Секрет лисички

- Пожалуйста, отнесись к этому серьёзно! Моя экзаменационная работа – это не шутки! Роберто прекратил катать по столу катушку с нитками. - А кто тут шутит? Мне просто скучно. Я пододвинул к нему чертёж и протянул хорошо заточенный карандаш. - Ну раз тебе скучно слушать мои объяснения, вот тетрадь с расчётами, первые четыре точки я уже поставил, твоя задача… - Подожди. – Роберто отложил в сторону несчастную катушку и склонился над тетрадью. – Ты же сам видел, чем я занимался на парах, так откуда такая уверенность, что я хоть что – то из этого понимаю? И не смотри на меня так, твои объяснения мало чем отличаются от объяснений Мисс Кайли – я не понял ни слова. Давай так: просто говори мне, что и как чертить. Я тяжело вздохнул. Ну вот что он за человек? Как можно чертить чертёж, не понимая, что ты вообще делаешь? - Закатывать глаза будешь в своей комнате, - Зевнул Роберто. – Если думаешь, что я всегда мечтал делать твою работу в девять вечера, вместо того, чтобы играть в мобильник, ты жестоко ошибаешься. - Ладно. – Я протянул ему линейку и заглянул в тетрадь. – Откладывай от точки В1 семьдесят сантиметров вниз и ещё пятнадцать в сторону. Это будет точка В2. - Как скажешь. Пока Роберто отсчитывал сантиметры, я читал, где и как ставить следующую точку. - Готово, что дальше? Я глянул на его работу и ужаснулся: - Нет! Я же сказал: надо отложить пятнадцать сантиметров! - Ну, я так и сделал. - А вот и нет, ты поставил точку на пару миллиметров правее. - И что? Парой миллиметров правее, парой миллиметров левее – какая нафиг разница? - Вообще – то большая. Если чертёж неверный, готовое изделие будет сшито неправильно. - Да не парься… - Нет уж, давай переделывай. – Роберто недовольно скривился, и мне огромных усилий стоило не дать ему по репе загипсованной рукой. – Сдвинуть точку на пару миллиметров на специальной миллиметровой бумаге – не такая уж сложная работа. - Ну сдвинул. Дальше – то что? Не могу сказать, что Роберто не работал – он ни разу не спросил, когда всё, и честно делал всё, что я просил. Но беда в том, что ему было откровенно плевать на качество – он ставил точки от балды, не заморачиваясь на подсчёт миллиметров, не контролировал нажим карандаша, не парился о том, насколько точно проведены линии и проходят ли они через расставленные точки, или отклонились на миллиметр в сторону. Я изо всех сил пытался объяснить Роберто, как что делается, но что я могу сделать, если ему глубоко плевать? Сколько бы усилий я ни прикладывал, он всё равно ставил точки абы как, и мне всё равно каждый раз приходилось его перепроверять и заставлять исправлять ошибки. - Ну может хотя бы попробуешь постараться? Роберто поднял на меня усталый взгляд. - Может хватит уже? Давай просто побыстрее закончим и пойдём спать. - Нет. – Твёрдо заявил я. – Мы сделаем всё качественно, иначе потом будем переделывать. Если из – за тебя я не сдам полугодовой экзамен, на встрече с твоим отцом я тоже буду вести себя абы как, лишь бы скорее закончить. Имей это в виду. - Ты – вести себя абы как? Не смеши меня. Однако после моих слов Роберто наконец засунул свою лень куда подальше и начал делать работу качественно. Естественно, это ещё не значит, что я его не проверял, но дело пошло быстрее, и уже к десяти чертёж был готов. - Наконец – то всё! – Воскликнул Роберто. - Вообще – то нет. – Я закрыл тетрадь и ещё раз осмотрел то, что у нас получилось. – «Всё» будет, когда ты это вырежешь. - Да за что мне это! – Обречённо простонал Роберто, падая на стул. – Ладно, давай сюда ножницы. - Только аккуратно, я тебя умоляю… Моё сердце обливалось кровью каждый раз, когда лезвия ножниц в руках Роберто смыкались, разрезая тонкую бумагу пополам. Хоть я и понимал, что сейчас от меня мало что зависит, я всё равно боялся лишний раз моргнуть, и не отрываясь следил за каждым движением парня. - Ну теперь – то всё? – С надеждой спросил Роберто, протянув мне вырезанные детали. - Никогда бы не подумал, что шить шмотки так геморно. Я пропустил его жалобу мимо ушей. На первый взгляд всё было вырезано довольно аккуратно, но когда я взял в руки чертёж юбки… - Роберто! – На глаза чуть не навернулись слёзы – ну как так – то!? Неужели сложно было вырезать ровно!? – Ты тут почти полсантиметра отрезал! - И что теперь? Пусть уже так будет, потом просто… - Бери линейку. – Я снова открыл тетрадь с расчётами и координатами точек. – Будем чертить заново. - Что!? – Парень отшатнулся и чуть не упал со стула. – Угараешь!? Вот эту огромную хрень – по - новой!? - Да. - Нет, ну его в… - Парень встал и повернулся к выходу. - Стой! – Я схватился за рукав его тёмно – синей кофты. – Ты обещал помочь, так помогай! - Да откуда я знал, что это так сложно? - Просто заново начерти и нормально вырежи. Обещаю, на этом на сегодня точно будет всё. Минуту мы молча сверлили друг друга взглядами, пока Роберто не сдался и не сел на место. - Какая точка первая? Этим вечером я вернулся в комнату только к одиннадцати. Работал Роберто, а устал я. Хотя, если учесть, как он работал, ничего удивительного в этом нет. Я быстро помылся и без сил упал на кровать. Через окно в комнату лился яркий лунный свет, рядом слышалось мирное посапывание одногруппниц, а мягкие нежные простыни зазывали меня в мир грёз, вот только сон не шёл. Я понимал, что завтра рано вставать, а значит чем раньше усну – тем лучше, но как бы я ни старался, не мог выкинуть из головы сегодняшний вечер. Тогда всё моё внимание было сосредоточено на чертеже, но сейчас в памяти начали всплывать на первый взгляд незначительные детали. Перед внутренним взором вновь предстал склонившийся над чертежом Роберто. Густые чёрные и неоново – зелёные пряди его коротких волос, красиво упавшие на лицо, отбрасывали тень на светлую кожу. Подобные росчерку кисти искусного мастера брови слегка хмурились, а губы плотно сжимались, когда он отсчитывал миллиметры. В любовных романах сестры голубые глаза часто сравнивали с океаном, в котором хочется утонуть. Что ж, если голубые глаза – океан, то изумрудные глаза Роберто – тёплый тропический лес, в котором хочется заблудиться. Со стороны он может казаться дремучим и опасным, но стоит шагнуть в прохладную тень его деревьев, вдохнуть нежный аромат его цветов, почувствовать ласковое дуновение его ветерка и ощутить мягкость его травы, и ты сам не заметишь, как захочешь остаться там навсегда. Мои глаза резко распахнулись. Сердце забилось быстрее, в ушах застучала кровь. «Остаться там навсегда»!? Я отвернулся к стене и попытался прикрыть хвостом похожие на свеклу щёки. О чём я только думаю!? Но сколько бы я ни вертелся, сколько бы ни прятался под одеялом от своих желаний и ни прикрывался хвостом, в надежде скрыть правду, в душе я прекрасно понимал: какие бы опасности ни ждали меня в лесу, я уже не представляю свою жизнь без них. * * * - Не спеши. – Я положил свою руку поверх руки Роберто. – Когда нажму на педаль, ткань будет двигаться сама, но её всё равно надо придерживать, иначе получится неровно. - Понял, запускай. Я слегка надавил на педаль, и швейная машинка пришла в движение. После того, как Роберто помог мне перенести чертежи на ткань и прошить несколько строчек вручную, он стал подходить к работе намного серьёзнее. Сейчас его пальцы аккуратно придерживали мягкую тёмно – синюю ткань, пока иголка плавно входила в неё, и выходила, оставляя за собой ровную линию стежков. - Давай быстрее, а то мы так до утра шить будем. - Уверен? Ты первый раз шьёшь на машинке, а это всё – таки не учебное изделие… - Не ссы, кто не рискует, тот не пьёт шампанское. Немного поколебавшись, я усилил нажим. Теперь иголка двигалась быстрее, и у Роберто больше небыло времени на шутки. Стоя сзади, я прекрасно видел, как напряжены его плечи. Я кожей чувствовал, что он волнуется – его рука, накрытая моей ладонью, вспотела и слегка подрагивала, но он больше не стремился быстрее закончить. Как раз наоборот, сейчас Роберто был самым послушным человеком на свете. Он так старался подстроиться под ритм машинки, что я невольно почувствовал гордость: в каком – то смысле Роберто можно считать моим учеником. - Посмотри, ровно получилось? – Спросил парень, передавая мне будущую юбку. Он старался говорить спокойно, но я всё равно уловил в его голосе нотки волнения. Признаться честно, я и сам переживал. Всё – таки это я учился на модного дизайнера, а не Роберто. Я молча взял ткань и внимательно осмотрел результат. - На удивление, всё хорошо. - На удивление? – Переспросил Роберто с притворной обидой. – Вот так вот значит! Я шью твои юбки, а ты в меня даже не веришь! Я рассмеялся и передал ему верхнюю часть ханьфу с широкими рукавами. - Начни с края, рукава прошьёшь в последнюю очередь. Я думал, что работать с Роберто будет непросто, но парень довольно быстро втянулся. Он больше не возмущался, а ещё… я начал замечать в его глазах интерес. Время от времени, думая, что я не вижу, Роберто мог скосить взгляд на страницы моей тетради с конспектами, но стоило мне обратить на него внимание, парень сразу отворачивался и делал вид, что умирает от скуки. - Можешь почитать, если хочешь. – Предложил я, в очередной раз спалив его за этим занятием. - Не хочу. – Отозвался Роберто, отвернувшись к окну. – Мне не интересны твои тряпки, я здесь только из – за нашего договора. Я прикрылся рукавом, чтобы он не увидел мою улыбку. - Тогда найди и прочитай, что нам делать дальше. - А ты сам не помнишь? Раньше тебе для этого не нужна была тетрадь. - Я забыл. Роберто пододвинул тетрадь к себе. Я видел, как его рука на миг замерла, прежде чем открыть её и начать перелистывать страницы. Я видел, как неуверенность на его лице сменяется интересом, а взгляд всё дольше задерживается на моих записях. Конечно же я помнил, что нужно делать дальше. Но кто сказал, что он один может раскрывать чужие секреты? - Ну что, нашёл? Роберто как будто очнулся. Он немного растерянно поднял на меня взгляд, а потом начал быстро листать страницы. Пролистав до конца он снова посмотрел на меня, но на этот раз в его взгляде и голосе ясно читалось раздражение: - Тут вообще не написано, что делать с твоей работой! Я хихикнул, чуть склонив голову набок, и непринуждённо взмахнул хвостом. - Конечно, там не написано, иначе Адель давно бы всё украла. Так что приходится держать все этапы в голове… Не успел я договорить, как в мою сторону полетела та самая тетрадь. Я чудом избежал удара – ещё бы пара сантиметров, и я рисковал заработать сотрясение! - Эй! Я вообще – то пострадавший! Хочешь мне ещё и голову сломать? - А почему бы и нет? – Спросил Роберто, сжав руки в кулаки. – Не забывай, кто ты, и кто я. Ещё раз так пошутишь – вылетишь из Академии, ясно? Роберто даже не удостоил меня взглядом – просто собрал вещи и вышел из аудитории. Я вздрогнул, когда услышал, как за ним захлопнулась дверь. Что я сделал не так? Что в моей шутке его так задело? Только что он улыбался, а теперь вдруг угрожает исключением из Академии! На дрожащих ногах я подошёл к столу. Вот только дрожал я уже не от страха: откуда – то из самых дальних глубин моей души поднялся и захлестнул всё тело гнев. Да кто такой этот Роберто!? С чего он взял, что может так обращаться с дочерью самой Ризо? У меня тоже есть гордость и чувство собственного достоинства. Я сел на стул и взял в левую руку иголку. Сам справлюсь, больно он мне нужен! * * * Роберто раздражённо пнул дверь и под звук удара её ручки об стенку зашёл в общую комнату группы. - Опять был на кружке «Кривые ручки»? – Равнодушно бросил Ричард, не отрываясь от сражения на телефоне. – Сообщи, когда начнёте крючком вязать, а то мне как раз шарф новый нужен… - Заткнись! – Гневно выкрикнул Роберто, скинув на пол сумку. – Ничего я вязать не буду! - Что такое, лисичка наругала за кривую строчку? – С притворной жалостью спросил Эрик. – Ну ты не переживай, за такую мелочь из бабсовета не выгоняют! Роберто скрипнул зубами. Да как они смеют над ним смеяться!? - Кстати! – Воскликнул Теодор. – У меня мама крестиком вышивает, если что могу… То, что он «может» осталось в секрете, потому что Роберто не выдержал и бросил в него стоящий рядом стул. - Кто ещё хочет высказаться? Веселье тут же стихло, и только Теодор обиженно всхлипнул – стул больно ударил его по ноге. - Вот и отлично. – Роберто развернулся и вышел из комнаты, оставив парней в напряжённой тишине. Он не задумывался о том, куда идёт. Ноги просто сами несли его по коридору, пока в голове одно за другим мелькали воспоминания. Всю жизнь ему твердили, что шить, готовить и стирать – женское дело, а он, как представитель высшего пола, не должен опускаться до этих занятий. Роберто был с этим полностью согласен, и ни разу не запятнал свою репутацию… до поступления в Академию. Кто ж знал, что на самом деле шить – это не только зашивать дырки на чужих носках? Под руководством Сатзуки он своими руками с нуля создавал настоящий национальный костюм! Эта мысль заставляла сердце биться чаще, а в груди разливалось приятное тепло, напоминающее смесь гордости и удовольствия. Но так не должно быть! Ему не должно нравиться шить на машинке, не должно нравиться держать в руках иголку, ему не должно нравиться, когда им кто – то командует! Он же парень, высшее существо, он же… Роберто в отчаянии прислонился спиной к холодной стене и обхватил голову руками. Как так произошло!? А главное – как это скрыть? Друзья даже не представляют, как близки к правде, а Сатзуки… Грудь сдавило сильное чувство вины. Оно душило его, как удав, шепча на ухо, как ужасно сейчас должно быть чувствует себя Сатзуки. «Я не хотел…» Как ни обманывай других, обмануть собственное сердце куда сложнее. Он ведь правда не хотел на него кричать, и уж тем более запугивать. Всё это было исключительно ради сохранения его репутации – что с ним будет, если вскроется, что сын самого богатого и успешного человека в мире любит по вечерам шить юбки!? Да это будет позор мирового масштаба! Уж лучше немного поругаться с лисёнком, чем позволить хоть кому – то узнать его постыдную тайну. Роберто сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, пытаясь успокоиться. Краем глаза он заметил движение в конце коридора. Оказывается, он по привычке пришёл к аудитории дизайна, а это… «Лисёнок?» Но нет, зачем Сатзуки красться, как вору, и прятаться в тени? А эта девушка целенаправленно избегала участков, освещённых лунным светом. «Что – то тут не так.» Как бы сильно Роберто ни хотел спать, просто уйти он уже не мог. Так же прячась в тени и стараясь не шуметь, парень последовал за странной девушкой. То, что это девушка, было очевидно по её формам и одежде, а чем ближе подбирался к ней Роберто, тем очевиднее для него становилась её личность. «Ну и что ещё ей от него надо?» Адель зашла в аудиторию. Больше можно было не осторожничать, и Роберто тут же сорвался с места – если этой лисе хватило смелости столкнуть Сатзуки с лестницы, то что она сделает с ним, оставшись наедине вдали от людских глаз? Первым, что увидел Роберто, зайдя в помещение, был спящий Сатзуки. На кончиках пальцев его левой руки, подложенной под голову, засохла кровь, а рядом лежала скомканная синяя ткань – видимо, в Сатзуки проснулась гордость, и он решил сделать всё сам. Увидев его в таком состоянии, Роберто почувствовал болезненный укол вины, но стоило парню перевести взгляд чуть в сторону, на роющуюся в чужой сумке Адель, как его захлестнула ярость. - А ну положи на место! – Прикрикнул на неё Роберто. – Что ты там искала? - Я… - Взгляд девушки испуганно забегал. – Я забыла… игольницу! - И решила, что она у Энлай? - А вдруг! – С вызовом ответила Адель и демонстративно бросила сумку на пол. – Эта дура очень даже могла её украсть. У Адель вообще есть мозг? Чтобы сказать ему в лицо, что его девушка – дура, надо быть или бессмертным, или бесстрашным. - Слышь, - Роберто медленно двинулся к ней, на ходу разминая руки. Плевать, что она девушка, такое поведение прощать нельзя - она буквально оскорбила его вкус! – Зубы лишние появились? - А у тебя? – Злобно прошипела Адель, несколько раз сжав и разжав кулаки. Её коготки блеснули в лунном свете, а по глазам было видно, что если победа над Роберто поможет ей добраться до тетради с чертежом и эскизом Энлай, она готова драться насмерть. * * * Утром я проснулся в своей постели, хотя точно помнил, что засыпал на столе в аудитории – хотел отдохнуть пару минут, а потом продолжить, но случайно уснул. Голова была тяжёлая от усталости – сколько ночей мы с Роберто провели за работой? Я снова закрыл глаза. Роберто… Разве меня не предупреждали? Лайла ведь сразу сказала, что он за человек и чего от него ждать, а я почему – то решил, что он не такой. Я открыл глаза и поднёс к лицу левую руку. Вчера я до крови исколол пальцы, пока вручную намечал будущий машинный шов, а сейчас мои пострадавшие пальцы были аккуратно, хоть и неумело, перебинтованы. Значит, кто – то пришёл за мной, обработал ранки и донёс меня до постели. Лайла? Или всё же… Я слез с кровати и чуть не упал, споткнувшись об ровную стопку синей ткани на полу. Да это же моя экзаменационная работа! Я взял её, и обнаружил, что вчерашняя многострадальная линия, которую я так и не закончил, уже ровно прошита на машинке, и можно смело приступать к следующему этапу. Но почему? Зачем он вернулся? И… Я снова посмотрел на перебинтованные пальцы. Значит ли это, что я в нём не ошибся? - Ты куда? – Разбуженная моей вознёй Лайла села в постели и на всякий случай сверилась с часами. – Пара только через полчаса, даже будильник ещё не звонил! - Мне надо поговорить с Роберто. – Бросил я, выбегая из комнаты. Я точно помнил, что сейчас у нас должна быть пара основ медицины и оказания первой помощи, совмещённая с группами медиков и техников, а значит совсем скоро я узнаю ответы на все свои вопросы. - Ужас какой! – Услышал я, подходя к дверям аудитории. Ночью что – то случилось? Я замедлил шаг и навострил уши. - И я о том же, он на ней живого места не оставил! – Взволнованно сказала девушка с медицинского своей подруге. - Так вот почему его к директрисе вызвали… Кого к директрисе вызвали? Я огляделся, но из – за того, что сейчас большая часть учеников ещё даже не проснулись, было сложно понять, о ком они говорят. - Надеюсь, его отчислят. Лично мне теперь страшно одной из комнаты выходить. - Вот именно, совсем неадекватный какой – то! Да назовите уже имя! Изначально я не собирался отвлекаться на такую ерунду, но любопытство взяло своё, и я подошёл к сплетницам. - О ком вы говорите? Увидев меня, девушки испуганно подскочили, смешно вытаращив глаза. Я нерешительно улыбнулся, но сделал только хуже – они стремительно побледнели, затряслись, как листья на ветру, и поспешили прочь, не сказав ни слова. Странные какие – то. Я пожал плечами и пошёл дальше, но вскоре заметил кое – что странное: все, мимо кого я проходил, тут же замолкали и кидали на меня опасливые взгляды, а кто – то просто срывался с места и спасался бегством. Почему они так на меня реагируют? - Привет, - Я подошёл к группе девушек с медицинского факультета. Их реакция ничем не отличалась от остальных: едва увидев меня, они притихли, а когда я к ним подошёл, их лица исказились от ужаса. Я сделал вид, что ничего не заметил, и продолжил: - Скажите пожалуйста, что… - Мы ничего не знаем! – Испуганно пискнула одна из них, прикрывшись тетрадью, а её подружки согласно закивали, не решаясь оторвать взгляд от пола. - Но… - Я растерянно замолчал, увидев как девушки задрожали ещё сильнее и буквально вжались в стену. Да что происходит!? - Заходите! – Крикнула Мисс Роза, но толпа не сдвинулась с места. – Давайте быстрее, скоро звонок. Я горько улыбнулся – кажется, то, что произошло ночью, каким – то образом связано со мной, так что теперь все боятся ко мне подходить. А раз я стою ближе всех к дверям, пока я не зайду, не зайдёт никто. Я нарочно медленно достал из сумочки зеркальце и пару минут демонстративно любовался своим отражением, пока все топтались на месте, не решаясь поторопить меня. Лишь когда прозвенел звонок, я соизволил по – хозяйски неторопливо зайти в аудиторию и сесть на своё место за нашей с Роберто партой. Вот только вместо Роберто рядом со мной уселась Лайла, а сам парень так и не явился. Опять проспал что ли? - А где… - Улетел в Хататсуну. – Выплюнула Лайла, раздражённо бросив на парту тетрадь.