Между мирами

4 дня после смерти Бобби * Вечер обычный день после окончания смены у пожарной части 118 у всех было плохое и подавленное настроение особенно у Чимни который винил себя в смерти Бобби и у выхода он заметил что Бак не переоделся а просто присел на скамейку Чимни подошёл к нему и спросил - эй Бак почему ты не уходишь? - я все ровно не усну так что договорился с следующей сменой и я буду работать и с нами . ответил Бак прикрыв лицо рукой - ты уверен что выдержишь Спросил Чимни с волнением - да да не волнуйся.отмахнулся Бак и сказал Чимни идти домой И вот все разошлись кроме Бака в этот момент начали собираться 2 семена В диспетчерской Оператор - 911 что у вас случилось - тут пожар дети дома помогите И вот в ухо давит сирена . Пожарные быстро собрались и выехали к месту происшествия это был много этажный дом пожар был на 6-7 этажах зданий дети кричали с окна прося о помощи Бак не задумываясь забежал в огонь кое как он залез в 6 этажа и начал кричать ищя детей наконец он нашел их и выломал дверь он начал искать какую нибудь материал которого можно намочит и вытащить детей и в этот момент крыша в коридоре обрушилась и преградил путь. С помощью рации он сообщил что происходит и попытался спасти детей они начали сильно кошелеть - Так так скажите как вас зовут - Меня Элла ее Белла - Так красавицы дышите по очереди по этому маске .Бак снял с себя маску с кислородом и поставил возле девочек -Элла ты же старшая следи что бы она тоже дышала хорошо - да да сер тут тут очень жарко кожа горит. Сказала девочка обнимая сестру - да согласен вот возьмите. Он снял с себя оборудование точнее пожарную куртку и укрыл девочек - Так должно быть лучше.сказал Бак гладя девочек по голове -вы сидите тут а я пойду осмотрюсь . Бак встал и ушел по дальше от детей и начал спрашивать как дела обстоят ему сказали что пожар ещё долго тушить так как где то есть газ из за которого пожар сложно потушить Бак попросил их по быстрее в какой то момент он понял что у него кружатся голова и он ели как подошёл к девочкам и младшая спросила - сэр а мы выживым - эй малыш да да конечно МММ давайте споём песню Бак начал петь какую то детскую песню и через несколько минут начал затихать а девочки пытались его разбудить через несколько минут пожарные потушили огонь и достали Бака с девочками у Бака были обгоревшие руки и ожоги в некоторых местах тел он был бес сознания прикрывал девочек своим телом в скорой они нашли последний наборный номер " Диаз" - ало Бак что такое чего так поздно звонишь Сказал Эдди жуя что то ответил в трубку Фелчер - простите кем вы приходите пострадавшему - куда вы его везете . Спросил Эдди с тревогой в голосе Через несколько минут Эдди был в больнице по дороге он сообщил всем кто должен был знать по приходу единственное что ему сказали что они делают все возможное чтобы спасти его первым приехали Мэди и Чимни с Джи потом,Карен с Хен и наконец Рави с Афиной с ее детьми они тоже волновалась за Бака ведь он был для них как старший брат. Эдди сильно волновалась и пытался хоть что узнать но Бак был в операции у него было остановка сердца на 6 секунд и давление упало по дороге в больницу а это значило что если мозг пострадал то он может впасть кому.И вот после долгого операции Бака перевели в реанимацию где он лежал вес в трубках и смотреть на это было больно особенно для Эдди он не знал почему но у него болела сердце так же как и в день смерти его бывший жены он сел возле Бака как сказала Афина она достала таспих Бобби и попросила положить его возле подушки Бака что и сделал Эдди .Эдди было трудно смотреть на Бака но все ещё сидел смотря на него и не зная что сказать что делать. POV: Бак Бак лежал на больничной койке, отгороженный от реальности звоном аппаратов и мягким светом. Он не чувствовал боли — только странную тишину, как в замедленном сне. Вокруг всё было размыто, словно он находился под водой. — Очнулся, наконец, — раздался знакомый, почти забытый голос. Бак повернул голову. Перед ним стоял Бобби. Но… нет, это невозможно. Бобби умер 4 дня назад. — Бобби?.. — голос Бака дрожал. — Ты же… — Знаю, — кивнул тот с мягкой улыбкой. — Но ты здесь не просто так, Бак. Ты между. — Между? — Жизнью и смертью, — сказал Бобби и сел рядом, будто просто пришёл поболтать. — Но пока — ты жив. Вдалеке, словно сквозь плёнку, появилась фигура — Эдди. Он тут уже сутки сидит у больничной койки, держал Бака за руку и что-то тихо шептал. — Он не отходит, — произнёс Бобби. — Всё надеется, что ты услышишь. Бак сжал губы. Его сердце заныло от желания вернуться. Сказать Эдди, что он рядом. Что он слышит. Что он борется. — У тебя есть выбор, Бак, — Бобби посмотрел в глаза. — Но если решишь остаться… это значит прощание. С ним. Со всеми. Бак закрыл глаза. Он слышал голос Эдди — дрожащий, надломленный. Он не мог уйти. Не сейчас. Не так. POV :Эдди Эдди сидел, сгорбившись над койкой. В больничной тишине только равномерно тикал аппарат жизнеобеспечения. Он держал Бака за руку — так крепко, словно мог передать ему тепло и силу через сжатие пальцев. — Знаешь, ты выглядишь чертовски спокойно для парня, который заставил меня поседеть за последние сутки, — выдохнул Эдди, пытаясь улыбнуться, но получилось криво. Он провёл рукой по лицу, не в силах больше сдерживаться. В груди что-то давило, будто весь воздух в мире исчез, оставив его наедине с этим глухим, невыносимым страхом. — Ты ведь всегда был упрямым. Никогда не слушал. Постоянно бросался в огонь. И я… я злился на тебя за это. Всегда злился. Потому что ты не думал о себе. — Эдди замолчал, сжал губы. — А я… я не мог думать ни о чём другом, кроме тебя. Он посмотрел на Бака. Тот лежал без движения, с дыхательной трубкой и капельницами, но всё равно оставался Баком. Его Баком. — Я понятия не имел, когда это случилось. Когда ты стал для меня не просто напарником. Не просто другом. — Голос задрожал. — Но каждый раз, когда я думал, что могу потерять тебя… мне казалось, что я не переживу. Он сглотнул и наклонился ближе. — Так что, если ты меня слышишь… вернись. Вернись ко мне, Бак. Я ещё не успел сказать тебе, как сильно я тебя… Он не договорил. Просто опустил голову на край койки, уткнувшись в простыню рядом с его рукой. Я люблю тебя, — эхом звучало в его голове. находящегося «между мирами», когда он слышит признание Эдди: Слова прорвались сквозь пелену, как солнечный луч сквозь плотные облака. Они не были громкими. Не были чёткими. Но он почувствовал их — в каждом нерве, в каждой клетке. "…я тебя…" Бак моргнул. В этом странном месте, где всё было размытым, как во сне, появился резкий, тёплый свет. Он стоял рядом с Бобби, который вдруг замолчал и повернулся куда-то вдаль. — Ты слышал? — спросил Бобби мягко, но с каким-то напряжением. Бак медленно кивнул. Его сердце сжалось — не от боли, а от чего-то другого. Глубже. Чистого и настоящего. — Это был Эдди? — прошептал он, будто боясь, что если скажет это вслух, всё исчезнет. Бобби кивнул. — Иногда, чтобы услышать правду, нужно оказаться на грани. Бак закрыл глаза и снова увидел Эдди — измотанного, с заплаканными глазами, держащего его за руку. — Он меня любит, — сказал он почти удивлённо. — Он действительно… — Да, — перебил Бобби. — И теперь тебе решать, Бак. Ты знаешь, что у тебя есть за что бороться. Тишина сменилась лёгким гулом — где-то вдали запищали мониторы. Пространство вокруг будто дрогнуло. Воздух стал плотнее. Реальнее. — Ты готов вернуться? — спросил Бобби. — Это будет нелегко. Бак глубоко вдохнул. — Я хочу домой. Он сделал шаг — и свет стал ослепительным. --- Сцена (в реальности): Аппарат издал короткий писк. Эдди вскинул голову, услышав лёгкий, неуверенный звук. — Бак?.. — прошептал он, не веря собственным глазам. Пальцы в его руке едва заметно дрогнули.Начелись конвульсии Эдди быстро позвал врача POV: Бадди Свет был слишком ярким. Шум — слишком громким. Казалось, весь мир вдруг вернулся разом. Глаза Бака медленно приоткрылись. Он моргнул несколько раз, пытаясь сфокусироваться. Белый потолок. Больничный запах. И — чья-то тёплая рука, крепко сжимающая его пальцы. Он повернул голову. Эдди. Тот смотрел на него так, будто увидел чудо. Глаза покрасневшие, губы дрожат, а на лице — смех сквозь слёзы. — Бак… — выдохнул он, словно боялся, что это сон. — Ты... ты здесь. Бак попытался улыбнуться, но получилось криво и слабо. — Ты... говорил со мной, — прохрипел он, голосом, едва слышным, как шорох страниц. Эдди застыл. Его лицо изменилось — будто сердце остановилось на миг. — Ты… слышал? — тихо. Бак кивнул. Медленно. — Всё. Даже то, чего ты не хотел вслух. Молчание. Слишком громкое. Слишком честное. Эдди сжал его руку сильнее. — Тогда... тогда ты знаешь. Я больше не могу это прятать. Я люблю тебя, Бак. Слёзы подступили к глазам Бака. Но в них не было боли. Только свет. — Хорошо, что ты сказал это до того, как я умер, — усмехнулся он слабо. — Ты не посмеешь умереть, — срываясь на полушёпот, сказал Эдди. — Я только что признался тебе. Ты теперь обязан остаться. Бак закрыл глаза — и на губах появилась настоящая, тёплая улыбка. — Я остаюсь, Эдди. С тобой. Поздний вечер. Квартира Бака. За окном гаснут огни города. [Бак] Мы не торопимся. Просто сидим рядом. Его рука на моей — и от этого самого прикосновения всё внутри как будто замирает, перестраивается. Я никогда не знал, что можно чувствовать такое спокойствие рядом с кем-то, даже когда сердце колотится, как безумное. — Ты дрожишь, — шепчет Эдди, его пальцы касаются моей щеки. — Не от страха, — отвечаю. — От того, как сильно я этого хотел. Он приближается. Медленно, будто спрашивает разрешения каждым миллиметром. И когда наши губы наконец встречаются, всё становится простым. [Эдди] Я не знаю, когда это стало чем-то большим. Может, когда он спас меня. Или когда я увидел, как он смеётся с Крисом. Или, может, с самого начала. Я просто никогда не позволял себе в это поверить. Поцелуй — не торопливый. Не жадный. Он как возвращение домой. Как глубокий вдох после долгого, тяжёлого пути. Он касается моей груди, будто боится, что я исчезну. Я беру его лицо в ладони — и мы отстраняемся всего на миг, чтобы взглянуть друг другу в глаза. — Я с тобой, — говорю. — Всегда. [Бак] Когда мы оказываемся в спальне, всё будто растворяется: стены, боль, время. Он рядом. Настоящий. Его руки — надёжные, тёплые. Каждый поцелуй — обещание. Каждое прикосновение — признание. Мы двигаемся, как будто давно знали, как быть вместе. Без суеты, без напряжения. Просто мы. Два сердца, наконец позволившие себе быть уязвимыми. И в ту ночь, впервые, я чувствую себя не просто любимым. Я чувствую, что принадлежу. Утро после ночи, наполненной чувствами и признаниями Утро. Квартира Бака. Солнечные лучи пробиваются через занавески, освещая комнату. [Бак] Я просыпаюсь первым. Это всегда так — даже когда Эдди лежит рядом, его дыхание тихо и ровно, я всегда просыпаюсь первым. Но сегодня всё кажется другим. В этом утреннем свете, с этим чувством в груди. Он спит, его рука всё ещё лежит на моей талии. Я поворачиваюсь и смотрю на него — лицо расслабленное, без привычных переживаний. Просто Эдди. Мой Эдди. Я не могу не улыбнуться. [Эдди] Я открываю глаза. Сначала вижу его лицо — лёгкое, спокойное. Бак смотрит на меня так, как будто я для него не просто человек, а что-то большее. Мне в животе приятно ёкает от этой мысли. — Ты смотришь на меня, как на какой-то произведение искусства, — шутит я, хотя в голосе слышится лёгкая сонливость. Он смеётся и, не говоря ничего, наклоняется, чтобы поцеловать меня в лоб. Это такой странный, но одновременно такой родной жест. — Ты не забыл, что мы теперь не просто друзья? — спрашивает Бак с лёгким сарказмом. — Ну да, — отвечаю, всё ещё не проснувшись полностью. — Ты теперь мой постоянный спутник в этом хаосе. [Бак] Я поднимаю руку, чтобы коснуться его щеки, и он мгновенно закрывает глаза, как будто боится, что я забуду, какой он на самом деле — хрупкий и сильный одновременно. — Ты такой красивый, — говорю, не пытаясь скрыть своего восхищения. — Ты даже не представляешь, как. Он открывает глаза и вдруг начинает смеяться, как-то глупо, но это делает его ещё более привлекательным. — Ты слишком много думаешь обо мне, — говорит он, но я вижу, как его щеки краснеют. Я притягиваю его к себе, так что он оказывается на мне, наши тела вплотную. Я не могу не наслаждаться моментом — этим тихим, обыденным утром, когда нет ни больниц, ни травм, ни страхов. — Хорошо, что я могу думать о тебе всё, что захочу, — шепчу ему в ответ. Он зажимает мне губы поцелуем, нежным, но таким настоящим, и в этот момент мир как будто замирает. Всё, что нужно, — это быть рядом. — Ты остаёшься со мной, да? — спрашивает он, как будто это не очевидно. — Всегда, — отвечаю, прижимая его ближе. В этот момент я понимаю, что могу быть счастливым. Что-то изменилось в моём сердце, в нашем мире. Теперь мы не просто напарники и друзья. Мы мы семья любящая семья .