Вдвоём под душем

Комната потихоньку насытилась горячим воздухом. Пауль решительно шагнул вперед и довольно вздохнул, когда их тела соприкоснулись. Он обвил Рихарда руками под грудью и прижался к его спине лицом. — Колючий, — улыбаясь, сказал тот, стоило Паулю немного потереться щекой. — Еще не брился, — объяснил он. — И не надо. Мне нравится, когда так. Рихард, не оборачиваясь, выдавил из дозатора шампунь и начал намыливать волосы. Густая пена почти сразу же потекла по его плечам и груди. Пауль поймал белые пики и, пользуясь случаем, размазал их по телу Рихарда. Руки скользили по животу и глубокой выемке верхнего пресса, проступающей особо отчетливо по утрам. Пауль водил по ней пальцами, после переходя на плавные изгибы под грудью. Рихард немного напрягся, но почти сразу же расслабился. Тогда Пауль скользнул руками выше и сжал его грудь в своих ладонях. Рихард замер. — Это у тебя там бутылочка с гелем для душа сзади? — спросил он, обернувшись. Пауль улыбнулся и потерся щекой о его шею. — Ну, какой гель для душа, Риш, — шепнул он на ушко и поцеловал в местечке, свободном от пены, — это мой член. Рихард фыркнул и повернулся чуть ближе. Они коротко соприкоснулись губами. — Погоди-погоди, мне надо смыть это все, — предупредил Рихард, снова отворачиваясь. Руки в его волосах заработали активнее. Пауль шумно вздохнул, и только тогда понял, что задерживал дыхание. — Не останавливайся только. — Ни за что, — пообещал Пауль. — Ты такой уютный по утрам, — его ладони снова заскользили по телу. Он огладил Рихарда по груди, задев соски привычным жестом, будто проверяя, насколько они были твердыми. Удовлетворенный результатом, Пауль нежно потянул один, и тут же прикрыл его ладонью, а второй рукой продолжил движение вниз, по прессу и уютно округлившемуся низу живота. Рихард всегда замирал, когда он прикасался в том месте, из-за чего его хотелось целовать еще сильнее и настырнее. Пауль растер пену по линии роста волос, а затем скользнул ниже, но не между ног, а опустил раскрытую ладонь на бедро. — Эй, — Рихард возмутился, но его голос вовсе не звучал уверенно, — мне кажется, ты немного промахнулся, — он помялся на месте, расставляя ноги пошире. Пауль довольно улыбнулся и пристроился так, чтобы член прижался к теплу между ягодиц. — А по-моему я своей цели достиг, — он мягко толкнулся, не проникая, а просто потираясь. Рихард перестал пытаться вымыть шампунь из головы и оперся руками на стенку из кафеля. Пауль прижался губами к сильным плечам и расцеловал. — Ты такой красивый… Такой нежный… — его глаза закрывались, когда возбуждение становилось всепоглощающим, но он всегда старался бороться с этой привычкой до конца, чтобы не пропустить ни одной маленькой детали. — Ты меня каждый день видишь, — попытался возразить Рихард. — Ты едва ли можешь быть объективным. Еще до того, как он закончил предложение, Пауль уже перебил его: — Нет. Я очень объективный, — он потерся о плечи щекой, и в этот момент ладонь все же опустилась между ног Рихарда. Пауль крепко сжал его член и несколько раз уверенно провел по нему вверх и вниз знакомым движением. Рихард сладко дрогнул: — Наконец-то… — напряжение разом покинуло его тело. Глаза Пауля все же закрылись, и он вслепую прижался носом куда-то к затылку. — Я очень хочу тебя, — бедра непроизвольно толкнулись вперед, синхронизируясь с движением руки. — Можно? Рихард издал короткое «мгм». Он почти не разговаривал полными предложениями во время секса, но за то время, что они были вместе, Пауль успел выучить все его реакции. Выходить из душа не хотелось, поэтому пришлось импровизировать. Пауль потянулся к бальзаму на масляной основе, от которого однажды долго не мог отмыться, как от самой качественной смазки, и щедро вылил на ладонь и между ягодиц. — Не слишком ли много? — спросил Рихард. Его голос звучал смущенно. — В самый раз, — отстраненно ответил Пауль, не смея отвести взгляда от того, как член скользил между ягодиц по белой влаге. — Так хорошо… — оставив одну ладонь на груди Рихарда, второй он прижал головку теснее к нежному входу и с нажимом толкнулся вдоль. Они одновременно сдавленно застонали от удовольствия. — Черт… — Рихард опустил голову и расставил ноги еще шире. — Давай так. — Нет, — но Пауль и сам не мог остановиться, даже для того чтобы по-быстрому подготовить его пальцами. — Слишком узко. — И шести часов не прошло с последнего раза, — напомнил Рихард и более настойчиво повторил: — Давай так, черт возьми. Пауль зашептал на ушко, касаясь губами: — Чшш… Не торопись. Я все сделаю, — он прижал кончики пальцев ко входу и легко скользнул сразу двумя, жарко выдыхая от накатившей волны возбуждения. Рихард жадно глотнул воздуха, и Пауль успокаивающе погладил его у центра груди, прежде чем перехватить поудобнее. — Видишь? Никакой боли. Горячо и скользко… — он зацеловал Рихарда в щеку и висок, пока тот глубоко дышал. Ладонь, которой он уперся о кафель, побелела. — Пауль… — позвал Рихард шепотом. Пауль потянулся через плечо, и они поцеловались уже совсем по-другому: долго, мокро и развязно. Их языки беспорядочно сталкивались, и Рихард все норовил впиться в его нижнюю губу. Пальцы Пауля сместились. Рихард застонал ему в губы самым красивым стоном. — Да… Боже… — он прикрыл глаза и ткнулся в щеку, явно не особо соображая. Пауль нежно расцеловал Рихарда по покрасневшему лицу и вытащил пальцы. — Ты самый горячий, — его голос стал ниже и чуть грубее. — У меня от тебя сносит бошку, — когда Пауль отстранился, чтобы проконтролировать свои действия, то без удивления отметил, что его ладонь дрожала. Тем не менее он смог прижать член ко входу, и головка без особых усилий скользнула внутрь. Рихард вскрикнул. Они оба замерли. Рихарда била дрожь удовольствия, и из-за этого Пауль боялся двинуться лишний раз. Он накрыл его ладонь на кафеле своей, и они переплели пальцы. Пауль крепче перехватил Рихарда под грудь и одним уверенным толчком скользнул внутрь до упора. — Бля-а… — ругнулся на ухо Пауль. Рихард тяжело закивал, все еще мелко подрагивая в его руках. — Я… Черт… — в ту же секунду член отозвался пульсацией, и Пауль нежно застонал, — Я не смогу долго… — предупредил он. — Пауль… — позвал Рихард, и его голос тоже стал хриплым, — просто двигайся… Пожалуйста... — он нетерпеливо подался назад, и перед глазами Пауля полыхнуло белым. Он толкнулся еще раз и еще раз, проникая в узкое и горячее тепло. — Боже… — Пауль сжал его грудь в ладони, и в эту же секунду его член дернулся снова и яички поджались. Он задвигался быстрее и резче, — Риш… Риш… Я… — его тело не слушалось, хоть Пауль и пытался предупредить, что был на грани. Сознание отключилось, осталось только тело и тесное скольжение, призывающее двигаться быстрее, толкаться сильнее и проникать снова и снова. Пауль опустил взгляд вниз на то, как его член исчезал между ягодиц, и содрогнулся от первой волны удовольствия. — Риш! М… — он сдавленно застонал, прижимаясь лицом к виску и мелко задрожал, прерываясь на крупные толчки. Рихард сжал его ладонь в поддержке, Пауль без сомнения вошел глубже, прижимаясь бедрами к ягодицам, и кончил внутрь. Рихард мягко и обессиленно застонал. Он дрожал, и Пауль скользнул ладонью по его телу вниз, но был тут же остановлен. — Нет… — Рихард громко и рвано дышал. — Это слишком… — он ткнулся лбом в руку Пауля, все еще сжимающую ладонь на кафеле. Глаза были прикрыты, и он пытался восстановить сбитое дыхание. Пауль дышал так же рвано, не стесняясь, и оставил всякие попытки прийти в себя. С Рихардом он всегда сходил с ума целиком и без остатка. — Доброе утр-о, — пожелание Пауля сорвалось на стон, когда член внутри Рихарда дернулся еще раз. — Черт… Я не хочу двигаться. — Вот и не двигайся. Вода в ванной продолжила шуметь.