Последняя нота

Лампочка снова мигнула, и это означало, что Натали останется в этом холодном подвале на неопределённый срок, погружённая в полную темноту. Она всё ещё дрожала от воспоминаний о криках своего младшего брата, закрывая уши и стараясь не слышать его мольбы о помощи. Но в какой-то момент её внутреннее напряжение достигло предела. Крик вырвался из её горла, и она резко открыла глаза, сев на узкой постели. Её руки инстинктивно закрыли лицо, как будто это могло защитить её от самой себя. Слёзы катились по щекам, оставляя за собой солёные дорожки, и Натали пыталась подавить всхлипывания, осознавая, что в этом мрачном месте она одна, без надежды на спасение. Вокруг царила тишина, лишь изредка доносились звуки капающей воды и её собственное дыхание, которое становилось всё более прерывистым от страха и отчаяния. Ещё несколько минут Натали казалось, что она находится в этом кафельном аду, молясь всем богам о помощи для себя и своего брата. Но вскоре она почувствовала, как её бедра обжигает мягкость простыни, а запах цветочного кондиционера напоминал о том, что она на самом деле в своей маленькой квартирке. Вода продолжала капать из протекающего крана, а шум соседей за стеной создавал ощущение хаоса. Крики, которые она слышала с утра, были так похожи на голос её младшего брата, что это заставляло её сердце замирать от боли. Когда пелена оцепенения наконец спала с её глаз, Натали встала с постели. Схватила сигареты и направилась на балкон по старому скрипучему полу, который помнил множество её переживаний. На улице царила утренняя прохлада и тишина, но в её голове всё ещё звучали эхо страха и тревоги. Она сделала глубокий вдох свежего воздуха, пытаясь прогнать мрачные мысли и сосредоточиться на том, что сейчас важно — выжить и найти способ отомстить за брата. Сигарета зажглась между её пальцами, и она задумалась о том, как же быстро жизнь может измениться. Только вчера ей позвонили из ФБР и сообщили, что её отца застрелили в том же чёртовом подвале, где она когда-то провела столько мучительных часов. Ей нужно будет приехать для опознания и организации похорон. Натали понимала, что все организационные вопросы возьмёт на себя её старший брат, которого она не видела с тех пор, как потеряла младшего. И если честно, она не хотела его видеть. Она глубоко вздохнула, стараясь успокоить дрожащие руки, и облегчённо выдохнула. Этот момент тишины подарил ей краткую передышку перед новым боем, который ей предстояло вести. Внутри неё бушевали эмоции: страх, гнев и безысходность смешивались в один клубок. Ната знала, что сегодня ей снова позвонит глава семьи — Морияма. И это могло означать только одно: на неё снова наденут поводок, который она так долго пыталась сбросить. В прошлый раз свобода далась ей с огромным трудом. Она помнила каждую слезинку, каждую ночь без сна и каждую борьбу с собственными демонами. Теперь же её жизнь снова оказалась под контролем других людей, и это ощущение было невыносимым. Она понимала, что должна быть сильной ради себя и ради памяти о своём брате. Но как можно быть сильной, когда всё вокруг рушится? Через пару часов Натали уже находилась в офисе ФБР, уставившись на часы, мечтая о том, чтобы всё это поскорее закончилось. Ей хотелось вернуться в свою старую квартиру, включить громкую музыку и снова пить, пока горький вкус алкоголя и сигарет не начнёт вызывать у неё тошноту. Но сейчас это было невозможно. Она сидела в светлом кабинете, из окон которого струился солнечный свет, немного раздражая её глаза. Тишина вокруг и отсутствие привычного шума только усиливали её напряжение. Натали уже от скуки начала бормотать себе под нос строки из Библии, пытаясь сосредоточиться и избавиться от навязчивых мыслей. Она знала, что это не поможет, но в такие моменты даже самые простые вещи казались спасением. Каждая минута тянулась как вечность, и ей казалось, что время остановилось. Она пыталась отвлечься от своих тревог, но мысли о брате и о том, что произошло с её отцом, не покидали её. Внутри неё бушевала буря эмоций: гнев на несправедливость мира, страх перед неизвестностью и глубокая печаль о потерях. Натали понимала, что ей нужно собраться с силами и быть готовой к тому, что её ждёт впереди. Но как можно быть сильной в такой ситуации? Она снова посмотрела на часы и вздохнула — время шло медленно, а ей так хотелось просто сбежать от всего этого хаоса и найти утешение в привычных вещах. Дверь кабинета открылась, и в помещение вошли трое человек. Два из них были худощавыми мужчинами, крепко сложенными, но не вызывающими у Натали особого интереса. Однако третий привлёк её внимание с первой секунды. Он был невысокого роста, с кучей веснушек на лице и рыжими волосами, которые переливались на солнце как медь. Сердце Натали остановилось на мгновение, и она встала на ноги, опираясь на стол, пытаясь собраться с мыслями. В этот момент в кабинет вошёл ещё один человек — высокий блондин, который посмотрел на неё с таким взглядом, что Натали почувствовала, как по спине пробежал холодок. Его испепеляющий взгляд заставил её замереть. — Простите за ожидание, — произнёс один из мужчин в строгом костюме. — Вашему брату требовалась перевязка. Но, возможно, вам всё же стоит присесть. Натали не могла отвести глаз от рыжеволосого парня. Её сердце колотилось в груди от волнения и страха. Она медленно опустилась обратно на стул, не сводя взгляда с его лица. Внутри неё бушевали эмоции: тревога за брата и непонимание происходящего. — Как он? — наконец спросила она, стараясь сохранить спокойствие в голосе. — Он в порядке, — ответил блондин с лёгкой усмешкой и перевел взгляд на её брата. — Смотри весь в пластырях и бинтах Она собрала свои мысли и, закинув ногу на ногу, перевела взгляд на федерала, приподняв рыжую бровь в недоумении. Который только ,что положил пред ней документы ,говорящие о том ,что её брат живее всех живых. Её голос прозвучал уже гораздо более уверенно: — Вы действительно думаете, что если наклеить на него пластырь, он станет как новым? -Бросила она блондину и вернулась в федералу.- Какой он мне брат? Я похоронила своего брата десять лет назад собственноручно! Вы явно шутите надо мной, офицер. Боюсь, что дальше мы будем говорить только с адвокатом. Натали знала, что была груба, но это было ей на пользу. Она должна была занять лидирующую позицию в разговоре. В ответ она увидела усталую улыбку и услышала слова мужчины постарше. — Сразу видно, что вы родственники. Даже говорите одинаково. Поверьте мне, я уже долго следил за Натаниэлем Абрамом и вами, Натали Рахиль Веснинки. Хотя ваш старший брат Джейс куда спокойнее. Девушка встала и тут же потеряла всё своё наигранное самообладание. Громко произнесла: — Закрой свою пасть! Ты уже наговорил на вторую жалобу! Как тебя там — Роберто? Иди нахер и говори, что тебе нужно от меня! Если вы думаете, что я буду терпеть это — вы ошибаетесь! Блондин не сводил с неё настороженного взгляда. Опустив глаза, она заметила, что он прикрывает руку её брата, пытаясь скрыть от неё что-то важное. Это пробудило в ней смех — абсурдность ситуации казалась ей почти комичной. Она поняла, что таблетки, которые ей прописал Пруст, уже начали действовать и полностью заволокли её разум. Смех был её защитной реакцией на страх и тревогу. Она чувствовала себя так, будто находилась в каком-то странном спектакле — все эти люди вокруг неё были лишь актёрами в пьесе о её жизни. Но она не собиралась быть просто зрителем; она хотела взять ситуацию под контроль. — Если у вас есть причина его задержания, говорите прямо! «Я не собираюсь тратить время на ваши игры!» —произнесла она с решимостью в голосе. Натали понимала, что должна быть сильной не только ради себя, но и ради своего воскресшего брата. Она не могла позволить никому манипулировать ею или запугивать её. Внутри неё разгорелся огонь решимости — она была готова бороться за правду любой ценой. Тем временем Нил почти не обращал на неё внимания, ну или дела вид,погружённый в изучение документов, разбросанных по столу. Его сосредоточенный взгляд был устремлён на бумаги, и Натали почувствовала, что ему не хватает той искры интереса к ней, которую она так искала. Она знала, что ей нужна вторая доза лекарства, чтобы справиться с нарастающим напряжением и страхом. Быстро доставая из кармана своих джинсов упаковку с таблетками, она открыла её и положила одну под язык. Закрыв глаза, она почувствовала, как успокаивающее действие препарата начинает охватывать её. Улыбка на её лице стала шире — это было мгновение облегчения. — Где ты был, младший? — произнесла она с холодным тоном, который заставил его наконец поднять взгляд и встретиться с её глазами. В его взгляде мелькнуло удивление и даже испуг; он вздрогнул от неожиданности. На губах Натали играла улыбка её отца — та самая уверенная и немного насмешливая улыбка, которая всегда могла заставить людей замереть на месте. Она не испытывала ни капли стыда за то, что использовала эту улыбку как оружие. — Ты явно не терял времени на размышления о том, что происходит у нас, — продолжила она с лёгким сарказмом в голосе. — Как будто всё это время был занят чем-то более важным. Её слова повисли в воздухе как вызов для него. Она была полна решимости выяснить все детали этой запутанной истории и не собиралась останавливаться до тех пор, пока не добьётся своего. Внутри неё бушевали эмоции: гнев смешивался со страхом и решимостью. Она знала всю серьезность ситуации и осознавала риски; но сейчас это было неважно. Главное — найти ответы и защитить память о своём брате. Натали сделала шаг вперёд, словно желая физически сократить расстояние между собой и Натаниэлем. Её глаза горели решимостью; она была готова идти до конца ради справедливости и правды о том человеке, которого любила больше всего на свете.