Отодвинься, чëртов Чэнс

      Школьный коридор уже давно перестал быть таким шумным. Весь Хоукинс замер в тишине, после того как случилось землетрясение. Именно так этот природный катаклизм объясняли в газетах и по телевидению. Никто даже не догадывался о том, что это только начало. Что скоро станет ещё страшнее. Близится конец света, а люди спокойно перемещались по городу, решив, что земля больше не будет уходить из-под ног.       Семьи погибших уже успели оплакать своих близких, пострадавшие излечиться, а те, кого это миновало, вернуться в город. Теперь то, они начали выходить из своих домов без испуга в глазах. Но всё равно было до жути тихо. После случившейся трагедии город будет восстанавливать свою жизнь внутри ещё долгое время.       Из всего этого удивлял только изменившийся Хоукинс. Но одно оставалось прежним. Векна. Уилл чувствовал его присутствие каждым сантиметром кожи. Особенно его передергивало, когда волосы на затылке вставали дыбом, а по задней части шеи копошились мурашки.       Так и сейчас он схватился рукой за этот предательский участок тела и с пустым взглядом смотрел в свой открытый школьный шкафчик. Это не удивляло, уже достаточно привычное дело. Не отвлекаясь на ощущения он высматривал свой учебник по биологии, чтобы как обычно направиться на следующий урок. Уилл заприметил его на нижней полке и потянулся за ним, но шею снова пробрала дрожь. Рука рефлекторно выдвинулась вперёд, после чего груда учебников покатилась вниз, какие-то из них раскрылись и теперь лежали на школьной плитке с помятыми страницами.       Но он завис не в состоянии двигаться из-за накатившего страха от ощущений. Из плена мыслей вырвал внезапный голос: — Хай, это же ты Зомби-бой?       Парень повернул голову в сторону, с которой донеслась уже забытая им кличка. Он сморщил нос. Перед ним стоял старшеклассник и по его одежде можно понять, что он играет в баскетбольной команде их школы. Возможно, он видел его на фотографиях. На одной из их посиделок ребята делились тем, чем занимались за время разлуки и Лукас даже принёс альбом. За последнее время Синклер стал сентиментальнее, но за это его нельзя осудить. Сейчас не самый приятный период в его жизни. — Допустим, был когда-то, — вздохнул Уилл и потянулся за учебником на полу. Черноволосый опешил. До этого он стоял уперевшись левым плечом о чей-то шкафчик, но он отодвинулся от него и стал прямо, сложив руки в карманы бомбера. — Извини, если что, не хотел задеть. — Да я привык, — буркнул ему в ответ шатен. — Я помогу? — черноволосый заслепил взгляд своей лучезарной улыбкой и быстро начал вкладывать книги себе под руку. Уилл удивлённо посматривает на него, давно он не замечал такой энергичности в людях, даже в самых обыденных вещах. Таких как подобрать упавшие вещи. Для него то это уже и правда обыденность. — Ого, это твои рисунки? — незнакомец ткнул в несколько работ, развешенных по тайному логову Байерса. На бумаге были изображены фэнтезийные сюжеты. Где-то изображены рыцари, сражавшиеся с морским чудищем, где-то драконы. А на одном из них маг в фиолетовом костюме сидит у костра и греет над ним свои ладони, пока несколько мужчин в доспехах резво о чем-то болтают на фоне.        Уилл зарделся и отвернул своё лицо в сторону, чтобы скрыть это от неожиданного собеседника. — Да, — промямлил слабым голосом. — Здорово! — парень метнулся вперёд, казалось даже слишком близко, — да у тебя талант! Хотел бы я также, но даже пишу, как курица лапой. Видимо я создан только для спорта, — он засмеялся и зарылся свободной рукой в копну густых и тёмных как смоль волос. — Спасибо, конечно, — Байерс постарался сделать незаметный шаг назад, только по взгляду напротив понял, что это не осталось незамеченным, — а ты от меня что-то хотел?       Послышался низкий смех. — Да я так, новое лицо, — парень запнулся и быстро начал складывать учебники в шкафчик Уилла, — точнее старое лицо. Но ты как бы уехал. Теперь вернулся. Да и… — он вздохнул, — забей. Я не это имел ввиду. Просто помню тебя и решил подойти. Сейчас в городе происходит полный кошмар и надо быть… дружнее? Ну что-то вроде этого. И я подумал, ну, может познакомимся?       Шатен застыл пока слушал тираду перед собой. Этот старшеклассник так разводил руками и быстро говорил, постоянно запинаясь, что это выглядело до жути забавно. Он несколько секунд молча пялил перед собой, а потом прыснул, дальше уже и вовсе разражаясь хохотом. — Извини, — Уилл поднял взгляд и провел рукой по волосам, говоря с отдышкой от смеха, — ты просто мне кое-кого напомнил, не важно, — он выпрямился и протянул руку, — меня как Зомби-боя ты уже знаешь, а тебя как?       Парень перед ним неловко улыбнулся и протянул большую ладонь для рукопожатия. Да, по этому сильному сдавливанию пальцев точно становится понятно, что тот активно занимается спортом, словно не рассчитывая своей силы. — Я Чэнс, но ты лучше представься, я больше не планирую позориться перед тобой и говорить это глупое прозвище. — Ну если так, то тогда я Уилл, — он и не заметил, как в течении разговора присутствие векны медленно растаяло.

***

— Да заткнись уже, — вскрикнул темнокожий парень, бросая уставший взгляд на своего друга, — и без тебя тошно.       Они быстрым шагом двигались по коридору, торопясь на занудный урок по биологии. Преподаватель по этому предмету мало того, что криво всё объяснял на занятиях, так ещё и требовал запредельных знаний в этой науке, словно каждый из них должен стать вторым Дарвином и разрабатывать свои теории по эволюции органического мира после уроков. А сегодня ещё ожидала контрольная работа, которая явно сбила настроение трио, идущему сейчас рядом. — Да этот чертов профессор Браун, так отслеживает все табели, что Сьюзи даже не сможет исправить мне оценку, — шепеляво выплюнув слова взревел кудрявый парень. — Тебе хотя-бы кто-то исправляет, — рыкнул ему в ответ Синклер.       На это отвечать Дастин уже не стал, прекрасно зная, через что сейчас проходит друг. Макс очнулась уже более месяца назад и проходит реабилитацию, которая неизвестно сколько будет длиться. Она сама в школу ходить не может, что уж говорить о исправлении оценок парня. — Да забейте уже, — наконец встрял в разговор черноволосый. Ему уже надоело слушать эту перепалку, и он шёл, смотря вперёд, держа рукой рюкзак, небрежно свисающий с его плеча, — ещё бы сейчас париться из-за оценок.       Ребята одновременно кивнули ему в ответ и понимающе замолчали. Сейчас наступает конец света, а они бегают по школе и ссорятся из-за отметок в дневнике. Будто других проблем не хватает… А это кто?       Майк застыл на месте, что сразу же и сделали его друзья. Он внимательно смотрел вперёд с вскинутой вверх бровью. Уилл стоит и хихикает с каким-то парнем, а тот тыкает в дверцу его шкафа на листки бумаги. Точно, там висят рисунки. Они активно ведут диалог и судя по эмоциям на лице смеются, да будто смущаются. Это что за картина маслом? Шатен же постоянно ходит по школе потерянный, с таким видом что вот-вот сорвется с места и помчится домой, а сейчас стоит и с кем попало воркует. — Что за додик? — резко сорвалось с губ. Уилер даже не заметил, как сказал это. Выпалил рефлекторно.       Синклер опешил. — Чувак, притормози. Он в моей команде же, — парень взмахнул руками, — Чэнс хороший пацан. Он, конечно, дружил с Джейсоном, но всё равно относился к его действиям с сомнением. Даже поддержал меня, когда мы увиделись после землетрясения. — Ухты, давно не видел такого весёлого Уилла, — прыснул Дастин сзади. Эти слова иголками кольнули спину, Майк ощутил это практически на физическом уровне. — Почему он к нему подошёл вообще, может докопаться до него решил? — выцедил Уиллер и ещё сильнее вскинул бровь, когда увидел, как шатен с улыбкой аккуратно машет рукой этому Чэнсу и разворачивается в сторону кабинета.       Сбоку раздался вздох. — Да говорю же я тебе, нормальный он, не будет такими вещами заниматься, — после этих слов Лукас воскликнул, вспомнив что-то. Друзья тут же повернули головы в его сторону, — точно. На одной из тренировок он спрашивал меня про Уилла. Спросил дружу ли я с ним и куда он пропал, я и рассказал ему о переезде. Вообще вылетело. Подумал ж ещё тогда, чё он спрашивает то?       Черноволосый сильнее стиснул лямку рюкзака на своем плече. Не нравилось ему это. Что этот парень делает, следит за Байерсом? Может он сталкер? Подозрительный какой-то, так ещё и смеётся так безмятежно рядом с шатеном. А сам то, наверное, уже продумывает коварный план по его унижению. Майк сморщил нос, но заметив на себе задумчивый взгляд друзей, дернулся. — Что? — Не будь такой заразой, — Синклер похлопал его по плечу и двинулся вперёд, — у Уилла наконец-то новые друзья появляются. Не вечно же ему с нами тусить.       В груди болезненно сжало. Это ещё и означает, что он будет проводить с ними меньше времени? Такое черноволосому уж очень не нравилось.

***

      Контрольная и грозный взгляд учителя, который осматривает аудиторию в поиске списывающих, не предвещала ничего хорошего для ребят. Но Уилер был уверен, что подготовился на наивысший балл, с самого детства он отличался очень хорошей памятью и возможностью грамотно использовать свои знания в научной деятельности. А именно применять свои заученные на зубок знания и теоремы на практике, логика развита что надо. По крайней мере так он думал.       Каждый раз, когда парень пытался сосредоточиться над очередным заданием, он ловил свой взгляд на светлой макушке Байерса. Его посещали мысли от «Уилл какой-то напряженный, неужели он опять ощущает присутствие векны или просто волнуется из-за контрольной?» до «почему он так улыбчиво общался с этим придурком». Да, в этом определенно нет ничего такого. Он же не злился, например, когда Лукас общался с этими же парнями из команды по баскетболу. Ну правда был раз. Но он тогда отказался участвовать в партии по D&D! А это определенно было подставой. Им же тогда пришлось искать нового человека. А друзья никогда не должны ставить друг друга в подобные ситуации, а тем более предавать свою партию.       Но Уилл? Чтобы он общался с этими потными парнями, которые и четыре слова связать в конструктивное предложение не могут? Он точно не такой. Байерс с самого детства не был таким. И никто лучше Майка этого не знает. Кто ещё кроме него сможет прочувствовать весь характер Уилла, его заботливость, неловкость, иногда дерзость и эту порой кусающую прямолинейность. Опять же, никто! А кто сможет его поддержать в моменты страха от Векны, который словно держит его как котенка за шкирку и ходит по пятам. Уилла определенно нужно защищать. Ловить всеми взглядами эти переживания и сразу отвлекать простыми разговорами, шутками, а иногда просто положить руку на плечо. Майк ловил себя на мысли, что в такие моменты хотелось обнять парня со всей силы, вцепиться ногтями в шероховатую ткань его рубашки и положить подбородок на плечо, косо поглядывая вокруг в поиске источника опасности. И кто это сделает лучше, чем он? Если нужно будет, конечно. А пока рядом ошивается какой-то болван, то можно и не успеть заграбастать Уилла в ситуации чрезвычайного положения.       Да и вообще, очень уж странно парень на него смотрел. Было ощущение, что он пытался закадрить бедного Байерса. А тот ему ещё и улыбался. Так невинно хихикал и пускал зелено-карие искорки из глаз. Аж тошно. Майк то давно их не видел. А этот незнакомый парень только и рад. Может он из этих?       Уилер даже не успел заметить, как перед глазами всплыла неожиданная фантазия, будто влетевшая с двух ног в живот. Уилл упирается спиной в тот самый шкафчик. Его лицо покрыто уже казалось-бы привычным, в каком-то роде родным румянцем, который так нравилось украдкой подмечать. Слегка опухшие губы, на нижней красуется капелька слюны. Майк застыл словно его душа вылетела из аудитории и находилась в плену фантазии, а его тело продолжило бренно существовать в сидячем положении в душном кабинете биологии. Но тут он вздрагивает, когда ладони Уилла неожиданно тянутся вперёд и притягивают к манящим губам… этого… Чэнса, черт его дери?! — Нет! — Майк ударяет кулаками по столу и только через несколько секунд осознает, что все взгляды класса прикованы к нему. Он с кривой улыбкой поворачивается на учителя. Тот спускает очки с длинного носа, будто пытаясь разглядеть без них, своей неведомой силой, что так взбудоражило ученика. — Неужели моя контрольная вызывает у вас такие негативные чувства, мистер Уилер? Я польщён. Но могли бы вы своим негодованием не мешать остальным обучающимся, которые как я полагаю, в таком же шоке.       Краем уха кудрявый парень услышал, как Дастин где-то позади пробормотал парочку оскорблений и начал активно и громко возить ручкой по тетради. — И не портите ваши тетради, хотелось бы проверять эти письмена безумца хотя бы в опрятном виде.       Хендерсон опять что-то злобно проворчал, но звук скрежета ручки по бумаге стал во много раз тише. Учитель Браун лишь издал громких вздох на всю аудиторию и видимо, устав наблюдать за глупыми учениками, уткнулся в тетради на своём столе.       В кабинете снова наступила тишина. Она настолько тихая, что тут даже и не заметишь, как эти коварные мысли снова могут запрыгнуть в голову.       Дальше Майк уже и не понял, как быстро пролетело занятие. Он вцепился пальцами в ручку, активно выветривая из головы только что появившиеся мысли и свою реакцию на них. Не хотелось даже осознавать почему этот бред появился в мозгу и так сильно зацепил душу. Да и почему вообще так сильно хотелось вцепиться в шею этого незнакомого парня, закрывая за своей спиной раскрасневшегося Уилла. Он же совсем ничего плохого не сделал? Именно поэтому лучше сконцентрироваться на вопросах по биологии, учитывая, что уже и так потеряны драгоценные минуты для решения задач по генетике. — Идём? — такой спокойный и гипнотизирующий взгляд. Каждый раз, когда Майк видел его он без раздумий готов был говорить: «Да», сам не понимая почему. Непроизвольная улыбка тут же растягивала губы, а где-то внутри медленно растекалось греющее тепло. Нужно избавляться от этой дрянной привычки соглашаться на всё, только из-за двух маленьких лесных орешков, смотрящих в душу. — Куда? — сдержал он себя, с серьёзным видом. Ощущение потрепанности после заданий, которые активно решались только последние десять минут занятия, придавало еще более уставшую гримасу на лицо. Правда, не стоит говорить о мыслях, бушевавших в голове до мозгового штурма по биологии, от них чувства были куда более колющими.       Байерс закатил глаза. — Майк, мы же ещё в обед договаривались, что в автоматы пойдём, — парень ухмыльнулся и с издёвкой посмотрел снизу вверх, — как ты с такой памятью на отлично учишься, каждый раз поражаюсь.       Совсем недавно Уилер бы ответно кольнул друга ответной шуткой и толкнул бы его плечом, но всё это было до мыслей, захвативших его на занятии. Сейчас мозг отказывался воспроизводить какую-либо информацию как для мыслительного процесса, так и направлять сигналы для движения рук и ног, что уж говорить о том, чтобы произнести пару слов. Реальным из всего прочего, казалась только возможность разглядеть Уилла, пытаясь выследить хоть какие-то частички того самого Уилла из мимолетной бредни в голове. Чёлка парня была растрепанной, волосы такие мягкие и пушистые, что хочется провести по ним рукой. По ощущениям они точно не сравнятся с кудрявой и небрежной копной Майка. По светлому лицу расстилается звездопад маленьких родинок и каждая из них уникальная, неповторимая. И по тому, наверное, и получилось запомнить до последней. Аккуратный вздернутый нос и наконец губы. Мужские, не слишком пухлые, но и не тонкие. Можно сказать идеальные. Да? Пожалуй. Слегка розовые и немного суховатые. Форма тоже необычная и четко врезается в память. Если бы неуклюжие руки Майка были бы такими же заточенными на умения, как и у Уилла, он определенно смог бы нарисовать его по памяти. С закрытыми глазами. — Да он тот ещё придурок, — резко выскочил из кабинета Лукас и схватил за плечо Уилера, тем самым выведя его из оцепенения. Только сейчас парень заметил, что шатен напротив смотрит на него с озадаченным видом. — Чёрт, — ругнулся Дастин, вышедший следом, — он не дал мне дописать, буквально несколько расчетов. Я точно был близок к решению. Да и вообще от этой биологии никакого толку, лучше бы к физике и математике так ответственно подходили. — От них тем более смысла нет, как мне пригодится в жизни закон Ома? — запротестовал Синклер, убрав свой фокус с застывшего Уилера. — Вообще-то…       Майк смотрел на своих друзей, но в голове только бушевал белый шум. Из-за этого он мог только наблюдать за ними, при этом не слышав в чём заключился активный спор. Почувствовав движение сбоку, парень вспомнил про шатена и его вопросительный взгляд и резко повернулся к нему. А он достаточно близко. — Может без этих дураков пойдём? — проворчал он. На эту фразу Уилл тихо хихикнул и по его лицу расплылась чарующая улыбка. Кудрявый окинул мальчишеские губы взором и подметил, что ему и правда нравится смешить лучшего друга. Всё лишь для того, чтобы увидеть в какую разную форму эти губы могут растягиваться и манить к себе. По затылку прилетел щелчок. — Иди к черту, братан, — темнокожий парень обхватил своей рукой шею Майка, и неожиданно скрутив его спину, начал чесать кулаком макушку, — прогрей себе голову, может думать начнешь. — Ай, идиот, — кудрявый кое-как вырвался из этой хватки и злобно посмотрел на него и хотел было что-то сказать, но его перебил Дастин. — Всё, погнали, ребят, а то я сегодня могу только до шести затусить, созваниваемся с Сьюзи.       Парни начали активно вести диалог, подкалывая друг друга и обсуждая предстоящее времяпровождение. Уилер задумчиво посмотрел в их спины и подумал о том, что он всё-таки благодарен Лукасу. Он его отвлёк от этих мыслей, которые льются не останавливаемым потоком, стоит лишь посмотреть в сторону Байерса. Видимо такие бредни прилетели в голову лишь один раз и теперь он и вовсе забудет об этом и сможет расслабиться с друзьями.       Парень уверенно зашагал вперёд. ***       Нет! Это не временное помутнение!       Вот, что понял Майк, когда резко подскочил с кровати и схватил дрожащими руками настольные часы, увидев на них четыре утра. Ноги подрагивали, собственно, как и руки. В нижнем белье влажно, да и стоит уверенным колом, на полной готовности.       Чёрт, бывает ли такое, когда тебе снится твой лучший друг, целующий тебя в пустом школьном коридоре, и ты возбуждаешься до дикого головокружения. Состояние словно температура при гриппе подскочила. — Блять, — выругался парень, протянув гласную. Он рывком скинул с себя одеяло и осмотрев всё своё состояние ниже пояса схватился руками за голову, впутываясь в кудри пальцами, с такой силой будто пытается их вырвать. Как такое вообще может с ним происходить? Почему такая реакция на парня? На лучшего друга в добавок! Он же встречался с Одиннадцать несколько лет, и, хотя у них не было никакой близости, кроме поцелуев, разумеется, он уверен в том, что его всегда заводили девушки. Как минимум те самые из журналов, которые он иногда подворовывал из папиной тумбочки.       И тут с ним происходит такое. И почему до этого не было такой активной реакции? Уилер ловил себя на том, что ему нравится любоваться Уиллом, его внешностью, а иногда даже фигурой. Да любому было бы тяжело сдерживать взгляд, если только рядом появится Байерс в светлых обтягивающих джинсах. Но это всё точно было сугубо с мужской точки зрения, товарищеской. Что-то вроде: «Вау, братан, у тебя такая фигура крутая, ягодицы качаешь?». Ну, наверное. Майк не решался такое говорить лучшему другу.       А теперь он сидит с явной проблемой, проблемой между ног. И это как-то нужно решить. Можно представить что-то противное и подождать пока всё рассосётся само собой. Но есть и другой вариант. Поэкспериментировать, понять к чему это всё приведёт. — Да пошло оно всё, — он принял решение и отказываться от него не будет. Как минимум эту постыдную историю будет знать только он, поэтому какая разница?       Майк медленно запустил руку под резинку трусов и аккуратно коснулся пальцами головки члена. Ощущения почему-то были резче, чем обычно.       Он зажмурил глаза, пытаясь представить образ. Последнее что всплыло из воспоминаний это Уилл, опирающийся руками о кнопки игрового автомата. Его ноги были немного в раздвинутом положении, а узковатая талия изогнута для удобства, от чего джинсы ещё отчетливее подчеркивали его форменные ягодицы. Пальцы перестали необдуманно блуждать, и Майк грубовато обхватил член, проведя рукой вниз до основания.        А что если бы он тогда не тупо пялился? Что если бы он мог к нему подойти и что-то прошептать на ухо, обхватить руками его талию, обнять, со всей силы прижать к себе. Ладонь начала ритмично подниматься снизу вверх, а из горла выходят хрипы сдерживания.       Майк представил, как он медленно опускает руки с поясницы парня и тот удивлённо поворачивается на него, со своим фирменным стеснительным взглядом, даже с небольшой ноткой испуга. А потом кудрявый прижимает его за плечи к игровому автомату и буквально прилипает к губам. Жадно исследует его рот, пропитывается этим моментом, кусает нижнюю губу, которая очень мило изгибается в моменты обиды Байерса. Исследует этот рот на вкусовые и рельефные ощущения, потому что уже давно изучил все его визуальные возможности для эмоций и разговоров.       Движение руки стало быстрее, когда он представил, как Уилл медленно постанывает в поцелуй. Единственное, что было тяжело сфантазировать, потому что таких звуков при нём он ещё не издавал. А так хочется услышать, услышать реальные, не выдуманные. За это год голос парня так поменялся, и его стоны точно будут невероятно сексуальными.       Он практически видит, словно это происходит прямо сейчас, как медленно опускается к плечу Байерса и впивается жадным поцелуем в его шею. Может его стон будет такой? Громкий, но быстрый. А может такой? Слегка тихий, приглушенный, но протяжный, да так, что будет хотеться слушать и слушать его. И опускаться языком ниже и ниже.       Майк представил, как резко сдергивает эти задолбавшие голубые джинсы, нервозно перед этим спустив ширинку. И видит перед собой вставший член. Аккуратно приспускает ткань нижнего белья и прилегает губами к головке, и неожиданно чувствует крепкую ладонь на своей макушке, которая резко цепляется в волосы и немного оттягивает. Но он не повинуется и сразу же вбивается ртом обратно, жадно выводя узоры языком по возбужденной плоти. Он представляет, как бы наслаждался этим моментом, нагло выбивая стоны из Уилла. Слышит их снова и снова. Снова и снова.       И кончает. В реальности.       Парень падает спиной в подушки и смотрит в потолок, судорожно хватая ртом воздух. Через пару секунд он аккуратно вытягивает руку из трусов и поднимает перед лицом ладонь, на которой размазана часть его спермы. До этого он жил спокойно. Общался с друзьями, встречался с девушкой. Ну да, пару раз чуть не произошёл конец света, да и сейчас они готовятся к возвращению векны. Но он сейчас, черт возьми, дрочил, фантазируя как он отсасывает своему лучшему другу. И он соврёт самому себе, если будет думать, что ему не понравилось. Да и то, что он не хотел бы это сделать ещё раз. Но это же не нормально.       Такого не должно быть. Это против природы. Как можно возбудиться из-за человека своего же пола. Этого не бывает. Если кто-то узнает об этом, то его обязательно изобьют где-нибудь в заднем дворе школы. А если об этом узнает сам Уилл? Он же возненавидит его. Над парнем по этой причине издевались с самого детства. И не только школьники, а и сам его отец. Но он точно не являлся таким человеком. Уилл правильный. Правильнее Майк никого не видел. Самый идеальный и хороший мальчик на всём белом свете, который заботился о своих друзьях, семье, но только не о себе. А прошёл он через очень многое. Поэтому нельзя, чтобы он узнал об этом. Иначе он потеряет своего лучшего друга. Кто тогда будет его оберегать, если он не делает этого сам?       Майк сам должен спрятать это в себе. Зарыть. Очень глубоко. Тайна, которую нужно закопать у самого ядра земли. Он не хочет быть грязным или неправильным. Он хочет, чтобы его семья улыбалась, когда он приведёт свою девушку, а потом сыграет с ней свадьбу. Заведёт своих детей. Устроится на работу. Будет жить как все. А этот секрет он сохранит.

***

      Школьные будни, пожалуй, будут теперь тяжелыми. Во-первых, потому что тяжело смотреть на Уилла, потому что щёки предательски краснеют от стыда. Майк моментально вспоминает, что вытворял ночью и пытается всеми способами скрыть это, хотя и вряд ли кто-то бы смог догадаться. Если не умеет читать мысли. Во-вторых, дни в школе будут тяжелыми, потому что, как только он видит Уилла, ему сразу же хочется побежать со всех ног домой и снова продолжить свои сексуальные фантазии с новым накопленным багажом вариаций. На парте? В раздевалке? Возле шкафчиков? Шкафчики. Нет, они точно нет.       После последнего урока, парни как обычно ждали друг друга в коридоре, но сегодня без Лукаса, в пятницу и все выходные он всегда проводит с Макс в больнице. — …и вот так я ему ответил, — Дастин задиристо хихикает. — Ну, тут с тобой не поспоришь, — с улыбкой произнёс Майк и обернулся в сторону кабинета математики. Они уже несколько минут ждали Уилла, но тот всё не выходил. И как только Уилер хотел двинуться в его сторону, парень наконец-то вылетел оттуда. Выглядел он достаточно торопливым и взъерошенным, а контрольная была не такой уж и сложной. Правда и этот предмет парень, не то чтобы сильно понимал. — Извините, ребята, — подлетел он и окинул их взглядом, — вы меня же ждёте? — Ну да, — Майк непонимающе изогнул бровь, в чём вопрос, если они всегда после последнего урока собираются вместе. — Я забыл вам сказать, простите, пожалуйста, — залепетал он, опустив взгляд в пол. Майку это очень не нравилось. Парень и так часто извиняется, чего совсем не должен делать, так и ещё отворачивает сейчас лицо, тем самым забирая возможность рассмотреть его в этот момент. Никакого толку, — я договорился сегодня погулять со своим… другом, мы должны встретиться через десять минут. Мне очень стыдно, что вас не предупредил. Я согласился встретиться и как-то вылетело из головы, что мы собирались прогуляться.       В этот момент словно земля ушла из-под ног. Майк уже понял о ком идёт речь. — О, ты про этого… как его там… Чэнс? — веселым голосом уточнил Дастин. Уилер его радость не разделял. Как только прозвучало это имя желваки вздернулись на скулах, благо никто не заметил. — Да, он. А откуда ты узнал? — Мы вас видели вчера, как вы болтали. Он же из команды Лукаса. Крутой парень, как он сказал, — продолжил Хендерсон свою мысль, а потом дружески хлопнул Байерса по плечу, — не парься, мы не в обиде. Всё равно Стив злится, когда мы все вваливаемся в его машину. — Хорошо, спасибо, парни, — промурлыкал он с нежнейшей улыбкой и опущенным взглядом. Уилер аж встрепенулся от такого поведения друга, не понимая, почему он выражает сейчас такие эмоции. Неужели встреча с Чэнсом настолько его будоражила.       Уилл уже собирался развернуться, но тут в разговор вмешался Майк, который до этого активно молчал и морщил свой нос. — В следующий раз предупреждай, когда соберёшься променять… — парень сдержал слово «меня», — … нас на кого-то. — Чего? — шатен опешил и удивлённо взглянул на Уилера. У него же в этот момент болезненно сжалось сердце, он давно не видел, как Байерс смотрит на него таким образом. С ноткой обиды, испуга и предательства? Кто ещё кого предал! — Что слышал, — грубо.       Дастин охнул где-то на заднем фоне, он стоял с открытым ртом, но боялся произнести и слово. Вмешиваться в перепалку двух лучших друзей было опасно. — Ты сейчас серьёзно? — Уилл сделал несколько шагов вперёд, почти вплотную подойдя к Майку. Его орехово-зеленый оттенок глаз начал набирать более темный от злости. А возможно от подступающих слез, — Я впервые… впервые! Отказываюсь от наших ежедневных собраний, чтобы провести время с другим человеком. Ты на протяжении всех своих отношений с Оди сбегал каждый день!       Уилер вскипел. Опять Одиннадцать. — Она была моей девушкой, Уилл! Я должен был проводить с ней своё время. Наше время. А ты сбегаешь к какому-то другу. Сколько вы вообще общаетесь, что ты готов нас кинуть? — Какое дело сколько я с ним общаюсь? — от взгляда Майка не скрылось, как от нервозности разговора задергались брови Уилла. Его сердце пропустило ещё один колючий удар, ему было тяжело смотреть на состояние друга, но он не мог сдержаться. Внутри бушевало много эмоций. С одной стороны, он считал хорошей возможностью спровадить Байерса с Чэнсом, чтобы держать объект своих фантазий подальше, а соответственно постепенно и эти мысли уйдут. Но, с другой стороны, он не мог забыть, как этот Чэнс смотрел на Уилла. На его Уилла. Тем самым взглядом, которым он хочет смотреть на него. Но не может себе позволить. А этот парень так активно начинает крутиться вокруг, — почему я должен отказывать ему. Мы и так каждый день время вместе проводим. Ты мог позволить себе не общаться со мной целый год, позвонить всего пару раз, и то даже не спросив, что вообще у меня происходит, а мне один раз нельзя оторваться от компании? — Я же уже извинился за это! — Я тоже извинился, за то, что не предупредил вас. Но свои планы менять не собираюсь. Мы не можем всю жизнь общаться одной компанией, — рыкнул Байерс и резко развернувшись двинулся вперёд по школьному коридору.       Повисла тишина. «Ты думал мы всю жизнь будем сидеть в подвале и играть в D&D?». Ха! На свои же грабли напоролся, Уилер? — Что это было? — наконец решился произнести Дастин, когда шатен скрылся за поворотом. — Не важно, — сухо прошипел Майк, обдумывая всё, что только что произошло. К сожалению, парень не догадывался, что так быстро начнёт жалеть о том, что решил выступить с этой фразой вперёд. Уилер бы сдержал свои копившиеся эмоции, а Уилл бы спокойно пошёл дальше и не было бы этого бессмысленного конфликта. На следующий день они бы уже как обычно мило улыбались друг другу при встрече и обсуждали всякие бессмысленные вещи всей партией, периодически стреляя друг в друга взглядами. — Ты что, даже не рассказал ему, что пытался дозвониться постоянно? Там же вроде Джойс на телефоне работала.       Уилер молча повернулся на него и злобно фыркнул. Он схватился за лямку портфеля на своём плече и быстрым шагом направился к выходу из школы. — Никогда вас не пойму, — закатил глаза кудрявый и побежал за высоким другом.

***

— Поднажать не хочешь? Я опаздываю. — Не наглей, могла бы и пешком до неё дойти, — фыркнул Стив, закатив глаза. Он плотно держался двумя руками за кожаную обивку руля и не сводил внимательного взгляда с дороги.       Они безостановочно спорили и перекидывались подколами друг на друга. Майку это уже изрядно надоело, и он сидел уперевшись головой о стекло, тщательно рассматривая пейзажи, сменяющиеся один за другим. Это было куда интересней, чем вникать в суть болтания этих голубков. Они должны были поехать со Стивом играть в автоматы, а тут ему неожиданно позвонила Робин, ну и конечно же, он сразу же за ней заехал, наплевав на свои планы. Как и Майк, когда-то бросавший друзей ради Оди. Уже знакомая песня. За которую так колюче сегодня упрекнул Уилл. Он то и без него уже давно понял, как паршиво с ним поступал. И конечно же, в памяти сохранился и отпечаток ссоры возле гаража. О ней самой сегодня напомнил Уилл, вероятнее всего не подозревающий об этом.       Но Уиллер не мог себя перебороть. Он просто не может действовать по-другому и попасть в ловушку желаний. А то, чего он желает, это не нормально. Правильно будет найти себе девушку и дальше отталкиваться по стандартному жизненному сценарию всего населения земного шара. Вот Стив правильный. Значит его поступки вполне можно оправдать. Ведь даже уже имея планы на вечер, он сразу же перенёс их, стоило только позвонить его даме сердца. — Вы как женатики ругаетесь, у меня ещё такие знакомые есть! — Хихикнул Дастин на заднем сидении, он сидел позади Харрингтона. — Фу, не говори так, — высунула язык Робин и отдернула кисточку туши в сторону, размазав часть консистенции у себя на лице. Девушка сразу же злобно выругалась, — блять, ещё и отвлек меня. У меня нет ватной палочки, Стив есть салфетки? — Глянь в бардачке.       Она нервно закопошилась, вытаскивая из него разные кассеты и упаковки из-под чипсов. — Ну у тебя тут и хлам, любая девчонка тебя шарахнется, — фыркнула она и победно достала из «бардака» упаковку, — Есть, — Робин вытащила одну салфетку и ещё раз повернула к себе зеркало заднего вида, активно начав вытирать тёмное пятно на лице. — А ты почему не смотришь на нашего Стивви? — заморгал Дастин на заднем фоне, сложив руки в умоляющем жесте. — Хендерсон, сколько раз я тебе говорил заткнуться, напомни? — послышался усталый вздох с водительского сидения. — Хм, дай подумать, триста сорок восемь? — начал перебирать с задумчивым видом светлый кудрявый парень. — Ты реально считал? — с удивлением на него повернулся Стив. — Нет! Повернись на дорогу, кретин. Тебя облапошить проще, чем мою мать. А она каждый раз ведётся, когда ей мошенники звонят. Подумай, насколько ты простофиля! — заворчал Дастин громким голосом, активно шепелявя слова. После чего он сложил руки на груди в победном жесте. Кто-кто, а этот парень его переиграть в разговорном споре не мог. Хотя издеваться над ним было той ещё потехой, — Как ты дожил до двадцати лет, боже.       Харрингтон уже собирался с силой и был готов что-либо ответить на этот неприятный для него подкол, но тут на всю машину раздался звонкий женский смех. Все ребята (и даже Майк, который со слабым интересом периодически слушал их диалог), повернулись к ней с некоторым интересом. — И ты ещё что-то про нас со Стивом говоришь? — улыбнулась она и потянулась к косметичке, доставая из неё какой-то маленький флакончик. В этот момент Майк подметил, через отражение в зеркале, как её улыбка стала немного натянутой и уставшей. Эмоциональность на лице после смеха резко сменилась, — если ты так и собираешься продолжать мучать несчастного Стива, то просто знай, что сейчас он везёт меня к моей девушке.       В машине резко повисла звенящая тишина. А звон этот стоял в ушах Уилера. Он не ослышался? Девушка? Так Робин же не мужчина. Как это понимать? Каким образом такое вообще могло произойти, если она постоянно тусуется рядом со своим парнем. Это же против природы и не может существовать. Но, с другой стороны, Майк такой же. Получается он не один и совсем рядом, на переднем сидении перед ним, устроился такой же человек, который кидает неоднозначные взгляды на свой пол. Она так же всё это ненавидит и боится? — Начерта ты им это сказала? — спустя какое-то время пришёл в себя Стив. Он нервозно смотрел то на дорогу, то на девушку, которая как ни в чём не бывало подкрашивала губы. — Слушай, Дастин всё время донимает тебя расспросами, а мне абсолютно плевать если кто-то ещё узнает. Я сейчас в счастливых отношениях, довольная своей жизнью. Да и они же нормальные ребята, не будут на каждом углу кричать? — Да, но… — Стив, ты что, считаешь меня гомофобом и придурком, который будет Робин за такое оскорблять? — У Майка ещё громче зазвенело в ушах, и он схватился за свою ногу, цепляясь за неё короткими ногтями, в надежде отрезвить себя во время этого разговора. Что за чёрт происходит. Почему они говорят об этом как ни в чём ни-бывало, — Не позорь меня! Между прочим, я видел статью, что гомосексуальность не является заболеванием. Соответственно, если ориентироваться на научные знания это норма, а норма не должна осуждаться. У меня даже в научном лагере было два друга парня, которые начали встречаться, — Майка снова затрясло, он ни разу не слышал, чтобы Дастин рассказывал об этом факте, — очень клёвые ребята, уверен, что они станут лучшими физиками в Америке, поумнее меня будут!       Робин победно хмыкнула, держа в руках светло-розовую помаду. — Видишь? Я же говорила — она снова посмотрелась в зеркало и видимо увидела проплешину в нанесенном оттенке и снова начала наносить его на губы.       Стив лишь закатил на это глаза и положил левую руку на приоткрытое окно. — А ещё, кстати! Следовало рассказать мне об этом раньше, потому что я ставил Робин в жутко неловкое положение много раз. Но так как каминг-аут делать очень сложно, особенно в некоторых условиях, я свалю всю вину на тебя. Мог бы с ней посоветоваться и предложить рассказать в спокойной для неё обстановке. Я что на гомофоба похож? Прости, Робин, ты права, на него ни одна девушка не посмотрит. — Эй!       Ребята снова захихикали, все кроме Харрингтона, разумеется. Майк тоже не подавал счастливого вида, только совсем по другой причине. Сейчас он находился в необъяснимом для себя состоянии. Так близко был кто-то похожий на него, но этот человек не прячется за маской и не стыдится себя. Она ярко улыбается и заявляет о своих отношениях, которые в современном мире скрывают за несколькими замками. — Шучу, может ещё повезет. Но такую, как моя Сьюзи навряд ли найдёшь, — подбадривающе похлопал он по плечу водителя.       Потом они ехали какое-то время в тишине, но неожиданно Дастин решается спросить у Робин, как она с познакомилась со своей девушкой, сколько они вместе и другие прочие сопливые истории. Бакли начинает рассказывать о них с неописуемым восторгом и активно жестикулируя руками. Скорее всего до этого у неё была возможность делиться этим только со Стивом, а сейчас она может снова рассказать свою историю открыто, без осуждения и всего подобного. Просто о любви. О их любви.       От всего этого Майка разъедает изнутри. Он сейчас так сильно страдает, не может спать ночами и смотреть в глаза своему лучшему другу, потому что его трясёт от каждого пророненного им слова. А это всего лишь за несколько последних дней. Так он ещё умудрился поругаться с ним из-за своих чувств, которые резко всплыли на поверхность. Чувств?       Майк застыл. Даже перестал дышать.       Всю это поездку он размышляет насчёт всей ситуации, основываясь на том, что ему нравится Уилл. Эта мысль проносилась у него в голове, но он ни разу не обдумывал её обособленно. Нравится? То есть у него есть к нему чувства. И они совсем далеки от дружеских. С этим тяжело будет поспорить. Если сложить все факты, то он определенно влюблён в него. Возможно, даже намного дольше, чем думает сам. Он почти уверен, что если посидит и хорошенько попытается что-то вспомнить, то с вероятностью в сто процентов всплывёт воспоминание, которое тяжело было бы сравнить с дружескими жестами. Из самого простого, это то, что он уже не помнит с какого возраста засматривался на губы Уилла. Ему нравилось на них смотреть и это Майк осознавал всегда. Просто даже не обдумывал природу этого небольшого хобби, просто веря в то, что такие моменты происходили по причине эстетической красоты или некоторой зависти. Губы то и правда очаровательные.       Он всегда подмечал все мелкие детали и изменения в поведении друга. И тут же приходил ему на помощь. Готов был идти против своих принципов и страхов, лишь бы с Уиллом по итогу всё было хорошо. Да и он точно никому не признавался (и сейчас не очень уж хочет), что после того, как семья Байерс уехала в Калифорнию, он всю последующую неделю ревел в подушку вечерами. И нет, совсем не из-за того, что он теперь не имеет возможности видеться и целоваться со своей девушкой каждый день. Он не мог поверить в то, что Уилл не может ему ответить по рации, они не могут переночевать друг у друга или хотя бы поболтать на переменке в школе. А сраный телефон постоянно был занят работой Джойс. В тот момент он будто потерял его окончательно. И это было неимоверно тяжело.       Но день, когда он увидел его в аэропорту, он ощутил подкашивание ног и ком в горле. Снова эта лучезарная улыбка, зеленые глаза с карим отблеском и неловкое переминание с одной ноги на другую. Он казался таким хрупким, что страшно было докоснуться. И как будто неправильно. Мерзко. Хотелось вцепить в объятия, а от испуга удалось только неловко похлопать по спине и быстро отвернуться, лишь бы не поймать разочарованный взгляд.       А дальше их ссора в Роликомании, «арест» Одиннадцать, душевный разговор в комнате, а потом побег на фургоне Аргайла. Всё было настолько пропитано событиями, опасностью, но наличие Уилла на соседнем сидении неимоверно успокаивало. У Майка уже тогда были мысли расстаться с девушкой, они делали больно друг другу. Её ценность в его жизни от этого никуда не девалась. Она один из самых важных людей в его жизни, человек, повлиявший на его личность. Только всё это с себя изжило.       Как он думал. Потому что потом Уилл протягивает ему картину, говорит слова, которые подбадривают его, заставляют чувствовать увереннее. «Это Оди попросила нарисовать» — фраза разбила на осколки. Она старалась для их отношений, а он думал её бросить. Из чувства вины Майк решил отбросить идею о расставании, перебарывая свою боль. Он так хотел верить, что хотя бы частичка этих слов была произнесена Уиллом от него самого. Что он не забыл его. Не начал новую жизнь в Калифорнии. Без него. Эти мысли достаточно эгоистичны, но Майк ничего не мог поделать со своими желаниями.       После возвращения в Хоукинс всё пошло своим чередом и превратилось в то, что происходит сейчас. Что было бы, если бы он понял раньше?       Уилер неожиданно вылетел из своих мыслей, когда машина затормозила. Робин крикнула какую-то фразу на прощание и взмахнув ладонью, приоткрыла дверь. Она громко хлопнула ею, от чего Стив забурчал, что она потом будет платить за ремонт. Но девушка даже не слышала этого, потому что радостным шагом двигалась к дому, на пороге которого стояла рыжеволосая старшеклассница. Она же вроде из оркестра? Майк пару раз подмечал её, но она вроде бы встречалась с парнем. Так разве можно? И там, и там. Бред какой-то.       Подбежав к крыльцу, Робин неловко почесала затылок, видимо извинявшись за опоздание, на это её девушка протянула ей руку, и подтянув к себе положила голову на плечо. — Наконец-то это случилось, а то я уже устал выслушивать её страдания по ней, — выдохнул Стив и после этого автомобиль тронулся. Уилер отвёл взгляд от девушек, заходящих в дом. Он впервые решил задать вопрос. — А что, она долго ей нравилась? Харрингтон усмехнулся и взмахнул рукой. — Она убивалась больше года, чувак. Я практически не видел, чтобы человек так сильно добивался кого-то, она проделала тяжелый путь к своим отношениям, — парень развернул руль на повороте, — я невероятно за неё счастлив, — сказал он более тихо, с непривычной для его образа нежностью. — Круто, — прошептал Майк и снова уткнулся в окно, чтобы никто не увидел его растерянного взгляда. В это время Дастин задумчиво смотрел ему в спину.       «Может я смогу это как-то принять?» — пронеслось в голове Уилера.

***

      Предстоит грандиозное событие. Каждый раз, к этому действию Майк готовился с неимоверным энтузиазмом и подготовкой сценария в голове. Какое слово будет звучать грамотнее в подобной ситуации, в какой момент стоит посмотреть в глаза и где улыбнуться, чтобы поймать ответную улыбку взглядом. Как правило, всё это проходило идеально, на отметку отлично. А как могло быть иначе, если он знал его с самого детства и мог ориентироваться всего лишь по мимике и движению напротив? Да, это извинения перед Байерсом.       Парень просидел дома все выходные, не выбираясь никуда на прогулки с партией. Даже в игровые автоматы не заглянул, хотя очень даже любил тратить здесь всё свободное время и с энтузиазмом тратил карманные расходы на эти блаженные часы отдыха. Но после пятнадцатиминутной поездки с Робин в одной машине, он словно открыл глаза, и потому анализировал свою жизнь с самого пятилетнего возраста. С их первой встречи с Уиллом. И как неудивительно, многое встало на свои места.       Эти взгляды, разговоры, желание встретиться тет-а-тет, и пришедшая с подростковым периодом неловкость. Попытки незаметно коснуться руки или сесть рядом, прислоняясь ногами через джинсовую ткань штанов. Уже только эти мелкие вещи дают понять о наличии симпатии.       Майк не знает, нравятся ли ему только парни и его отношения с девушкой были неосознанными, или противоположный пол привлекает его на таком же уровне. Но он точно знает, что ему нравится Уилл. Другое ему понимать не нужно, по крайней мере пока.       У него нет цели сразу кидаться признаниями в лучшего друга, потому что он никогда не задумывался над тем, может ли тот дать ему положительную реакцию на эти чувства. Да и сам он, пожалуй, ещё не готов. Уилер только за последние две недели начал осознавать свои чувства и тут определенно нужно подготовиться и пройти ещё этапы самопринятия. Тем более, он боялся ранить или напугать Байерса. С самого детства мальчика оскорбляли множеством слов. И помимо зомби-боя там были кричащие и оскорбительные «педик», «фея». Майк каждый раз сдерживался, ведь он объективно оценивал свои физические способности. Но заступиться он смог только единожды. Когда Уилла не было рядом. И то после этого его защитила Одиннадцать.       Клятвы в любви сейчас были лишними и единственное, за что сейчас хотелось ухватиться, это возможность извиниться и продолжать своё общение с Байерсом без угнетающей вокруг ауры. Просто хотелось сохранить возможность необременительного общения.       И Майк определенно был к этому готов. Но он не подготовился к тому, что на каждой школьной перемене Уилл будет сбегать от него, нервно бегая глазами по сторонам. Как только звенел звонок, парень тут же сгребал учебники в портфель и скрывался с поля зрения. Перехватить его совсем не получалось и под конец занятий это начало выводить из себя. — Ненавижу зиму, после уроков уже начнёт темнеть, — рыкнул Уиллер в коридоре, посматривая на широкие школьные окна. Лукас и Дастин переглянулись, явно подметив недовольное поведение друга. Они уже давно смогли сложить два плюс два и понять, что Уилл не находится рядом весь день и куда-то пропадает, а Майк стабильно выругивается и злится на всё, что происходит вокруг. В такие моменты каждый из них старался молчать и не упоминать Байерса, потому что давно успели привыкнуть, что, если эти ребята повздорили, лучше к ним не лезть. В особенности к Уилеру. — Ты прав, побыстрее бы лето и каникулы, — неловко посмеялся Хендерсон и снова посмотрел на своего товарища по несчастью, но Лукас лишь пожал плечами.       Дальше школьный день продолжался в таком же изнурительном темпе, так ещё и дополнительно разочаровала оценка «хорошо» за контрольную по биологии. За ту самую, на которой Майк впервые продумал сценарий с Уиллом не в дружеском ключе. Благо до этого отличник получал по этому предмету исключительно пятерки, поэтому проблем с ним не предстояло. Но эта отметка всё равно повлияла на настроение, как тот самый упавший карандаш, или ручка двери, зацепившаяся за рукав. Все эти мелочи в самый ужасный день сорвут крышку терпения и окончательно доведут до слез. И тут практически тот же эффект.       Так уроки пролетели один за другим, и парень уже стоял перед шкафчиком, небрежно закидывая в него свои учебники. Обычно ученик обращался со своими вещами достаточно аккуратно и бережно, а вот сегодня стремление к этому полностью отсутствовало. Он хотел было пойти искать своих друзей, которые пошли переписывать самостоятельную работу, но тут неожиданно за взгляд зацепилась цель, постоянно убегавшая из-под носа. Уилл!       Майк быстро поднял взгляд и проследил за тем, как Байерс выходит через дверь. Парень резко закрыл шкафчик и прокрутил на кодовом замке число семьсот семьдесят семь, заперев его. Пару раз дернув за дверцу для перепроверки, кивнул самому себе и торопливым шагом проследовал к выходу. Вот он шанс, где никто не будет отвлекать и получится поговорить вдвоём. Обсудить ситуацию и вернуть всё на круги своя, без лишних ссор и капризов.       Настрой моментально сбился, как только Уиллер сделал несколько шагов и увидел в паре метрах от себя Чэнса, который с восхищением в глазах смотрев на лист в его руках. Стоило только подумать, что это могло быть, внутри болезненно кольнуло. Майк не видел лица Уилла в этот момент, потому что тот стоял к нему спиной, но он на все сто был уверен, что парень сейчас улыбается этому придурку своей самой очаровательной улыбкой.       Ноги задвигались сами, без какого-либо контроля. Пока Уилер летел в их сторону, он успел перехватить последние пару слов Чэнса: — Уилл, ты такой талантливый!       Майк без предупреждения влетел сзади, неосознанно закинув руку на плечо Уилла. Он резко прижал его к себе, не задумываясь о том, насколько дружеским (или наоборот) может выглядеть это действие. На его лице расплылась натянутая улыбка, а о своём зловещем рысьем взгляде парень даже и не догадывался. За то это заметил Чэнс, который не ожидал такого внезапного появления незнакомца. От неожиданности тот немного отшатнулся назад. — Да, у нашего Уилла и правда талантливые руки, его пальцы творят чудеса, — сверкнул верхней линией зубов Уилер. Повисла недолгая тишина. Майк почувствовал теплое дыхание на своей щеке и как тело в его объятиях нервно дернулось, но он не собирался ослаблять хватку и демонстративно сжал ладонь на плече Байерса. Все его действия летели вперёд мыслей, словно он следовал на поводу своим инстинктам. — Майк… — тихо прошептал шатен в его сторону, но тут же повернулся на своего собеседника, когда тот задал вопрос, неловко почесывая затылок. — Это твой друг?       Темноволосый спортсмен смотрел на двух парней с непонимающим взглядом и это очень потешило самолюбие Уилера. — Да, я его лучший друг. Майк, а тебя как звать? — кудрявый парень протянул свою свободную от объятий руку, чтобы сделать приветственно рукопожатие. Не то чтобы оно ему нужно было, но, когда он злостно стиснул ладонь парня напротив, на душе сразу стало спокойнее. Он почувствовал, словно совершил какой-то геройский поступок, правда для себя. — Меня зовут Чэнс, — прокашлял баскетболист. — О, круто, и о чём болтаете, ребята? — Майк наконец-то решился бросить взгляд на Уилла и тут же об этом пожалел. Он готов был панически завыть, когда увидел, как шатен с слегка покрасневшими щеками смотрит в пол и изредка прикусывает нижнюю губу. Всё выглядит так, словно ему было неловко находиться в такой близости с Уилером и парень не знал трактовать это в положительную для него сторону, или напротив он теряет свои позиции.       Байерс поднял будто бы виноватый взгляд на Майка. По какой причине он чувствует вину? — Мы с Чэнсом обсуждали картину, которую я ему подарил, — теперь ясно. Догадки изначально были верными. И это совсем не радует. Черноволосый медленно ослабил свою руку, но не стал убирать её с плеча, а лишь посмотрел вперёд. — Тебе определенно повезло, Уилл не так часто дарит свои работы. Но за наши годы дружбы я накопил у себя целую галерею, — Майк неестественно посмеялся, — даже папку отдельную себе завёл. — Да? — раздался тихий вопрос шатена, который повис в воздухе. — Да, — твёрдо и с легкой хрипотцой проворковал Уиллер, не отводя в этот момент взгляда с лесных орехово-зеленых глаз. До этого ему было неловко рассказывать другу о том, с каким трепетом он относится к его творчеству и хранит ценные рисунки у себя в подвале. От самого первого и до последнего, подаренного в фургоне. Но сейчас Майк был рад возможности лишний раз привлечь внимание парня к своей персоне, особенно рядом с этим придурком. Пусть знает своё место и видит, как Байерс с ним близок.       Близок. И только сейчас спустя несколько секунд к нему пришло осознание насколько долго он сжимает Уилла в крепком объятии так близко, так ещё и в школьном дворе, где, то и дело проходили большие скопления учеников. Он резко отпрянул, только потом пожалев, насколько испуганно это сделал. Словно о кипяток ошпарился, но на самом деле, в этом он готов был вариться еще долго. Майк неуклюже похлопал по карманам брюк, будто что-то там искал, но всё так же продолжал смотреть на друга. Не в силах отвести от него взгляда. А всё потому, что тот делает то же самое, смотрит в самую душу. Как будто и не избегал его весь день.       Со стороны послышался кашель. — Рад пообщаться с твоим другом, Уилл — словно разочаровано проворчал Чэнс и медленно опустил руку, в которой была картина, — но мне пора бежать на тренировку, а то тренер голову свернет, я пойду. Встретимся на обеде завтра. — Хорошо, давай, — Майк вскинул бровь, смотря на Уилла, который не отворачивает взор, от уходящего в школьные двери Чэнса. Кудрявый сложил руки на груди и устало вздохнул. — Уже и картины ему даришь, — сам не понял в вопросительном или утвердительно-негативном тоне проронил предложение. — Он хвалил мои работы. — Я тоже хвалю. — Да ну? — Да ну! — прыснул Уиллер, снова резко повернувшись в сторону друга. Его взгляд упал на плечо, на котором пару минут назад уверенно лежала его рука и парень поразился своей нахлынувшей в тот момент уверенности, потому что сейчас неловко было смотреть даже в глаза Байерса. Решал он эту проблему всегда просто. Можно смотреть на губы. — Почему ты вообще себя с ним сравниваешь? — со стороны Уилла послышался усталый вздох. — Потому что я лучше? — вопросительно, но словно риторически и с сарказмом уточнил Майк. — И в чём же? — неожиданно хихикнул шатен, видимо позабавившись с поведения Уиллера. — Эм, — парень замялся и начал перебирать пальцы, в попытках придумать хотя бы один пункт, — я учусь на отлично, а ещё я красиво подбираю слова. Я знаю, что такое D&D и даже умею в неё играть. Да, я менее спортивный, но… А ещё я выше! О, и, пожалуй, остроумнее. Да и в дружбе с тобой я точно чемпион!       Уилл уже не сдерживаясь откровенно начал смеяться. По телу мгновенно разлилось тепло спокойствия, и Майк ощутил, как вся его жизнь медленно становится по полочкам и возвращается в прежнее русло. Он завис, наблюдая за тем, как переливается светло-русый оттенок волос под слабым зимнем солнцем, уже стремящимся скрыться за горизонтом. Именно так всё и должно быть. Красивый и счастливый Байерс рядом. А это по определению уже приводит к счастливому Майку. — Чемпион, ты не помнишь наш последний разговор? — сквозь смех пролепетал парень. — Помню, но ты не видишь ещё один мой плюс? Я умею тебя смешить, — возгордился Уилер, посматривая на Уилла с надменной улыбкой. — Ты придурок, Майк, — сквозь последний смешок проговорил Уилл и бросил в сторону друга задиристый взгляд. — Ай, а это было обидно. Но учитывая моё паршивое поведение до этого, твоя взяла. Байерс ласково улыбнулся и легонько стукнул кулаком в плечо черноволосого парня, на что тот схватился сначала за свою руку, а потом за сердце. Уиллер согнулся в коленях и протянул ладонь в сторону друга. — О боже, Уилл Мудрый, вы одолели меня в этой битве. В качестве признания своего поражения и прощения за своё неоспоримо отвратительное поведение, могу ли я вас позвать на просмотр очень страшного кино у меня дома в эту субботу, — чрезмерно артистично пропел Майк и после своей громкой тирады бросил игривый взгляд исподлобья.       Парень заметил, как Уилл издевательски улыбнулся и показательно начал смотреть по сторонам, словно принимая сложное решение. Несколько раз задумчиво издав звук «хм», он вернул свой взор на товарища. — Не откажусь.

***

      Единственное, что успокаивало, так это ожидание субботнего просмотра кино вдвоём. Потому что постоянно видеть в школьных коридорах Чэнса, крутящегося возле Уилла, было отвратительно. При любой возможности Уилер влетал в них как шар от боулинга и то и дело пользовался возможностью дружески закинуть руку на плечи шатена или встать рядом и что-то щекатливо шептать на ухо. Пару раз он снова замечал щеки, покрытые румянцем, видимо из-за его активных действий, из-за чего в груди разливало теплом и хотелось ликовать о своей победе перед глупым баскетболистом.       Может этот парень и спортсмен, и да, достаточно привлекательный на лицо, в меру подкаченный и обладает завораживающей вежливостью и тактичностью. Но он точно не справится в этом немом соревновании за внимание Уилла. Несмотря на отличную учебу и большое количество научных грамот, Майк куда лучше справлялся именно с этим делом. Своего рода профессионал.       Только иногда он ловил себя на том, что совсем не замечает своего напора. Потому что неловкий взгляд Байерса стал уже привычным и словно запланированным на каждый день недели. То, что он находится в лидирующих позициях в этой борьбе, не даёт гарантии, что бедный Уилл в конце концов его не испугается и не начнёт сторониться, поэтому приходилось себя сдерживать и немного убавлять тактильный контакт. Именно, только лишь уменьшать, а не избавляться полностью.       Теперь Майк клал свою ладонь на спину Байерса, как только подходил к нему вовремя их с Чэнсом диалогов. Парень словно подпитывался энергией от своего друга, каждый раз, когда касался рукой линий островатых лопаток, прячущихся под клетчатой рубашкой ванильного оттенка. Ему нравилось ощущать дрожь тела под пальцами и ловить неловкий взгляд, которому сложно было придать значение. Тяжело делать выводы из подобных мелочей, всё-таки стоило понимать, что Майк нарушает личное пространство. Только после того, как он корил себя за это, при виде Уилла тут же не мог сдержаться, не прикоснувшись.       В особенности стоило только уловить рядом Чэнса.       «Он мой» — активно пытался вывести зрачками эти слова Уилер, чтобы обозначить своё четкое место. И подвинуть его никто не сможет. Но этот придурок словно и не понимал, что до него пытается донести парень, а может хотел делать вид, что не осознает. А сам незаметно подбирается к Уиллу.       Впервые, примерного по своей натуре ученика, одолевали желания придушить или забить человека. Такой расклад ему определенно не нравился, потому что эти действия выходили за нормы закона и морали.       Именно по этой причине единственное, что оставалось делать, так это демонстрировать свои близкие отношения с Уиллом. Постепенно и стеснение всё меньше одолевало Майка, при каждом его тактильном жесте в сторону друга. С этим он становился увереннее, поэтому решительно противостоял в битве взглядов с баскетболистом. Оставаться на едине, по крайней мере, на школьной территории, этим двоим он не позволял. Только стоило заметить приближение Чэнса, то фокус внимания мгновенно слетал с любого вида деятельности и бумажным самолетиком летел в сторону Уилла.       Вторник. Среда. Четверг. День сменялся один за другим, а Уилер становился всё сильнее. Вот и сейчас, когда он снова стоял возле двух парней, которых старательно пытается отлепить друг от друга, он внезапно стукнул рукой по дверце шкафчика.       Собеседники резко замолчали, сбившись с очередного обсуждения работ Байерса. Майк приметил озадаченность в глазах друга. — Что случилось? — Майский жук пролетел, — проворчал Уилер и открыл свой шкафчик, который, конечно же находился рядом со шкафчиком его лучшего друга. — Но сейчас февраль… — озадаченно уточнил Чэнс, но одернулся, когда Уилл коснулся его плеча. — Пойдём, — шатен двинулся в другую сторону коридора, и этот чёртов спортсмен, словно пес, последовал за ним следом. Аж смотреть тошно.       Сложив материалы по литературе в свой портфель Уилер вздохнул. С каждым днём ему всё сложнее сдерживать ревность. Это точно может негативно повлиять на их взаимоотношения, а этого он точно не хотел. Остаётся только ожидать субботнего вечера в надежде на веселое времяпровождение. Посмотрят фильм, посмеются, может поиграют в настольные игры. На этой встрече он точно не упустит возможность наладить дружбу.

***

      Стопка грязных вещей полетела в корзину для белья, веник шуршит своими щетинками по полу, влажные салфетки протирают все полки и в эпицентре всего этого хауса находится кудрявый парень. Он мечется по подвалу, убирая все вещи на свои места, поправляя плед на диване, и аккуратно складывая диски с фильмами на комоде. Глаза бегают в поисках ещё каких-либо погрешностей в помещении и тут же цепляются за открытую папку с рисунками. Недолго думая, руки уже сами потянулись и спрятали её в полку, подальше от лишних неловкостей. — К тебе что, подружка придёт? — язвительный детский голосок прозвучал со стороны лестницы. — Холли, я говорил тебе сюда не заходить! — нервозно рыкнул Майк. Он быстро повернулся и посмотрел на девчонку, которая сидела на корточках на одной из ступенек, державшись пальцами за стойки и выглядывая между ними. Её взгляд был лисьим, будто она не семилетняя малышка, а взрослый человек способный прочитать тебя по твоему лицу и жестам. — Я говорил тебе сюда не заходить, — проворчала она в попытках спародировать голос брата, но тут же сорвалась с места и с топотом рванула в сторону выхода. А всё потому, что девочка успела заметить с какой скоростью и раздражением мчится к ней старший.       Майк вздохнул перед ступеньками, даже не собираясь продолжать гнаться за сестрой. Главное, что она поняла, что он её тут не жалует. По крайней мере сегодня. Переживаний и так вполне себе хватает.       Парень повернул взгляд в сторону дивана и хмыкнул. Удивительно, они дружат с пяти лет. И сосчитать не получится сколько раз Уилл сидел на этом диване, смотрел этот самый телевизор или находится также близко к Майку. Они столько лет рядом, знают друг друга как облупленных. Видели в разных состояниях и комнаты и себя. А Уилер сейчас так бешено носится по подвалу и пытается выдраить его до блеска. Это и правда забавно. — Ма-айк, в дверь звонят, открой, — донесся голос матери даже через дверь. По ощущениям она крикнула где-то со стороны кухни.       Майк вздрогнул и снова окинул комнату взглядом, стараясь быстро проверить наведённый им марафет. К черту все эти годы жизни! Да, он знает его столько лет. Да, он видел его в любых состояниях. Почти. Но это всё не отменяет того, что сейчас, как только удалось осознать свои истинные чувства, он дрожит от волнения словно двенадцатилетняя фанатка перед своим кумиром.       Выдох. Парень уверенным шагом прошёлся по лестнице, и продвинувшись дальше по коридору, остановился с замиранием сердца. Вдох.       Он открывает дверь с размахом, видимо слишком резко, потому что тут же уловил напуганные зелено-карие глаза. — Привет. — проворковал Уилл и в неловком жесте провел рукой по тёмно-русым волосам. — Привет! — а вот и он. Майк застыл, словно олень перед фарами грузовика. Смотрел на друга так, словно увидел его впервые. А с другой стороны, оно так и есть. Он в первый раз полноценно смог оглядеть его этим своим взглядом. По-новому рассмотреть россыпь родинок на лице, прямые густые волосы, ухоженные четкие брови, которые так мило изгибаются в моменты удивления или того же испуга. Прямо как сейчас. Аккуратный нос. И губы, слегка розоватые, на вид мягкие. Опомниться удалось только тогда, когда Уилер увидел их шевеление и он тут же переместил фокус своего внимания на глаза. — Пропустишь?       Несколько секунд молчания. — А, да, да, конечно, — кудрявый неестественно зашевелил руками, роботизировано и топорно, а всё, потому что от переизбытка эмоций земля уходит из-под ног и мозг не отдаёт сигналы для движения. В горле пересохло, — проходи, — с хрипотцой отчеканил слово и отошёл в сторону от двери. Парень схватился за дверную ручку, когда его друг прошёл вперёд, и сжал её из всех сил, от чего ладонь стянуло в неприятных ощущениях. Он стукнул головой о закрытую дверь и зажмурил глаза, буквально на секунду, просто, чтобы пару мгновений поругать себя за несдержанность.       Майк хотел было повернуться и позвать Уилла в подвал, но тут неожиданно снова услышал голос матери. — Так, Майк, если что, ужин на столе, не забудь его поставить в холодильник, когда остынет. — Карен вышла в коридор и начала крутиться возле зеркала, параллельно давая указания сыну. Повернувшись, она увидела Байерса и нежно улыбнулась, по-родственному протянув к нему руки, — Ох, привет, дорогой. Как дела в школе? — Здравствуйте, миссис Уилер, всё хорошо, — Уилл рассеяно покосился на друга с приподнятыми уголками губ. Майк лишь закатил на это глаза, напряженно сложив руки замком на уровне груди. Иногда ему казалось, что его мать любила Байерса младшего больше, чем его самого. Хотя сейчас они в этом даже схожи. — А как Джойс, справляется на работе? — Устаёт, конечно. Но да. У неё сегодня ночная смена, — парень проронил это без смысла. Просто для того, чтобы поделиться занятостью своей матери, раз уж спросили. Но глаза Карен тут же загорелись, и она быстро затараторила, при этом мило улыбаясь. — Тогда оставайся у нас на ночевке, Майк подготовит тебе постель, — в груди резко сжало и до этого незаинтересованный в диалоге Уилер резко подбросил взгляд в сторону родителя, — Зачем тебе идти домой на ночь, если всё равно будешь там один? А я тут уже и ужин приготовила. Так давно у нас не оставался. Майк будет рад.       Кудрявый парень осторожно покосил взгляд на Уилла, тот тоже будто не выражал радости от этой новости. В этот раз в груди кольнуло уже от обиды. Да, ему самому было страшно и неловко, ведь теперь он осознавал своё отношение к нему, и ночёвка может ощущаться совсем по-другому. Но неужели Уилл больше не считает его хотя бы своим другом, у которого можно сидеть до самого утра, посматривая фильмы и играя в D&D? Когда их дружба успела так улетучиться? — Холли, идём, — резко вскрикнула громким материнским голосом Карен и из-за угла показалась недовольная девчушка в синем платье и с двумя высокими хвостиками. — Мам, я не хочу, миссис Дэвис делает отвратительные пирожки, — взвыла младшая и с мольбой посмотрела на Майка. Тот только лишь усмехнулся и ехидно показал ей язык, стоя за спиной у матери, именно поэтому он и не боялся быть пойманным.       Светловолосая женщина аккуратно поправила укладку, поглядывая через зеркало на свои губы с ярко-красной помадой. Она лишь цокнула, и схватив сумочку, взяла дочь за руку. — Холли, если ты скажешь такое про пирожки при Миссис Дэвис, я заберу на неделю твои цветные карандаши. Пошли, — Карен быстро двинулась в сторону двери, а девчушка, которая питала особую страсть к рисованию лишь терпеливо сжала губы, кидая злобный взгляд на брата исподлобья. — Майк, — строго произнесла женщина и все сразу же на неё повернулись, — не забудь убрать ужин со стола, мы вернемся ближе к полуночи, — как только её взгляд упал на Уилла, голос расслабился, — отдыхайте, ребята, — дверь со звоном захлопнулась.       В коридоре повисла тишина. Парни, которые обычно без умолку болтали и обсуждали всевозможные стратегии для настольных игр, музыкальные группы или книги, сейчас молчали и неловко смотрели в стены противоположные друг от друга. Молчание прервал сухой тембр. — Пойдём? — Майк кашлянул, не узнав собственный голос. Он не стал поворачиваться на друга, не желая лишний раз пересекаться с ним взглядом, и тут же быстрым шагом направился к лестнице вниз, всунув свои руки в карманы спортивных штанов. В целом он всегда ходил немного сгорбленно, из-за того, что комплексовал по поводу неожиданно подскочившего роста, но сейчас он ощущал себе так, будто и вовсе сложился вдвое. А на самом деле хотелось пробить дыру в полу и зарыться головой в землю, как страус. Только он успел осознать свои чувства и ему сразу судьба подсовывает ночёвку с объектом неимоверной симпатии. Даже было не понятно, в чем конкретно заключалась эта напряжённость во всём теле. Может это был страх того, что он себя не сдержит и раскроет все карты одним махом, или наоборот, будет вести себя слишком сухо из-за бешено стучащего сердца и потеряет последний зрительный контакт с этими глазами, которые хотелось видеть каждый день. Каждый учебный день, по крайней мере. И иногда по субботам. А лучше каждую.       Когда они молча спустились в подвал Майк пошёл в сторону телевизора, чтобы взять пульт, но его тут же отвлек отрывистый смешок. — Никогда не видел этот подвал таким чистым, тебя мать наказала? — негромко, сквозь улыбку проронил Уилл, выглядывая из-за челки, которая была длиннее, чем запланировано. Майк подметил, что ему нравится, как это выглядит и прикинул как скоро Байерс может пойти к парикмахеру, чтобы убрать длину. Но потом он тут же себя одернул от подобных мыслей. Получается, если шатен затянет с походом в салон, постепенно его глаза будет видно всё хуже? Да, всё-таки это плохая идея. Лучше уж под ноль подстрижётся. — Нет, просто решил прибраться, — пробурчал под нос Уилер и подобрал с тумбочки пульт. Он тут же зацепился взором за приоткрытую полку и увидел альбом, который должен быть в ней спрятан. Колено моментально влетело в дерево, с щелчком захлопывая дверцу и утаивая содержимое импровизированного сейфа.       Уилл дернулся на этот стук. — Ты чего такой шумный? Сдурел? — буркнул он и с расслабленным видом плюхнулся на диван, утопая в подушках, которые до этого были так бережно разложены для удобства его другом. — Там паук был, — фыркнул Майк и клацнул на красную кнопку для включения телевизора. После этого он двинулся в сторону столика, который стоял позади дивана. Разумеется, к просмотру он подготовил упаковки чипсов и попкорна, сопроводив это всё несколькими банками Coke, ремейка привычной ему Кока-Колы. — Демогоргона ты не боишься, а от маленького паучка, ногами замахал и сносить мебель начал? — Майк поднял взгляд на язвительного фыркающего Уилла и сглотнул, когда увидел, как тот сидит на диване положив на спинку руку и упираясь в неё своим подбородком. Он снова бросал эти хитрые искорки, посматривая снизу вверх. По всему тело разлилось приятное тепло, от того, насколько это выглядело уютно и правильно. Так и должно быть. Как всё это время можно было не замечать, что такие моменты настолько хороши? Что домом становится то место, в котором находится ехидный Байерс, такой красивый и нагло подкалывающий. — Придурок, — ухмыльнулся кудрявый одной стороной губ и не сильно, скорее игриво, бросил пачку чипсов в сторону друга. — Эу, — Уилл ловко перехватил хрустящую под пальцами упаковку и плюхнулся за спинку дивана, от чего Майк перестал его видеть, но от слуха не скрылся родной смех, — раз ты так бесцеремонно раскидываешься едой, я всё съем.       Не теряя времени, Уилер тут же схватил газировку с попкорном и ринулся в сторону друга. Он и не заметил, как его лицо оказалось так близко к лицу Уилла, и еда с напитками вывались у него из рук, от чего жестяные круглые банки медленно закатились под столик, на котором стоял телевизор. В настоящий момент он нависал над своим другом, нагнувшись над диваном. А Уилл в это время лежал головой на подушке и поглядывал вверх над собой, смотрел в глаза, а будто в душу. На секунду даже показалось, что его щеки снова начали покрываться легким румяным слоем.       Их губы находятся близко. Вплоть до того, что Майк ощущает слабое дуновение рассеивающегося по пути дыхания. По телу вновь проходится разряд мурашек и Уилер поразился своей силе воли, когда проронил следующие слова, а не притянулся к манящему рту. — Вообще-то она за мои деньги куплена, — он выхватил открытую пачку чипсов из рук и дразняще закинул чипсинку себе в рот, громко похрустывая для наглядности. — Когда это ты начал работать, Майк Уилер? — не сдавался Байерс в словесном противостоянии и кудрявый парень всем телом ощутил, как тот проследил за ним взглядом, пока он самодовольно падал на другую сторону дивана. — Не переживай, скоро мы все начнём работать, — он снова схватился за пульт и начал выбирать часть фильма из подготовленной заранее кассеты. — Тогда на свои честно заработанные деньги я куплю себе сотню чипсов и не поделюсь с тобой ни одной пачкой, — игриво пнул Уилл стопой в бедро друга. Раньше Майк бы продолжил эту привычную перепалку, но теперь любое касание воспринималось более чувственно, поэтому он неловко замялся и кивнул в сторону телевизора, стараясь незаметно устроиться как можно дальше на другой стороне дивана. — Смотреть будешь или нет? — видимо прозвучало грубовато, потому что тут же Уилер уловил разочарованный взгляд и кроткий кивок.       После того как он нажал на кнопку запуска фильма активный диалог между ними больше не завязывался. Это и радовало, и мучало одновременно. Неужели теперь настолько тяжело будет поддерживать общение? Так хочется сорваться, обнять его. Положить голову на плечо и смотреть этот ужастик в полном умиротворении, пытаясь вслушаться в размеренное сердцебиение под своим боком. А получалось лишь испуганно дергаться, когда он пытался вытянуть чипсы из пачки и встречал на этом пути руку Байерса. Или отшатывать ногу, когда сквозь спортивные домашние штаны чувствуется тепло чужой ноги. Просмотр фильма превратился в настоящую панику и активную мыслительную задачу, состоящую в том, чтобы казаться менее неправильным и гейским. Хотя все эти мимолетные касания определенно присутствовали на протяжении всей их дружбы и не имели сильного подтекста. Просто люди, друзья, которые любят сидеть рядом и чувствовать эту близость через прикосновения. Это традиция была безмолвной, но четко принятой и устоявшейся в их взаимоотношениях. Но после принятия своей симпатии, в этом находился совсем другой подтекст.       Майк вовсе не думал, что выдохнет внутри себя с таким большим облегчением, когда увидит титры на экране телевизора. Он пару раз похлопал по подлокотнику дивана и повернулся в сторону друга. — Мне складывать постельное или ты пока не хочешь спать?       Уилер поднялся с дивана, собираясь уже идти в свою комнату в поисках комплекта из простыни и пододеяльника, но задержал взгляд на замявшемся Уилле. Тот отвернулся и продолжил сидеть на диване, собрав ноги к себе и обнимая их. Опять это чувство. Майк уже предчувствует, что скажет ему друг. — Майк, извини, я не смогу переночевать. У меня на завтра запланирована встреча с Чэнсом и мне проще будет собраться у себя дома, мы еще в обеденное время идём гулять. Я от тебя к себе даже дойти не успею, — проворковал он в колени, стараясь не поворачиваться.       Собраться? Что ему там нужно собирать, так ещё и на встречу с Чэнсом? И так всё прекрасно, а он будто планирует ещё и прихорашиваться для этого идиота. Так ещё и так невинно выглядит, рассказывая про запланированную с ним прогулку. Сильно ждёт? — Уилл, не иди с ним. — четко и будто бы с рыком смог проронить Майк, всё еще стоя позади и утыкаясь взглядом в спину. Тут уже Байерс резко поднял голову. — Да какого черта? Ты вообще, к чему это все говоришь?       Медленными шагами Уилер обошёл диван, который до этого словно разделял их на разные стороны баррикад. Ему хотелось быть ближе и видеть глаза, задающиеся вопросом, ярче и красочнее, потому что они такие и есть. И терять их вида из-за какого-то глупого расстояния вовсе не хотелось. Парень медленно присел на корточки напротив и скрестил руки, уместив ладони на торчащих от худобы коленках. — Он тебе нравится? — дрожащим голосом, с болью в горле и еле слышным шепотом. Подвал погрузился в тишину. Она отдавала почти тем же звоном, который звучал в машине Стива, в момент признания Робин. Этот безмолвный звук был неистово похож, но сейчас Майку не хотелось задумываться над причинно-следственными связями происходящего. Если он уже произнес слова, то хочет услышать ответ. Упускать уже нечего, а понять из этого что-то явно получится. — Что? — Уилл сильнее вжался пальцами в лёгкую ткань джинсов на своих прижатых к туловищу ногах. — Уилл, я вижу, как он к тебе относится. Но мой вопрос не к нему, а к тебе, — проронил Майк и опустил взгляд на свои незаметно дрожащие ладони. — Ты ненавидишь меня? — ладони перестали потрясываться в разные стороны, после услышанных слов. А после слетевшего всхлипа сверху, все внутренности перемололо в кашу и забило о стенки каждого органа. Уилер с ужасом поднял взгляд и увидел, как по щекам льются слезы из карих глаз с зеленым оттенком, который стал только ярче от соленых струек по щекам, — ты меня ненавидишь да? Ты считаешь меня неправильным? Ты всё понял? Поэтому ты меня избегаешь и не хочешь сидеть рядом. И от Чэнса каждый раз отталкиваешь. Не хочешь видеть таких людей рядом, — шатен начал дрожать от каждого пророненного им слова и хныканья, и каждый раз его трясло всё сильнее.       Майк испуганно застыл. Ему было так страшно. Не было ни одного подходящего слова, которое он бы мог сказать и исправить ситуацию. Самое последнее, что он хотел увидеть сегодня, это рыдающего Уилла. Из-за него. А ком в горле не давал переваривать информацию и даже не все фразы друга складывались в полноценные предложения в голове. Вид его слёз напрочь выбил из колеи. — Мы больше не будем друзьями? Ты же не хочешь, чтобы рядом с тобой был такой человек как я? Мой отец был прав. И когда ты заступался за меня, даже не знал об этом! — Уилл… — аккуратно проронил Уилер и переместил свои ладони на его колени, приподнявшись. — Ты считаешь, что я отвратительный. Неправильный! Пожалуйста, не оставляй меня, Майк, — он чувствует, как ноги дрожат под его руками и сам не замечает, что от этой картины по его же щекам так же катятся тоненькие капли слез. — Уилл! — в этот момент шатен замолкает и наконец-то поднимает свой взгляд в сторону друга. Черноволосый парень не даёт ему опомниться и тут же тянется вперёд, нежно касаясь губ и оставляя еле заметный невесомый след поцелуя на розовой линии. Он задерживается всего на несколько секунд и медленно опускается назад, не убирая своих рук с коленок, которые в момент перестали дрожать. Аккуратно смотрит из-под коротких ресниц и задерживает взгляд на губах. И правда мягкие. Только соленые. — Я не считаю тебя неправильным, ты самый правильный человек в моей жизни. И никто не смеет так тебе говорить. Как раньше за тебя заступался, так и дальше буду. И так будет всегда. Потому что… — слова резко утопают в упругих губах. Парень чувствует, как на его линию челюсти медленно опускаются две ладони, и, хотя они даже не тянут, он поддаётся легкому движению. Не отрываясь от задурманившего рта, он приподнимается и хватается руками за плечи.       Они обволакивали друг друга пальцами, цепляясь ногтями за шершавую ткань футболок. По телу проходится разряд, когда Майк ощущает, что губы под ним медленно раскрываются, он в таком положении, что не может отказаться от этой возможности. Язык быстро проскакивает в уста и тут же начинает толчками и зигзагами массировать всё пространство, окутывающее желанный рот. При ощущении стонов сквозь поцелуй, которые приятно вибрируют по губам, и вовсе снесло крышу. До того момента пока Майк не почувствовал, как Уилл проводит рукой по задней стороне его шеи и снова сорвавшись на стон, скорее всего неожиданно даже для себя, зарывается в копну кудрявых волос и инстинктивно оттягивает назад. Тут уже вздох в губы выдаёт Майк и медленно отстраняется назад.       Поглотившись поцелуем, он даже не заметил, что Уилл распластался по дивану, а он, придерживаясь руками по бокам от его плеч, нагло нависает над ним. Жар на щеках после этого вида теперь ощущается ещё горячее. Шатен лежит с приоткрытым ртом и затуманенным взглядом, с такой же глубокой отдышкой, как и Майк. — Прости, — проронил Уилер и рывком опустился к шее парня, зарываясь в неё носом, а после вцепившись в неё губами, оставляя на коже череду долгих и мимолетных поцелуев. — За что? — прошептал Уилл, и Майк вздрогнул. От его дыхания в сторону уха. И от его томного голоса. Оказывается, он упускал ещё и такие моменты. Ведь такой слой интонаций слышал от него впервые и только их достаточно для того, чтобы свело живот. — Не за поцелуй, это же ты меня поцеловал, — хмыкнул Уилер и отстранился от целованной шеи, с целью увидеть раскрасневшегося шатена. И он увидел. Только тот стыдливо отвёл взгляд в сторону. Зря, — За свою несдержанность. Вцепился в тебя как сумасшедший.       Кудрявый парень почувствовал, что грудь под ним медленно приподнялась от глубокого вздоха. — Мне понравилось.       Майк улыбнулся. Он был поражен своей нынешней смелости, которая буквально несколько минут назад была зарыта в глубокой яме. Но всё это было таким естественным, словно он существует только лишь для того, что наслаждаться Байерсом, который краснеет под ним от его действий. Каждый вздох, стон, подрагивание тела, только лишь мотивировали продолжать своё дело. Он медленно опустился, положив подбородок на грудь парня и протянул ладони под ткань мешающей футболки. — Мне продолжать? — он плавно провёл грубоватыми ладонями по разгоряченной под одеждой коже и задержал руки на талии, проводя по ней большими пальцами. — Гм… — М? Я не услышал? — Да! — уже в разы громче рыкнул Уилл и наконец-то посмотрел в сторону Майка. А он этого и добивался, поэтому лишь игриво начал скатываться подбородком с груди по плотной и твёрдой линии живота, при этом не теряя зрительным контакт. Парень почувствовал, как пресс Уилла вздрогнул, пока они смотрели друг на друга в этом горящем молчании, — даже сейчас так себя ведешь. — А ты ожидал чего-то другого? — Я вообще такого не ожидал…! — начал говорить шатен, но резко сорвался на тихий стонущий звук, когда губы Майка коснулись линии внизу его живота. Он шатнул головой назад и снова резко схватился рукой за копну волос, — чёрт.       Черноволосый парень издал еле слышный урчащий звук, когда ощутил стягивание пальцами у себя на голове, но не отвлекаясь тут же провёл языком по целованной линии и приподнял заинтересованный взгляд. Во всём явно читалось, что его действия приносят Уиллу удовольствие и он сам ловил экстаз только при мысли об этом. Он может вытворять с ним такое. И им это нравится. Двоим. И определенно, никто не сделает это лучше него. Сейчас Майк уже четко ощущает границы и понимает, что не подпустит никого к милому и красивому Уиллу. Это его доля. И точно лучшая доля, которая когда-то досталась ему за жизнь.       Уилер мягко прошёлся поцелуями, опускаясь ниже к линии штанов. Он уже успел заметить выпирающий бугорок, который сдерживался плотной тканью джинсов. Парень начал звучно опускать ширинку, как вдруг почувствовал, что его резко отодвинули. — Ты не должен этого делать, — на выдохе прошептал Уилл и замолчал. Его рука сейчас упиралась в плечо, отгораживая Майка от цели. — Ты не хочешь? — Уилер скептично изогнул бровь, прекрасно понимая, что парень так же, как и он горит желанием. Но он точно не собирался его заставлять и склонять к такому действию, тем более так неожиданно для них, — Если ты не хочешь, я остановлюсь. Просто скажи. И я сделаю это тебе в другой раз. Из-за такой ерунды я не оставлю тебя одного. Даже не задумывайся об этом, Уилл.       Байерс метнул в него смешанный взгляд, полный удивления, благодарности и… любви. Как? Как можно было не замечать всё это время? Он же столько раз смотрел в его глаза, поражаясь их разнообразию и особенности. Столько раз видел этот взгляд на себе. И ни разу даже не ловил себя на маленькой мысли, что он может означать. И понял это только сейчас. Но самое главное, что понял и не забудет. — Нет… Я просто… — Уилл, я не заставляю себя. Я хочу этого, — четко отчеканил Майк, не отводя взгляда от объекта своего обожания. После он вздохнул и отвернувшись в сторону, улёгся щекой на живот Байерса. Пару секунд молчания для размышлений, а потом очередной вздох, — возможно, не совсем правильно, что это прозвучит в такой момент. Но совсем недавно я осознал, что ты мне нравишься. Я не хочу видеть тебя с кем-то другим, это разрывает меня изнутри. И да, видимо это наконец-то и открыло мне глаза. Я жалею, что не понял этого раньше. Упустил столько моментов с тобой, мы потеряли столько времени из-за моей глупости. Но ты должен услышать эти слова, ты заслужил это. Я рад, что влюбился в настолько прекрасного человека. Уилл, ты добрый, заботливый. Смешно шутишь. Нелепо меня подкалываешь и мне правда это нравится. А ещё ты умеешь играть в D&D. У нас с тобой есть общие преимущества. Правда?       Майк отрывает свою щеку и поднимает глаза, чтобы взглянуть на улыбающегося Уилла, но снова видит намокшие от подступающих слёз, глаза. — Уилл, не плачь, я же так старался тебя от этого отвлечь, — виновато прошептал Уилер и приподнявшись потянул ладони к другу, оставив невесомый поцелуй на кончике носа. — Майк, я люблю тебя столько лет, прости меня, — взревел Уилл, уткнувшись в плечо своего друга, оставляя на белой футболке мокрые следы.       Ладони Уилера нависли над его плечами, да и сам он был в ступоре. Всё между ними происходит сейчас так быстро и неожиданно, что тяжело было успевать за темпом слов и действий. Он услышал эти заветные слова, которые даже и не надеялся застать в своей жизни. Но, к сожалению, легче от этого не стало. Парень страдает всего неделю и уже был готов царапать стену и биться о них головой, а его Уилл страдал годы. Возможно, уже даже в тот момент, когда он встречался с Оди. Столько лет любви, которую приходилось скрывать. Многие ситуации, происходившие между ними, тут же стали объяснимы. — Это я должен просить у тебя прощения, — вздохнул Майк и трепетно коснулся дрожащих губ. В этом поцелуе уже не было предыдущей страсти и желания, только лишь спокойствие и принятие. Искренняя любовь. Просто мимолетное касание и ощущение пальцев на щеках друг друга, которые грели душу куда больше, чем вечер за партией D&D или теплый чай после дождя. Вот он дом. Совсем рядом. Дом, в обнимающих тебя руках, дом в нежных словах возле ушей, дом в самой обворожительной, родной улыбке.       Майк неспешно отстранился и наконец-то уловил звон приятного бархатистого смеха. — И не подумал бы, что ты можешь быть таким, — промурлыкал Уилл, с приподнятыми уголками губ. Он с обаятельным трепетом окидывает своим взглядом, от чего Уилеру снова захотелось зарыться в его объятиях. — А ты всегда был таким, а я этого не замечал, прости меня, — прошептал черноволосый парень, не отворачивая свой ответный взгляд. Но потом он неожиданно начал сползать вниз, — А ещё я могу быть таким…       Он крепко сжал свою ладонь на пространстве между ног Уилла, опускаясь лицом всё ближе. Стало неимоверно приятно, когда рука ощутила, что бугор под джинсами начал приобретать большую твердость. — Майк! — вскрикнул парень. — Что? — Уилер рывком расстегнул ширинку и удивлённо вскинул брови, теперь уже показательно не поворачивая взгляд на друга, — Я очень старательно пытаюсь заслужить твоего прощения, хотя бы на какую-то его часть, — Он задористо улыбнулся и запустил руку в нижнее бельё, ощутив кожей пальцев, горячую возбуждённую плоть.       Уилл тут же шикнул и интуитивно прогнулся в пояснице, упираясь плечами в подушки и подлокотник дивана. Такие телодвижения явно имели положительный контраст, поэтому Майк, не отвлекаясь, сразу же оттянул ткань чёрных трусов, на которых уже виднелось небольшое пятнышко предэкулянта. Член подрагивающего парня тут же вырвался наружу, поддаваясь на встречу ласкающим рукам. — Не смотри, — всхныкнул Уилл и быстро спрятал ладонью лицо, покрытое уже яркими багровыми пятнами. Как от стеснения, так и возбуждения.       Майк медленно провёл указательным и средним пальцем вдоль разгорячённого органа сверху вниз и обратно. Он завороженно смотрел на эту картину, пытаясь сопоставить виды со своим недавним сном. В реальной жизни и правда лучше. — Уилл, ты красивый, — проворковал он и почувствовал, как к щекам приливает кровь. Ему так нравится это произносить. Хочется кричать, визжать и петь, воспевая великолепие внешности его симпатии. Совсем недавно он стеснялся стоять рядом, боясь выдать эту свою натуру, но теперь, когда он может себе позволить не скрывать подобные мысли, он будет озвучивать их при каждой возможности, — И здесь тоже, — прошептал он, оставляя блаженные ожоги от дыхания на головке, после чего заметил лёгкое покачивание в свою сторону.       Парень с желанием вобрал в рот плоть, неглубоко, совсем на немного, захватив только верхнюю часть. Ему хотелось всецело насладиться моментом и снова ощутить пальцы, которые крепко держатся за его волосы и иногда отрывисто перебирают кудри, оттягивая их назад. Он томно промычал, когда ощутил пульсирование во рту и лёгкий толчок бедрами навстречу его губам. Дальше уши уловили протяжный стон, за сегодня он услышал подобный впервые. И насколько же сильный стимул задал этот звук. Потому что сразу после него движения его языка стали более резкими и напористыми. И с каждым рывком глубина становилась всё значительней, а с этим и более влажной.       Он сам несдержанно простонал, когда ощутил очередное вздергивание своих волос и вздрогнул, заметив усиление пульсации на губах и разгоряченном языке. — Майк, — он даже не назвал его имя, а буквально простонал, от чего уши, уловившие этот звук, покрылись мурашками. Уилер почувствовал, что его уже буквально пытаются оторвать от его дела, но он не собирался сдаваться и только сильнее врылся лицом в возбужденный член. Ещё несколько резких движений и внутри рта образовалось вязкое влажное ощущение, парень очень старательно пытался захватить своей полостью все выделения, но в силу неожиданности и неопытности, он кашлянул и отодвинувшись назад, ощутил теплые капли на своей щеке.       Взгляд задержался на Уилле закатившем голову и видимо смотрящем в потолок. Прекрасный вид блаженного парня, которому только что удалось доставить удовольствие с помощью своего языка и рта. Неимоверно приятное зрелище. Хочется запечатлить его в своей памяти и аккуратно положить в полочку с огромной надписью «Воспоминания о Уилле».       Байерс резко поднял голову и с испугом, виновато посмотрел на друга. — О боже, Майк, прости меня, — парень резко схватил салфетки, которые стояли на тумбочке, только изначально, конечно, они предназначались для того, чтобы протереть руки после поедания чипсов.       Шатен бережно провёл бумажной салфеткой по щеке Уилера, пока в тот очередь снова смотрел ему в глаза. Кудрявый парень ухмыльнулся, и произнес, стараясь повторить интонацию друга: — Мне понравилось.       Уилл застыл и неловко улыбнувшись ткнул кулаком в грудь парня, а потом скинул испачканную бумажку в мусорку, которая стояла возле столика с телевизором. — Дурак. — Всегда им был при виде тебя, — проворковал Майк и протянув руки под подмышки Уилла зарылся в объятиях, по-кошачьему растянувшись. Он бережно уткунулся в шею, которую совсем недавно зацеловал, и вдохнул родной запах тела. — Ой всё, — Байерс закатил глаза и захихикал, — столько времени меня мучал, а теперь такие слова выдаёшь. И правда дурак. — Вообще-то… — кудрявый парень неохотно оторвался от внюхивания аромата близкого его сердцу, и приподняв бровь, начал рассказывать о своих размышлениях, которые терзали последние пару недель.       Оставшееся время парни лежали переплетенные друг с другом на диване, обхватывая друг друга руками и ногами. Их лица находились близко, и прямо в губы, иногда почмокивая лоб и щеки, они обсуждали моменты связанные с их общими чувствами. Уилер показал до этого спрятанную папку с работами Байерса, трепетно разложенными в хронологическом порядке. Каждая в отдельном файлике с названиями работ и датами. После того, как шатен вдоволь посмеялся над этим с умилением и досадой, они принялись рассказывать о моментах, связанных с их симпатией. То, как Уилл дарил картину, говоря именно о своей любви. Или то, как Майк садился за очередное письмо для него, но, когда понимал, что переходит дружескую грань, испуганно скамкивал его и кидал в мусорное ведро. За этот небольшой диалог, они узнали столько всего о своих отношениях, что и вовсе были поражены слепоте, которая мешала заметить ответную симпатию. Какие-то глупые предрассудки отталкивали парней, словно били электричеством, когда они делали шаг навстречу. Но теперь эти проблемы ушли назад, ведь они находятся в полном комфорте, нежно поглаживая ладони и плечи друг друга. Им совсем не хватало времени для того, чтобы насладиться касаниями, его потеряно и так очень много.       Раздался громкий хлопок входной двери. — Майк, а ты убрал еду в холодильник? — повернул свой взгляд от лестницы Уилл, обратно на парня, тающего в его объятиях. Он задал вопрос, но ответ и так знал, ведь за весь вечер они ни разу не отошли друг от друга.              — Чёрт!