Ночь создана для неё

Марии Генриховне хочется танцевать на берегу моря вместе со звёздами. Кружиться босыми стопами на холодном песке, что сохранит навечно ее ощущения от этой ночи. Она смотрит на женщину, выпускающую безмолвных устриц в море, которые так похожи на ее эмоции, что обретают свободу. Они были живы, потом умерли и вот у них есть второй шанс стать живыми. Таня бросает их с мягко плюхающим звуком, с нежностью, желая сохранить их настоящими. Глоток шампанского будоражит. Завораживает. Каждая выброшенная устрица освобождает Машу от скованности. В горле застрял звук рыдания, глаза наполнились слезами. Как она могла раньше не дышать полной грудью? Танец со звёздами - это так естественно. Один «плюх», другой «плюх»... Таня будто топит ее нерешительность, давая жизнь новому, смелому, непознанному. Будто с каждым звуком прошлое отступает, с новым выдохом освобождает из себя всё, что держала годами. Таня пытается принести в ладонях бушующее море, чтобы брызги свободы долетели и до Маши. Ей хочется подарить танец под звёздами, бесконечность вселенной, следы, оставленные на песке ими в эту ночь. Мария отвечает улыбкой, словно светом, что тихо рассекает плотную тьму. Волны накатывают на берег новой и новой волной. Слезы пытаются пролиться. Танины вопросы отвлекают, заставляют быть честной. Быть собой. Маше хочется переживать штормы, чувствовать соленые брызги, слушать запах ночных звёзд, вкушать крепость рома, улыбаться от счастья и чувствовать с замиранием сердца близость. Понимать другого в молчании. Ночь поглотила их силуэты, и звёзды над морем были единственными зрителями их нового неповторимого танца.