся. Ведь я поняля. Поняла, что обожала эскапизм зеленых глаз. (отсылка к фанфику «эскапизм зелеными глазами») И есть то, что я бы хотела забыть. То, что я никогда не прощу себе. Я помню, как много раз любила подстрекать ее на разные глупости, которые как я узнала, казались для нее всем. Я помню, как мы ходили на заброшки, и она читала мне много нотаций с дрожащими голосом из - за страха, хотя ни смотря ни на что, была рада быть со мной. Я помню, как много раз ходила с ней в опасные места, и она дрожа, держалась за меня. И я понимала, что я для нее - безопасность. И я до сих пор помню , все по ее мнению неразборчивые слова. Но только я вот слышала, что она говорила. "Ляпис, почему ты тащищь в эти места именно меня?.. Я обычный человек, а ты так доверяешь мне,и похоже ручаешься за мою жизнь.. Но я не лучший вариант для тебя, не стоит.." и тогда, я лишь недовольно злилась на эти слова, не предавая им хорошего значения. А зря. Мне стоило. Ведь не обдуманно, я, куря сигарету, остановилась. И резко с силой сжав ее запястье, заставила болезненно зашипеть. Вторую руку, положила ей на губы, и нажав большим пальцем в нужное место, приоткрыла ее рот. И вот, я сделала резкое и совсем бестактное решение. Я впилась в её губы, впрыснув дым ей в лёгкие — будто хотела заразить её своей токсичностью. Она закашлялась, а я ловила её кровь на язык. Солёная. Как мои слёзы в ту ночь, когда ты впервые испугалась меня. Я помню, как она быстро остранилась, начала закашливаться кровью. Я помню, как она сгиналась пополам и болезненно непереставая кашляла. И я помню, как несла ее хлипкое и легкое тельце у себя на руках, приговаривая нежные слова. И как я раньше не видела, насколько она легкая?..И хоть она не была без сознания,тогда я поняла, что пока она дарила мне что могла, я жадно забирала все до последнего. Все ее счастье. И я помню все свои пролитые слезы, пока я комочком лежала на кровати. И я помню, как утопала в своем же океане одиночества. И я наконец поняла, что я стала ничтожеством. Я. Именно я подстерегала ее ко всему, портила все. Я сгубила свое счастье. И только тогда я поняла, что с счастьем уходит и смысл всего. И теперь как бы я не пыталась забыть, я помню. Помню, свой последний подарок тебе. Тот сигаретный поцелуй. Я не забуду, как много ты кашляла кровью, а я целовала твои слёзы. Говорила, что всё будет хорошо. Соврала. В палате пахнет лекарствами, но мне чудится запах ее пшеничных волос. Они пахли земляникой и solder’ом. И пока медсёстры пичкают меня таблетками, я всё ещё чувствую вкус твоей крови на обкусанных губах. Ты простила меня? Или просто устала бороться?и из за тебя врачи ставят мне все диагнозы. И теперь я помню как ты ушла. Из за меня. Твоё имя теперь на бумаге, а моё — в графе «сопутствующий диагноз». -ЗРЛ — это когда ты задыхаешься без чужого дыхания. -ИРЛ — когда ломаешь то, что любишь. -ПРЛ — когда веришь, что она сама подставила грудь под твой нож. Счастье? Оно было. Но теперь это просто зуд под кожей, который не расчешешь. И вчера медсестра спросила: «Почему вы храните эту жестяную коробку с шестерёнками?» Я не ответила. Как объяснить, что это что это все, что осталось от твоего смеха? Теперь я собираю другие коллекции: — Пепел от сигарет, похожий на твои веснушки , и осколки от компоса, который всегда указывал на мое счастье. Но только папка рядом , напоминающая об этом счастье,шепчет: «Ты — монстр». Но монстры не плачут по ночам, а я... я разучилась дышать без твоего смеха.Теперь мои лёгкие — как пустые ракушки: шумят, но внутри — мёртвая тишина. И эта папка, как напоминание обо всем. Записка в кармане папки: «Ляпик, не вини себя. Я сама не научилась дышать.» А внутри — лежит,твоя фотография. На обороте — диагноз: «Перидот Хризолит. 09.07.24 — 28.04.25. Причина смерти: острая дыхательная недостаточность». И ведь я так и не призналась, что это я перекрыла тебе кислород. И теперь, Иногда я прикуриваю сигарету и жду, когда ты откроешь окно, забавно чуть не сваливаясь , ругая меня за курение.. Но ты больше не стучишь. И я понимаю: Счастье — это когда тебе есть кого затушить.