Погань.

      Темный пятничный вечер. За окном томно гудит ветер, пока по стеклу угрожающе бьются ветки. Сегодня снова нужно работать.       Генри уже свыкся с этой рутиной. Каждый день он садится за свой письменный стол, окружённый книжными полками, то ли занимаясь бесчисленными документами и договорами, которые помогали ему в своих планах, то ли прокрастинируя, то ли листая страницы очередной бессмысленной энциклопедии по мифологии. Порой ему кажется, что разницы никакой, но он отмахивается от этих раздумий, предпочитая уделять внимание “более важным и приоритетным вопросам“ и бла-бла-бла.       Иногда “портал“, как любит называть мистер Линч, “капризничает“, потому время от времени Лэмбтон удаляется из своего кабинета, проверить, что там с механизмами, электричеством и проводами, с помощью которых и работает вся эта конструкция.       Но не будем о рутине. Это ведь слишком скучно, не правда ли?

***

      В очередной раз Генри сидит за своим излюбленным письменным столом, раздумывая о будущем и о своих грязных планах, запятнанный кровью и деньгами. Глаза бегают по кабинету - вот дверь к “порталу“, там книжный шкаф, тут... Черт возьми, а тут... Погань. Новая погань.       Во взгляде бизнесмена застыл немой, сдержанный шок.       Перед ним стояла фигура очень высокого беловласого мужчины, смотрящего прямо в душу другому седовласке. Сиреневые глаза словно были двумя огнями, единственные освещающие комнату своим светом, не считая приглушённые лампы в кабинете. Одет он был необычно. На шее красовался амулет, что из голубого переливался в красный, отдавая слабым эхом магии и могущества. На нем серая накидка, напоминающая шарф, и темно-фиолетовая кофта, что немного странно, ведь недавно, когда он только был в другом углу комнаты, можно было разглядеть босые ноги. Лавандовый длинный плащ с капюшоном, что был закреплён на поясе перевязанной тканью, слабо развевался на ветру из открытого окна рядом. На нем слишком много сочетающихся элементов одежды в преобладающем темно-фиолетовом цвете с золотыми элементами, что Генри счел за хороший вкус в стиле и имение собственной изюминки, несмотря на свою любовь к классике и деловому стилю, но не о моде сейчас. Самые главные факты о внешнем виде существа - это аномально высокий рост, и, мать твою, огромные пары крыльев. На голове у него две пары маленьких крыльев, скорее схожих с парочкой перьев по вискам, но вот на спине у него огромные пары кроваво-красных крыльев, что от самых близких к основанию мышц перьев медленно переходят до самых крайних перьев, к черному. Такая же пара крыльев, но поменьше, была в области шеи. Между перьев виднелось множество фиолетовых светящихся глаз: не просто декор или иллюзия и игра света, а живые глаза, что двигались и наблюдали за окружением, словно что-то нашептывая самому “Ангелу Смерти“.       Погань заметила, как пристально его осматривает людишка. Слишком уж со странным нездоровым интересом он смотрел на него. Лэмбтон на такие случаи обычно имел запасной план, который, если сильно упростить, заключался в том, чтобы устранить опасный объект. Однако сейчас он вообще не делал лишних движений, лишь завороженно любовался нежданным гостем.       — Что, понравился мой внешний вид? — с усмешкой пролепетал мужчина, если его вообще так можно назвать, показательно махнув рукой по одной из косичек, завязанных в области виска. Стали заметны его белоснежные волосы до плеч, собранные то ли в маленькую косу, то ли скромный хвост.       — Что же вы вообще такое? — с недоумением, но настороженностью пробормотал Генри, ненамеренно прищурив взгляд и спиной прижавшись к своему креслу. Несмотря на то, что обычно все сразу переходят на “ты“ в страхе, жеманность, хладнокровность и манеры, вбитые молотом десятками лет, если не с самых пелёнок, в его характер, дали о себе знать.       — Вечный Архимаг или Ангел Смерти, называй так, как тебе удобно. Вообще, я и сам не до конца уверен в том, кто я. Наверное, проще будет сказать, что я... Бог, — о, да, как же он любил говорить эту фразу! И вновь самомнение и эго “искусственного бога“ было потешано. И пусть это неправильно, учитывая, что перед ним, к слову, простой смертный, в чем же тогда удовольствие, если не в пафосе? Впрочем, все равно перед ним преступник, которого он намерен забрать. Можно считать, что это часть своеобразного “ритуала“.       Лэмбтон не удивился, лишь хмыкнул с лёгким недоумением а-ля “ты серьёзно?“. Он лишь взял этот факт на заметку: как хороший инструмент в будущем, если он сможет взять контроль над этим “богом“. Ах, наивность вечного бизнесмена.       — Чего вы изволите желать от меня? — перешёл к делу седовласка. Если раньше он был не против плести паутину интриги, заставляя людей биться головой об стены в попытке понять его мотивы, сегодня на его место встал этот таинственный незнакомец бог. В кои-то веки он понял, что каждый раз видят его жертвы.       — Подожди, человек, — он усмехнулся, — давай-ка для начала познакомимся, пусть тебе это и не понадобится в будущем. Кто я - я уже сказал, но не представил собственное имя. Джодах Ави, будем знакомы. Твой черед, — несмотря на до безумия очевидную реплику, в ней было немеренно пафоса. Он протянул Лэмбтону руку, и его взору предстала огрубевшая кожа, на которой было много шрамов, но невзирая свое внимание на это, заметны ухоженные ногти, покрытые черным лаком, прямо такого же цвета были и перчатки без пальцев. Кажется, они назывались “митенки“? Лэмбтон не сильно разбирается в этом. Поверх них были золотые кольца и браслеты, что словно искрились в свете лампы рядом.       Странное, очень странное знакомство, но новые связи для Лэмбтона никогда не лишние, особенно когда связи не с абы кем, а с самопровозглашенным богом, потому он терпит. Да и что-то подсказывает ему - Джодаху достаточно одного взмаха руки, и вот его мертвое тело лежит на полу. Генри не глупый, и будет стараться позаботиться о своей безопасности.       Джодах уверен: вскоре человек пожалеет о том, что впустил его и не вызвал в первую очередь охрану, да и сам он самую малость разочарован. Он ожидал больше эмоций, больше шоу, чтобы обрадовать его скучную и слишком рутинную жизнь очередной дозой новых “концертов“, но в итоге получил лишь скудную и неинтересную хладнокровность и меркантильность. Черт побери, он же даже ни в чем неповинных охранников прикончил, что препятствовали его пути к преступнику, все ради его испуганного лица! Впрочем, он и не удивлен.       — Генри Лэмбтон. Бизнесмен, новатор, коллекционер, — словно по паттерну, что был задан с самого рождения, произнес он, ответив на рукопожатие.       “Важная и известная букашка в этом мире, значит“ - сделал Ави в голове пометку, наблюдая за его напыщенностью. Да, он здесь чтобы отлавливать преступников, которые несут огромную угрозу миру, и ему стоит изучать их биографию заранее, но зачем углубляться в предысторию и сильно забегать вперёд в будущее, когда куда интереснее узнавать все вручную менее лёгким путем?       — Ясно, — он не сильно был заинтересован в работах Генри, так что перестал его слушать сразу после того, как он сказал свое имя, — Птичка нашептала мне, что ты, Генри, ведёшь себя очень плохо. Правда ли это? — с ехидной ухмылкой внезапно перешёл к делу крылатый, вальяжно откинувшись на первом попавшемся небольшом кресле рядом. Негоже ведь богу на полу сидеть, а сидеть ему очень хотелось.       В голову бизнесмена лез не буквальный смысл, а похабщина. Нет, серьезно, эта глупая фраза скорее напоминает фразу каких-нибудь грязных извращенцев в дешёвом порнофильме.       — Я не понимаю, что вы имеете в виду, — безэмоционально произнес он. В глубине сердца, если оно вообще есть у Лэмбтона, что-то слабо ёкнуло. Ему даже понравилась эта забавная глупость, пусть признавать это ему и не хочется.       — Ну как же? Мы оба прекрасно знаем, чем же ты промышляешь. Ты далеко не божий одуванчик, спешу заметить, — теперь Ави смотрел в глаза своему собеседнику с большей интенсивностью.       Ах, так вот что он имел в виду!.. На щеках Генри проступил еле видный румянец. Черт побери, соберись, Генри, где же твоя хладнокровность?! Джодах, заметив изменения в поведении своей жертвы, усмехнулся.       — Впрочем, это уже неважно. Такие как ты, Генри, обязаны понести наказания за свои темные делишки и грехи. Так, значит... — щелчок пальцев, и вот в руки Джодаха упала небольшая бумажка, — Генри Лэмбтон... То есть, ты, обвиняешься в том, что благодаря твоим усилиям мир на грани того, чтобы превратиться в один сплошной хаос и погибнуть, от твоих рук умерли сотни, если не десятки тысяч, людей, ты занимался делишками в основном не нацеленными на сохранение баланса и гармонии и... Это уже неважно.       Бумага в руках буквально рассыпалась на атомы, исчезнув. Лэмбтона уже перестало удивлять это, несмотря на то, что такое видел он, очевидно, нечасто.       — Перейдем ближе к делу. Генри, ты понесешь наказания за все свои грехи. У тебя будет целая вечность в Тюрьме Времени, если не две, чтобы обдумать все свои преступления. Но! Не спеши, ведь есть нюанс, — уже заметив открытое непонимание, замешательство и страх, Ави решил, что было бы неплохо поиграть с преступником перед его окончательным заключением. — Моя жизнь слишком скучная и рутинная, поэтому я решил его разбавить новым шоу. Считай, что польза нам обоим, ведь я получаю новое удовольствие, а ты, мой дорогой преступник, оттягиваешь время перед своим наказанием. Это не вопрос или просьба. Я лишь предлагаю тебе маленькую игру перед твоим окончательным заключением. Обещаю, я буду нежен... Поначалу.       На лице Ави чистая ухмылка с намеком на похоть. На лице Лэмбтона же - чистое замешательство. А вот в голове у обоих грязные мыслишки. Что же выбрать?... Ну, можно попробовать в последний раз побаловать себя, наверное...       Призадумавшись, спустя секунд тридцать, последовал ответ:       “Хмф... я согласен.“