Запретное притяжение.

Прошло половина учёбного года, компания девочек сдружилась ближе с Розье и Блэком. И немного с Лестрейнджем. Фрейя всё так же само продолжала общаться с мародёрами. После нового года планировался матч Слизерин против Когтевран. И Пуффендуй против я Гриффиндор. — Ну вы собраны дамы или нет? — вбежал в комнату Розье, разглядывая сколько чемоданов набрали эти дамы. — Святой Салазар, вы едите на 10 лет вперед или как? — из-за крика Розье вбежал в комнату Лестрейндж. — Че ты кричишь Эван? — Рабастан взглянул на друга а потом на девочек. — Ну, в принципе они же сами их будут тянуть, верно? Нам пофиг должно быть. — Рабастан взял руку Эвана и потащил прочь с комнаты но их приостановил голос Фрейи. — Ну мы собирались вам чемоданы отдать.. — Мальчики обернулись и оглянувшись взяли чемоданы, типа мол у них нету выбора. А девочки просто вышли из комнаты.

***

Едя в поезде, Фрейе стало не по себе в мыслью что родители могут быть очень злы. Но из-за чего она даже не догадывалась. — Хорошо что мы вчетвером едим, а этих выгнали. — усмехнулась Артемида, и тут девочки рассмеялись вспоминая как их брали за воротники и выставляли за дверь, не смотря на то что они выше, больше их. А Лестрейндж вообще старше на год. — Давайте договоримся что писать будем друг другу? — сказала Мелания, ложа ноги под себя. — Согласна. — закрывая книгу согласилась Фрейя. — Давайте, но только пожалуйста, не каждый день, потому что Моня устанет летать каждый день по несколько раз подряд туда сюда. — успехнулась Лукреция, давая условия. Моня была немного ленивой совой. Она больше любима посидеть в клетке и поспать. В это время зажужжал поезд. Давая знать что они прибыли. Девочки собрали свои вещи и пошли до выхода. Фрейя увидела своих родителей, которые были не очень довольны что стоят и ждут свою дочь, так и ещё что рядом них ходят грязнокровки. Фрейя попрощавшись с подругами, побежала до родителей, которые были явно не веселые. Как и предугадывала сама Фрейя. — Сколько можно ждать тебя Фрейя?! — сказала мать, надевая солнцезащитные очки. — Извини мама. — сказала Фрейя опустивши голову вниз. — Тебя ждет дома важный разговор. Пошлите отсюда. — сказал отец, и семья Ванити быстро покинула платформу. Садясь в карету, Фрейя вспоминала прошлый год, как ездила на ужин к Розье. Мерзко. Хотя она дружит с тем же самым Эваном. Добравшись до поместья, Фрейе открыли дверь и она быстрей зашла в дом после родителей. Она начала подниматься наверх, в свою спальню. Но её остановил голос матери. — Куда ты собралась? Тебя ждёт разговор. — семья Ванити присела в зале, Фрейя ожидала пока начнется разговор. — Фрейя, мы тебя вроде нормально воспитали, все тебе дали. Почему ты не делаешь наши условия которые мы тебе дали? — начал отец, который сидел попивал огневиски. — Что же я не так сделала отец? — Мы знаем что ты общаешься с грязнокровками, и предателями крови. Сколько у тебя совести хватает это делать?! — повысил тон отец, смотря на дочь, у Фрейи в голове не складывался пазл. Как они могли узнать? От кого? — Кто доложил? — Не важно кто, сам факт остается фактом что ты сделала. — продолжила мать, складывая ногу на ногу. — Поймите уже что они тоже люди! Что ничего не решает чистота крови! Так тем более что вообще такое предатели крови! — озвучила Фрейя, и тут же прилетает громкая подщечина — Ты вообще слышишь что ты говоришь? Фрейя! — закричала мать, смотря злыми глазами на дочь. Нет Весперия не была такой же самой в её возрасте. Весперия родилась в роду Мракс, у неё было более сложнее детство чем у Фрейи, и тем же Деймоном. — Да мам! Я слышу! И хочу сказать что друзья которые на гриффиндоре меня всегда поддерживают! Тем более если вам так уж и важно. Я и общаюсь с чистокровным гриффиндорцами! — скрестила руки на груди Фрейя, смотря на оба родителя одновременно. — Ну всё! Мне это надоело! Собирайся! Поедешь на каникулы к моим родителям! Они тебя быстро перевоспитают! — закричала Весперия, беря за шиворот дочь, и ведя её к себе в комнату собирать вещи. Спустя два часа Фрейя была уже у Мраксов. Дедушка Морфин Мракс, а бабушка Мия Мракс. Фрейя всегда их любила, но их рассказы что она должна быть примером для ровесников очень бесило. — Бабушкааа! — Фрейя побежала в объятия старенькой женщины. — Привет Фрейя, что случилось? Почему ты приехала? — Мия Мракс присела на диван показывая чтобы села рядом внучка. — Только скажи что ты не будешь сердиться! — Фрейя сделала щенячьи глазки, беря руку бабушки. — Обещаю. — Ну вообщем. Я подружилась с гриффиндорцами а родители были против. — Фрейя рассказала всю историю как все было. Мию Мракс привело в шок. — Фрейя! Ну ты же знаешь что так нельзя! — начала сердиться Мия, но сразу же попустила злость, потому что пообещала что злиться не будет. — Ну они хорошие люди! С ними весело! Они всегда могут поддержать! — Ты же знаешь наши правила Фрейя! Так тем более ты родственница Тома! — Мия не продумала что ляпнула и сразу же поправилась. — Точнее Тёмного Лорда! — Фрейя опустила голову, она думала что хотяб бабушка на её стороне, не думая вообще если бы тут был дедушка. Ей бы точно прилетело одно из не простительных заклинаний. Pov Kallidora. — Ого! Так я тоже родственница Тёмного Лорда? — спросила Каллидора у Вальбурги. — Да, только дальняя. Но сейчас Тёмный Лорд пропал. Врядли вёрнется. — Тем временем у Каллидоры засветились глаза. Вальбурге было без разницы вёрнется Темный Лорд или нет. По её рассказам ей осталось не долго. Врядли она его увидит ещё раз. Но внучка её подбадривала и говорила что она выглядит на все 20! Тогда Вальбурга поняла что её счастья рядом с ней. Pov Freya. Спустя две недели у Мраксов она немного тут обжилась. Рождество прошёл без празднований. Без балов. Как и думала сама Фрейя, бабушке и дедушке не удобно было бы прийти туда. Скоро ей надо будет собирать чемоданы и ехать обратно в Хогвартс. Морфин Мракс так и не знал почему внучка приехала. Мия воздержалась говорить ему. — Фрейя, у тебя всё есть для школы? — зашла в комнату Мия. Оглядывая комнату внучки, которая сама её убирала, без домовиков. Эта в детстве была комната Весперии. Всё также стояли колдографии где она маленькая. Уже взрослее стояла на фотке с подругами. И самая последняя где она с Деймоном. Над кроватью висели зеленые шторки. Те же самые которые были у Весперии. — Да бабуль. Я всё собрала. — посмотрела Фрейя на Мию, которая уже шла на кухню, приказывая что-то домовикам. Письма Фрейе не приходили, так как её сову забрала бабушка. Мол ей она не нужна. Письма будут от родителей приходить ей. Фрейе не было уж так скучно как дома. Она вырезала разные цветочки с бумаги. Рисовала её и родителей.

***

Стоя на платформе 9 и 3/4. Фрейя шла с бабушкой и дедушкой. Она выглядывала родителей. Но прождавши ещё немного Мия сказала ей на ушко: — Родители не смогут приехать. У них завал на работе. Не переживай, они тебя встретят когда будешь возвращаться домой. Фрейя слегка кивнула и увидела вдалеке Блэков. И тут же отвернулась. Поезд зажужжал. И поцеловал в щечки Морфина и Мию, она побежала в поезд. Она встретила в коридоре поезда Артемиду. — Боже, Фрейя! — подбежала она к Фрейе и накинулась в объятия. — Я думала с тобой что-то случилось! Почему ты не отвечала на письма! — Фрейя сказала что расскажет в купе что случилось за эти каникулы. Усевшись вчетвером в одно купе, девочки начали расспросы. Фрейя рассказала все как было. — Я говорила что дружба с гриффиндорцами не до хорошего доведет! — сказала Артемида, прикрывая глаза. Лукреция и Фрейя решили промолчать на это а Мелании было все равно. Она не так близко с ними общалась. Разве что могла пообщаться с ними в компании Фрейи и Лукреции, а так она пас. — Интересно кто мог это про болоболить? — задумчиво произнесла Мелания, вертя прядь волос на пальце. — Я тоже об этом думаю, — Фрейя сжала руки на коленях. — Никто из нас не мог… не должен был. — Но кто-то ведь сказал, — Артемида вздохнула. — Может, кто-то из старших. Розье? Лестрейндж? — Эван бы не стал, — тихо сказала Лукреция. — У него, конечно, язык острый, но он не дурак. Да и слишком гордый, чтобы ябедничать родителям других. — А Рабастан? — Мелания вскинула бровь. — Рабастану всё равно, с кем мы общаемся, — отрезала Фрейя. — Он вообще половину времени читает чёртовы древнеруны и пытается понять, как построить зеркало обратного отражения. Ему не до доносов. — Тогда кто?.. — Лукреция замолчала, задумчиво кусая губу. — Я бы поставила на кого-то из слуг, — добавила она. — Кто-то мог передать разговор, услышать что-то случайно. Или… — она резко замолчала, встретившись взглядом с Фрейей. — Или? — спросила Фрейя, слегка нахмурившись. — Или тебя могли видеть с Поттерами. Или с Лили Эванс. Родители у всех — из одного круга. Слухи быстро растут, как грибы после дождя. Фрейя кивнула. Мысль была разумной. Больной, неприятной, но правдоподобной. — Что теперь будешь делать? — спросила Мелания. Фрейя откинулась назад и посмотрела в потолок. — Жить. Общаться. Улыбаться. Пусть видят, что меня не сломать. — О, начинается, — усмехнулась Артемида. — Героическая речь. Осторожнее, а то сама себя на дуэль вызовешь. — Не смешно, — бросила Лукреция, хоть и сдерживала улыбку. — Зато верно, — добавила Мелания. — Не позволим чистокровным традициям делать из нас марионеток. Правда? — Правда, — в голос сказали все трое. Пройдя в большой зал, Фрейя осмотрелась, всё почти сидели на своих местах. Кроме.. Блэка Розье Лестрейнджа с Ноттом. — Выглядываешь любимого? — услышала Фрейя по правую сторону, там сидела Мелания. — Да прекрати ты, — усмехнулась Фрейя.

***

Стадион был обледеневшим, небо низким и серым. Ветер то и дело срывался с трибун, как будто сам старался испортить игру. Четвёрка слизеринок устроилась на нижних рядах, кутаясь в шарфы. — Почему у нас в расписании матч в такую погоду? — пробурчала Мелания. — Я, конечно, понимаю слизеринскую стойкость, но я не статуя Салазара. — Потому что братец захотел «продавить дух Когтеврана» метелью, — фыркнула Артемида. — И судя по погоде, дух у них уже весь в сосульках. Отлично! Тогда сцена примет совсем другой оборот — динамичнее, напряжённее, и с фокусом на матч и внутренние ощущения Фрейи. Вот продолжение с учётом того, что Розье, Нотт, Лестрейндж и Блэк участвуют в игре, а капитаном команды является Ноам Паркинсон: Стадион ревел. Слизеринская трибуна перекрывала шум метели: зелёные шарфы развевались, флаги хлопали на ветру, ученики вставали с мест каждый раз, как метла слизеринца стремительно прорывала воздух. На поле всё смешалось — вихри снега, игроки в зелёных мантиях и стальные отблески мётел. Впереди летел Ноам Паркинсон, выкрикивая команды, как будто управлял не игрой, а армией. Его голос прорезал вой ветра. — Рабастан, левый фланг! Леон, на отбивку! Рабастан Лестрейндж рванул вбок, разрезая воздух, как нож, а Нотт отразил очередной бладжер, едва не сбивший с метлы Эвана Розье. Тот, не теряя скорости, резко вывернул, послав квоффл в кольцо соперника. — ГОЛ! — взревела трибуна. Фрейя вскочила вместе со всеми, но внутри ничего не дрогнуло. Она смотрела, как Регулус — ловец — петляет высоко над полем. Ловкий, точный, в этой метели он был почти неразличим — призрачная тень на фоне свинцового неба. — Твой Блэк летает так, будто ему эта погода родная, — пробормотала Мелания, утирая капюшоном снег с лица. Фрейя не ответила. Глаза её не отрывались от неба. Там, в десятках футов над землёй, кружился он. Регулус. Она видела, как он ловко избегает столкновения с вражеским ловцом, резко падает вниз, будто камень, затем поднимается вновь. Он был сосредоточен. Холоден. Резок. Как и всегда. — Поймает он сегодня снитч — будет тебе повод кивнуть ему, — усмехнулась Лукреция. — Не дождётся, — отрезала Фрейя, стягивая шарф. — Почему? — удивилась Артемида. — Потому что я — не снитч. И вновь — взгляд наверх. Регулус скользнул взглядом по трибуне. Увидел её. Не подал виду. Но Фрейя знала: он знал. — Поймает, — тихо сказала она. — Конечно, поймает. Он всегда ловит. И в следующую секунду стадион взорвался — золотой снитч оказался у него в ладони. Регулус завис в воздухе, подняв руку. Его лицо было непроницаемым. Но смотрел он — на неё.