Гражданский переполох

За несколько часов до

— Хорошо, мистер Джостен, мы не нашли никаких данных о вашем рождении на территории Соединенных Штатов. На этом основании мы не можем выдать вам гражданство. И поскольку Польша не предоставляет гражданство по праву рождения, единственным оставшимся вариантом для вас является принятие гражданства Великобритании. — Что?                               

Настоящее время

Всю дорогу из офиса ФБР до Пальметто Нил был в своей голове, лишь ненадолго приходя в себя для панической атаки, когда впервые увидел свои новые шрамы. И сейчас, сидя в раздевалке Лисьей норы и только что вывалив на лис всю свою правду, ему предстояло сообщить еще одну новость. Он прочистил горло, чтобы привлечь внимание, и открыл рот: — Вообще, это еще не все… По комнате послышались уставшие вздохи, но первым заговорил Ники: — Что еще? Сейчас ты скажешь, что вы тайно поженились с Эндрю в офисе ФБР? Нил скосил глаза на Эндрю, который все еще прижимался к нему от плеча до колен, но никак не реагировал на слова, предпочитая играть в телефоне, а не слушать болтовню команды. С момента его панической атаки в номере отеля Эндрю не сказал ни слова, и Нилу очень хотелось залезть в эту умную голову и узнать, о чем тот думает. Нил моргнул, отгоняя мысли о своих пальцах в светлых волосах, и вернул взгляд на комнату. — Нет. Я хотел сказать, что ФБР не нашло никаких данных о моем рождении в Штатах, так что фактически у меня нет гражданства США. А поскольку Польша не выдает гражданство по праву рождения, мой единственный вариант — это принять гражданство Англии. И у меня есть время до летних каникул, чтобы обновить свою ученическую визу, но они не уверены, что с моей «знаменитостью» я смогу ее получить. Он чувствовал, как в головах лисов крутились шестеренки, пока медленно, один за другим, они не поняли: без визы Нилу придется вернуться в Англию уже в мае. Дэн была первой, кто пришла в себя: — Они, должно быть, шутят? Нил оставалось лишь покачать головой. Лисы продолжали возмущаться и задавать вопросы, однако Элисон, наоборот, ухмыльнулась: — Ну знаешь, помимо студенческой визы у тебя всегда есть еще один вариант. Твое американское гражданство сидит прямо справа от тебя. Ники нахмурил брови: — Элисон, что ты име… Подожди. Что? Ты говоришь о браке? Между Эндрю и Нилом? Между людьми, которые даже под пытками не признаются, что у них отношения? Не закатывай глаза, Эндрю, я все вижу. Теперь вся команда смотрела на них, отчего у Нила по коже побежали мурашки. Видимо, Эндрю почувствовал его напряжение, потому что следующее мгновение он встал, потянув его с собой за рукав толстовки и кивнул остальным Монстрам на дверь, молча направляясь из комнаты. Лисы проводили их всех нечитаемыми для Нила взглядами, но, кажется, назревали новые ставки.

***

Ночевка, утро и отъезд в домик прошли без проблем, но Нил чувствовал, что Эндрю о чем-то думает. Его лоб был слегка напряжен, а между бровями образовывалась маленькая морщинка, которую Нилу хотелось разгладить пальцами. Эндрю не спешил делиться своими мыслями, все еще присутствуя достаточно, чтобы помочь ему в душе, но не совсем. На протяжении всей недели в горах Нил не раз ловил на себе странный, внимательный взгляд карих глаз, но не хотел давить. О чем бы Эндрю ни размышлял, он скажет ему в конце концов. В последнюю ночь в домике Нил резко проснулся, чувствуя, как холод проникает в его тело. Кровать рядом с ним была пуста, но дверь на террасу, прилегающую к их комнате, была приоткрыта, и ветерок раздувал занавески. Лунный свет просачивался сквозь них, и Нил мог разглядеть светлую макушку снаружи. Он знал, что не сможет снова заснуть, поэтому прихватил толстовку, которую кто-то из них ранее отбросил на пол вместе с остальной одеждой, и вышел на террасу. На террасе было тихо, только слабый ветер шелестел в листьях. Эндрю сидел на маленьком диванчике и курил, глядя перед собой. Он тоже был в толстовке поверх пижамы, руки обнажены, и лунный свет очерчивал многочисленные рубцы. Нил не мог не восхищаться картиной перед собой. Он издал как можно больше шума, чтобы предупредить Эндрю о своем присутствии, а затем, не встретив сопротивления, сел рядом. Диванчик был недостаточно большим для двоих, так что их бедра оказались крепко сжаты. Нил хотел отодвинуться — если Эндрю разбудили кошмары, он не хотел нарушать границы, но тот положил руку ему на бедро, не позволив. Значит, не кошмары. Когда Эндрю просыпался от плохих снов, он никогда не прикасался и позволял прикоснуться к себе. Они могли часами сидеть на крыше в тишине или разговаривая, но никогда близко. Сейчас же Эндрю первый инициировал контакт, так что, возможно, Нил наконец узнает, о чем были все те взгляды и размышления. Когда от сигареты оставалось всего ничего, Нил перехватил ее из расслабленных пальцев, сделал последнюю затяжку и затушил. Эндрю слегка сжал его бедро в знак протеста, но ничего не сказал. Затем он наконец разрушил тишину: — Ты хочешь этого? Нил опешил. — Что? — Он знал, как Эндрю ненавидит повторяться, но сейчас была поздняя ночь, и Нил не помнил, как просил о чем-либо. — О чем ты говоришь? Эндрю сжал челюсть, будто слова были для него чем-то тяжелым — Брак. Глаза Нила расширились, и вся легкая сонливость отошла на второй план. — Что? Подожди, это о словах Элисон о браке ради визы? — Да. — Эндрю все еще не смотрел на него, но Нил чувствовал напряжение в его теле. — Ты хочешь этого? Нил дал себе время подумать. Брак с американцем решил бы все его проблемы с визой, но он не мог поступить так с Эндрю. Эндрю заслуживал большего, чем лживого шрамированного беглеца. — Нет… — Нил прокашлялся, давая себе мгновение, чтобы сформировать слова. — Я не хочу привязывать тебя к себе только ради визы. Ты заслуживаешь большего. Эндрю резко развернулся и посмотрел на него с яростью тысяч солнц в глазах. — Не тебе решать, чего я заслуживаю. — Послушай, Эндрю, я не решаю, чего ты заслуживаешь, но я знаю, что это не я. Брак для гражданства — это не то, что можно закончить в мгновения ока. Это долгий процесс. И если… когда я тебе надоем… — Эндрю не дал ему договорить. — А теперь ты послушай меня. Ты думаешь, я не взвесил все плюсы и минусы? Ты думаешь, я не провел всю эту неделю, размышляя об этом? Я не знаю, что мне сделать, чтобы вбить тебе в голову тот факт, что я не делаю того, чего не хочу. Я знаю, чего я заслуживаю, и это ты, тупица. — Эндрю закончил говорить, все еще сжимая его бедро. Нил потерял дар речи. У него не было повода сомневаться в его словах, но остался еще один вопрос. — Неужели Эндрю Миньярд признает, что я не ничто? — спросил Нил с улыбкой. Эндрю лишь сверкнул на него глазами. Нил рассмеялся. — Ладно, вредина. Спроси меня еще раз. Эндрю развернулся к нему, и теперь их тела были сжаты почти вплотную. — Брак. Да или нет? Нил наклонился ближе, почти соприкасаясь с Эндрю носами. — Да. И если Нил почувствовал чужую улыбку на губах, то, ну это останется между ними.

***

Они решили ничего не говорить команде, потому что Ники и Элисон устроили бы цирк. Вместо этого в первый вторник апреля, когда до игры с Воронами оставалось совсем ничего, Эндрю забрал Нила с физиотерапии, и они отправились в мэрию. Никаких костюмов — просто джинсы и толстовки. Никаких колец — это было не целесообразно, с учетом того, что игрокам запрещалось носить любые украшения на корте, даже под формой. Никаких цветов и фотографий. Никаких заранее заготовленных клятв. Только тихое да или нет, обмененное вместо поцелуя. На обратной дороге в общежитие, когда все бумаги были подписаны, а свидетельство о браке лежало в бардачке со всеми остальными документами, в машине царила мягкая, легкая, счастливая тишина. Они отложили эту правду для лис, решив пока сохранить этот момент между ними двумя, отпраздновав его пиццей и просмотром тупых телешоу, пока Кевина не было в комнате. Через время, когда игры были выиграны, экзамены сданы, а документы на грин-карту поданы, они оказались на крыше. Лисы все еще не знали о браке, и все вопросы о визе Нил закрывал излюбленным «я в порядке», получая толчок локтем от Эндрю за каждое слово на букву П. Сейчас же голова Нила лежала на коленях Эндрю, пока тот докуривал сигарету. — Знаешь, а ведь у нас не было медового месяца, дорогой муж, — сказал Нил, прослеживая глазами профиль Эндрю. За последний месяц это стало его самым любимым прозвищем, и не похоже, что его дорогой муж был против этого. Эндрю перевел на него невпечатленный взгляд, но от Нила не укрылось то, как кончики его ушей слегка покраснели. — И? Нил поднял руку, накручивая шнурок толстовки Эндрю на палец. — Ну, я подумал, раз у нас не было медового месяца, как полагается всем молодоженам, мы могли оставить остальных и поехать в путешествие. Только вдвоем. Никакого нытья Кевина, болтовни Ники и возмущений твоего кривого зеркала. — А как же твое излюбленное экси? Нил прикусил губу, надеясь, что это выглядит соблазнительно, и приподнялся так, что их лица были на одном уровне. — Ну, знаешь, я думаю мы можем найти другие способы сжигания энергии. Более подвижные и не требующие выхода из номера и надевания одежды. Эндрю поднял бровь. — Ты что, соблазняешь замужнего мужчину? — А у меня получается? — рассмеялся Нил, придвигаясь ближе. — Нет. Но Эндрю все равно поцеловал его.