nightmare

Nightmare – Red Velvet

Ночь. Всё окутала темнота, звуки сбавились до минимума — только изредка слышно проезжающие по дороге машины из открытого, такого же тёмного окна. Сону лежит на кровати, пытаясь погрузиться в сон после кошмара, но все попытки тщетны. Он не хочет проверять время, так как знает, что тревога станет ещё больше, а нормальный сон в своё время отступит далеко-далеко. Эта холодная темнота окутала его с ног до головы, что уже ничего не помогает: дыхание по квадрату, медитации, ромашковый чай, книги перед сном, пока веки не станут тяжёлыми — всё это просто не срабатывало. В какой-то момент он не выдерживает и, вставая, направляется на кухню, по пути включая свет, чтобы хоть как-то избавиться от тьмы. И — о чудо — хоть кто-то, так же как и он, не спит. На кухне сидел Сонхун — его друг — в очках, с книжкой, а также чашкой чая. Младший удивился, так как у парня вроде бы нет проблем со сном, и его присутствие в такое время на кухне с книгой наталкивает на вопросы. — Что-то ты зачастил сюда. Что-то случилось? — спрашивает Пак. — Что ты здесь делаешь? — Ему действительно было интересно — всё равно нужно переключиться с темы в его голове, «кошмар», на что-то другое. — Вопросом на вопрос не отвечают, Сону-я, — с тёплой улыбкой сказал тот. И почему он улыбается? Я же просто вопрос задал… — Ну, в последнее время я стал видеть кошмары, которые потом заканчиваются бессонницей… — Я так и думал, — выдал Сонхун, снимая очки, убирая чашку и книгу в сторону, а потом и вовсе сел рядом с младшим. — Я действительно заметил, что в последнее время ты как будто не тут, — Паку было тяжело подбирать выражения, чтобы не напугать и не обидеть Сону. — Если тебе не сложно, можешь выговориться мне, рассказать, что тревожит — про сны и кошмары. Либо просто поговорить про что-то, что тебе нравится. Это прозвучало так приятно, что Сону показалось, будто в его груди непонятные эпизоды тревоги потихоньку отходят, и вместо них тело заполняется спокойствием. Сону выдохнул, якобы скинув с себя весь ночной груз, и принялся искать слова. — Я не знаю… но просто в эти дни стало всё как-то странно… Пауза. Сону начал переживать, что не может всего-навсего объяснить, что ему не даёт покоя. А Сонхун, заметив это, взял и положил свою руку на руку Кима. Как будто в тот момент всё то, что он хотел и желал — а именно покой и уют — мгновенно посетило его. Всё это заставило его забыть про тишину, которая давила на него в комнате, и открыть себя миру, который словно обнимает тебя, говоря, что всё пройдёт. — Давай просто поговорим? — тихо, с надеждой спросил Сону. — Хотя я сам не знаю про что… — Не переживай, я всегда услышу тебя, — и где он научился так крылато говорить? — такие мысли проскользнули у младшего. — Только давай для твоего удобства перейдём на твою кровать? Там теплее, мы закроем окно и создадим ласковый полумрак. Тебе ведь нравится такая идея, Сону-я? — спросил тот, слегка наклоняя голову набок. Сону покраснел. Он восхищался заботой старшего. Снова та же комната — только с присутствием Сонхуна она стала менее страшной. Они легли, устраиваясь удобно на одной кровати. Их тела грели друг друга. Сонхун, в свою очередь, приобнял Сону за плечи, прижимая к своей груди. — Если что, можем просто полежать в тишине, если хочешь, — произнёс старший. — Даже не знаю… в тишине мне становится не очень спокойно, как может казаться, а разговаривать вообще не о чем, — устало ответил тот. Он реально не знал, что делать. Зато сердцебиение Пака действовало ему на пользу — он ощущал себя безопасно. — Тогда расслабься, прислушайся к нашим двум телам и успокойся, — голос Сонхуна в этот момент стал звучать как-то по-другому, но Сону это явно понравилось. Воздух стал заполняться покоем. — То, что поглотило тебя ночью — это просто кошмар. Он пройдёт. — А когда утреннее солнце поцелует тебя — весь кошмар просто исчезнет. Сону так успокаивали эти слова, что он постепенно стал растворяться в покое и чувствовать, как его сердце отдыхает. — Закрой глаза, загадай желание, думай о нас двоих — кто сияет ярче всех. Скоро всё будет хорошо. Примерно пять минут таких фраз — и Пак услышал тихие посапывания. Это вызвало у него умиление — хочется до конца жизни шептать тому приятные речи, дабы тот заснул и был в безопасности, не думая о плохом.