Кажется, скоро рассвет

Готье устал от постоянных пропаж Скэриэла. Устал от постоянного вранья. Устал от всего, что связано с Лоу. Но отпустить это все не может. Скэриэл — как паразит. Вцепится в тебя и не отпускает до тех пор, пока один из вас не умрет. Но как бы Готье не устал, он не хотел, чтобы кто-то из них пропал до конца. Тяжесть новых секретов и интриг грузом давила на грудную клетку, перекрывая доступ к кислороду. Готье устал и скрывать, и скрываться. Скрываться ото всех и скрывать от Скэриэла не столь правду, сколько очевидную о том информацию. Сейчас он, вероятнее всего, владел куда большими сведениями о Скэриэле, имел больше каналов для информации, а главное — у него была большая группа поддержки в лице Люмьера и других, в отличии от Лоу. У Скэриэла все шло из рук вон плохо. Готье видел, как тому тяжело, как Лоу пытается удержаться одновременно хоть за что-то и за все сразу. И это губило его. Хитклиф не мог пока понять, хочет ли вообще ему помогать. С одной стороны, чтобы не происходило, это все еще был его Скэриэл Лоу, который залазил к нему через окно, нещадно пачкая тетради. Который шлепал голыми ногами по холодному паркету. Который, вечно весёлый и улыбчивый, выглядел таким убитым, стоило лишь отвернуться от него на секунду. А с другой… Лоу был тем, кого Готье всю жизнь подводил под ярлык «монстры». Скэриэл убил ребенка. Из-за него погиб Эдвард. Из-за него Джерому грозит опасность не только в лице обозленных чистокровных и тех, у кого терки в запретных землях со Скэром. Ему грозила опасность и от самого Лоу. Готье даже представить не мог, что будет, когда Лоу узнает о том, что многое, о чем знают он и Люмьер о Скэре, сказано устами Батлера. Скэриэл — угроза. Скэриэл — опасность не просто в рамках академии или их небольшого круга лиц. Скэриэл — что-то связанное напрямую с адом. Но этот же Скэриэл прошел через многое такое, что Готье, возможно, даже и не снилось в кошмарах. Скэриэл слишком хочет жить, хоть и оценивает свою жизнь не выше листочка, унесенного ветром с дерева. Скэриэл — это противоречие. Это смешанное воедино инь и янь. Это размытая мораль, олицетворение фразы «Цель оправдывает средства». Вот только у фразы есть продолжение, вспоминает Готье. «Если цель — спасение души, то цель оправдывает средства.» Готье очень сомневается, что после всего прошедшего Лоу сможет спасти свою душу. Что хоть кто-то сможет спасти его. Сейчас Готье зол, очень зол. Скэр обещал встретиться и поговорить, еще давно обещал. А потом опять пропал. Из-за этого Гедеон носится бешеный и не понятно почему: потому, что Лоу не появляется на лекциях и у того опять будут проблемы или потому, что Скэриэл сам ходячая проблема и его отсутствие не сулит ничего хорошего ни для него самого, ни для всех окружающих. Вымотанный после дня в академии Готье мечтает только о кровати. Но неожиданный звонок от Джерома заставил его отказаться от своих святых планов. Батлер чуть ли не слезно просил приехать в дом Скэра. Это было странно. А еще, скорее всего, связано с самим Лоу. Готье практически никогда не встречался с Джером на не нейтральной территории. А их со Скэриэлом дом — таковой не являлся. Чувство тревоги засело где-то внутри, пока Готье добирался до дома, в котором было ратное так уютно и комфортно. Прожито немалое количество приятных моментов. В голове всплыло воспоминания. Хитклиф сидел в гостиной со Скэром, остальные уже разъехались: тогда они, кажется, решили собраться своей компанией ради обсуждения какой-то книги. Приятный осадок от пережитых эмоций в кругу друзей грел душу. Зато в доме у Скэра было холодно. И сам Лоу постоянно был ледяной почему-то, хотя одет был вроде бы не так, чтобы замерзнуть. Сам Лоу дремал рядом, удобно закинув ноги на Хитклифа. Пока Готье, сложив руки на ледяных ногах Скэра, мысленно рассуждал на тему того, откуда идет источник холода, краем уха уловил копошении у входной двери. Когда она распахнулась и на пороге остановилась высокая фигура, мирно лежащий до этого Скэр так резко вскочил, что напугал Хитклифа. Лоу вихрем унесся в коридор. Готье услышал приглушенное: — Эдвард, Эдвард, Эдвард! Я соскучиться успел, ну и долго же ты трепался там, — Скэру, вероятнее всего, что-то ответили, но этого Готи уже не услышал, — да ладно! А? Нет, у меня Готье. Реально?! Давай. Скэр пришлепал обратно. — Готи, ты чего застыл? Это не воры, всего лишь Эдвард, — он замер в дверном проеме, старательно скрывая счастливую улыбку. — Помнится, минуту назад ты признавался, что страшно скучал по мне, и вот, я уже «всего лишь Эдвард»? — тот самый Эдвард подошел к Скэриэлу сзади, коротко усмехнувшись, — ну и быстро же твоё отношение падает куда-то к плинтусу. — Да ладно тебе, Эд, — Скэр повернулся к тому лицом, показал язык и, хотел уже повернуться назад, но… — да ты охренел?! Хватит! — Что-что? Не слышу, — Эдвард, ухватив руки Лоу, щекотал его под рёбрами. Звонкий смех Скэра эхом отражался от стен. — Ну все-все, пусти, я щас задохнусь от смеха, — Скэр наконец-то вырвался и сразу сбежал на безопасную территорию в виде дивана, где сидел Готье. — Я что-нибудь приготовлю и позову вас. Кстати, привет, Готье. — Здравствуйте. Скэр фыркнул. — Как официально. — Поучись манерам, — Эдвард прошел ровно на то расстояние, на которое отправленная ему в след диванная подушка не долетела. Скэриэл снова показал ему в спину язык, сопровождая этот жест громким мычанием. В тот момент Готье очень завидовал ему. У Скэриэла не было родителей, но была семья. Тогда он еще не знал, на чем эта семья построена. Отогнав ненужные сейчас воспоминания, он вышел из машины. На пороге его сразу встретил встревоженный Джером. — Привет. Просто, неожиданно, да? Я просто… Скэриэл… Как бы… он не хочет со мной говорить, — Джер замялся, отводя взгляд, — но ему нужно с кем-то поговорить. Я даже не знаю, что случилось. Но выглядит он херово, Батлер отошел, пропуская Готье в дом. Хитклиф стянул кроссовки и замер в коридоре. — Он…? — Готье не знал, что сказать дальше. Он как? Он что-то узнал? Он что-то натворил? Фразу он так и не закончил. — Если ты о… то нет, он не знает ничего, — Джером тяжело вздохнул, — просто… просто побудь с ним, ладно? Он не подпускает меня, — он закусил губу, — раньше на моем месте был Эдвард и с ним все было проще. А сейчас… — Хорошо, — Джером жестом показал куда идти и Готье потопал вверх по холодным ступенькам. Он немного помедлил у двери, но затем тихо открыл ее. Лоу сидел, хотя скорее лежал, на кресле, поджав ноги под себя. В комнате было темно и сильно пахло сигаретами. Готье заметил на какой-то тетрадке сложенные бычки. Кажется, Скэриэл курит далеко не первую партию. Скэр замотался в какую-то кофту с капюшоном и растянутые спортивные штаны. Из под толстовки Хитклиф заметил виднеющиеся бинты, белыми линиями опоясывающие руки Лоу. Готье сделал неуверенный шаг вперед, так же тихо прикрывая дверь. Скэр мотнул головой, и Готье увидел, что на голове — тоже бинт. Он резко выдохнул, в несколько секунд преодолевая расстояние между ними. Скэриэл, кажется, действительно не замечал его до этого момента. Потому что резко вскинул голову, болезненно поморщившись, лишь когда Готье встал перед ним. — Готи? Ты как здесь оказался вообще? — он выглядел удивленным. Готье не знал, что ответить. Сказать правду, про Джерома? Или соврать, сказать, да так, мимо проходил? — Джером попросил приехать. Сказал, тебе плохо. — Прям так и сказал? — Скэр усмехнулся, затушив сигарету. Готье удивлялся, как он в таком состоянии вообще может смеяться. — Ну почти, — Готье прикусил губу, дабы не сказать что-то провокационное. В нем все еще горела обида на Скэра, но сейчас точно был не подходящий для разборок момент, — ты… Боже, Скэр, у тебя кровь. — Она у меня везде, Готи, конкретнее, — Лоу засмеялся, поднося руку к лицу и проводя под носом, — а, понял. Готье завертелся из стороны в сторону, ища глазами что-то похожее на салфетку. Скэриэлу, видимо, было тотально плевать на всю эту ситуацию. — Мне холодно, — Хитклиф замер спиной к нему, Скэр завошкался, но местоположения не сменил и вдруг тоже замер. Готье понял это по вдруг вновь воцарившейся тишине, — ты злишься. Готье прикрыл глаза. Он абсолютно не понимал Скэриэла. Вот почему он всегда творит какую-то херь, а потом уже осознает это? Или это опять какая-то игра? Хотя Скэр сейчас не похож на того, кому хочется менять маски. — Я не могу на тебя злиться, — после долгой паузы ответил Готье, — как минимум, пока ты в таком состоянии и я не понимаю, почему ты в нем, — Лоу опять усмехнулся, — нет, Скэри, это не смешно. Готье наконец выцедил откуда-то из завалов а-ля творческого беспорядка пачку салфеток и протянул одну Скэриэлу. — Спасибо, — Лоу приложил к носу и потянулся к сигаретам, но в последний момент одернул себя. Он практически не курил при Готье, — я… Скэриэл не договорил. Только прикрыл глаза, дернулся и глухо застонал при попытке сменить позу. Готье подошел ближе, опускаясь перед ним на корточки. — Я очень хочу тебе все рассказать, Готи. Но это убьет нас, понимаешь? Я понимаю, что рано или поздно… когда-то нам нужно будет поговорить. Когда-то ты все узнаешь обо мне. Я обещаю, ты узнаешь. Не от меня, но узнаешь. Я не смогу выдержать твоего разочарованного взгляда, понимаешь? — Скэр горько улыбнулся, — мне жаль, что у нас все так. Очень жаль. Я совсем не тот человек, который должке находиться с тобой рядом. Скэриэл замолчал. Готье искался с ответом, но Лоу перебил его мысли. — Мне противно, Готи, понимаешь? Я боюсь себя, — последнее было сказано совсем шепотом, как будто у него совсем кончились силы. Готье сжал кулаки, надеясь, что Скэр этого не видит. Вся его обида испарилась разом, оставляя только страх и непонимание того, что нужно сейчас сделать. — Скэриэл, — Готье аккуратно опустил на пробу одну руку на колено Лоу. Тот, вроде, не отмахивался, поэтому второй он накрыл его ледяные руки и почувствовал, насколько сильно Скэриэлу трясет, — я не знаю, что мне нужно говорить, но… все хорошо, ладно? Давай мы сначала выходим тебя, а потом, если захочешь, поговорим. Хорошо? Я подожду, — Скэриэл криво улыбнулся. — Ты такой добрый, Готи. Не упусти это, пожалуйста. Улыбка Скэра снова растворилась, когда он попытался встать. Готье поднялся следом, аккуратно приобнимая за плечи, больше страхуя, нежели пытаясь что-то показать этим жестом. Скэриэл аккуратно, насколько мог, улегся на кровать, натягивая одеяло до головы. Готье постоял немного рядом, а потом подошел к шкафу, доставая второе одеяло. Повернулся, заметив, как Скэриэл вертит головой в поисках него. — Ты ледяной. И тебя трясет. Не знаю от чего, правда, — Готье накинул на Лоу сверху второе одеяло и присел рядом, — я лягу с тобой? — Конечно, Готи, ты еще спрашиваешь? — Хитклифу показалось, что глаза у Скэра влажные. Даже если и так, то быстро уткнулся лицом в подушку. Готье скинул пиджак, залезая под одно из одеял. — Спи, ладно? Если станет плохо — скажи сразу, хорошо? — Готье дождался гулкого «угу» и придвинулся ближе. Скэриэл почти сразу повернулся к нему лицом, аккуратно обнимая поперек груди. Готье невесомо запустил одну руку в волосы, расчесывая темные пряди, — все будет хорошо, Скэр, я обещаю. Готье сам не верил в это. Но сейчас он лучше соврет, чем скажет правду. От правды Скэру легче не станет. Правду он и сам знает. Готье долго не мог уснуть, но последнее, что запомнил, как рука Скэра аккуратно переплелась с его собственной. Кажется, скоро рассвет. Может, в другой Вселенной у них все будет хорошо?

Твоё равнодушие — моя смирительная рубашка

А под кожу, а под кожу мне запускают дельфинов стаю

И я вроде их слушаю (и улетаю), но мне уже не важно

Туда, где всё не так уж важно, всё не так уж плохо