Утренний танец

      Пять утра. Кухня. Солнце только появляется за горизонтом, проникая лучами в окна жилых домов, заставляя людей потихоньку проснуться. Кому-то нужно на работу, кому-то на учебу, а кто-то только пришëл с задания. Тишина продолжает висеть в воздухе, пока чайник не издаёт характерный щелчок, оповещая о том, что вскипел. Теперь из носика сочится пар. Но будет ли так же тихо?       Обычно Ада только под утро возвращается в их квартиру, а Луис ждëт еë, чтобы спросить, как всë прошло, и угостить только что приготовленным кофе. Поэтому, скорее, это вошло в привычку — собираться с первыми лучами солнца на кухне.       Сейчас же Луис, с зубной щёткой во рту, ещё толком не проснувшийся, смотрит на Аду, что спокойно попивает свой кофе. Как только мужчина умудрился, будучи в таком состоянии, приготовить такой идеальный напиток? Сколько бы Вонг ни спрашивала, она всегда слышала лишь один ответ: «Любовь творит чудеса».       Этот ответ был для неё странным. Наверное, это связано с тем, что девушка плохо понимала, что такое любовь. До Луиса она никогда не чувствовала любви. Работа не позволяла. Эмоции мешали ей выполнять её на отлично, поэтому от них пришлось отказаться. А теперь она в отношениях. Действительно что-то чувствует к Луису, просто не до конца понимает, как это описать.       Что уж говорить про романтику. Вонг не может чётко дать ответа, что для неё является романтикой, а что нет. Но она точно может сказать, что такие посиделки на кухне — романтика в ее понимании. Спокойное времяпрепровождение, которое сопровождается чашкой кофе.       Сере тоже нравится это утро. Ему нравится всё. Ему нравится делать что угодно с ней. Для него любой миг с Адой — романтика. А любовь такая страстная, что, будь у него возможность, он бы написал тысячу песен про неё. И стихов. Да мог даже фильм снять, лишь бы показать все чувства, которые он испытывает к сеньорите. А что вы хотели от человека романтической натуры?       Девушка смотрит в одну точку, видимо, думая о задании. Обычно на еë лице царит безразличие, но в моменты, когда Ада чувствует себя в безопасности, в её глазах можно увидеть страх и усталость, которые рассказывают о том, что задание было не из легких.       Мужчина не может представить, каково это — жить такой жизнью. Вечно бежать ото всех, быть железной и непоколебимой. Нажать на курок, когда любой другой не смог бы. Он восхищался Вонг и её силой.       Решив разбавить эту атмосферу и хоть ненадолго отвлечь Аду от таких мыслей, Луис начинает танцевать. Перед ним стояла задача привлечь внимание его сеньориты любой ценой. Во время танца он задавал ритм щелчками пальцев. Раз, два, три, пауза, поворот и снова. Раз, два, три, пауза, поворот.       Вонг наконец-то отвлекается от своих мыслей и с любопытством смотрит на мужчину, который делает тоже самое в ответ. Ох, он был способен закадрить её лишь одним своим взглядом. На лице Ады появляется небольшая улыбка, тревожные мысли уходят на второй план. Теперь ей захотелось узнать, что же задумал этот мачо.       — Давай! Я жду только тебя! — Неразборчиво говорит Луис, потому что он так и не вытащил зубную щетку изо рта.       — Я плохо танцую, — девушка не смогла разобрать ни одного слова Серы, но все же ответила ему.       Ада совершенно не умела танцевать, даже несмотря на гибкость своего тела. По правде, она даже не пробовала. Точнее, два раза все же пробовала. В далеком детстве, которое она не хочет вспоминать. И на миссии, где она и познакомилась с Луисом. Но это нельзя назвать танцем.       — Не ври! На шпагат сесть она может, а станцевать со своим парнем не может? — Начал дразнить ее мужчина. — Давай же, сеньорита. Танцы — это как драка, только без кулаков.       Ада смотрит еще пару секунд, прежде чем оставить кружку с ещё горячим кофе на столе и подойти к нему. Луис быстро берёт её за руку, тянет к себе ближе, к груди, пытаясь всем видом показать, какой он сильный и харизматичный. Это лишь заставляет девушку улыбнуться. Одна рука нежно сжимает руку Вонг, вторая ложится на талию, так же нежно сжимая.       Девушка не сопротивляется, давая парню возможность делать все, как хочет он. Закрыв глаза, Ада подхватывает ритм, словно зная, что будет дальше. Раз, два, три, пауза, поворот и неожиданный наклон. И снова... Раз, два, три, пауза, поворот и наклон.       Их движения плавные, аккуратные и такие красивые. Они будто были одним целым. Ничто не имело для них значения в этот момент. Ни задания, ни страх, ни остывший кофе, ни солнце, которое уже поднялось высоко-высоко. Они словно на сцене, где все взгляды только на них. И вот уже совсем скоро зал должен разразиться аплодисментами.       И вот Ада, которая наконец-то дождалась нужного момента, начинает уже сама вести танец. Вот чего-чего, а этого Луис явно не ожидал. Он глупо улыбается, пытаясь успеть за ней.       — Сеньорита, не сочтите за грубость, — говорит мужчина, снова начиная её дразнить, — но вести наш танец должен я. Я джентльмен. К тому же, Вы сами сказали, что танцы не ваша стихия.       — Мне потребовалось всего пара минут, чтобы покорить её, — передразнивает его Ада, все также продолжая вести танец.       — Ах так?       Мужчина не хотел сдаваться без боя. Опустив вторую руку на талию партнёрши, он резко наклонил Аду, чтобы сбить её с толку. Девушка решила не отставать, поэтому тоже наносит ответный удар. Она тянется рукой к его зубной щётке, чтобы достать её изо рта и поцеловать. Затянуть Луиса в поцелуй проще простого. Он любит целоваться с Адой.       Стоит отдать ей должное, целоваться она умела. Умела так, что мужчина буквально таял, стоило только её губам прикоснуться к нему. А сердце начинало биться быстрее. Для него так важен был этот поцелуй, эти касания и моменты. Кто знает, что случится с Адой на следующей миссии? Вдруг он больше никогда не увидит её. Потеряет и не сможет спасти. Сера не хочет думать об этом, но как тут не думать? Он не может знать, что случится.       Но в этот момент, когда Вонг снова напирает, стараясь передать все свои чувства, переживания, страхи, эти мысли все же улетучиваются. Они живут здесь и сейчас, а это самое главное.