The night is short[Ночь коротка]

Ещё немного, и Лололошка подаст Эграсселя в розыск. Два дня. Два чертовых дня ему не давала покоя эта личность. Он одновременно злился, переживал и ненавидел себя за бездействие. Эграсса просто взял… и пропал? Пропал без вести. Отличник, подающий надежды, просто исчез. Лололошка уже подумал, что этот симпатичный молодой парень был плодом его фантазий, если бы не такие же взволнованные Вальдхар и Туилин, которые не могли даже дописаться до него. Девушка даже ходила к нему домой, но стук в дверь не дал никаких результатов. Друзья буквально сходили с ума от внезапной пропажи. Было страшно, что с блондином что-то случилось. Лололошка третий день подряд шёл на учёбу как на иголках. Даже Джон поинтересовался причиной нервозности брата, на что получил красноречивый жест в ответ. Райя также сильно переживала за эмоциональное состояние сына, но ответа так и не добилась. Лололошка стал злым, раздражительным, нервным и взволнованным. И когда причина его переживаний, наконец, объявилась, всю обиду как ветром унесло. Не осталось и следа от той обиды, когда его друг заявился на учёбу покалеченный. Руку Эграссы от линии корней пальцев обвивает эластичный бинт, что уходит куда-то вглубь длинных рукавов. Вопросы появлялись сами собой, когда явно невыспавшийся парень грузно упал на стул рядом с Туилин. В помещении повисла гробовая тишина, когда Эграсса неуверенно произнёс: — Как дела? Лололошка на это только нахмурился. Туилин же отреагировала сразу. Придвинулась ближе, а Эграсса что-то кратко нашептал ей на ухо, после чего она понимающе кивнула и положила свою руку на ладонь Эграсселя. — Что-то случилось? — поинтересовался взволнованный Лололошка. — Ничего. Просто упал. Вальдхар только подловил. — Как ты так умудрился-то? — иногда он напоминал редкостного идиота. Блондин лишь неопределённо пожал плечами. Эграссель выглядел загнанно, отвечал кратко, точно врал. Он даже не посмотрел на Ло, это напрягало. Что с ним случилось? Они должны поговорить.

***

Выловить Эграсселя в коридорах оказалось ещё сложнее, чем узнать ответы на волнующие вопросы. Парень будто намеренно избегал лишней встречи, пересечения взглядом или ещё чего-то. Помимо того, что Лололошка страшно переживал, он заметил, что Эграсселю действительно тяжело носить свою сумку. Он правша и носит пушистую сумочку в руке, что Лололошка всегда находил милым. В левой руке ему неудобно, с плеча она съезжает. А потому к середине дня Ло просто молча забрал её и носил сам, в ответ получив лёгкую улыбку, благодарный кивок и слегка порозовевшие щёки блондина.

***

— Ссель, а где твоя сумка? — аккуратно поинтересовалась девушка. Сегодня нестабильность друга зашкаливает, а потому стоит действовать с особой осторожностью. — А, это... — Эграсса замялся, щеки слегка порозовели, а чуть погодя он ответил: — Ло заметил, что мне тяжело носить сумку и забрал её. Теперь носит по кабинетам вместо меня. Туилин на это только присвистнула. Повезло ему, однако.

***

Застать Эграссу без подруги рядом сегодня было крайне сложно, но Лололошка видел только цель, а потому в какой-то момент в коридоре он схватил блондина за здоровую руку и затащил в пустую аудиторию, нервно оглядываясь. — Ло? Что-то случилось? — с неподдельным интересом спросил Эграссель, заметно нервничая. — Что с тобой случилось? Почему ты меня избегаешь? Лололошка был заметно взволнован. К этому времени он уже готов был лезть на стену, лишь бы узнать, что произошло с этим ненаглядным. Всё ли с ним в порядке? А Эграсса медлил. Он не был уверен, стоит ли Лололошке знать о его проблемах в семье. Вдруг тогда он упадёт в глазах друга? Вдруг тогда он своими словами действительно отбьет любое желание общаться? Что если вдруг? — Эграсса? — Лололошка остановил бурный поток мыслей. В разуме эльфа поселилась уверенность. Да, он достоин того, чтобы знать. Опустив голову, парень нервно теребил край своей рубашки. Чуть помедлив, он принялся за объяснения. — Пару дней назад я был у тебя на ночёвке и никого не предупредил. — Парень сглотнул, а после на выдохе выпалил. — Это был отец. Эграссель зажмурился и сжался. Его преследовало чёткое ощущение, будто он раскрыл страшную тайну и предал родителей. Что от части являлось правдой. И это пугало. Тихую панику приостановило прикосновение Лололошки к ладони эльфа. Чуть приподняв её, шатен мягко коснулся губами тыльной стороны. Эграсса чувствовал, как горят его щеки от столь бережного отношения к его личности. — Как это произошло? — спокойным тоном поинтересовался Лололошка, но во взгляде его читалась необычная для него серьёзность, непоколебимость и даже… злость? — Отец вернулся домой раньше предполагаемого срока. Пока я пытался объясниться, он не расчитал силу и потянул меня за руку. Несчастный случай. Вот, растяжение. Это был далеко не несчастный случай, но Эграсса никогда в этом не признается. Отец действительно потянул его за руку, но растяжение было поставлено только на следующий день после случившегося. — Пройдёт через две недели, — добавил парень, а после вновь опустил голову. Он правда не хотел смотреть Лололошке в глаза, он не хотел в принципе смотреть на него. Эграссе действительно страшно. Он боится, что встретит в его глазах, на его лице глубокое разочарование. И дело было даже не в том, что эльф искренне любит этого интересного человека. Дело в том, что за столь короткое время их общения этот шатен в клетчатом шарфе, который явно помнит момент, когда Эграсса промолвился о том, что боится отца, стал для него не только объектом всепоглощающего обожания, но и понимающим знакомым, хорошим другом, приятным собеседником и просто прекрасным человеком. Он занимает в его жизни слишком много места. Занимает слишком много в его сердце. Сердце, что сейчас, кажется, остановилось. Находясь где-то в пучине своего сознания, Эграсса просто не придал значения тому, как Лололошка коснулся его макушки, мягко прошёлся ладонью до его щеки и потянулся дальше, желая заправить выбившуюся прядь волос за ухо. К ушам. И в этот момент для Эграсселя замерло всё. Время, пространство, действия. И в этот момент эльф чувствовал, как прямо перед глазами рушится вся его жизнь. Он ничего не может с этим сделать. Эграссель чувствовал, как земля уходит из-под ног, в глазах темнеет, а в голове гудит тишина. Неужели это конец? Тело пронзило подозрительно приятное чувство. Прикосновение к спрятанным ушам. Сердце эльфа ухнуло вниз. Когда Эграсса с шокированным взглядом поднял голову, его встретило нечитаемое выражение лица Лололошки. Нахмуренные брови, поджатые губы, серьёзный взгляд. Его реакция была непонятна, но для эльфа это было не важно. Буквально отпихнув от себя чужую руку, Эграссель вырвал из его рук свою сумку и шустро рванул из кабинета, оставив Лололошку одного. Домой он буквально бежал. Лёгкие болели, непривыкшие к таким долгим пробежкам. Глаза болели от пролитых слёз, которые непрекращающимся градом стекали по красным щекам. Сердце болело от глубокого разочарования. Понимания, что из-за своей неосторожности он потерял близких ему людей. Понимания, что, вероятно, Лололошка сейчас не ощущает к нему ничего, кроме глубокого отвращения. Осознания, что больше никогда не будет как раньше.