Без права на чувства: семейная жизнь она такая

На кухне стоял запах кофе, поджаренных тостов и детских влажных салфеток — классическая смесь будней родительства. Ин Хо сидел за столом, уставившись в кружку, и выглядел так, будто пережил конец света. На самом деле — просто вчерашний пранк от жены. Он вздохнул, вспоминая, как Со-ён вывалилась из ванной в майке без рукавов, гордо показав ему обе руки — от запястий до локтей усыпанные яркими тату. "— “Ты это что…НАБИЛА?!” — он тогда чуть не выронил стакан воды. — “Да, теперь я реперша, Лил Со-ён!” — с самым серьёзным лицом выдала она, делая руками какой-то нелепый жест." Он тогда реально подумал, что откинется. А потом, когда краска сошла от воды, понял — переводки. Тогда-то он и осознал: жить с Со-ён — это как играть в рулетку. Никогда не знаешь, что её осенит в следующий раз. Сегодня он окончательно сдался. У него на лице была печать человека, которого пранками довели до точки кипения. — Она меня в гроб сведёт, — пробормотал он себе под нос, потянувшись за кружкой. — У меня не жена, а подросток в теле взрослой женщины. Со-ён тем временем ушла на маникюр, оставив ему на попечение Со Ми и Руми. Малышка, едва увидев, что мама ушла, включила турборежим. Ин Хо только хотел спокойно допить кофе, как по кухне пронёсся стук крошечных ножек. — Папаааа! — лепетала она, с соской наперевес, тянула ручки вверх. Он взял её на руки, прижимая к себе. Девочка тут же выдернула соску, с довольным «пфф!» швырнула её на пол, попала точно в миску Руми. Щенок радостно подхватил добычу и унёс в коридор. — Да, спасибо, — простонал Ин Хо. Минут через пять она снова вырвалась, пошла шатающейся походкой по гостиной, цепляясь за мебель, бормоча что-то своё: — Ма-ма, па-па, ав-ав! — и, для пущего эффекта, обняла щенка, который терпеливо стоял, как охранник. Ин Хо, наблюдая за этим хаосом, вздохнул. — Я вообще-то хотел просто посидеть спокойно…Теперь я понимаю как тяжело сидеть с годовалым ребёнком…пора бы начинать искать детский сад, потому что ещё немного и Со-ён меня точно придушит… Через десять минут он уже спасал пульт от нападения липких детских пальцев, потом подбирал соску, потом вытирал молоко с пола. Кофе, естественно, остыл. И где-то между сменой мультфильмов, попытками уговорить Руми не грызть тапок и ловлей ребёнка, который решил, что под столом жить удобнее, его осенило. «Пранк. Надо её пранкануть. Просто чтобы она хоть раз поняла, что это значит!» Он откинулся на спинку стула, наблюдая, как Со Ми тянет пластиковую ложку к Руми. — Тебе не кажется, — сказал он, будто разговаривая с щенком, — что твоя мама слишком расслабилась? Пора ей напомнить, кто в доме взрослый, и что папа тоже может устроить пранк…главное чтобы меня не пристрелили после этого. Руми гавкнул, будто согласился. Ин Хо ухмыльнулся. — Так. Что её выведет из себя? Что-то простое…безобидное, но чтобы крышу снесло… Он перебирал варианты: сказать, что купил хомяка — нет, убьёт. Что переезжают — слишком сложно. И тут его взгляд упал на детскую бутылочку, стоящую на столе. Идея родилась. Он замер на секунду, усмехнулся. — «Второй ребёнок…вот что её добьёт». Он прекрасно знал, что Со-ён никогда на это не согласится. Она еле переварила сам факт беременности с Со Ми, потом Руми еле приняла. А теперь снова? Нет уж. Ин Хо вспомнил, как сам к этому относился — к идее нескольких детей. У него ведь был младший брат, которого вроде и не любили больше, но всё равно внимание делилось не поровну. Их отношения давно испорчены — разошлись пути, и, может, именно поэтому Ин Хо был уверен: одного ребёнка им точно достаточно. — Да…одного хватит. А второго — только в шутку, — тихо усмехнулся он. Он взглянул на дочь — та уже стояла посреди кухни без штанишек, в памперсе и хныкала показывая пальчиком на спальню, мол: папа, у нас катастрофа… — Вот и началось, — обречённо произнёс Ин Хо, беря новую пачку подгузников. — ну всё, милая, не плачь. Сейчас папа всё сделает. Со Ми сразу успокоившись весело захихикала, когда он поднял её, и, как назло, что-то в воздухе подозрительно запахло. — Ну конечно…финал дня — классика жанра, — пробормотал он, вздыхая и направляясь в детскую. Через несколько минут из комнаты доносился его голос: — Такова участь родителей… Малышка счастливо болтала ножками на пеленальном столике , а Ин Хо, глядя на неё, не сдержал улыбку. — Ничего, завтра папа устроит маме сюрприз. Пусть знает, каково это — когда тебе подсовывают пранки, — Он подмигнул дочке. — Ты, главное, никому не говори. Это секрет. Договорились? Со Ми в ответ лишь дёрнула ножкой. Ин Хо усмехнулся: — Отлично. Засчитаю это как ответ.

***

День 1 Утро началось мирно. В квартире пахло кофе и детской кашей. Со Ми в своём стульчике весело била ложкой по столу, Руми кружил у ног, надеясь, что кто-нибудь что-нибудь уронит. Со-ён сидела напротив Ин Хо — явно уставшая после вчерашнего ночного стрима, в его футболке, без макияжа, с чашкой латте. Волосы собраны кое-как, но вид у неё при этом царственный — как у девушки, которая уже пережила детскую истерику, утреннюю уборку и теперь заслужила покой. — Если ты сейчас прольёшь мамин кофе — вытерать будешь сама! — сказала она, глядя на дочь, которая тянулась к её кружке. — Ба-ба! — с энтузиазмом объявила Со Ми, и ложка снова стукнула по столику. — Во-во, ба-бах мне в нервную систему, — пробормотала Со-ён. Ин Хо усмехнулся, подливая себе кофе. Он наблюдал за женой — как она одной рукой ест тост, другой отодвигает миску с кашей, чтобы малышка не запустила туда ладошку. Вот она, мать в боевом режиме. Пора начинать операцию “второй ребёнок”. Он сделал вид, что говорит между делом, почти невзначай: — Знаешь, я вот подумал…может, нам стоит завести второго? Тишина. Даже ложка перестала стучать. Со-ён замерла, как кошка, услышавшая чужой шаг. Медленно повернула голову. — …Кого? — спросила она тихо, будто не расслышала. Ин Хо, не моргнув, спокойно добавил: — Малыша. Ну, чтобы Со Ми не скучала. Веселей же вдвоём будет. Со-ён уставилась на него, как на человека, внезапно решившего завести тигра в квартире. — Ты серьёзно? — Ну да. Представь — маленький братик или сестрёнка…Они вместе играют, делятся игрушками… Он говорил так убедительно, что если бы не знал правды, сам бы поверил. Со-ён медленно поставила чашку, даже слишком аккуратно. — Ты, кажется, кофе перепил. У тебя перегрев мозга. — Да ладно тебе, — продолжил он невозмутимо, поднося чашку ко рту. — Мы же справились с одной, справимся и со второй…или вторым. — Мы справились? А кто, интересно, вырубался по ночам, пока я с животом ворочалась и потом я с ней не спала?! — тихо, но отчётливо выдала она. Он улыбнулся. — Ну, я же рядом был. Тоже помогал, и помогаю. — Да, физически — рядом. Морально — где-то на Марсе. Я не отрицаю что первые пол года ты был всё время с нами, но потом я с ней постоянно сидела! Пока ты был на работе! Со Ми тем временем жевала кусочек банана и смотрела на родителей, будто наблюдала за сериалом. Руми лег у стула и подозрительно зевнул. Со-ён, осознав, что сейчас начнёт повышать голос при ребёнке, глубоко вдохнула, встала и с максимально ровным лицом произнесла: — Я не расслышала, что ты сказал. Повтори, если хочешь, но уже при психиатре. Она забрала свою кружку, демонстративно развернулась и направилась в спальню, на ходу добавив: — И не вздумай это обсуждать при Со Ми! Мне не нужны истерики: я хочу братика! Дверь спальни закрылась. Ин Хо тихо хмыкнул, глядя на дверь. — Первый пошёл. Со Ми протянула к нему ручки и, как будто подыгрывая, лепетнула: — Биби! Он улыбнулся, взял её на руки. — Нет, маленькая, второго биби не будет. Это пранк. Папин маленький акт возмездия. А биби…найдёшь себе в садике. Там у тебя друзей будет достаточно. Она засмеялась, хватая его за ухо. Ин Хо вздохнул с притворным страданием: — Ты хоть бы маме не сдала нас. Это строго между нами, договорились? Малышка радостно захлопала в ладоши, будто пообещала хранить страшную тайну.

***

День 2. Со Ми наконец-то уснула. Слава всем небесам, даже Руми выглядел так, будто ему нужен отпуск после её утреннего забега по квартире. Ин Хо осторожно прикрыл дверь спальни, на цыпочках вышел в гостиную и выдохнул — тишина. Редкий, священный момент покоя. Он направился на кухню и увидел там Со-ён — босая, в мягких шортах и топе, стояла у кофемашины. Распущенные волосы, сонный вид, в руке кружка, из которой поднимался пар. Он на секунду просто посмотрел — и усмехнулся. Идеально. Время второго акта пранка. Он подошёл со спины, мягко обнял её за талию и уткнулся носом в шею. — Ммм, как вкусно пахнешь… — прошептал он, проводя губами по её коже. — Отстань, я кофе делаю, — отмахнулась она, но уголки губ дрогнули — ей явно нравилось внимание. — А я не мешаю, просто любуюсь. Такая милая, нежная, домашняя… — Ин Хо, ну прекрати, я сейчас кофе расплескаю! Он засмеялся, чуть сильнее прижимая её к себе. — «Ммм…может, второго сделать?» — произнёс он тихо, с нарочитой нежностью. Щелчок. Со-ён застыла, как будто кто-то нажал паузу. Молча поставила кружку. Медленно развернулась. — Что…ты…сказал? — голос у неё был опасно спокойным. Ин Хо, скрывая ухмылку, повторил мягко, глядя в глаза: — Ну…второго. Малыша. Может, пора? Представь, такой маленький. Следующее, что он почувствовал — это лёгкий, но весьма выразительный удар ногой по заднице. — Ты совсем охренел?! — рявкнула она, оттолкнув его. — Уйди от меня, похотливый самец! Я тебе не инкубатор! Он рассмеялся, потирая место приземления. — Да ладно тебе, я просто сказал! Может, это судьба? — Судьба тебе сейчас по заднице ещё раз пропишет! — процедила она, забирая кружку и уходя в гостиную. Ин Хо, довольный, пошёл следом, как будто ничего не произошло. Она уже уселась на диване, включила плойку и листала меню игры. — Серьёзно? Играть? А как же нежность? — уселся он рядом. — Нежность у меня к кофе. К тебе сейчас — настороженность. Он наклонился ближе, с самым невинным видом: — Ну признай, ведь забавно было бы — ещё одна маленькая булка. Две бегают по дому, везде игрушки, мультики, хохот… — Ты хочешь, чтобы я в психушке прописалась? Он выдержал паузу, потом с притворной задумчивостью добавил: — А может, мальчик? Такой же спокойный как я, но с твоими глазами… Она медленно повернула голову и посмотрела на него взглядом, которым можно было испепелить на расстоянии километра. — Ещё слово — и этот мальчик вылезет сейчас из тебя! После чего я отправлю обоих в долгий полёт! Ин Хо не выдержал, прыснул со смеху. — Да ладно тебе, я просто шучу! — Ага. Ты вначале заведи разговор, а потом шути. Я тебе сейчас геймпадом в голову кину — вот это будет шутка! Он откинулся на спинку дивана, прикрыв рот ладонью, чтобы не выдать улыбку. Со-ён запустила игру, делая вид, что больше не разговаривает. А он, не теряя хватки, наклонился ближе и шепнул: — Ну хотя бы подумай над этим, мм? Шлёп! Подушка полетела ему в лицо. — ДУМАЙ над этим! — передразнила она и вернулась к экрану. — Ты неисправима, — сказал он, смеясь. — А ты — больной! Он вытянулся на диване рядом, довольный. Пранк идёт по плану.

***

День 3 Ин Хо сидел за кухонным столом, листал ноутбук, тихо попивая кофе. На экране открыта статья — та самая, ради которой он уже третий день изображал помешанного на идее «второго ребёнка». Заголовок кричал: «Как прекратить действие противозачаточных средств: советы». Он довольно ухмыльнулся — слишком явно, чтобы она не купилась. Из спальни послышались шаги — лёгкие, уверенные. Со-ён вышла в халате, с чашкой в руках. Волосы ещё чуть влажные после душа. — Что делаешь? — спросила она рассеянно, машинально наливая себе кофе. — Да так, читаю, — небрежно бросил он, не успев закрыть вкладку. — Ага, читаешь… — она подошла ближе, глянула через плечо — и зависла. На лице мелькнула секундная растерянность, потом удивление, потом характерное прищуривание, как будто она пытается понять, не глючит ли экран. — Как прекратить действие противозачаточных средств? Он кашлянул. — Ну…любопытная статья. — Любопытная? — переспросила она, уже поднимая бровь. — Тебе вообще какое дело до таких статей? — Ну, просто наткнулся, — он пожал плечами, делая вид, что всё естественно. — Мало ли, вдруг полезная информация. — Полезная… — Со-ён медленно опустила чашку, прищурилась ещё сильнее. — Ин Хо. Ты мне сейчас серьёзно хочешь сказать, что просто так решил почитать, как отменить действие моих таблеток? Он с трудом сдержал ухмылку, изображая невинность. — Ну а что? Мы ведь обсуждали, что может, когда-нибудь…второго? — специально бросил наживку, будто невзначай. — О боже, началось, — она прикрыла глаза и выдохнула, уперев руки в бока. — Ты снова про это? Я думала, мы уже закончили разговор. — Я просто спрашиваю, — спокойно ответил он, будто не замечая, как у неё начинает дёргаться бровь. — Я же не предлагаю прямо сейчас. Просто интересуюсь. — Интересуется он… — Со-ён усмехнулась, откинулась на столешницу и смерила его взглядом. — Если я хоть раз узнаю, что ты реально что-то там решил отменять — я тебе всё отрежу, ясно? Без наркоза. Он тихо засмеялся, хотя внутри понимал: да, перебор уже близко. — Ладно, ладно, не кипятись, я просто читаю. Интересно стало. — Конечно, интересно, — буркнула она, подхватила кружку и направилась к выходу из кухни. — Следующий шаг — ты начнёшь искать акушерку и кроватку? Может сразу коляску присмотреть? — Ну, — протянул он, не удержавшись, — а что, вдруг пригодится? Она резко повернулась. — Ин Хо! — с таким тоном, будто сейчас швырнёт в него чашку. — Я тебя предупредила. Всё, разговор окончен! Он поднял руки, изображая капитуляцию: — Ладно, ладно, сдаюсь. Со-ён закатила глаза, пробурчала что-то вроде: — С ума сведёт меня этот мужик… — и ушла в спальню. Через пару секунд оттуда донеслось: — Со Ми, пойдём! У нашего папы крыша поехала! Малышка засмеялась и побежала следом за мамой, таща за собой плюшевого зайца. Ин Хо остался на кухне, усмехнулся и тихо выдохнул: — Всё идёт жарче, чем планировалось. Ещё пару дней — и точно получу сковородкой по голове. Он допил остывший кофе и закрыл вкладку, едва сдерживая смех. Пранк, конечно, начинал выходить из-под контроля…но отступать было уже поздно.

***

День 4. Со-ён сидела на кухне, уткнувшись в телефон. На столе — кружка с остывшим кофе и тарелка с недоеденной яичницей. В квартире стояла та самая атмосфера, когда мама на грани — тихая, но угрожающе спокойная. Ин-Хо с утра снова успел подлить масла в огонь — между поцелуем и утренним «доброе утро» он невзначай шепнул: — И всё таки, Со-ён, а ведь если бы мы сделали второго, ты бы сейчас не так скучала, когда Со-Ми спит… Она тогда чуть не подавилась кофе. Просто посмотрела на него, как на клинического. — Повтори. Ещё. Раз. — процедила она. Он, как дурак, улыбнулся. — Второго, говорю… После чего Со-ён промолчала. Тридцать секунд. Взяла кружку, отпила, и сказала: — Угу. Я тебя услышала. А теперь иди отсюда, иначе я сейчас тебе врежу! А потом весь день демонстративно с ним не разговаривала. Теперь вот сидела и набирала номер Чун-Хи, потому что, если не выговорится, точно кого-нибудь убьёт. — Алло? — послышался сонный голос подруги. — Ты не поверишь, — начала Со-ён без приветствия, — мой муж сходит с ума. — О боже…что опять? Ты ему пульт не дала? — зевнула Чун-Хи. — Хуже. Он теперь хочет второго ребёнка! — почти выкрикнула Со-ён. На том конце провода раздался смешок. — Подожди…что? Серьёзно? — Более чем! Он уже четвёртый день мне это твердит! То намекает, то между делом вставляет, то подкрадётся, шепнёт… “давай за вторым, мм?” — передразнила она мужа, передёрнув плечами. — Я скоро кастрирую этого извращугу, честное слово! — Ха-ха-ха, — Чун-Хи еле сдерживала смех. — Подожди, может он правда хочет ещё малыша? — Малыша?! — Со-ён возмущённо вскрикнула. — У меня уже есть один малыш, и этого мне более чем достаточно! Она ночью просыпается, днём устраивает концерты, Руми всё грызёт, игрушки везде, квартира как поле боя! Ещё один — и я просто повешусь на проводе от зарядки! — Ну, может, он просто намекает… — Да он не намекает, он атакует! Утром, вечером, за завтраком, в душе, даже когда я кофе пью! Я уже думаю, может, он таблетки мои считает?! — Хах, ты преувеличиваешь, — усмехнулась Чун-Хи. — Он, может, просто прикалывается. — Прикалывается?! — Со-ён в ужасе взвизгнула. — Ты видела, чтобы он прикалывался хоть раз?! Этот человек серьёзен, как камень! Если он что-то сказал — значит, он это реально задумал! — Ну, тогда…может, он хочет сына? — осторожно предположила Чун-Хи. — Пусть себе сам родит! — взорвалась Со-ён. — Хочет сына — пускай, не знаю, клонирует себя! Или усыновит кого-нибудь! А потом выметается с этим писклявым существом из дома! Я — нет! Всё! У меня тело уже в панике, когда я слышу слово “беременность”! — Ха-ха, ну ты, конечно… — начала было Чун-Хи, но Со-ён не дала договорить: — Я ему сказала, что если он ещё раз произнесёт это слово, я лично проведу операцию кастрации. Бесплатно. И аккуратно. — О, боже… — Чун-Хи не выдержала и расхохоталась. — Ты представляешь, если он реально пошутил, а ты уже планируешь операцию? — Мне всё равно! Пусть потом в суд подаёт! — Со-ён уже сама начинала хихикать от абсурдности ситуации. — Серьёзно, Чун Хи, я сегодня на грани. — А Со Ми как? — Со Ми чудесно, пока не наступает ночь. Тогда чудесно становится всем, — буркнула Со-ён. — И этот псих ещё хочет повторить?! — Ладно, ладно, не кипятись, — успокаивала Чун-Хи. — Может, он через пару дней остынет. — Надеюсь, — вздохнула Со-ён. — Потому что если он не остынет, остыну я. Прямо его пивом. По голове. — Ты страшная женщина, — засмеялась Чун-Хи. — Я — мать маленького ребёнка, уставшая, недоспавшая и с нервами на пределе. Это уже диагноз. — Понимаю…хоть моему уже 5, на второго никогда не соглашусь. Обе расхохотались. В этот момент в коридоре послышались шаги — Ин-Хо вернулся с прогулки с Руми. Со-ён резко оборвала смех, выпрямилась и шепнула в трубку: — Всё, пошла я. Если эта козлина сейчас опять скажет “второй”, я тебе перезвоню из тюрьмы. — Ха-ха-ха, договорились. Со-ён сбросила вызов и поставила телефон экраном вниз, сделав вид, что просто смотрит рецепт. Ин-Хо зашёл, улыбаясь: — Ты с кем говорила? — С врачом, — мрачно ответила она, не моргнув. — Уточняла, как именно проходят кастрации в домашних условиях. Он замер. — Ты шутишь, да? — Угу, — она сладко улыбнулась. — А ты — нет, да? Ин-Хо чуть не расхохотался, но быстро сделал вид, что сглотнул и промолчал. Пранк становился всё опаснее.

***

День 5. Ин Хо уже начинал понимать, что шутка принимает странный оборот. Всё вроде бы шло как обычно — кофе, прогулка с Со Ми, семейный ужин — но вот по вечерам в спальне творилось что-то неладное. Со-ён вела себя подчеркнуто спокойно. Никаких скандалов, никаких обидных фраз. Она разговаривала, шутила, целовала мужа в щёку, но стоило ему хотя бы обнять её чуть крепче или поцеловать в шею — она моментально отстранялась, словно током ударило. — Эй, — сказал он в первый вечер, когда она отодвинулась. — Я ж просто обнял. — Обнимай без подтекста, — холодно ответила она. — Какого подтекста? — сделал вид, что не понял. Она прищурилась: — Ты отлично знаешь какого. Я, между прочим, не собираюсь участвовать в марафоне под названием «второй ребёнок». Он рассмеялся, пытаясь разрядить обстановку: — Да ты чего, я просто рядом прилёг. — Угу. А потом скажешь: “Само получилось”. Она кинула в него подушку. С тех пор в спальне у них завёлся «новый распорядок»: Со-ён ложилась с телефоном, включала сериал, а когда он приходил — вставала, шла в душ, потом садилась за комп играть, делая вид, что ужасно занята. Однажды вечером он шутливо сказал: — Ты как будто спецоперацию планируешь, лишь бы я к тебе не прицепился. — Ага, именно так, — сухо ответила она. — Спецоперация по защите от безумных идей. Он вздохнул, потёр лицо. Пранк начинал его самого утомлять, но теперь уже останавливаться было неловко — ведь она подумает, что он действительно всё это время собирался сделать ребёнка и теперь просто «передумал». Поэтому он решил выждать. Утром, за завтраком, она выглядела бодрой и даже улыбалась. — Со-ён, — осторожно начал он, — ты сегодня вечером не занята? Может, фильм посмотрим? Она подняла глаза от тарелки. — Смотря что за фильм. — Ну, что-нибудь спокойное. — Без продолжения, — отчеканила она. — И чтобы не было сцен, где пара решает «расширить семью». Он усмехнулся, глядя, как она кормит Со-Ми кашей. — Я понял, понял. Запретная тема. — Не просто запретная, — уточнила она, глядя прямо в глаза. — Смертельно опасная. Ещё одно слово — и я кастрирую тебя, Ин Хо. Прямо тут, этой ложкой. Он фыркнул, спрятал улыбку за чашкой кофе. — Жестоко. — Эффективно, — парировала она. Днём они вместе гуляли с дочкой, она даже взяла его под руку, но как только он попытался поцеловать её в висок, она мягко, но твёрдо сказала: — Нет, милый. Он чуть не поперхнулся от смеха. — Ты серьёзно?! — Абсолютно. Я тебя знаю. Ты сейчас ходишь и думаешь, как бы меня уговорить. Не выйдет. Вечером, когда они уложили Со Ми, Со-ён включила ночник, повернулась к нему и предупредила: — И чтобы даже не вздумал обниматься во сне. Я сплю чутко. — Я понял, понял, — поднял руки, как арестованный. — Без прикосновений. Чисто соседство. — Вот и прекрасно, — сказала она и повернулась к стене. Ин Хо лёг рядом, уставился в потолок и тихо выдохнул. Шутка уже явно вышла из-под контроля. И всё же он упрямо думал: ещё день…потом расскажу.

***

День 6. Со-ён стояла у окна, держа телефон у уха. За её спиной на кухне Руми гремел миской, а Со Ми бегала с соской во рту и вопила что-то похожее на «мама! мааама!» — как будто специально добавляя хаоса. — Он продолжает, — сказала Со-ён вместо приветствия. — Кто — он? — сонно протянула Чун-Хи. — Кто-кто? Мой сумасшедший муж! Этот психопат с обострением весеннего периода! — Подожди, — Чун-Хи засмеялась. — опять про ребёнка? — Опять? — Со-ён чуть не задохнулась. — Не «опять» — всё ещё! Ты понимаешь, он не унимается! Я думала, после того разговора всё — конец темы, ан нет, он вчера вечером, когда я сижу, кремом руки мажу, подходит, шепчет на ухо: «Может, всётаки второго сделать, мм?» Она передразнила мужа, закатив глаза. — Я чуть не влила ему этот крем в ухо! — О Боже… — хихикнула Чун-Хи. — А ты что сказала? — Что скажет нормальная женщина в такой ситуации? — Со-ён всплеснула рукой. — Я сказала: «Попробуешь — кастрирую!» Причём медленно! Я уже даже не уверена, это шутки или у него реально крышу сорвало. — Может, он просто дразнит тебя, — осторожно предположила подруга. — Дразнит?! Это не дразнит! Это террор! Он несколько дней назад сидит, будто невзначай читает в телефоне статью — «Как зачать ребёнка, если жена противозачаточные пьёт». Ты прикинь?! Я чуть телефон у него не отобрала! — Погоди, что он читал?! — Чун-Хи от неожиданности рассмеялась так, что Со-ён едва не заорала. — Вот именно! Я смотрю — сидит, в экран уткнулся, хмурится, пальцем прокручивает. А я думаю: “Ну точно! Он реально хочет меня снова беременной видеть!” Я ему говорю — «Ин Хо, ты что, охренел?», а он такой спокойный, как удав: «Просто интересная статья, не кипятись». — Ха-ха-ха, — Чун-Хи уже едва говорила от смеха. — Может, он проверял, как не забеременеть? — Очень смешно, — Со-ён фыркнула. — Если он ещё раз ляпнет про второго, я его не только в окно вышвырну, я ему этот телефон в зад запихаю! — И как ты вообще живёшь с этим комиком? — Молча и на расстоянии, — Со-ён устало потерла переносицу. — Я его на диван выгнала. Он подходит — я подушкой, он обнимает — я лбом. Я уже к Руми с Со Ми в кроватку хочу переселиться, хоть там безопасно. — Ох, Со-ён, — вздохнула Чун-Хи. — у тебя конечно полный трэш. — Трэш — это мягко сказано, — отозвалась Со-ён. — Этот мужик реально доведёт меня до психушки. Сегодня утром вообще сказал: «Милая, ну может всё таки…второго?» А ГОВНА НА ПАЛОЧКЕ ОН НЕ ХОЧЕТ?! Я сказала — пусть сперва попробует родить сам, тогда поговорим. — И что он? — Улыбнулся! — зло ответила она. — Как будто я ему комплимент сделала. А я ведь вижу, он специально это делает. Вот хрен знает зачем, но делает! — Может, он просто хочет, чтобы ты психанула, — рассудила Чун-Хи. — Типа, раз ты пранковала его татуировками, он теперь тебе отомстить решил. — Да терпеть не может пранки! — возмутилась Со-ён. — Он всегда говорил, что это “детский сад для тиктокеров и для таких как я”! А теперь смотри — сам в саду! Я не удивлюсь, если он завтра тест на беременность подбросит! — Ну, если подбросит, ты хотя бы выложи реакцию, — хохотнула Чун-Хи. — Я хочу это видеть. — Ха! — Со-ён прищурилась. — Если подбросит — я ему этот тест в чай заварю. Пусть узнает, каково это — когда у тебя две полоски неожиданно появляются. — Ладно, ладно, успокойся, — смеясь, сказала подруга. — Он, может, просто дурачится. Перетерпи пару дней, и всё. — Терпеть?! — Со-ён возмущённо отмахнулась. — Я уже его избегаю как ковид! Только он подойдёт — я сразу к плойке или к ребёнку. Думаю, если дотерплю до выходных, он отстанет. А если нет — я куплю замок на спальню! — Со-ён, ты невозможная, — сказала Чун-Хи, всё ещё смеясь. — Ладно, держи меня в курсе. — Обязательно, — Со-ён вздохнула. — Если я завтра не отвечу — знай: я сбежала в Вегас, и жду тебя, зай. Мы поженимся и будем жить в своё удовольствие. — Хахаха, лезбийскии страсти. А мне нравится, так и сделаем, кис, — крикнула Чун Хи перед тем, как положить трубку. Со-ён выключила телефон, уставилась на отражение в окне и пробормотала: — Пусть попробует ещё раз сказать слово «ребёнок» — и будет спать на улице… Из спальни донёсся писк Со Ми: — Маааа… — Иду, булка, — устало улыбнулась она и пошла к дочке, бормоча себе под нос: — Один ребёнок — ещё ладно, а двое — это уже документальный фильм «Как я сошла с ума».

***

День 7 Ин Хо понимал, что перегнул палку, но останавливаться было уже поздно. С утра Со-ён ходила по квартире как взведённая мина. Он попытался завести разговор: — Доброе утро, как настроение… Она повернулась к нему с таким взглядом, что он осёкся. День тянулся как жвачка. Со-ён хлопала дверцами шкафов, молча убирала игрушки, бурчала на Руми, хотя тот вообще ни при чём. Со Ми пыталась лезть к ней на руки, но даже малышка чувствовала — мама в дурном настроении. Ближе к вечеру, когда дочка наконец заснула, Со-ён стояла у мойки, мыла бутылочку и вдруг выпалила: — Зачем ты это делаешь? Ин Хо поднял голову от телефона. — Что именно? — Вот это всё! — она обернулась. — Эти намёки, эти разговоры! Ты же знаешь, я не хочу больше детей! Ни сейчас, ни потом! Никогда! Он молчал. — Ты же знаешь, как мне было тяжело, — продолжала она уже громче. — Беременность, роды, бессонные ночи! Я только начала снова нормально спать! Только вернулась в более менее нормальный ритм, хоть немного себя чувствую живой! А ты всё время — «ребёнок», «Со Ми нужен братик или сестричка»…Ты издеваешься? — Она вытерла руки о полотенце, но ладони дрожали. — Если ты хочешь ещё ребёнка — ищи себе новую жену, — сказала она резко, — потому что я — всё! Я больше не собираюсь через это проходить! — Она отвела взгляд, и голос сорвался. — Нравится мучить меня, да? Он видел, как в уголках глаз появились слёзы. Этого он и боялся. Ин Хо медленно поднялся, подошёл ближе и мягко взял её за плечи. — Эй… — тихо сказал он. — Стой. Это…это шутка была. — Что?! — Со-ён вскинулась. — Пранк. — Он поднял руки, будто сдавался. — Просто пранк. Я…хотел отыграться за твои «татуировки». Ну…ты же меня тогда чуть в могилу не загнала. Ты постоянно меня пранкуешь, до инфаркта хочешь довести? А о дочке подумала, как она без папы будет? Она моргнула, пытаясь осознать. — Пранк? — повторила она глухо. — То есть ты всё это время, — она ткнула пальцем ему в грудь, — издевался надо мной ради пранка?! — Я не думал, что ты так…отреагируешь, — осторожно произнёс он. — Это просто прикол, Со-ён. — Прикол?! — она схватила подушку с дивана и со всего размаху шлёпнула его по плечу. — Прикол, говоришь?! Да я тебе сейчас покажу, что такое прикол! — Ай! — Ин Хо попятился, прикрываясь руками, но смеялся. — Всё-всё, хватит, я виноват! — Это тебе за первый день! — бах! — Ай! — За второй! — бах! — Со-ён! — И за третий, четвёртый, пятый, шестой и седьмой! — бах-бах-бах! Она остановилась, тяжело дыша. Он осторожно поймал её за запястье, притянул ближе и, чуть улыбнувшись, сказал: — Ну всё, мир? Со-ён, всё ещё сердито дыша, пробормотала: — Только попробуй ещё раз слово «ребёнок» произнести — и я выгоню тебя из этой квартиры! Он хмыкнул. — А можно хотя бы сказать «булка номер два»? — Ин Хо! — она метнула в него подушку, но уже улыбалась. Он поймал подушку, обнял её за талию, поцеловал в макушку и тихо сказал: — Ладно-ладно. У нас и так самая лучшая булка. Из спальни послышался сонный писк Со Ми, и Со-ён, всё ещё фыркая, пошла проверить дочку. Ин Хо проводил её взглядом, сел на диван и пробормотал себе под нос: — Пранки — зло. Особенно на жену. Он встал с дивана и подошёл к ней медленно, как человек, который собирается сказать что-то важное и боится испортить всё неправильным словом. Со-ён стояла, руки сжаты в кулак, дыхание ещё горячее от слёз и криков — всё это было видно по мелким жестам, по тому, как она гордо держала голову. Ин Хо посмотрел на неё и впервые за неделю больше не усмехнулся — он выглядел уставшим по-взрослому. — Знаешь, — начал он тихо, взяв паузу, — я не хотел тебя так задевать. И это началось как пранк…но, если честно, я и сам понимаю, что это было глупо. Она снова что-то воскликнула, но он поднял руку, как будто просил тишины. В его глазах не было насмешки — только усталость и правда. — Я тоже не выдержу ещё одного, — Он сказал это прямо, без прикрас. — потому что я и так многодетный папаша, который скоро поседеет с вами…у меня и так три ребёнка. И я говорю не только о Со Ми. у нас ещё Руми, тоже мелкий проказник. — А третий кто?! — перебила его Со-ён. — Ты — ещё один ребёнок в этом доме для меня: со своими капризами, со своими страхами, со своими шутками и пранками…сынок Руми…и две дочки…одна из которых проходит походу пубертатный период… — Ты офигел?! — она стукнула его по плечу. — Ай…ну не бейся. Дай договорить. Вы моя семья, и я уже отдаю всю родительскую часть сердца этой семье. Так что поверь я не тот человек, которому нужно десять детей, мне страшно даже представить это, — продолжил он, и в голосе слышалась усталость, но и твёрдость. — Я просто хочу, чтобы у вас с Со Ми была вся моя любовь. И чтобы у нас с тобой была нормальная жизнь - без того, чтобы кто-то решал за другого, что делать. Я понимаю, что я пошёл не туда с этой шуткой. И если я тебя напугал - прости. Это была тупая идея. Со-ён вдруг ощутила, как у неё подступают слёзы — не от злости уже, а от какой-то усталой облегчённости: он говорил честно, не в шутку, не подыгрывая. Её губы дрогнули; она отшвырнула подушку в его сторону, но уже более мягко, чем раньше. — Ещё раз такое скажешь — и я больше не буду заниматься с тобой сексом! Уеду в Вегас с подругой, и мы с ней поженимся. — сказала она строго, но без прежней угрозы в голосе — это было скорее условие, маркер границы. Он кивнул и улыбнулся криво, будто соглашаясь с приговором, и сделал шаг ближе. — Понял, — прошептал он. — Понял…никаких шуток про это. Больше никаких. Никогда. Он осторожно обнял её, как мог обнимать взрослую, уставшую женщину, которой нужно тепло, но без лишних обещаний. Со-ён сначала попробовала оттолкнуть его — старый рефлекс сопротивления — но в конце концов опустила голову ему на плечо и позволила уткнуться. Она дышала громко, но уже ровнее. — Ладно, — пробормотала она, прижимаясь к нему. — Но теперь, дорогой, жди ответку! Тебя ждёт пранк похуже всех которые были до! Он усмехнулся в её волосы. — Мне уже страшно… Они стояли так минуту-две, и эта минута была важнее всех слов. В кухне где-то фыркал Руми, в соседней комнате тихо сопела Со-ми, и мир в их маленьком доме внезапно выглядел уютнее.