Молния в УДАРе

По истечении двух недель стало понятно, что собрать полный отряд из знакомых не получится. «Не своя» десятка новичков оказалась «ни рыба ни мясо» — из них не возможно было выделить, ни командира, ни зама, ни снайпера, ни подрывника. Так что группы пришлось перемешивать. В итоге двенадцать знакомых ушли командирами, замами, снайперами и подрывниками во все три отряда, и двое стали радистами в Сигму и Тау. В Омегу вроде бы подобрали радиста из оперативников ЩИТа, вернувшегося с длительного больничного. Чтобы добрать восьмерых, пришлось еще трижды проводить смотр новичков. У Брока складывалось впечатление, что кто-то «сверху» откровенно саботирует идею набора трех групп сразу. Во второй набор пришли сплошь простые полицейские и пожарные, Брок в жизни не видел столько мускулистых невоенных на полигоне ЩИТа. Ни те, ни другие к службе в спецподразделениях не годились, поэтому из набора он не взял никого. Зато командир Альфы пригласил их всех в бар, где они дружно посидели в пятьдесят рыл. У Брока осталась пара контактов, очень многообещающих, поскольку тем парням он рекомендовал пробоваться в ФБР или ЦРУ. И, кажется, оба прошли. К концу третьего месяца группы были, наконец, полностью сформированы и Броку стало скучно. На миссии их не таскали, новенькие ребята подобрались сплошь профессиональные, так что с ними особых забот не было. От скуки Брок поставил Таузига читать «Теорию…». На эти лекции приходили все свободные бойцы Страйка, ведь от лектора так веяло родной армией. Раз в неделю тридцать три бойца собирались в большой конференц-комнате на втором этаже. Туда же, подгребали еще десятка три из остальных групп и начинался цирк. — Смотрим на карту. При выборе карты обратите особое внимание, что на ней должна быть именно нужная местность. Далее, база на карте обозначена флажком треугольного цвета… Нахождение вероятного противника обозначается прямоугольным квадратом… Слева находятся березы, сосны и другие кустарники. Прямо по фронту кустарники, кустики и другие деревья… Обращайте внимание на климат! Падает снег, лед и прочее… Ночью имеется естественное освещение от Луны, звезд и других небесных светил аналогичного плана… Помните, что тепловизоры работают только в двух режимах: включен и выключен… Связь должна быть в различных условиях, в том числе погодных… Цель маневра — занятие наиболее выгодного положения для удара по наиболее уязвимым местам противника… Мост через реку, как правило, расположен поперек течения… Ложбина — это кратчайшее расстояние между двумя горами, предназначенное для их преодоления. И так далее, в том же роде, два часа подряд. Народ тихо угорал над новоявленным стратегом, но Холмса такое отношение к своим лекциям не останавливало. Он, похоже, считал, что открыл в себе преподавательский талант. На очередной лекции он разбирал инструкцию и меры безопасности на стрельбище. — После окончания стрельб боевые и учебные патроны должны быть приведены в исходное состояние. — Не направлять оружие на людей, даже если оно заряжено. — С автоматом нужно обращаться бережно, как с любимой девушкой, смазывать раз в неделю. — И предупреждаю, это может привести к смерти, а то и к несчастному случаю. Вообще Таузиг любил давать советы, например тому радисту-хакеру из Омеги он как-то сказал, «тебе надо набить руку, пока не набили морду», имея в виду, что агенту надо бы подтянуть рукопашный бой. Другому Холмс с философским видом задвинул, что бой — это единственное средство достижения победы в бою. А самый лучший способ убеждения — это принуждение. Что ж, по-своему Джон был прав. Лаки тоже воспылал желанием нести свет знаний в массы, но больше просто язвил. Читая лекцию о кибербезопасности, он начал со слов: «Материал секретный, но я вам буду излагать его в несекретной форме… Нам по режиму не положено говорить о наших арсеналах, поэтому я скажу о русских. Поверьте, что есть у них, есть и у нас… Кодирование информации служит для того, чтобы в ней никто не разобрался, в том числе и противник… Голова у вас, чтобы думать, а мозги — чтобы соображать». Однажды к нему обратился новичок с вопросом о правильном заполнении ежемесячного отчета. Лаки послушал, а после и выдал: — Рядовой, вы ощущаете глубину собственного ничтожества или Вам требуется помощь? После, его обходили по широкой дуге, чему остальная Альфа была только рада — Лаки был не самым приятным типом и количество конфликтов с другими бойцами сразу пошло на убыль. Зато Роллинз отрывался за пятерых, он взял на себя силовые тренировки и полосу препятствий. Однажды и он выдал: — Не уложитесь в норматив, выгоню вас на полигон и будете бегать по квадратному кругу. — Это как, сэр? — Наденете белые маечки, черные трусики, засучите рукава и побежите! После такого объяснения, вопросов к нему больше не было, все три группы сдавали нормативы в срок и на высоком уровне. В один из дней Тау устроили марш-бросок и Роллинз скомандовал: — Парами строимся, бежим марш-бросок десять километров в полной выкладке. И почему зад не поет? Тогда от хохота грохнули все, и сами бойцы, и бегущая параллельно Бета. В другой раз Роллинз опоздал с построением, кто-то из строя спросил: Сэр, а почему Вы задержались? (Голос из строя): — Срал… — Да нет, рядовые, всё гораздо прозаичнее. Потребовалось еще минимум две минуты, чтобы бойцы прекратили ржать. Даже Глазго после неудачной серии спаррингов, когда новички Сигмы отказывались прислушиваться к его советам, выдал: — Почему вы ничего не можете делать сами? Обязательно над вами должна стоять дубина и вами командовать? Сантьяго начал использовать любимую поговорку своего сержанта: — Десять минут перекур и через пять минут строиться. Брок тоже поддался общему настроению и как-то выдал: — На финальных тестах вы все пройдете через фильтр тонкой очистки, то есть через меня. Так что никто из новичков и не думал халтурить.