Служебный роман

—что?— роняет потерянно Артем, держа Максима за плечи. что он сделал? ему же сейчас это показалось? просто послышалось? да ведь?.. —я не хотел. меня напоили хуйней какой-то, она сама на меня села. я просто не сопротивлялся.. — пытался оправдать свой ублюдский поступок Бакашов, лицо и шея которого до сих пор были испачканы в ярко-красной помаде, — прости меня, умоляю.. я всё что угодно сделаю, только прости... Максим почти ревел. он пьяный в хлам, еле что-то соображает, но все эти слова говорит вполне осознанно. он уверен, что завтра вспомнит только этот диалог. это слишком важно для него. —ты говорил, что всё будет нормально, — находясь в стадии осознания, бурчит Тёма. Максим видит, как слеза течет по его бледной щеке и понимает, как же он мудак. —прости, — шепчет он и падает на колени, обнимая своего парня по коленями, — прости-прости-прости, — повторяет Максим как мантру, сжимает ноги Чернышова крепче, лишь бы он не ушел, не оставил его одного купаться в дерьме собственного проеба. Артем смотрит на него, пытается поднять на ноги, отцепить от себя, но тот даже не думает отлипать. слишком боится потерять единственное хорошее в его жизни, которое и так не заслужил. —Макс, встань, — старается нормально говорить Артём, хотя находится на грани между истерикой и нервным срывом. он эту Катю голыми руками задушить, заодно и мамашу своего парня тоже. нельзя было его пускать в это пекло. но Бакашов вставать и не думает. —давай сейчас ляжем спать, а завтра поговорим? —ты уйдешь. я знаю, что ты просто бросишь меня здесь одного, — скулит в слезах Максим. в отличие от Тёмы, его истерика схватила с самого порога квартиры, — я не хочу тебя потерять. не хочу, не хочу, не хочу... Артем тяжело вздыхает, стирая слезы с глаз. —я не уйду, обещаю. встань сейчас, тебя нужно помыть, — говорит он, на что Максим поднимает глаза, но отпускать пока не собирается, — и отмыть от помады. она меня раздражает. после последних слов Максим сразу поднялся. они с Артёмом пошли в сторону ванны. ••• —так, с этими шкурами всё понятно, — сказал Артем, отмывая алые следы со своего парня, — но какого черта ты в юбке? —я понял, что произошло, и сразу собрался ехать к тебе. рубашку свою я нашел, а вот штаны нет. пришлось ехать в том, что было. Артем усмехнулся, хотя в этой успешке чувствовалась горечь. и Максим прекрасно понимает его. они стояли у раковины. Артем стирал ватными дисками помаду, натирая кожу докрасна. —тебе очень идёт, — старался разбавить обстановку Чернышов, разглядывая шею и лицо Максима на наличие ещё каких-нибудь следов. было пару мелких засосов, но от них так легко не отделаться. —буду знать, — ответил Макс, стоя с виновато опущенными глазами. было стыдно смотреть в глаза любимому человеку, которому он сделал больно. Артем стёр разводы косметики с губ Максима, смотря на них изучающе: истерзанные, искусанные и припухлые после манипуляций с водой. его родных губ касалась какая-то шалава, изнасиловав душу его парня. его Максима. после стадии принятия на Артёма накатила ненависть к родне Максима и к этой суке-Кате, а ещё сильнее его обуздала ревность. Артем приблизился к лицу Макса, взял его за щеки и поцеловал, нежно, по-родному, как они оба любят. аккуратно облизывал губы, зализывая ранки и не доставляя дискомфорта. Бакашов обнял его, прижался крепко-крепко, потому что именно эти губы он хочет чувствовать на своих, именно такие чувства испытывать. Тёму ему никто не заменит. Артем потащил их тела в спальню, не отрываясь от своего парня. хочет пометить, присвоить себе, чтобы никто не посягал на его Максима. они оба оказались на кровати. Чернышов отстранился от губ брюнета и спустился к шее, осыпая ее поцелуями и засосами. на местах, где горели два мелких пятнышка от Кати, он оставил несильные укусы, желая просто выгрызть их с бледной кожи. Макс громко стонет и не противится, хотя обычно всегда просил Артема не перебарщивать с метками. сейчас это нужно им обоим. Артему — чтобы выплеснуть эмоции, привязать к себе Макса крепкими нитями. Максиму — чтобы не чувствовать себя мудаком, чтобы знать, что он принадлежит только своему парню, а эта мерзкая ситуация останется просто неприятным воспоминанием, но никак не причиной их расставания. Тёма отрывается и задирает юбку. как бы это не было сюрреалистично, парню это даже нравилось. колготки были безжалостно порваны. всем же плевать на вещи какой-то шалавы, которая выебала парня Артема? самому Теме точно, а Максу тем более. сняв с Максима белье, он начал заниматься недолгой растяжкой, вбиваясь пальцами в чужое тело. Макс мычит и извивается, выгибая спину в такт движений Чернышова. это было намного приятнее, чем чувствовать на себе тело, которое резкими толчками насаживалось на него несколько жалких часов назад. Артем навис над Бакашовым и впился в его губы своими, входя в него уже членом. Максим стонет в поцелуй, чувствуя, что орган входит всё глубже в него и касается нужной точки. достаточно быстро толчки ускорялись, выбивая всю дурь из бошки обоих парней. Макс плавился под своим Тёмой, обнимал его за плечи и царапал слегка отросшими ногтями. Артем часто на это жаловался, потому что царапины под одеждой зудели и приносили неприятный дискомфорт, но сейчас об этом даже не задумывался. —Тём, — через частое дыхание и стоны зовёт Макс, глядя в глаза партнёра. —мм? —я люблю тебя, — говорит Бакашов и целует Артема в нос, — и только тебя. на этом моменте настал апогей для обоих. ••• утро. Максим разлепил сонные веки и ощутил все прелести жизни: голова болела, во рту сушняк, так ещё и задница ноет. в общем, вчера его не жалели. повернув голову в сторону второй половины кровати, Максим резко поднялся — Артема там не было. забив большой болт на то, что он еле глаза открыл, он подскочил с кровати и побежал искать Чернышова по квартире. ноги заплетались, но ему нужно было убедиться, что его парень здесь и не оставил его. направляясь по коридору в сторону кухни, он подскользнулся и упал на спину, громко выкрикивая: —блять! Артем выглянул из дверного проема, замечая Макса на полу. —доброе утро, — тараторит он и подходит к брюнету, помогая подняться, — не сильно ударился? —жить буду, всё в порядке, — ответил он и прижался к Тёме, уткнувшись носом в грудь, — ты меня напугал. —прости, хотел с утра поесть приготовить, чтоб ты потом с похмелья не корячился. —спасибо, — с улыбкой произнес Макс и прошел вместе с Артёмом на кухню. на кухонном столе лежал его телефон. Бакашов мигом схватил его и стал где-то рыться. —чего делаешь? — поинтересовался Чернышов, подходя к нему. —блокирую свою маму.