Особенный человек

      Одиннадцатого мая в Гонконге воздух был тёплым и чуть влажным, а вечер — особенно мягким и трепетным. Солнце уже давно закатилось за горизонт, уступая очередь вечерней темноте.       Накануне вечером девочкам едва ли удалось пересечься в отеле, прежде чем они ушли спать после тяжелого дня. Орм, правда, всë же дождалась полуночи, чтобы поздравить Линг в сторис в инстаграм и вручить ей подарок. Десятого числа Линг и Орм выезжали абсолютно из разных локаций — у Орм был сольный фанмит, после которого она буквально помчалась в дорогу, чтобы не приехать ночью и ещё успеть отдохнуть, ведь одиннадцатого числа они должны были быть на совместном фанмите в Гонконге, а у Линг было мероприятие от кофейни, где она была менеджером, после которого ей тоже пришлось поторопиться, чтобы осталось время для передышки.       Фанмит прошёл на волне радости и улыбок, полный объятий, поздравлений, восторга, света и шума. Конечно, не обошлось без огромного торта для Линг и звонкого «happy birthday». Сотни счастливых фанатов, которые поздравляли Линг с днëм рождения и задаривали подарками. Десятки объятий от Орм и бесконечное «i love you Lingling!». Это был настоящий масштабный праздник, к тому же ещë и на родине Линглинг, как удачно всë совпало.       Но в голове у Линг весь день держалась лишь одна мысль: вечером — за ужином — будет то, чего я действительно хочу. А в этот день она хотела лишь одного — поужинать со своим особенным человеком. Конечно, фанатов она тоже была невероятно рада видеть, но особенный человек на то и особенный, что отличается от других.       Когда команда приехала в ресторан на небе уже были звезды. Ресторан был красивый и уютный — в светлых древесных тонах, с мягкими огнями и уютными круглыми столами. Команда, уставшая, но счастливая после фанмита, собралась почти в полном составе. Линг вошла первой, сдержанно улыбаясь, она была в футболке, джинсах и кроссовках — никаких нарядов, лишь удобство. За ней — Орм, сияющая, как всегда, будто этот вечер был её личным праздником тоже. Она совсем не выглядела уставшей, хотя наверняка бы уснула, если бы сейчас коснулась подушки.       Они подошли к столу, где уже собрались директор, Мэй Кой, стилист, менеджеры, помощники и пара близких из команды — те, кто сопровождал их на протяжении всего пути. Мэй Кой, как всегда собранная и элегантная, встала первой, взяв бокал с вином, и привлекла внимание жестом. Орм была похожа на неë, такая же инициативная и берущая всë в свои руки. Если нужно было заговорить — она говорила первой.       — Сегодня у нас не просто ужин, — начала она с улыбкой, — а праздничный вечер в честь человека, который работает, будто в сутках сорок восемь часов. Линг, ты настоящая труженица, талант, свет и сила. Спасибо, что не только делаешь своё дело, но и делаешь это со всем своим сердцем. Не останавливайся и помни, что если тебе нужна будет помощь и поддержка — мы всегда здесь для тебя. Я всегда здесь для тебя, Линг, если тебе нужен совет или что угодно. И… Спасибо, что заботишься об Орм, — Мэй Кой улыбнулась и бросила взгляд на дочь.       — Ма-ам! — возмущенно протянула Орм и нахмурилась. — Почему даже пожелания для Линг сводятся ко мне?       Линг лишь рассмеялась и мягко погладила Орм по спине. А как можно не сводить, когда Линг только и делала, что всегда говорила об Орм, даже на своих сольных мероприятиях всегда упоминала еë.       — Просто будь счастлива, хорошо? Береги себя и улыбайся почаще, потому что твоя улыбка, Линг, приносит всем невероятное счастье, — женщина расплылась в улыбке и кивнула.       Орм улыбнулась, вслушиваясь в слова мамы. Мэй Кой любила Линг как собственную дочь, поэтому всегда волновалась за неë и желала всего самого наилучшего. Все зааплодировали, а Линг застенчиво склонила голову, улыбаясь и почти прячась за своими ладонями, сложенными в жесте благодарности. Её щеки порозовели, но она ничего не сказала — только поблагодарила кивком. Следом поднялась Орм, махнув бокалом и игриво улыбаясь.       — Я не готовила речь, — сказала она, отчего все за столом тут же засмеялись. — Но если коротко: с днём рождения, Линг. Ты вдохновляешь даже тогда, когда не пытаешься. Спасибо, что ты — это ты.       Она немного повернулась, посмотрела на Линг с чуть большей серьёзностью — взглядом, который знали только они двое — и добавила тихо:       — И спасибо, что позволяешь быть рядом.       Она знала, что скажет Линг куда больше, но не перед всеми, а лично. Кто-то поднял бокал с безалкогольным шампанским и поздравил Линг с днём рождения. За ним слова подхватили остальные — коротко, тепло, искренне. Она слушала, слегка наклоняя голову и скромно улыбаясь, будто не верила, что все эти добрые слова — о ней. Её глаза чуть блестели, когда она встала и благодарно кивнула:       — Спасибо вам. Всем, кто работает со мной… С нами, — с улыбкой поправила она. — Кто терпит, помогает, поддерживает каждую идею, проходит с нами все трудности, взлëты и падения. Без вас… — она прижала руку к груди, — без вас не было бы ничего из того, что у нас есть. Без всех вас не было бы ЛингОрм, не было бы Линглинг Квон, которую вы видите. Вы — моя крепость. Давайте оставаться так, как можно дольше, хорошо? — Линг мягко улыбнулась, окидывая взглядом всех собравшихся.       Команда захлопала, кто-то рассмеялся, кто-то шепнул «она так редко говорит вслух такие вещи». Мэй Кой, сидевшая ближе всех к Орм, невольно перевела взгляд — и на секунду просто застыла. Орм не отрывала взгляда от Линг. Не смотрела ни на кого больше, только на неё. Смотрела, будто видела впервые. С каким-то щемящим чувством, в котором мешались гордость, восхищение, любовь и что-то очень личное, трепетное, что было неясно никому.       Линг поймала этот взгляд, и уголки её губ чуть дрогнули. Она медленно опустилась обратно на стул, позволяя команде шумно обсуждать блюда и кулинарные вкусы. А Орм, казалось, уже не слышала ни одного слова. Мэй Кой ухмыльнулась, слегка толкнула Орм локтем, прошептала:       — Ты бы хоть моргнула. Так можно и расплавиться.       — Не могу, — тихо засмеялась Орм. — Она слишком красивая, мам, — честно призналась девушка.       И правда — Линг была особенно красива именно в такие моменты. Не в кадре, не на сцене, не в лучах софитов, хотя и там, безусловно, тоже. Но здесь — среди своих. Среди тех, кто знал её настоящую. Ту, что уставала, злилась, боялась неудачи и ошибалась. Ту, что редко признавалась в чувствах вслух, но так отчаянно ценила своих людей.       Они посидели ещё немного, пили, пробовали блюда, смеялись, вспоминали забавные моменты с фанмита. Линг — чуть наклонившись к столу, с ровной спиной и взглядом, скользящим по каждому лицу. Орм — расслабленная, светлая, с ладонями, лежащими на коленях Линг под столом, незаметно, осторожно. И вот спустя полчаса Линг аккуратно коснулась руки Орм и почти шёпотом сказала:       — Пойдём со мной. Я забронировала один столик… — она подняла глаза, чуть смутившись, и добавила: — Это ведь мой день рождения, могу позволить себе маленький «selfish moment», да?       Орм хихикнула и встала первой.       — Если «selfish» — это провести вечер наедине со мной, то я за.       Они ушли из основного зала незаметно, почти без слов. В ресторане был небольшой отдельный балкон, полуоткрытый, усыпанный мягкими огнями и вьющейся зеленью. Линг заранее всё устроила — маленький круглый столик у перил, два кресла с подушками, и лёгкий плед, на случай, если подует прохладный ветер. С этого балкона открывался потрясающий вид на ночной Гонконг: чуть размытые огни, силуэты зданий, и редкие звуки города внизу, словно издалека. Здесь всё было продумано. Только они двое. Никаких камер, фанатов, толп людей, которые хотят «заполучить частичку Линг».       Орм присела первой, подогнула ногу под себя, как любила, и сразу потянулась к Линг, поправляя ей выбившуюся прядь волос.       — Мой единственный подарок, который я хотела сегодня… — Линг вздохнула, — это просто ужин с моим самым особенным человеком.       Орм потянулась через стол, взяла её ладонь и сжала крепко.       — Тогда я очень рада быть этим человеком, Линглинг Квон.       Линг улыбалась. Так мягко и ярко, что у Орм внутри всë разрывалось от любви. Их пальцы переплелись, отблескивая парными кольцами от их собственного бренда. У Линг — луна, а у Орм — солнце. Многие заключают брак, а Линг и Орм создали ещë одно своë общее детище. Вести вместе бизнес — куда сложнее, чем просто заключить брак, ведь так?       Они расписались на договоре, а не на свадебном бланке, но это только пока.       Официант принёс лёгкий ужин и бокал белого вина. Линг выбрала себе сок, как всегда. Орм позволила себе немного алкоголя — редкое удовольствие, только для самых счастливых дней. Она сделала первый глоток и откинулась на спинку кресла, посмотрела на Линг и вдруг притихла. В этот момент всё в её лице стало особенно ясным, особенно открытым. Она подняла бокал, не отводя взгляда:       — Я… Я хочу сказать тост, но только один. Потому что он — про всё.       Орм улыбнулась, но глаза у неё были чуть влажные, как всегда, когда внутри переполняли чувства.       — Ты же уже сказала, — улыбнулась Линг и облизнула губы, слизывая с них блеск и капельки сока.       — Это было для всех, а теперь… — она вздохнула и села ровнее, выпрямляя спину. — За тебя. За Линг, которую знаю только я. Которая боится ошибиться, но не боится быть сильной. Которая выносит всë, терпит, молчит, а потом делает невозможное, заставляя всех пожалеть о сказанном, удивиться и закрыть рты. Которая заботится о других, но никогда не просит заботы себе. За Линг, чьё имя я ношу в своëм сердце каждый день, как что-то сокровенное. За тебя, которая сегодня пригласила меня сюда не потому что так надо, а потому что я — твой особенный человек.       Она замолчала, улыбнулась, опустила бокал на стол и посмотрела в глаза Линг:       — Продолжай, дорогая. Двигайся дальше, достигай целей, ставь новые и наслаждайся путëм, который выбрала. Не забывай заботиться о себе, находи время для отдыха и для себя. Помни, что вокруг тебя множество людей, которые готовы помочь и поддержать тебя. Тебе не нужно тащить всë на себе, помнишь?       Линг лишь коротко кивнула и тяжело сглотнула, не в силах отвести взгляд от невероятных глаз Орм с ореховым отливом. Чëрт возьми, как не плакать, когда слышишь такое от человека, который для тебя является целым миром?       — И пусть каждый твой день будет с тем, кто никогда не перестаёт тобой восхищаться. Пусть это буду я. Всегда. С днëм рождения, Линглинг Квон, — кивнула Орм и тут же сделала глоток терпкого вина, смачивая пересохшее горло.       Линг слушала, не перебивая. Она не сказала ни слова. Просто потянулась через стол, коснулась пальцами щеки Орм, чуть прошлась по линии скулы и с тихим вздохом прошептала:       — Тогда оставайся. Всегда. И… Навсегда.       — Э-эй, а как же «навсегда — слишком далëкое понятие»? — рассмеялась Орм, стараясь не дать волю слезам, которые неожиданно застыли в глазах.       — Да-да, — усмехнувшись, согласилась Линг и продолжила свою же цитату: — «поэтому давай поужинаем завтра вместе».       И больше ничего не нужно было говорить. Вечер просто продолжался — неспешный, тёплый, как затяжной выдох после долгого дня. Они ели, время от времени смеялись, говорили вполголоса. И город, казалось, замирал вместе с ними — позволяя им побыть немного не актрисами, не публичными лицами, а просто теми, кто любил друг друга тихо и бесконечно. Не для глаз. В полной приватности.       После вкусного ужина и душевных разговоров Орм достала телефон. Она знала — такие моменты хочется оставить навсегда. Не для публикации, не для чужих глаз, а просто… Чтобы помнить.       — Линглинг Кво-он, смотри сюда, — звонко протянула она, поднимая телефон. — Просто так, без поз.       Линг устало улыбнулась, подалась вперёд, и их лица оказались почти рядом. Тёплый свет фонаря падал на щёки, в глазах отражались огоньки, висящие над столом. Тихий щелчок. Потом ещё один. На одной — Орм строит лицо котика, как всегда делает, когда хочет быть милой и рассмешить. На другой — Линг смеётся и прикрывает рот рукой. На третьей — они смотрят друг на друга так, как смотрят только в моменты уединения. На следующей — Орм привычно прижимается к щеке Линг губами, а та улыбается так, что даже глаз не видно. Орм обожает эту улыбку. На пятой — Линг обвивает руки вокруг шеи Орм и прижимается так близко, как только может — обе улыбаются так широко. Они просмотрели снимки вместе, плечом к плечу, и Орм сжала руку Линг, сплетая пальцы:       — Эти — только для нас.       — А для всех остальных… — Линг посмотрела на стол, — вот это.       Она сделала аккуратный и эстетичный кадр красивой сервировки: бокал Орм с вином и следом блеска для губ на стекле, аккуратно разложенные фрукты, свеча. Потом ещё один — в сторону перил, где открывался вид на вечерний город, далекие огни в дымке, темное небо с сияющими звездами над крышами.       — Пусть думают, что я просто хорошо провела вечер, — тихо сказала Линг, улыбаясь. Она прекрасно знала, что так или иначе все и всë поймут — их фандом был уж жутко догадливый. Да они и не скрывали, просто не говорили прямо. Если не сказано прямо — значит, этого и вовсе может не быть. Удобно оставлять всë на усмотрение людей.       Орм подмигнула:       — А мы будем знать, что это был самый особенный ужин.       И они не стали больше говорить. Просто отложили телефоны, взяли друг друга за руки и остались сидеть — в свете фонарей, под лёгким ветром, в вечернем Гонконге, в своём маленьком, никому не принадлежащем мире. Любовались городом, Линг рассказывала Орм истории о своëм детстве и указывала пальцем на особенно заметные огни. Орм смотрела не отрываясь и не выпуская пальцы Линг из своей ладони.       — Спасибо, — вдруг прошептала Линг, утыкаясь носом в висок Орм. — Спасибо, баобао.       И это «спасибо», и «баобао» — стоило абсолютно всего. Кожа Орм покрылась мурашками — нет, не от холода. Она резким движением обхватила Линг за шею и прижалась так близко, как могла. Оставила мягкий поцелуй на щеке, а затем опустилась ниже, вдыхая аромат парфюма на шее Линг. Линг и Орм сидели за столом в уединении, наслаждаясь каждым моментом, в их глазах была нежность и искренняя радость от того, что этот день они смогли провести вместе. Они сидели бок о бок, шепча друг другу слова, которые оставались для остальных тайной.       Орм думала о своëм, пока Линг нежно путала свои пальцы между прядей волос. Думала о том, как еë вечно критиковали за доброту, а Линг за то, что она якобы никогда не поддерживала Орм и та делала всë в одиночку, а Линг лишь искала выгоду для себя. Мол всë в одну сторону. Критиковали за открытость, но и за сдержанность тоже. Орм на это никогда не поддавалась, всегда делала так, чтобы всем было очевидно, но при этом не говорила ни слова. Она всегда позволяла людям определять себя, каждый думал так, как хотел, и лишь она сама знала истину.       Орм знала Линг. Проводила с ней больше времени чем кто-либо и она ещë никогда не встречала такого доброго и заботливого человека. Линг не делала что-то ради чужих глаз, на неë это давило, поэтому просто молчала и проглатывала хейт, в то время как Орм молча делала то, что хотела. Она всегда делала то, что хотела. И она плевать хотела на мнение кого-либо.       — Почему мне так повезло? — вдруг с усмешкой спросила Линг, поглаживая Орм по волосам.       Орм приподняла голову с плеча Линглинг и поймала взгляд еë глаз, рассматривая блеск и сияние огоньков, которое отражалось на радужке.       — Ты о чëм? — спросила она и слабо улыбнулась, когда пальцы Линг скользнули по виску, прибирая пряди волос с лица.       — Обо всëм. Мне так повезло, что у меня есть такая работа, мне так повезло с семьëй, с партнëром по работе и… По жизни, — Линглинг смущенно усмехнулась. — Мне повезло с людьми, которые меня окружают.       — Эй, — Орм улыбнулась и подвинулась ближе, прижимаясь щекой к ладони Линг, — ты сама этого добилась! Ты построила свою карьеру с нуля, ты столько добилась сама. Все старания всегда вознаграждаются, может…       — Может, ты моë вознаграждение? — рассмеялась Линг и мягко щëлкнула Орм по носу, отчего та тут же нахмурилась, но спустя секунду уже улыбнулась.       — Может, и так, кто знает, — она гордо подняла голову, а затем рассмеялась, утыкаясь Линг в грудь. — Я очень тобой горжусь, Линглинг Квон. И я всегда на твой стороне, — Орм сжала еë свободную руку крепче. — Я буду с тобой рядом, — улыбнулась девушка и оставила звонкий поцелуй на щеке.       — Спасибо, — вновь тихо повторила Линг и оставила поцелуй на макушке Орм, прижимая к себе ещë ближе. — Спасибо, — дрожащим шепотом, запутанное где-то в волосах.       Время шло, и им нужно было вернуться к реальности — помимо них здесь ещë было с десяток их людей. Неожиданно официант тихо постучал в стеклянную дверь. Линг чуть обернулась через плечо, а Орм поднялась и распахнула дверь. На подносе в руках у официанта стояла небольшая тарелка, на ней — идеальный, тёплый кусочек брауни с шариком мороженого и тонкой свечой, уже зажжённой.       — От ресторана, — с лёгким поклоном сказал официант. — И от Орм.       Линг медленно подняла глаза на девушку напротив, а та уже сияла — немного застенчиво, немного гордо, словно надеялась, что сюрприз понравится. Она опустилась рядом с Линг и протянула тарелку к ней поближе. Линг взглянула на дрожащий огонёк и чуть наклонилась, прикрывая глаза, она не загадывала чего-то конкретного — просто думала о них. О ней. О будущем. О успехе. Свеча потухла в один короткий выдох.       — Что загадала? — шепнула Орм, двигаясь ближе.       — Если скажу — не сбудется, — улыбнулась Линг, но тут же взяла вилку, отломила уголок брауни и аккуратно поднесла к губам Орм.       — О-о-о, — Орм расплылась в довольной улыбке. На самом деле, она на это и рассчитывала. Линг прекрасно знала, что брауни — любимый десерт Орм.       — Сначала я тебя кормлю, а потом дразню, — сказала Линг, и в последний момент отодвинула вилку на пару сантиметров.       Орм возмущённо захлопала ресницами:       — Ну ты и жестокая, Квон Линглинг! — обиженно бросила девушка.       — Скажи «волшебное слово», — усмехнулась Линг, теперь уже явно играя.       — Съесть тебя, можно? — подмигнула Орм.       — Это точно не то слово, — Линг покачала головой, но засмеялась так, что всё напускное сопротивление рассеялось. — Ладно. Потому что ты красивая. И потому что у меня день рождения.       — То есть, не потому что ты меня любишь? — снова возмущения.       — Ешь уже, Н’О-Орм! Пока я не передумала, — продолжила смеяться Линг.       Она всё-таки накормила Орм — та закрыла глаза, прожёвывая, явно наслаждаясь, тихо замурлыкала от вкуса.       — Давай ещë, — Линг улыбнулась, облизнула вилку, чтобы хотя бы немного попробовать, а затем тут же наколола на неë очередной кусочек, попутно зацепив немного ванильного мороженого.       Орм открыла рот и подвинулась ближе, сияя. Линг заботливо накормила и большим пальцем мягко стëрла капельку мороженого, которая убежала за контур губ. Орм — про бесконечную любовь и заботу. В обе стороны. Линг взглянула на неё — и в этот момент ни свеча, ни брауни, ни вино, ни город под ногами не могли сравниться с тем, что она видела в этих глазах.       Когда они вышли из своего уединенного уголка, Линг взяла Орм за руку, и они, улыбаясь друг другу, направились к остальной группе. Кто-то поднимал бокалы, кто-то щёлкал камерой телефона, а кто-то ждал десерт, уже ослабив галстук. Постепенно собирались и готовились к возвращению в отель, и, несмотря на усталость, не могли скрыть радости от сегодняшнего дня.       — Всë хорошо? — улыбнулась Мэй Кой, подходя к Орм и поправляя той волосы.       — Да, мам, — усмехнулась Орм. — Вы хорошо посидели? Или нам следовало остаться?       Мэй Кой лишь закатила глаза и усмехнулась, подталкивая дочь к выходу. Как только они вышли из ресторана и оказались на улице, поток людей слегка оживился, и вместе с командой они направились к автомобилям. Погода была теплой, и ночной воздух наполнял их легким ощущением свободы и завершенности. Орм, сдерживая лёгкую усталость, шла рядом с Линг, не отпуская её руку. Мэй Кой, присоединившись к их разговору, продолжала поддерживать атмосферу спокойствия, но Орм чувствовала, как её сердце билось немного быстрее, чем следовало.       Когда они вошли в отель и пошли по коридору, Мэй Кой заметила, что Орм несколько замедлила шаг и начала отставать от всех. Она не удивилась, когда её дочь неожиданно, с чуть беспокойным взглядом, обратилась к ней.       — Мам, — тихо произнесла Орм, слегка притормаживая. Мэй Кой, заметив выражение еë лица, тут же поняла, что что-то происходит.       — Ты куда? — спросила она, прищурив глаза. — Наш номер дальше, Орм.       — Я не пойду в наш номер, — Орм ответила спокойно, но с некоторым волнением. Она коснулась плеча мамы, чтобы отвести её в сторону. — Я останусь у Линг.       Мэй Кой несколько секунд молчала, а потом улыбнулась, глядя на Орм с пониманием. Она знала свою дочь, как собственные пять пальцев.       — Я всё понимаю, — ответила она с улыбкой. — Только не переживай. Ты счастлива, а я рада за тебя.       Орм с облегчением взглянула на маму, которая не задавала лишних вопросов и принимала её выбор.       — Я не собираюсь ни с кем делиться твоими планами, — продолжила Мэй Кой. — Все прекрасно, если ты хочешь быть с ней. Ты заслуживаешь только лучшего. Только не проспи завтра, хорошо? Нам нельзя опаздывать на рейс.       Орм улыбнулась и, почувствовав благодарность, сдержанно кивнула, пожимая ладони мамы. Мэй Кой ещё раз посмотрела на неё с заботой и, улыбнувшись, спокойно направилась к своему номеру. Орм буквально скользнула по коридору, торопливо оглядываясь, будто боялась, что кто-то её окликнет или остановит. Сердце билось быстро, почти как перед выходом на сцену. Она увидела, как Линг уже открыла дверь в номер, оглянулась через плечо и, не дождавшись Орм, вошла внутрь.       А снаружи, в коридоре, Мэй Кой, с довольной улыбкой, спокойно шла в свой номер, зная, что её дочь, наконец, нашла своё счастье.       — Линг! — пискнула Орм, почти смеясь, и прижала ладонь к двери, не давая ей захлопнуться. — Подожди меня!       Она зашла следом, аккуратно прикрывая за собой дверь, и только тогда позволила себе выдохнуть — чуть прерывисто, взволнованно, с лёгким румянцем на щеках. Линг стояла в пол-оборота, удивлённая, чуть приподняв брови. Она как раз только сняла сумку с плеча и бросила на невысокий пуфик у входа, и уже собиралась идти дальше вглубь номера, но обернулась на звук.       — Ты чего? — удивлённо улыбнулась она. — Мамина девочка сбежала?       — Мамина девочка не хочет оставлять именинницу, — Орм хмыкнула, не дожидаясь приглашения, и захлопнула за собой дверь. — И если ты думаешь, что я отпущу тебя просто лечь спать в день рождения — ты вообще не знаешь, с кем связалась. Сюрприз.       Орм умела удивлять.       Линг рассмеялась, шагнула ближе, но не успела и слова сказать, как Орм кинулась к ней — без слов, без лишней траты времени — и в ту же секунду оказалась в её объятиях. Она обняла Линг за талию, сильно, будто стараясь наверстать весь день, и почти сразу коснулась её губ своими. Она могла сделать так только здесь — за закрытыми дверями и наглухо зашторенными окнами.       Это был не торопливый, не робкий поцелуй — нет. Он был голодным, как после долгой разлуки, и в то же время — удивительно тёплым. Линг поначалу слегка замерла от неожиданности, но затем обвила Орм за шею, притянула её ближе, и ответила — с закрытыми глазами, с той самой нежностью, что копилась внутри весь день. Не целовать же еë на глазах у фанатов, верно?       Их губы находили друг друга — нежно, мягко, но с заметной жадностью, которую они обе теперь не скрывали. Липкий блеск, сладким вкусом сразу раскрылся на языке — виноград и клубника, насыщенный аромат блесков от Cathy Doll, которые они нанесли перед выходом из ресторана. Линг выбрала прозрачный с розовым подтоном, Орм — насыщенно-вишнëвый, с лёгким блеском и ароматом виноградных конфет. Теперь всё это смешалось — ароматы, вкусы, текстуры. Губы слипались сильнее обычного, сладость тянулась, как тянулось удовольствие по всему телу.       С каждым поцелуем сладость нарастала — не от блеска, а от них самих. Они целовались, то смеясь, то задерживая дыхание, пока губы не начинали жадно искать друг друга. Линг слегка провела языком по нижней губе Орм — влажно, слизывая сладость от блеска — и увидела, как та задрожала от удовольствия.       Их дыхания смешались, и на несколько долгих мгновений весь шум в голове остался где-то далеко за еë пределами — не было ни ужина, ни команды, ни камер. Поцелуй, наконец-то, после долгого дня ожидания, после взглядов, касаний, скрытых жестов. Орм прижалась губами к щеке Линг и выдохнула, улыбаясь:       — Наконец-то, Линглинг Квон.       — М-м-м? — пробормотала Линг, всё ещё держась за неё.       — Я так ждала, чтобы просто быть рядом. Касаться тебя. Не при всех. Только для себя.       Линг мягко провела рукой по затылку Орм, по её гладким волосам, которые она в очередной раз подстригла. И прошептала в ответ:       — Ты здесь. Это всё, что мне надо.       — С днём рождения, Линглинг, — выдохнула Орм в самое ухо. — Сегодня я делаю всё, что ты хочешь. Но начну с того, чего хочу я.       Линг не успела даже повернуться, Орм уже развернула её к себе и поцеловала снова, всё это время сдерживала себя перед людьми — в ресторане, в лифте, в коридоре, — чтобы отдаться чувству сейчас, в тишине номера Линг. Орм сделала шаг ближе, наклонилась и коснулась губами щеки Линг, едва-едва. Кожа тут же отозвалась лёгким теплом, а сердце — гулким ударом.       — Наконец-то ты моя, — прошептала Орм. — Хоть на этот вечер… Без камер, без посторонних. Только ты и я.       Каждое её движение было наполнено нежностью, как будто она прикасалась к чему-то очень ценному, хрупкому. Она скользнула ладонями по плечам Линг, убирая волосы за спину. Затем обвила её за талию и притянула ближе к себе. Линг смотрела в её глаза — в этих глазах было всё. Любовь, уважение, восхищение, страсть. Орм ценила каждый момент, каждую эмоцию. И Линг позволила себе расслабиться. Она чувствовала, как пальцы Орм двигались по её спине, скользнули под ткань футболки. Не торопясь.       Орм целовала шею, ключицы, выглядывающие из-под воротника, обнимала крепче, и в этом было столько принятия, столько заботы, что Линг закрыла глаза и просто отдалась этому моменту.       — Можно? — спросила Орм, касаясь края её футболки.       Линг кивнула. Та тут же осторожно стянула с неё ткань, а потом не сразу продолжила. Она отступила на шаг назад, чтобы посмотреть. Взгляд её скользил по телу Линг с невероятным восхищением. Так, как обычно смотрят на закат или на океан.       — Ты не представляешь, как я тебя люблю, — выдохнула она.       Линг улыбнулась — спокойно, чуть уставши, но искренне. Она протянула руки к Орм, и та тут же вернулась, прижалась всем телом. Линг чувствовала тепло её тела сквозь тонкую ткань футболки, мягкую щёку у своего виска и сбитое дыхание.       — Садись, Линглинг Квон, — шепнула Орм и подтолкнула Линг к кровати.       Линг только хрипло вздохнула — она привыкла быть собранной, контролировать, вести. Но в этот вечер Орм забрала инициативу, и это будоражило. Она села на кровать, полураздетая, с чуть растрёпанными волосами, раскрасневшаяся — от возбуждения и от взгляда, которым смотрела на неё Орм.       Орм опустилась на колени перед ней, пальцами скользнула к пуговице на джинсах и ловко расстегнула, не отрывая взгляда от Линг, которая, казалось, уже задыхалась. Она не сводила с неë потемневших глаз, в которых теперь с трудом можно было отличить радужку от зрачка.       — Ты довольна? — вдруг шепнула Орм, стягивая с Линг джинсы и оставляя те лежать на полу.       — Конечно, — с усмешкой бросила Линг и отставила руки позади себя, стискивая одеяло в ладонях. — Потрясающий фанмит, ужин с любимыми людьми и моим особенным человеком. Я только этого и хотела, — она сглотнула, не решаясь вслух признаться в том, что прямо сейчас очень хотела почувствовать на своëм теле губы Орм.       Орм усмехнулась, словно прочитала мысли, а затем поднялась на ноги и стянула с себя футболку, отбрасывая ту в сторону. Под ней не было ничего. Она только хотела расстегнуть пуговицу на своих джинсах, как неожиданно пальцы Линг зацепились за петельки и рывком притянули к себе. Орм оказалась зажата между бедер Линг, которая смотрела снизу вверх своими щенячьими глазами, а кончиками пальцев мягко поглаживала живот.       — Что ты там увидела? — Орм по привычке попыталась прикрыть живот рукой, обхватив себя за талию.       — Прекрати, — фыркнула Линг, сжала тонкое запястье Орм и прижалась губами к еë животу, размазывая по светлой коже остатки блеска для губ.       Она улыбнулась, когда услышала шумный вздох, сорвавшийся с губ Орм и почувствовала еë пальцы на своих обнаженных плечах. Сама опустилась поцелуями к поясу джинсов и осторожно расстегнула пуговицу, стягивая плотную ткань по бедрам Орм.       — У тебя уже был десерт, Линглинг Квон, — хмыкнула Орм и выскользнула из рук Линг, снова опускаясь на колени.       — Ты съела весь брауни, дорогая, — Линг рассмеялась, но сдалась под первым же поцелуем в колено. Теперь было не до смеха.       Орм целовала ноги, колени, живот — медленно поднималась вверх, пока не оказалась совсем близко. Выдохнула в шею, а затем прижалась губами, оставляя влажный поцелуй. Кончиками пальцев зацепила резинку белья и потянула вниз, ощущая то, как Линг резко подалась вперëд, пытаясь прижаться ближе.       — Ты даже не представляешь, как сильно я хотела этого, — прошептала Орм. — Я хочу, чтобы ты чувствовала, как ты нужна. Чтобы ты запомнила этот вечер не только по фотографиям.       Линг шумно сглотнула и легла, когда Орм нависла сверху. Она беспощадно пользовалась знанием еë слабостей, поэтому бесконечно рассыпала поцелуи по шее, чередуя их с осторожными кошачьими укусами. У Линглинг уже пылали щëки и уши, на шее, прямо под губами Орм, бешено пульсировала артерия. Казалось, что кровь во всëм теле начинала закипать. Тело предательски дрожало, ладони потели, а дыхание срывалось с губ рвано, путаясь со стонами.       Орм была невероятно ласковой. Она целовала Линг в плечо, в грудь, в живот, обводила губами родинки, проводила пальцами вдоль позвоночника. Она говорила своими действиями: ты заслуживаешь быть любимой вот так, бережно, бесконечно. Никуда не торопилась… Была рядом, касалась, жила этим невероятным моментом.       Каждое прикосновение Орм отзывалось внутри Линг волной жгучего тепла. Она выгибалась навстречу, целовала длинные пальцы, острые плечи с выпирающими костяшками, дышала часто и прерывисто. Их тела находили друг друга снова и снова, и в этом не было ничего грубого — только глубокая, зрелая страсть, которая вырастала из нежности и бесконечного обожания.       — Чëрт, Орм, — на эмоциях выпалила Линг, сгорая от очередного влажного поцелуя в шею.       Голос был хриплыми, срывался на каждой букве, заставляя задыхаться и жадно хватать воздух. Терпеть поцелуи в шею было почти невыносимо и даже за время съемок Линг не удалось к этому привыкнуть — героини Орм в каждой любовной сцене целовали в шею, а Линг всë чаще казалось, что режиссеры-постановщики просто издевались над ней, проверяя на прочность чертов профессионализм.       — Ш-ш, — шикнула Орм, хитро улыбаясь и наклоняясь прямо к губам Линг.       Она наслаждалась ощущением горячего дыхания Линг на своих губах, наслаждалась еë сверкающими глазами и алыми щеками. Вместо поцелуя в губы Орм мягко поцеловала одну щëку, затем нос, а затем родинку на другой щеке. Было приятно чувствовать то, как Линг подавалась вперëд, желая заполучить больше, чем позволяла Орм. Она вовлекала в сладкие и тягучие поцелуи, которые совсем не были похожи на те, что люди видели на экранах.       Линг едва успевала дышать, ладонями гладила тонкие руки Орм, запускала пальцы в растрепанные пряди, а затем опускала на плечи, сжимая. Старалась контролировать силу, чтобы случайно не оставить синяков на светлой коже — с постоянными съемками было нежелательно, ведь в любом открытом платье будет видно. Линглинг не могла терпеть, поэтому из раза в раз возвращала Орм к своим губам, а та, как назло, разрывала каждый поцелуй с влажным звуком, от которого живот сводило, а затем довольно усмехалась.       — Ладно-ладно, — прошептала Орм, кивая.       Линг лишь улыбнулась и провела подушечками пальцев по еë щекам, собирая пряди и убирая их с лица. Соображать уже было совсем тяжело, поэтому Линглинг просто отпустила ситуацию, наслаждаясь каждым касанием. Плевать, что она будет делать — это Орм. Орм можно всë. Орм — исключение из всех правил Линг. Орм — та, к кому можно повернуться спиной и упасть, зная, что тебя обязательно поймают, даже если будет очень тяжело. Орм — тот самый человек, которого Линг хочет видеть всегда, неважно в каком настроении они обе.       Орм рассыпала поцелуи по подтянутому животу Линг, её губы касались нежной кожи, оставляя едва ощутимые влажные следы. Она двигалась медленно, почти не дыша, словно старалась запомнить каждый сантиметр тела Линг. Кончиком носа Орм скользнула по линии мышц, очерчивая рельеф пресса, который она так обожала. Она чуть приподняла голову, и её светлые волосы коснулись бёдер Линг, щекоча её кожу. Орм замерла, задержав дыхание, и провела подушечками пальцев по упругим мышцам, очерчивая их линии. Её глаза мерцали в полумраке комнаты, а губы тронула лёгкая, чуть хитрая улыбка.       — Боже, Линг, — выдохнула она, а голос дрогнул, и Орм снова опустила голову, прижимаясь губами к животу. — Ты просто… Идеальная.       Она оставила медленный, тёплый поцелуй чуть ниже рёбер, позволив себе задержаться там дольше, чем обычно. Вдохнула её запах, закрыла глаза, чувствуя, как внутри разливалась тёплая волна восхищения и желания. Её руки скользнули вверх, погладили талию Линг, лаская её кожу большими пальцами. Линг смотрела вниз, на Орм, её дыхание сбилось, а грудь тяжело поднималась и опускалась. От каждого прикосновения Орм её мышцы непроизвольно вздрагивали, тело отзывалось на ласки. Она прикусила губу, стараясь не выдать себя, но когда Орм вдруг оставила легкий укус на линии талии, Линг не выдержала и тихо застонала.       Звук её голоса был низким, почти хриплым, и Орм почувствовала, как её сердце пропустило удар. Она чуть сжала бёдра Линг, оставляя следы от пальцев на её коже, и провела губами дальше вниз, вдоль тазовой кости, касаясь её нежными, дразнящими поцелуями. Орм не могла насмотреться на Линг. На её бёдра, на подтянутый пресс, на плавный изгиб талии, которая с каждым разом становилась чуть более изогнутой от её прикосновений. Орм скользнула рукой вверх, задержалась на рёбрах, обвела их, а затем вновь вернулась вниз, оставляя новые поцелуи на том же пути.       — Ты знаешь, — прошептала она, приподняв голову и поймав затуманенный взгляд Линг, — я никогда не устану смотреть на тебя. Никогда не устану прикасаться к тебе.       Линг облизнула губы, её глаза были чуть прикрыты, ресницы дрожали, а дыхание сбилось. Она потянулась к Орм, запуская пальцы в её волосы и чуть надавливая на затылок. Её пальцы мягко скользили по пышным прядям Орм, сначала собирая их, а затем зарываясь в них, поглаживая затылок и едва ощутимо сжимая, будто она хотела удержать её как можно ближе.       — Орм, — прошептала Линг и шумно сглотнула.       Она приподняла бёдра, медленно, почти лениво, а пальцы чуть сильнее сжали волосы Орм, направляя её ниже. Орм поддалась, ощущая, как её сердце забилось быстрее. Она чувствовала каждый импульс, каждый намёк на движение Линг. И каждый раз, когда пальцы Линг чуть сильнее стискивали её волосы, Орм ощущала это как команду, как молчаливую просьбу. И она подчинялась.       Её губы оставляли влажные поцелуи по всему животу Линг — чуть выше, чуть ниже, ближе к выступающим косточкам бёдер. Орм ловила каждую реакцию — вздрагивающее тело Линг, приглушённый стон, неспешное движение бёдер навстречу её губам. Линг прикусила нижнюю губу, её грудь поднималась и опускалась в такт прерывистому дыханию. Она подняла голову, наблюдая за Орм. Её невероятная любовь — такая красивая, такая нежная и такая послушная (хотя бы иногда). Орм всегда делала всё для счастья Линг, всегда уделяла внимание таким деталями, о которых даже сама Линглинг не подозревала и узнавала это только от Орм.       Линг провела пальцами по щеке Орм, заправила прядь волос за её ухо и чуть сильнее подтолкнула к себе, и Орм подчинилась, скользнув ниже, ощущая, как пальцы Линг сплелись с её волосами, удерживая её. Орм сжала бедра Линг и отстранилась лишь на секунду, просто для того, чтобы улыбнуться.       — Прекрати, — рвано выдохнула Линг, но почему-то улыбнулась, когда увидела сияющие глаза Орм.       Та послушалась, поэтому в следующую секунду прильнула обратно к телу Линг, касаясь влажной кожи языком и наслаждаясь тем, как дрожало тело Линглинг под её губами. Она краем глаз замечала движения свободной руки Линг, которая с силой впивалась в одеяло, да так, что на кистях проступали вены. Если бы Орм могла, то она бы определенно свалила к ногам Линг весь мир, потому что она заслужила, но пока она могла ограничиться лишь малым — отдать ей всю себя, разделить с ней жизнь и все самые важные моменты. Только она не знала, что для Линг — этого более, чем достаточно. Она не смела просить о большем, потому что просто находиться рядом с Орм почти каждый день было истинным счастьем.       По всему телу разлилось жгучее тепло от очередного настойчивого касания языка Орм, и Линг больше не смогла терпеть. С губ сорвался хриплый стон, от которого тут же бросило в краску. Она попыталась сдержаться, уткнувшись куда-то в подушку, но не вышло. Её захватило совершенно беспощадной волной удовольствия, которая сбила с ног и разорвала сотни фейерверков под кожей. Орм не отодвигалась, нагло наслаждаясь пульсацией под своими губами, пока Линг дрожащими пальцами принудительно не притянула её за шею к своему лицу.       — Я люблю тебя, Линглинг Квон, — привычно звонким голосом проговорила Орм и тут же прижалась губами к губам Линг, обхватывая ладонями её горячие щёки. — С днëм рождения, — мягко шепнула она.       Линг лишь хрипло рассмеялась, обняла Орм за плечи и повалила её на кровать, укладывая к себе под бок. Орм улыбнулась и прижалась к Линг ближе, оставляя поцелуй на родинке на плече.       Они забрались под одеяло. Линг лежала на спине и наслаждалась приятной тяжестью в теле. Её дыхание только сейчас стало ровным и спокойным, а волосы растрепались, немного прилипнув ко лбу. Рядом, прижавшись всем телом, лежала Орм — такая мягкая, тёплая, пахнущая их общим шампунем и чем-то своим, особенным, домашним.       Орм повернулась на бок и уткнулась носом в плечо Линг. Она обнимала её так крепко, словно хотела впитаться в её тело, чтобы остаться там навсегда и вечность быть рядом. Её пальцы лениво скользили по бедру Линг, очерчивали мягкие изгибы талии и тянули невидимые линии по её животу. Она то поднималась выше — к груди, то опускалась ниже — к бёдрам, но всегда возвращалась туда, где под кожей укрывались крепкие мышцы пресса. Орм обожала эти очертания. Обожала то, как под её ладонями напрягались мышцы, когда Линг вздрагивала от каждого нежного касания.       Линг, едва приоткрыв глаза, наблюдала за ней. Взгляд её медленно скользил вниз — от длинных ресниц и янтарных глаз Орм до её длинной, изящной шеи, тонкой линии ключиц, очаровательного шрама, и далее, ниже, к стройной талии. Тонкая кожа светилась в мягком свете прикроватной лампы, а изгиб талии так манил, что Линг невольно потянулась к нему рукой, обвела кончиками пальцев, очертив её так, словно отпечатывала в памяти. Орм слегка вздрогнула от прикосновения и подняла взгляд.       Она приподнялась, лениво потянулась и тут же позволила себе снова упасть на бок, но теперь Линг видела больше. Стройные, длинные ноги Орм лежали рядом с её ногами, переплетённые, обнажённые, нежные. Линг всегда восхищалась тем, как изящно и красиво Орм двигалась, как ловко носила каблуки и как невероятно эффектно смотрелись её ноги в любом наряде. А сейчас — без всего, без одежды и лишних преград — Орм выглядела ещё более завораживающе.       — Почему ты так улыбаешься? — хрипло спросила Линг, замечая хитрую улыбку на лице Орм.       Орм лишь усмехнулась и, не отвечая, подвинулась ближе. Она упёрлась ладонями в простыню по обе стороны от Линг и нависла над ней. В её взгляде было столько обожания, что Линглинг слегка застыла от переполняющего чувства. Орм опустилась ниже и нежно провела носом по скуле Линг, вдохнув её аромат, такой родной и успокаивающий.       — Я просто… — Орм прикусила нижнюю губу, опуская взгляд. — Я не могу не улыбаться, когда вижу тебя вот такой, — она вновь скользнула ладонью по щеке Линг, большим пальцем проведя по её слегка приоткрытым губам. — Вот такой счастливой, — Орм замерла, всматриваясь в лицо Линг, а затем продолжила с легким смешком: — Ты даже улыбаешься глазами.       Линг нахмурилась, но это было не из-за недовольства, а скорее из-за смущения. Её глаза и правда превратились в две узкие дуги, из-за чего лицо казалось ещё более детским и милым. Так было всегда, когда Линг особенно радостно улыбалась.       — Неужели? — Линг пыталась сохранить серьёзность, но губы всё равно растянулись в слабой улыбке.       — Ага, — Орм скользнула ниже, прижалась губами к уголку её губ, прошептала так тихо, словно боялась разрушить момент: — Я обожаю твою улыбку. Так что… Улыбайся чаще, хорошо?       Линг не ответила. Она просто сдавленно выдохнула и потянулась к Орм, обвив её за шею и притянув ближе. Их лбы соприкоснулись, дыхание смешалось, и Линг закрыла глаза, вновь чувствуя то тепло, которое словно заполняло всё внутри. Орм улыбалась так счастливо, будто держала в руках целую вселенную. В эту минуту её мир был именно таким — размером с Линг, её нежную кожу, её тёплое дыхание и её удивительно красивую, такую любимую улыбку.       — Нужно завести будильник, — вдруг выдохнула Линг куда-то Орм в волосы и протянула руку к тумбе, нащупывая свой телефон.       — Может, не полетим никуда?       — С радостью, но у нас график, помнишь? У нас ещё столько съемок, столько фанмитов, а ещё твой день рождения, — улыбнулась она и прибавила громкость на будильнике.       — Когда-нибудь мы сбежим и поженимся в саду, — мечтательно прошептала Орм и шумно вздохнула, утыкаясь носом Линг в ключицу.

***

      Орм вздрогнула всем телом, когда услышала назойливый звон будильника. Она едва смогла пошевелиться, потому что Линг прижималась очень близко, а руками обвивала за талию, не позволяя отодвинуться.       — Тихо, — шепнула Орм и протянула руку к телефону Линг, спеша отключить будильник.       — Куда ты? — сонно пробормотала Линг, целуя обнаженное плечо Орм и прижимаясь ещë ближе.       — Нужно вставать. Нам нельзя опаздывать, — с улыбкой шепнула Орм, но с места не сдвинулась. — Иначе все начнут ломиться к тебе в номер, а ты же не хочешь, чтобы все видели нас вот так?       — Мне без разницы, — шепнула Линг, оставляя очередной поцелуй на выпирающей лопатке Орм.       — Да что ты? — рассмеялась Орм и обернулась. — Как давно тебе на такое всё равно? Я что-то упустила?       Она не сдержала улыбку, когда увидела порозовевшие щëки Линг, пухлые губы и длинные ресницы на прикрытых глазах. Грудь размеренно поднималась от спокойного дыхания, а руки обвивали Орм за талию.       — Давай, нужно собираться, — шепнула Орм, мягко поцеловала Линглинг в нос и выбралась из-под одеяла.       Она только хотела встать с кровати, как Линг ловко схватила еë за руку и переплела пальцы, не выпуская Орм никуда. Ради этого пришлось даже открыть глаза, чтобы вызвать у Орм больше желания остаться в кровати.       — Пусти, Линглинг Квон! И вообще я не одета! — хихикнула Орм, свободной рукой прикрывая обнаженную грудь.       — Поэтому вернись.       — Поэтому я иду собираться, — она оставила звонкий поцелуй на костяшках Линг, подхватила с пола одежду и убежала в ванную комнату.       Линг расстроенно выдохнула, но не сдвинулась с места, лишь свернулась комочком, подтянула одеяло, прикрывая обнаженную грудь и уткнулась в подушку, на которой ещë пять минут назад лежала Орм. Она за ночь впитала в себя аромат еë парфюма и шампуня для волос. Линглинг всегда вставала с кровати позже Орм, и если бы не работа, то она бы могла проваляться так целый день.       Когда Орм вернулась из ванной, уже полностью одетая и собранная, Линг по-прежнему лежала на кровати, распластавшись, как довольная кошка. Её темные волосы разметались по подушке, одна рука свисала вниз, пальцы едва касались пола. Орм вздохнула и подошла к кровати, присев на край. Провела ладонью по тёплой коже Линг, скользнула по плечу, очерчивая подушечками пальцев каждую линию. Линг лишь сонно потёрлась о её ладонь, прикрыв глаза и едва заметно улыбнувшись.       — Мы пропустим рейс, — Орм мягко потянула её за руку. — Я серьёзно.       — Угу… — Линг потянулась и медленно распахнула глаза. Её ресницы вздрогнули, и она посмотрела на Орм так, словно это было первое утро, когда она видела её рядом. — Дай мне ещё пять минут.       — Ты уже проспала все свои пять минут, — Орм наклонилась и поцеловала её в лоб, чувствуя, как сердце сжалось от нежности. — Пожалуйста.       Линг не ответила. Она только потянулась и слабо приподняла руки, как ребёнок, прося, чтобы её подняли. Орм покачала головой, усмехнувшись. Она знала, что с Линг каждое совместное утро было одинаковым. Она всегда упиралась, всегда улыбалась вот так — очаровательно и сонно. И Орм, сколько бы раз ни ворчала, что они опоздают, всегда поддавалась этой улыбке. И в этот раз — тоже. Она обняла Линг и крепко прижала её к себе, чувствуя, как та вновь зарывалась носом в её шею.       — Вставай, — прошептала Орм, гладя Линг по волосам. — Или мне придётся нести тебя в ванную?       Линг фыркнула и, не поднимая головы, прошептала:       — У тебя сил не хватит, Н’Орм.       — Эй! — она рассмеялась и пихнула Линг в плечо, роняя на кровать. — Вставай!       — Поцелуй меня и я встану, — Линг состроила самое милое лицо, на которое только была способна.       Орм прищурилась, не совсем доверяя такому договору, но всë же наклонилась и чмокнула родинку Линг на щеке, а затем тут же вскочила, отбегая в сторону, чтобы Линглинг не успела еë поймать и утянуть обратно в постель.       Гостиничный коридор был тихим и полутёмным, лишь свет от окон, прикрытых плотными шторами, едва подсвечивал их путь к лифту. Пол устилал мягкий ковёр, и колёсики чемоданов катились по нему практически бесшумно. Орм шла рядом с Линг, слегка потягиваясь после сна. Линг шла с чуть прищуренными глазами, явно не до конца проснувшаяся. В одной руке она держала чемодан, в другой — сумку. Им повезло и из номер они вместе вышли ещë до того, как все собрались.       Впереди них шла Мэй Кой. Она оглянулась на Орм и тут же улыбнулась, заметив её сонное лицо.       — Чувствуешь себя плохо? — спросила она, подходя ближе и касаясь рукой её плеча.       — Нет, всё нормально, — Орм улыбнулась. — Просто… Ещё не до конца проснулась и голодная, — она погладила свой живот.       — Ну конечно, — Мэй Кой закатила глаза и легонько поправила футболку дочери, которая сбилась на одно плечо. — О-Орм! Что со штанами? — рассмеялась женщина, когда опустила взгляд на ноги дочери.             Широкие штанины джинсов наполовину были заправлены в высокие носки «always wonder» из коллекции к дню святого Валентина, которая полностью была распродана, а Орм получила все товары лично от Линг.       — Ой! — воскликнула Орм и звонко рассмеялась, привлекая к себе внимание. — Я решила сначала надеть штаны, а потом носки и… Носки съели штаны!       — Орм, надень штаны нормально, — рассмеялась Линг, бросая взгляд на Орм из-за плеча.       — Ну хоть кто-то поел с утра, — рассмеялась Мэй Кой и легким движением поправила дочери одежду. — Иди, — с усмешкой подтолкнула вперëд, хватаясь за ручку своего чемодана.       Линг скользнула взглядом по лицам П’Дью и П’Мэм, которые шли чуть впереди, обсуждая что-то тихо и с улыбками. Линг на мгновение показалось, что они тоже знали, что Орм провела эту ночь не у себя в номере. Сердце забилось чаще. Вдруг П’Мэм обернулась и мельком взглянула на них, но ничего не сказала, лишь одарила Линг коротким взглядом. В этом взгляде было что-то вроде понимания, но Линг не могла быть уверена. Она сжала ручку чемодана и выдохнула, заставляя себя расслабиться. Всё в порядке, даже если знают — ничего страшного, просто капельку стыдно. Одно дело — быть милыми девушками в кругу близких, а другое — находиться друг с другом наедине.       Когда они вышли из лифта и дошли до машины, водитель уже стоял рядом, помогая загрузить их чемоданы в багажник. Линг поставила свой чемодан первой, затем подтолкнула чемодан Орм. Орм кивнула, будто благодаря, и выдохнула, сжимая руками ручку сумки, на которой висело три больших плюшевых брелока.       Мэй Кой о чём-то тихо говорила с П’Дью, но Линг уловила только отдельные слова — «время», «путь», «аэропорт». Она откинулась на сиденье, провела рукой по лицу и повернулась к окну. Гонконг просыпался. За стеклом мелькали первые прохожие, торговцы, спешащие куда-то с тележками. В воздухе витал аромат утреннего тумана и уличной еды. Вдруг тишину салона нарушил голос П’Дью:       — У нас ещё есть пара часов до регистрации.       Линг тут же повернулась к ней и приподнялась на сиденье.       — Тогда заедем куда-нибудь, чтобы выпить чай с шариками? — предложила она, стараясь говорить как можно бодрее. — Я Орм ещё в прошлый раз обещала.       Орм резко подняла голову, оживившись, её глаза блеснули от предвкушения.       — Да! Отличная идея! — Она тут же подалась вперёд и посмотрела на П’Дью. — Я как раз хотела попробовать именно Гонконгский!       — Хорошо, — П’Дью усмехнулась и поправила темные очки на переносице. — Тогда едем. Линг, командуй.       — Ура! — радостно воскликнула Орм и схватила Линг за руку, переплетая пальцы. — Интересно, когда-нибудь у нас будет достаточно времени тут, чтобы посетить Диснейленд? — задумчиво спросила она, бросая взгляд за окно, а затем возвращая его на Линг.       — Надеюсь, — усмехнулась она и выдохнула, прижимаясь к спинке сиденья.       В салон машины было прохладно и тихо, за окном мелькали утренние улицы Гонконга, где торговцы раскладывали товар, а редкие прохожие спешили в кофейни. Линг сидела у окна, прижимаясь лбом к прохладному стеклу, и наблюдала за тем, как просыпался город, пока Орм перебирала всю сумку в поисках телефона.       — С тебя новый брелок! — Орм наконец уселась спокойно и повернулась к Линг, улыбнувшись так, будто выиграла главный приз.       Линг лениво повернула голову и чуть приподняла бровь.       — Разве когда-то было иначе? Хоть из одной поездки ты возвращалась без новой игрушки? — усмехнулась она, потянулась и легонько щёлкнула Орм по носу. — Это будет тебе подарок на день рождения авансом.       — Эй! Брелок на двадцать три года — это слишком мало! — Орм надула губы, сделав вид, что обиделась, но Линг видела, как уголки её губ всё равно дрогнули вверх.       — Ты и так вечно тратишь её деньги, — раздался позади голос Мэй Кой. Она подвинулась ближе и посмотрела на дочь. — Может, хватит? — с улыбкой сказала женщина.       — Мама! — Орм заворчала и сложила руки на груди, изобразив надутое лицо. — Опять защищаешь Линг! Она ведь твой любимый ребёнок!       — Ну а как иначе? — Мэй Кой расплылась в широкой улыбке, а П’Дью и П’Мэм, сидящие рядом, переглянулись и громко рассмеялись. — О такой дочке можно только мечтать.       Линг рассмеялась, уже краснея от комплиментов Мэй Кой. Она говорила это не в первый раз, но каждый раз был как первый. Это грело душу, что даже вдали от своей семьи Линг чувствовала себя уютно и еë принимали как родную.       — Мам! — Орм закатила глаза, но сама не выдержала и тоже засмеялась, прикрывая рот рукой. — Она что, зря столько бизнесов открывает? Надо же когда-то тратить деньги, — просияла девушка.       Линг тихо усмехнулась и, воспользовавшись моментом, склонилась ближе к Орм.       — Брелок на двадцать три — это не мало, — прошептала она, едва касаясь губами её уха. — А ещё у меня для тебя будет кое-что получше.       Орм вопросительно глянула на неё, прикусив губу, и тут же отвела взгляд, стараясь унять улыбку. Она выдохнула и, облокотившись о плечо Линг, чуть приподняла голову.       — Но ты ведь и правда купишь мне новый брелок? — прошептала она.       Линг повернула к ней голову и медленно провела пальцами по её руке.       — А ты выберешь самый красивый? — тихо спросила она.       — Конечно. Как всегда, — с улыбкой ответила Орм.       Водитель свернул на улицу, где витрины магазинов уже украшались яркими вывесками и плакатами. Машина мягко притормозила у маленького кафе с зелёной неоновой вывеской. Пахло свежезаваренным чаем и клубничным кремом. Орм первой выскочила из машины, не дожидаясь, пока все помощники выйдут, обернулась к Линг и подала ей руку. Линг приняла её ладонь, сжала чуть крепче, чем нужно, и позволила Орм помочь ей выбраться.       — Значит, клубничный и кремовый? — спросила Линг, прищурившись. Она обещала Орм чай с шариками ещë в прошлый раз, но тогда выполнить это обещание не удалось, а Линглинг жутко не любила, когда не получалось выполнить обещанное.       — И с двумя порциями тапиоки, — кивнула Орм, подмигнув.       — Тогда давай, баобао. Угощаю, — Линг усмехнулась и, всё ещё не отпуская её руки, сделала первый шаг к кафе. А Орм лишь молча шла рядом, улыбаясь — так, будто двадцать седьмое мая уже наступило. А, может, это вовсе был самый первый сюрприз от Линглинг к дню рождения?