Колыбельная

–Сладких снов, А-Яо. - проговорил самым нежным голосом, на который был способен, Генерал Сюаньчжень. –Матушка... Мне не спокойно... Можете... - дитя как будто хотело попросить что-то невозможное, но всë оказалось легче. – Можете спеть мне колыбельную... –Моë милое, безобразное, любимое дитя... Хорошо. Только никому не слово. Это будет нашим маленьким секретом. - прислонив палец к губам сказал Сюаньчжень. –Да! Это будет наш с мамой секрет. - вмиг обрадовался ребёнок. –Только потом не жалуйся если уши отвянут. –У Матушки прекрасный голос, она не может не петь столь же волшебно! –Ну что за дитя! Маленького малыша взяли на руки и начали потихоньку укачивать, будто в колыбели. <Я особо не умею петь, да и... Сразу на ум приходят баллады... Баллада о реке Ахтохаллэн... Помню, как Матушка сама мне напевала эту песню, чтобы я уснул... > –Край суровый.... - тихо начал напевать Бог Войны, одновременно с этим ходя такой плавной и ровной походкой, будто кошка. Голос его звучал таинственно и заманчиво, чарующе. –В море льда-а-а~... Есть река та-ам~...- Генерал подошëл к окну вместе со своей ношей. –Помнит всë она~... - Му Цин прошёлся мизинцем по лбу до кончика носа Фу Яо. Как будто это была бабочка, что присела на несколько секунд и упархала по своим делам. Малыш на это действие лишь немного посмеялся, но продолжил завороженно смотреть и слушать то как ему поют колыбельную. –Засыпай скорей мой све-е-ет~ И в той реке найдешь отве-е-ет~... - Сюаньчжень соприкоснулся своим лбом с детским. Обсидиановые глаза с сиреневым оттенком смотрели с полной нежностью и любовью на свою ношу, так, будто оно самое ценное во всех трёх мирах. –В еë воды-ы... Лишь нырну-у-уть~ - голос стал звучать уверенней. И потихоньку, Бог Войны позабыл о том, что сейчас находится не в своих владениях, а в Призрачном Городе, у своего демонического мужа. И то что рядом до сих пор хлопотали служанки. –Всë расскажу-ут и укажут пу-у-уть... Так доверься глубине-е-е~ Но лишний шаг и ты на дне-е-е... - развернувшись и пройдя до кровати Му Цин присел и уложил "своë" дитя обратно в постель. –О-о-о-на-а-а~ поëт для тех кто слыши-и-ит~ И волшебство-о-о... Эта песнь таи-и-и-ит~ Лишь те кто страхов своих выше-е... Дано узна-а-ать~ - пение стало тише, но тем и глубже в восприятии в смешании спокойного и мелодичного голоса. Малыш хоть и пытался подольше послушать и посмотреть на свою Маму, но веки глаз предательски становились всë тяжелее и тяжелее... Отправляя маленькую душу в царство Снов. –Что река храни-и-ит... - Му Цин не сразу заметил как его дитя уснуло и поэтому продолжал напевать балладу. А рядом с ним, тихо-тихо летела маленькая серебряная бабочка, посланная Хуа Ченом. –Край суровы-ый~ В море льда-а-а... Есть там Мама-а... Помни-ит всë она-а... В час когда домой придё-ë-ëшь... Утратив всë... Ты всë найде-е-ешь~... - глянув на своë чадо Сюаньчжень понял что то уже уснуло, но чувство ностальгии и домашнего уюта осталось. Поцеловав в лоб Фу Яо, Бог Войны направился к своему мужу, который должен был разбирать документы и отчёты в своëм кабинете. Но стоило Му Цину открыть дверь в кабинет Градоначальника, как перед ним образовалась целая картина: Демонессы-служанки стояли с лицами полными восхищения и обожания. Среди этой толпы Сюаньчжень заметил одну чёрную макушку, которая устроилась на столе, заполненном всякими свитками и листками бумаг. –Прошу прощения, дамы, а что тут собственно происходит? –Ох, Генерал Сюаньчжень, Градоначальник Хуа уснул под ваше пение. –Чего... - только сейчас Генерал заметил рядом с собой одну маленькую приспешницу в виде серебряной бабочки. –Одна из нас, когда проходила мимо покоев младшего господина, где вы его укладывали, услыхала как вы что-то напеваете. Поэтому она сразу же помчалась к Градоначальнику. Тот услышав эту новость отправил свою бабочкк, чтобы удостовериться в этом. И так вышло что... Градоначальник Хуа уснул... –Ох... Ну что за дитя недорослое... Можете идти отдыхать. Я сам управлюсь со своим мужем. –Хорошо! Всё демонессы сразу же покинули это место, как и было им указано Госпожой Призрачного Города. –Ну что? Наслушался? –Цзяньбэ-э-эй.... У тебя просто волшебный голос... –... Ты что... Во сне разговариваешь?... –Цзяньбэй... Цзяньбэй... Мой великолепный Цзяньбэй... –Ну точно дитя... Взяв на руки своего муженька, Му Цин направился к их ним покоям. И уложив демона он снял сначала с себя верхние одежды, ведь «Так не подобает, спать в уличной одежде на кровати». После чего она начал снимать всякие побрякушки и украшения со своего ненаглядного. Наконец разобравшись со всем этим, Му Цин лёг рядом с Хуа. А тот сразу приблизился и заключил Генерала в свои медвежьи объятия. –Не спишь? Ответа не последовало. –Хах... Спишь... Ну и хорошо... Сладких снов, мой дорогой демон. - немного развернувшись в объятиях Му Цин поцеловал в лоб Князя демонов и сам погрузился в мир грëз.