Шутка

Началось все с того, что днем на перемене я сидела, такая загадочная, и читала книжку. На улице было холодно, снежинки падали,, кружась в каком-то неизвестном танце. Все написано, что наконец то, началась зима. Мою идиллию кто-то сорвал. Я напряглась, когда увидела небольшую группу моих одноклассников около стола, но все равно этому не придала значения, ведь что может быть лучше хорошей книги и такого же настроения. Они что-то замышляли и постоянно переговаривались. Я начала думать, что они говорили про меня, ведь я слышала что-то напоминающее на мое имя. Толя, мой одноклассник, даже опустился на колени и начал упрашивать сделать что-то Никиту.  Тот сказал: «Я могу сделать это и бесплатно, я не из трусливых» - он это будто выплюнул и пошел ко мне.  Меня это начало бесить, ведь не каждый день на тебя обращают внимание все одноклассники, сказав странное: «Алиска» - вдруг снял футболку и остался полуголым. Я, которая просто читала и нихуя не поняла, увидела боковым взглядом, что Именно он сделал. Моя подруга, сидевшая справа от меня заржала так, что все остальное перестало слышаться. Она всегда была очень громкой и иногда у меня было ощущение, что она делает это специально. Типо «пикми». Но мне было на столько неловко, что другие звуки, кроме моего учащённого сердцебиения, я не слышала. «Что затеял этот полудурок?» - подумала про себя я, отметив, что он не извинятся за этот инцидент и решила обо всем потом рассказать отцу, что и сделала сразу после уроков. Но это было уже потом, сейчас я сгорала от испанского стыда.  Напоследок, после нескольких долгих минут молчания и ржача, он сказал, натянув обратно футболку: «Без обид)» — он протянул это с таким пафосом, будто это я сейчас предстала перед ним в одном лифчике.  К счастью или сожалению прозвенел звонок и мне не удалось освежить лицо.  Я потом очень долго приходила в себя: у меня дрожали руки и дергался глаз, как бы я не пыталась его заставить прекратить. Остальные уроки прошли тихо-мирно.  Уже вечером, сделав уроки и позанимавшись с репетитором, ко мне подошел отец, сказав, что поговорил с папой Никиты и тот просит прощения за своего сына и сказал, что накажет его, хотя и у меня была мысль съехать, что ничего не было, я всё-таки решила ничего не менять. Вместо этого позвонила Ульяне.  Я рассказала обо все ей, и она очень разозлилась, хоть и пыталась это скрыть. Я хотела, чтоб он мне посочувствовала, но тогда я не знала, что она сделает после такой выходки Никиты. Мне это хоть и не очень понравилась, я поняла, что я ей не безразлична.  На следующий день ничего не предвещало беды, все, как обычно, либо списывали домашку, либо просто беседовали на всякие важные темы. Я сидела на стуле, как статуя, пыталась слиться с фоном, чтоб меня не заметили и не погнали на уроки. Примерно в обед, находясь в классе, я услышала сирену, но не такую, как для объявления ракетной опасности, а новую. И вдруг в динамиках послышался голос Дмитрия Владимировича. Он сказал, что на нас напали террористы, но попросил оставаться в спокойствии. Я, не помня себя от страха, вместе со всеми начала баррикадироваться партами и стульями. Неожиданно на мои часы пришло сообщение от Ульяны. Оно гласило, что «это она - террорист».  В это время какие-то образом все разрушилось и я смогла прошмыгнуть на улицу. Увидев подругу я была очень рада, хоть и немного зла, ведь «можно же было предупредить!» Ульяна мне на это ответила многозначительным взглядом, показывая что-то типа «а ты бы мне разрешила тогда все это устроить?». И я поняла, что нет.  Забыла сказать, она была в маске, поэтому никто ее личность не опознал. Я попросила маску и тоже ее надела, и,, взяв пистолет и пару гранат, мы пошли в школу и подошли к классу.  Я хотела взорвать его, но это, похоже, не входило в планы Ульяны , она хотела всех пристрелить. Мы решили сделать все и сразу, она 2 пулями пробила лоб и челюсть Никите и я кинула гранату. Мы сбежали по лестнице. Но это выглядело так, будто мы были в боевике.   Мы бежим и сзади нас взрыв.  В общем, меня переведи в другую школу и никто не узнал личности тех, кто взорвал прошлую.