В объятиях опасности

Человек, который все это время доставлял цветы Ханыль, позвонил мне этой ночью и сказал, что она пыталась узнать, кто тот, кто их посылает. И тогда я решил, что хватит. Пора начинать план спасения или разоблачения. - Позовите Ханыль. - Она еще не на работе, - ответил мне Чонин. - Тогда скажи об этом Сынмину, как придет, тогда позовете. Через полчаса я услышал ее голос. Такой родной, до боли родной, и такой забытый одновременно. Я не стал пялиться на дверь, как идиот, не хотел, чтобы она подумала, что я сижу тут и жду ее прихода. Но, блин, я именно это и делал. Звук открывающейся двери заставил меня поднять глаза. И тут я увидел её... Уставшую, словно из неё выжали все соки. Она выглядела вымотанной до предела. И тут меня пронзило. Я по ней безумно скучал. Это было глупо, нелепо даже, ведь мы никогда не были вместе. Но эта тоска жила во мне, как заноза. А сейчас, глядя на неё в таком состоянии, я испугался. Испугался, что все пошло не по моему сценарию. Испугался, что ей так плохо... Я собрался и поднялся со стула, направившись к ней. - Ханыль, здравствуй. Присаживайся. - сказал я, указав на диванчик. А сам прошел к двери и запер ее. Мне хотелось, чтобы никто нам не мешал. - Директор... - тихим голоском произнесла она. - Можно просто Минхо. - поправил я. - Извините, я так не могу. - Называть меня просто директором после стольких букетов? - я ухмыльнулся, присаживаясь рядом. - Вы! - она вскрикнула и тут же встала. Вжух, и все произошло в долю секунды. Я даже моргнуть не успел, как ее взгляд потух, и она просто рухнула на пол. Сердце екнуло, и я подскочил к ней, как ошпаренный. Внутри все похолодело от ужаса. Неужели это из-за меня? Эта мысль, как ледяной душ, окатила с головы до ног. Руки задрожали, когда я коснулся ее щеки, пытаясь нащупать пульс. Молчание в комнате давило, казалось, даже воздух вокруг сгустился от напряжения. В голове пульсировала лишь одна мысль: что я могу сделать? Что я должен сделать? Паника нарастала, грозя захлестнуть с головой, но я отчаянно пытался собраться, понимая, что каждая секунда сейчас на вес золота. - Чонин! - отчаянно закричал я. – Вызовите скорую. Я перенес ее на диван, а сам пошел открывать дверь другу. - Что произошло..? - испуганно спросил Чонин. - Она просто упала... Я-я не знаю... - мне было безумно плохо. Я был готов упасть прям там, вместе с ней. Скорая приехала на удивление быстро. Сердце колотилось так, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Я, не раздумывая, подхватил Ханыль на руки и вынес ее из кабинета. В тот момент все остальное потеряло смысл. Работа, дела, компания – все это стало абсолютно неважным. Я просто сел в машину скорой и поехал с ней, не оглядываясь. И дело было не только в незавершенном разговоре, который тяготил нас обоих. Главное было другое – я безумно переживал за нее. Ледяной страх сковал меня, и я готов был на все, лишь бы с ней все было в порядке. Меня не пустили в палату. - Подождите здесь, - бросила медсестра, захлопнув дверь прямо перед моим носом. И я ждал. Минуты ползли с черепашьей скоростью, каждая из них растягивалась в долгий, мучительный час. Я не мог просто стоять и бездействовать, терзаясь неизвестностью. В голове роились самые мрачные картины, и сердце бешено колотилось в груди. Наконец, дверь снова распахнулась, и на пороге появилась медсестра. Ее лицо было серьезным, но в глазах вроде бы не было тревоги. - С ней все в порядке, бояться нечего, - сказала она буднично. - Вы ее опекун? Не раздумывая ни секунды, я выпалил: - Да, я. Медсестра вздохнула и опустила глаза. - У нее шрамы и синяки... - произнесла она, словно подбирая слова. - Много... Я похолодел. Так и знал. Это не могло быть иначе. Этот подонок, этот изверг... - Что с ней случилось? - вырвалось у меня хриплым шепотом. - Мы пока не знаем точно, - ответила медсестра, стараясь сохранить спокойствие. - Нужно провести обследование. Но, судя по характеру травм... Я перебил ее: - Послушайте, если сюда придет какой-то парень, ни в коем случае не пускайте его! Это, скорее всего, от него все это! - В моем голосе прозвучала такая ярость, что медсестра невольно отшатнулась. - Я вас поняла, - кивнула она, явно испугавшись моего напора. - Мы сообщим охране. Но, пожалуйста, успокойтесь. Ей сейчас нужен покой. Покой... Но я не могу успокоиться. Не могу, пока не убежусь, что она в безопасности. Этот подонок заплатит за все! Я просидел в больнице до ночи, пока меня оттуда не выгнали. Ночь я проспал в машине и на утро, когда можно было к ней зайти, я решился. Палата, куда ее положили, была полностью оплачена мной и поэтому она выглядела очень удобно, в ней было все. Когда я зашел, Ханыль спала. Я сел на кресло рядом и не смог не заметить ее синяки, которые она тщательно скрывала косметикой. На руках и на боках тоже были синяки... Он ее точно бил... Я заметил, как она зашевелилась, и тут же подошел к кровати. - Ханыль!! Ты как себя чувствуешь..? - я встал на колени, чтобы быть ближе. Сейчас неважно, кто я. Сейчас только важно, как она. - Директор Хван? - ее глаза раскрылись, и она потихоньку оглядела место, в котором находилась. - Где я? Это больница? - Это больница, да... - Что случилось? - Ты упала, и мы вызвали скорую... - Сколько я спала? - Около дня. - Дня?? Я не ночевала дома? НЕТ... НЕЕЕЕТ. - Она взялась за голову. - Ханыль!! - Я резко взял ее за руки, прижав к груди. - Все хорошо. - Директор... Мы говорили о цветах же? Зачем... Он бил меня. - Прости!! Я не знал, что он будет таким жестким. Твой парень... Он нехороший человек. И ты, Ли Минхо, чертов мудак. Как ты мог не подумать о том, что такой изверг мог бы на протяжении года избивать свою девушку... - Директор, спасибо... - сказала она, но я не понял за что. - За что... - За цветы. Они были красивые... Но если бы я не была в отношениях, то этого бы не случилось. Я сама виновата. - Что ты такое говоришь!! Не смей так говорить. Я виноват. Нужно было сделать по-другому. - Что вы имеете в виду? - Я все исправлю. Он пожалеет, что родился на свет. - Вы о ком? - Все хорошо, небесная. Не думай об этом. Отдохни. Ты же не против съездить в санаторий, а потом в оздоровительный комплекс всего на пару месяцев? Все за счет компании. С тебя только согласие. - Я... Не знаю. - Прошу, подумай хорошо. Хочешь ли ты возвращаться домой? Лучше отдохни где-нибудь. Скажи, что это командировка, чтобы тебя не трогали. - Почему вы так беспокоитесь, директор... Зачем вы дарили мне цветы? - В ее глазах было непонимание, но и я объяснить это не мог. - Все из-за того, что твой парень... Не важно. Пожалуйста, сделай то, что я говорю. - Хорошо, директор. Спасибо, что пришли. Я, пожалуй, посплю, если вы не против. - Спи... - Сказав это, я вышел. - Прости.