Алый блеск глаз твоих в ночи..

Оранжево-малиновый закат опускался на город, когда синий ёж наконец закончил с переездом. Коробки с вещами, замотанные скотчем, стояли на полу в прихожей. Соник занес последнюю и вытер пот со лба. Вот и началась взрослая жизнь: колледж подработка. Немного постояв в прихожей и отправив сообщение брату, он прошел по комнатам, оглядывая пространство. Комната с большим мягким диваном, кухня в современном светлом стиле, уютная спальня, её займет лисёнок немного позже, ванная, которой он не будет пользоваться (душа вполне достаточно и безопаснее для его нервов). Несмотря на новое начало, мысли Соника были пусты. Ни страхов, ни волнений. Он наверняка быстро найдет друзей среди однокурсников, да и Тейлз поступил вместе с ним. Он должен был радоваться, но в последнее время ничего не чувствовал… Многое произошло за эти двадцать лет. Сражения и победы, ужасные существа и люди, которых он встречал, так или иначе оставили свой след, и не только психологический. Друзья относились к нему потребительски, принимая всё как должное. Он продолжал дружить с ними, стараясь вести себя как обычно: оптимистично и добродушно, не уходить в отчаяние – это было не в его стиле. Но он чувствовал. Как и все. Пройдя по белому ковру в гостиной в белых носках, он вышел на балкон, распахнул окна и достал сигарету – единственную вредную привычку. Черт, как же ему становилось легче, когда дым обжигал горло и достигал легких. Его взгляд устремился на город, мерцающие огни играли на его лице, меняя оттенки шерсти. Рука, привычно потянувшаяся к иглам, задрожала от неприятного воспоминания. Пару месяцев назад эти иглы были почти полностью вырваны Метал Соником. И надо же было так безрассудно и глупо попасться ему в лапы! Недели, проведенные в заточении узкой камеры с решеткой, ежедневные издевательства… Металл хотел, чтобы Соник был сломлен и одинок. Кто знает, что еще он бы сделал, если бы друзья во главе с Шедоу не спасли его тогда. Соник нервно вздохнул, прикрыв глаза. – Дыши… Спокойно… Вдох… Все кончено… Все хорошо… Он втянул дым и досчитал до десяти. Мышцы постепенно расслабились, легкое затуманивание успокоило мысли. Он не хотел сойти с ума или получить паническую атаку, но психика уже была повреждена, как ни прискорбно это признавать. ———————— Завернутое в одеяло тело спокойно лежало на мягком диване. Коробки так и остались неразобранными – на них не было сил. За окном царила глубокая ночь, на фоне тихо мелькал какой-то боевик, экран телевизора тускло освещал комнату. Соник быстро заснул. Усталость взяла свое. Телевизор потух, легкий порыв ветра пронесся по квартире, скрипнуло окно, шерсть Соника вздыбилась, он натянул одеяло на голову, даже не проснувшись. Тишина. Затем тихий скрип окна. Еще пару секунд, и в комнате показалось существо, тихо крадущееся по комнате. Оно остановилось у дивана, наблюдая за спящим ежом. Красные глаза почему-то были обеспокоены. Подойдя еще ближе, существо наклонило голову и навострило уши, вслушиваясь в ровное дыхание кобальтового ежа. Выражение его лица было грустным, словно оно чувствовало всю боль, сидящую внутри этого когда-то искренне смеющегося ежа. Шедоу и Соника связывали сложные отношения – соперничество и совсем недавно зародившаяся дружба. Именно Шедоу вытащил Соника из той клетки. Его вид тогда ужаснул Шедоу. Он много чего повидал: убийства, насилие, исчезновение целых городов из-за манипуляций злодеев. Но это… это было по-настоящему ужасно. Множественные порезы, глубокие раны, состриженная шерсть на ногах и руках, вырванные иглы и стекающая с головы кровь. Ужас и страх в глазах Героя, который всегда был вдохновением для всех, спасением, воплощением самого доброго и чистого… Озорной блеск, казалось, исчез без следа. Шедоу провел с Соником достаточно времени, чтобы привыкнуть к нему. Они вместе соперничали и спасали мир, пережили смертельный луч и сражение с Кибер-ящером. Шедоу принял Соника как друга за те пять лет, что они прошли вместе. Но увиденное в той клетке отключило его чувства и сознание. В ту ночь Шедоу двигал жуткий гнев, ярость была ослепляющей. От базы, перемещающейся с места на место (благодаря изумрудам Эггмана), которую они с командой искали несколько месяцев, не осталось ничего, кроме обломков. Метал Соник был уничтожен, отправленный прямо в солнце, а Эггман чудом уцелел благодаря Сонику, который остановил Шедоу, заключив его в объятия и не давая вырваться, из последних сил. – Шедс… Остановись! Если ты убьешь его, то чем мы лучше их? Я в пор… – тёмный ёж злобно зарычал, не давая закончить эту, по его мнению, гнусную ложь. – Всё будет нормально… Я справлюсь… ———————— Шедоу присел на край дивана. Его рука легонько провела по заново выросшим иглам на голове Соника. Они были ярче, новее, острее и красивее. В последний раз Шедоу видел Соника в больничной комнате, которую соорудил Тейлз. Поговорив с лисом и убедившись, что с Соником всё будет в порядке, Шедоу исчез в неизвестном направлении. Он чувствовал смесь переживаний и горя, словно снова чуть не потерял друга. В голову закрались мысли о том, что он приносит несчастья тем, с кем находится рядом. Хоть это и был бред, он это знал, но главной причиной ухода стало то, что он просто не мог видеть Соника таким. Каждый раз, глядя на лежащее на больничной койке тело в шрамах, с забинтованной головой, он хотел кого-нибудь убить. Эти два месяца он провел в раздумьях, странствуя и периодически узнавая от Руж о состоянии Соника. В последний раз она сообщила, что Соник с Тейлзом собираются переехать в город. Эггман улетел с острова и решил продолжить свои злодеяния в более крупных местах. Соник, естественно, не смог усидеть на месте. Наклз, Руж и Эми тоже отправились с ними. Каждый решил снимать жилье. Шедоу не составило труда узнать адрес Соника, и вот он наблюдает за спящим комочком, вместо того чтобы просто прийти в гости как нормальный друг. Но мы же говорим о Шедоу. Ему сложно показывать свои чувства, даже если это простое беспокойство. Так было куда проще. К тому же он не хотел, чтобы ему устроили допрос о причинах его ярости в ту ночь. Что за ярость пробудилась в нём? Он и сам не знал, откуда взялась эта потребность защитить, сжать в объятиях и не отпускать, отгородить от всего мира этого светлого, доброго и одновременно раздражающего ежа. Почему Шедоу скучает по его шуточкам и подколам, его ухмылке и блеску в глазах?.. С этими мыслями он сидел на полу, руки сложены на диване, голова опущена на них, взгляд устремлен на спину сопящего ежа. Он просидел так дольше, чем планировал. В какой-то момент Соник перевернулся лицом к темному ежу и что-то пробормотал. Это заставило Шедоу слегка улыбнуться. Жуткие мысли постепенно исчезали из его головы, пока он всматривался в это лицо. – Да, ты действительно справился, – тихо прошептал ёж. Его алые глаза светились в свете луны, проникающем в темную комнату. Любой, увидевший это зрелище со стороны, сказал бы, что светятся они вовсе не из-за луны —————————— Следующий день Соник провел, знакомясь с новыми людьми в колледже и изучая город. Его брат должен был приехать через пару дней, и сбор вещей занял больше времени, чем ожидалось. Приборы, инструменты и всё остальное уместились во множестве коробок. Наклз вызвался помочь, но Соника убедили ехать первым, чтобы снять жильё и подать документы как можно скорее. Эггман вряд ли затихнет надолго, а в городе выживать не так просто, как на острове. Соник периодически списывался с братом. Внезапно на телефон пришло сообщение от Руж: «Здравствуй, милый. Как себя чувствуешь? Ты виделся с Шедоу? Не могу до него дозвониться». «Шедоу? Я не видел его давно. Он тоже в городе?» – выгнув бровь, ответил на сообщение синий ёж. Почему он должен был с ним встретиться? «Он хотел встретиться с тобой. Я думала, вы, ребята, сейчас вместе». Соник огляделся, словно убеждаясь, что темного ежа нет рядом. Мимо шли мобиане, но ни один не был похож на Шедоу. Соник выдохнул дым, сидя на лавочке в парке. Время близилось к закату, на улице было прохладно. Синий ёж стал носить одежду не только по этой причине, но и чтобы скрывать шрамы. Белая футболка, джинсовка поверх и серые спортивки придавали ему расслабленный вид. «Нет, я не видел ег…» – не успел дописать сообщение Соник, как вздрогнул, почувствовав прикосновение к плечу. – Тебя не учили, что нельзя курить в общественных местах, Блю? – знакомый низкий голос раздался над ухом. Соник обернулся: – Черт, Шедс, ты чего пугаешь? Черный ёж ухмыльнулся, сунул руки в карманы черной кожаной куртки. Свободные черные спортивки с красными полосами по бокам, красный шарф… Он присел рядом с Соником, который уже вовсю улыбался. – Что ты здесь делаешь? Тоже решил переехать? – с интересом спросил синий ёж, набирая новый ответ для Руж: «Я встретил его, попрошу, чтобы он перезвонил тебе позже». – Не совсем. Я уже неделю живу за городом, слежу за местом, где обосновался Эггман. G.U.N. требуют ежедневные сведения. – Понятно, значит, снова работаем вместе, да, – констатировал Соник. Они уже успели привыкнуть к этому. Конечно, их разговоры редко бывали душевными или обыденными – они скорее обсуждали миссии. В некоторых случаях Соник подталкивал Шедоу на верный путь, ещё в период, когда тем двигали другие убеждения. Сейчас всё было по-другому. Ещё до инцидента с Метал Соником они чаще проводили время вместе, тренируясь на поле. Сами того не заметив, сблизились. – Да, но мне кажется, скоро старик уйдет на покой. Он уже не так силен, как раньше, – Шедоу перевел взгляд на профиль Соника, изучая его эмоции. Он следил за тем, чтобы разговор не вызывал плохих воспоминаний, каждое слово было подобрано. – Было бы хорошо. Но как же будет скучно! – Соник изобразил досаду, будто не устал от еженедельных битв и своего долга. Конечно, он этого не покажет. Он встал со скамейки, выкидывая окурок в мусорный бак. – Так где ты обосновался? Можно мне заглянуть в гости как-нибудь? – привычное расслабленное выражение лица, но глаза горели интересом. Соник уже представлял себе дом Шедоу. G.U.N. хорошо ему платят. Да и ему хотелось пообщаться с кем-то знакомым. Не исключено, что и он скучал по темному ежу. Его присутствие рядом стало привычным, а когда тот пропал, Соник волновался. Та вспышка гнева Шедоу всегда была в памяти, и он боялся за психологическое состояние ежа. – Западное шоссе, Мейн-стрит, 14. Если тебе о чем-то это говорит. Ты ведь не успел изучить город, тем более загород, – сложив руки на груди и прищурившись, ответил Шедоу. – Хей, вообще-то я изучил город! Я пробежался по нему раз пять уже! И если надо, я найду адрес, – обиженно хмыкнул ёж. Резкий поток ветра обдул его иглы, заставив поморщиться. Тёмный ёж снял шарф со своей шеи и, подойдя к синему, обвил еще теплую ткань вокруг его шеи. Соник удивленно раскрыл глаза и застыл. Шедоу произнес с раздражением, глядя в зеленые глаза чуть ниже своих: – На улице холодно, а ты ещё не до конца оправился. Раздражает твоё безрассудство, – несмотря на эти слова, руки нежно и заботливо завязывали шарф. Соник отвел взгляд. Он не сопротивлялся, но выглядел как ребёнок, которого поучают. Хотелось ответить колкостью, но новое тепло на шее и приятный кофейно-лавандовый аромат, такой успокаивающий, будто ничего не может быть приятнее, заставили его закрыть глаза и на миг утонуть в ощущении безопасности и заботы. Тихо, переведя взгляд на алые глаза и прижав уши к голове, он ответил: – Со мной всё хорошо, но всё равно спасибо, Шедс. Он благодарил не только за шарф. Шедоу понял это сразу. Слова были сказаны с той искренностью, которую он раньше видел в Сонике. Он благодарил и за спасение. Тёмный ёж сунул руки в карманы и, возвращая непринужденную атмосферу, ответил с хитрой улыбкой: – Будешь мне должен. И по мере того, как я снова и снова буду спасать твою тушку, долг будет расти. – Хах, уже возомнил себя моим спасателем? Забыл, кто тут герой номер один и всех спасает? – ответил Соник слишком громко и горделиво. Они двинулись по тротуару, продолжая непринужденно болтать в своем стиле. Их привычная динамика вернулась. Как хорошо, что Шедоу всё-таки решился подойти к Сонику и поговорить! Как он мог забыть, что общение с этим ежом всегда такое лёгкое? Пройдя пару кварталов, они дошли до дома Соника. Нужно было прощаться, чего тёмному ежу очень не хотелось, но эти мысли он старался отогнать. Он убедился, что с Соником всё хорошо, больше ничего не должно было его держать. Нужно было следовать дальше. – Ну вот и пришли. Уверен, эта многоэтажка не сравнится с домом, который тебе выделили G.U.N., но в моей квартире уютно. Да и недорого, – сказал Соник. – Ну, мой дом, конечно, выглядит дороже, но… и твоя квартира куда уютнее, – ответил Шедоу. Соник вопросительно выгнул бровь. Откуда Шедоу может знать об этом? – Я имею в виду, такое жильё всегда комфортнее, чем одинокий коттедж, – добавил тёмный ёж, изо всех сил стараясь выглядеть как обычно. «Черт, надо контролировать слова, с ним слишком расслабляешься». – Уже поздно, так что я пойду. Спокойной ночи. – Нет, подожди! – Соник схватил Шедоу за запястье, но тут же отпустил. – Эм… что ты… Даже в гости не зайдёшь? Ну же, чувак, ты не представляешь, как мне скучно там одному! Шедоу вздохнул, переведя взгляд на закатное солнце. С каких пор они стали настолько близки? Он не понимал. Но ещё больше он не понимал навязчивого желания остаться, даже если ему придется гнать по ночной, плохо освещенной загородной трассе до дома. – Хорошо. Но я надеюсь, у тебя есть кофе? Соник кивнул и потащил Шедоу за собой в подъезд. Он был рад, что не останется один, и не хотел отпускать новообретенное чувство комфорта рядом с Шедоу.