Ученик превзошёл учителя.

Прошло ещё несколько раундов, а Шедлетский будто на шипах сидел. В голове навязчивым роем крутились мысли о том, каким именно способом 1х4 его убьет на этот раз. Он был уверен: это будет долго, мучительно и с особой жестокостью, специально для того, кого это нечто ненавидело больше всех на свете. От этих образов по спине пробегал неприятный холодок. После очередных "догонялок" от чада Севена все выжившие оказались в лобби. Повисло тяжёлое, липкое молчание, которое внезапно прервал голос Шанса: — Эй, Шед, смотри-ка! Следующий раунд с твоим "любимым". Ну что, тебе уже не терпится чмокнуть его в щечку? — Сероволосый хитро прищурился и расплылся в ехидной улыбке. Но не успел он привычным жестом подкинуть монетку, как тут же получил подзатыльник от Эллиота. — Заткнись, Шанс. Лучше бы что-то полезное сказал, а не свои неактуальные шуточки. Хотя если ты и предложишь что-то дельное, то только в моих самых несбыточных мечтах, — осадил его Эллиот, поправляя свою кепку. Тот лишь недовольно цокнул и, потирая затылок, отошёл в дальний угол, уединяясь со своей излюбленной монеткой. Шедлетский грустно вздохнул, стараясь скрыть дрожь в руках. Внутри него сейчас бешено колотилось сердце, а по венам разливался адреналин перед следующим раундом. Он и сам не понимал, почему так сильно нервничает именно сейчас. Ведь он проходил это достаточно много раз. На его плечо легла тяжелая рука Гостя. Шед едва заметно вздрогнул, повернув голову в его сторону. Гость произнес: – Я понимаю тебя, но ты прошел через это уже много раз, что сейчас не так? – Шедлетский помялся. Действительно, что не так? Но ощущения были, словно в этот раз 1х4 не просто перережет ему шею, а проткнет насковь его брюшную полость и оставит его так умирать от невыносимой, острой боли и кровотечения. Вдруг, Шед поняв, что всё это время молчал, наконец-то произнес: – Всё в порядке. – Эллиот, закатив глаза, удалился в свою комнату. Это самый тупой и раздражающий ответ, что он слышал. Гость убрал руку и перед тем как тоже уйти, сказал: – Просто не думай об этом, лучше сосредоточься на предстоящем раунде. – Остальные никак не прокомментировали это, лишь молча разошлись по своим комнатам, чтобы хоть немного отдохнуть. Да и настроиться на скорую смерть. Тем временем у убийц.. В это время в логове убийц царила своя атмосфера. Почти все сидели внизу. Общались, смеялись, в общем занимались своими обычными делами. 1х же как всегда находился в своей комнате. Он был следующим убийцей, и сейчас явно скучал. Просто лежал на кровати, закинув руки за голову. Он и сам толком не понимал, что именно заставило его вызвать голографическую панель Coolguy. Светящийся экран на мгновение осветил его лицо. Лениво пролистав список всех выживших, он замер, а затем замявшись, нажал на профиль Шедлетского. Тот тоже, судя по датчикам, сейчас находился в своей комнате, даже не подозревая, что за ним наблюдают. Шедлетский в это время ходил туда сюда. Мысли путались, то он представлял холодный, красный блеск в глазах убийцы, то тупую боль от удара, который неизбежно последует. Он подошел к зеркалу, всматриваясь в свое отражение, и нервно усмехнулся, вид у него был как у смертника, который сам идет на эшафот. А 1х4 тем временем продолжал сверлить взглядом иконку на панели. Его пальцы едва заметно замерли над экраном, прослеживая контуры пиксельного изображения Шедлетского. В груди шевельнулось что-то странное, похожее на предвкушение, но это была не обычная жажда крови. Это было что-то более острое. То, что отдавало теплом в груди. Он закрыл панель, и комната погрузилась в полумрак, оставив его наедине с тихим эхом собственного дыхания. Внезапно раздался системный звук, сигнал о том, что до начала раунда осталось ещё пару минут. Шедлетский вздрогнул, почувствовав, как внутри всё сжалось. Обратного пути не было. Теперь их разделяли всего несколько минут и одна общая карта, где один будет бежать, а второй наслаждаться каждым мгновением этой погони, жаждя смерти первого. Система сработала, и мир вокруг начал темнеть, перенося выживших на локацию. Через мгновение Шедлетский уже стоял посреди Кладбища. Холодный ветер завывал между надгробиями, а свет полной луны тускло освещал кости и черепа, разбросанные по земле. Шедлетский нервно сглотнул, чувствуя, как туман пробирается под одежду. Эта карта всегда вызывала у него дрожь, а сейчас, зная, КТО будет за ним охотиться, он чувствовал себя так, будто бы его уже заживо похоронили. Он судорожно сжал кулаки, пытаясь унять дрожь в теле и оглядеться. Где-то впереди виднелся силуэт генератора, но подходить к нему было равносильно самоубийству. — Спокойно, Шед... просто не стой на месте,— прошептал он, делая осторожный шаг по хрустящей траве, взяв в руки свой меч. Наконец и 1х4 материализовался на другом конце карты. Он не стал размениваться на случайные цели. Его взгляд, холодный и сканирующий, сразу выцепил в тумане желтую голову с красной кепкой — Эллиота. Убийца знал правило: убери медика, и остальные станут лишь вопросом времени. 1х4 рванул с места с неестественной скоростью, сокращая дистанцию за доли секунды. Эллиот, заметив опасность, сразу начал бежать, готовясь применить свою вторую способность, но не успел. Тяжелое лезвие 1х4 уже замахнулось для фатального удара — Сзади! — выкрикнул Гость, вылетая из-за стены. Гость, не раздумывая, бросился наперерез, пытаясь закрыть собой Эллиота. Он надеялся, что его способность или просто эффект неожиданности дадут им шанс отступить, но 1х4 даже не замедлился. С каким-то звериным изяществом он уклонился от выпада Гостя и, схватив его за плечо, с силой отшвырнул в сторону, впечатывая в стену. Послышался глухой удар, и Гость на мгновение замер, оглушенный. Эллиот остался без защиты. 1х4 вонзил меч прямо в грудь хиллера. Тот лишь судорожно выдохнул, и его тело обмякло, падая на землю. Искра жизни медика погасла, оставив выживших без единого шанса на исцеление. Гость, превозмогая боль, попытался подняться, но 1х4 уже стоял над ним. Убийца наступил на грудь Гостя, вдавливая его в землю. — Ты жалок. — прозвучал искаженный голос убийцы. Одним точным движением он вонзил в голову Демоншанк, окончательно добив его. Выживших осталось лишь восемь. Тем временем Таф и Дуссекар возились со сломанным генератором. — Держи этот провод, — буркнул Дуссекар, передавая Тафу оголенный кабель. — Если коротнет, хоть не поодиночке. Один провод сюда, другой туда. Через пару минут из трубы этой машины хлынул густой дым, верный признак того, что они справились на ура. Таф победно вскинул кулак вверх, но Дуссекар не дал ему отпраздновать. Схватив друга за руку, он резко развернул панель Coolguy. Пальцы быстро пробежали по сенсору, нажали на иконку 1x4, и на экране появился его силуэт .Поняв, что цель совсем рядом, Дуссекар крепко перехватил Тафа под локоть и быстрым, почти лихорадочным шагом повел его в противоположном направлении. Пока они петляли между обломками, Дуссекар нарушил тишину. — Знаешь, Таф... — он слегка повернул голову, поймав на себе вопросительный взгляд друга. — Ощущение, словно Спектру — тому, кто стоит за всей этой игрой, просто наскучили обычные догонялки. И он решил "разнообразить" партию, подсунув нам эту систему слежения под видом системной ошибки. Таф лишь понимающе кивнул, покрепче перехватывая пальцами лямку снаряжения ( имею ввиду, типо, его ловушки и т.д). Его молчание сейчас было красноречивее любых слов. Вдали, за одной из покоцаных стен, показались знакомые силуэты. Буилдер и Шанс стояли в тени свежесобранной постройки, восстанавливая силы. Заметив приближающуюся подмогу, Буилдер коротко махнул рукой, не отрываясь от машины, которая хоть и медленно, но восстанавливала хп. — О, живые, — первым подал голос Шанс, нервно теребя край панели. — А вы прикиньте, что я заметил, мы тут все вовсю юзаем этот софт, а 1х4 — нет. Походу, он любит играть по правилам. — Если это действительно так, то нам знатно повезло, — отозвался Дуссекар. — А я бы не был так уверен, — перебил Буилдер, открывая панель Coolguy. — Он не настолько тупой, как ты думаешь, Шанс. Тишина это не всегда честная игра. Иногда это просто подготовка к... Он не договорил. Все разом замерли, когда со стороны пустых коридоров донесся звук. Это были шаги, едва слышные. Таф, затаив дыхание, подошел ближе к углу и осторожно выглянул из-за стены. Тишина мгновенно сменилась визжащим, режущим звуком стали, от которого заложило уши. Дуссекар, среагировав на инстинктах, вытянул свою трость в сторону друга, и его крик разорвал воздух. — ТАФ, НАЗАД!! Но было поздно. Последнее, что запечатлел Дуссекар, так это черно-зеленую вспышку. Меч 1х4 вошел в череп Тафа с сухим, оглушительным треском ломающихся костей. Горячая, алая кровь веером брызнула на бетон, окатив лицо Дуссекара, который уже сорвался на бег. Он не успел, пальцы лишь беспомощно дернулись, не успев создать защитный барьер. Демоншанк с такой силой пробил голову несчастного Тафа насквозь, что инерция впечатала клинок в противоположную стену. По белой поверхности, прямо над обмякшим телом Тафа, змеями расползлись глубокие трещины. Шанс, побелев от увиденного, судорожно выдохнул. Его рука сама потянулась к карману, ну так, на удачу. Монетка взлетела в воздух, и он, стиснув зубы, выскочил из-за укрытия. Револьвер в его руке казался тяжелым, как никогда. Он навел мушку туда, откуда прилетел клинок, но вместо убийцы увидел лишь пустоту. В ту же секунду воздух снова разрезал свист, второй демоншанк летел прямо в грудь. — Да ладно?! — прохрипел Шанс, в безумном рывке отскакивая в сторону. Лезвие прошло в миллиметрах от него. Как он увернулся? Даже Спектр, наблюдавший за игрой, вряд ли нашел бы логичное объяснение. Шанс снова вскинул ствол, водя им из стороны в сторону, но 1х4 словно исчез. — Где он?! — закричал он, но голос сорвался. Повернув голову направо, он увидел лишь смазанное черное пятно. 1х4 несся на него с нечеловеческой скоростью, не оставляя времени даже на мысль. Удар был тихим и точным. Демоншанк вошел под ребра, прошивая тело насквозь. Когда 1х4 рывком вынул клинок, Шанс рухнул на колени, а затем повалился на холодную землю. В глазах темнело, полоска хп опасно мигала красным. На последних секундах жизни, захлебываясь кашлем, он увидел спину 1х4, который уже неспешно шел в сторону замерших Буилдера и Дуссекара. — Х-хер... тебе... — прошептал Шанс. Он из последних сил поднял револьвер, целясь врагу в затылок. Палец нажал на курок. Но вместо того, чтобы пуля полетела в 1х4, она с диким грохотом вылетела из задней части барабана, пробив голову самого Шанса. Этот вывернутый наизнанку выстрел окончательно добил его. Его тело обмякло, а голова бессильно упала на землю. А иконка с профилем Шанса стала серой, что означало, что он умер. Тем временем 1х4, решительно шел в сторону щитовика. Тот же, начал убегать вместе с Билдерменом в противоположную сторону. убийцы, наблюдающие за кровавым триумфом 1х4 лишь смеялись с того, как быстро умирали выжившие. Джон Доу, как обычно сидя на диване, тихо рассмеялся, видя позор Шанса. Он сказал своим грубоватым голосом: — Шанс в каждом раунде будет так лажать? Выстрелить самому себе в голову, пытаясь попасть в затылок Икса... Это ж надо иметь особый талант "везения".. Иронично. Из тени, прислонившись к дверному косяку, вышел Ноли. Его пустые глаза холодно блеснули, когда он бросил взгляд на беснующегося 1х4 на панеле Coolguy. — 1X4 в эт0м р4унд3 0с0б3нн0 з0л, — процедил Ноли с усмешкой. — В1дим0, д0 сих п0р не от0ш3л от т0г0 случа 4я с Ш3дл3тск1м. Р3шил выпл3снуть всю 0б1ду н4 эт1х луз3р4х. П0см0три, к4к он кр0мс4ет их, даж3 н3 глядя. Джон Доу хрипло усмехнулся, — Шедлетский умеет портить настроение, это точно. Но сегодня 1х4 отыгрывается за двоих. Посмотри на Билдермена, он уже занес молот. Думает, что какая-то жалкая машина остановит то тотальное уничтожение, которое летит в его сторону. — Стройка-разрушайка! — закричал Кулкид, хлопая в ладоши. — 1х4, лови его! Сделай "бум"! пока на поле боя творилось безумие, Ту Тайм был занят куда более странными вещами. Пока 1х4 кромсал его команду, явно больной на голову культист даже не смотрел в ту сторону. Он сидел где-то позади единственного особняка на этой карте, низко склонившись над землей, и его плечи мелко дрожали, то ли от сдерживаемого смеха, то ли от чего-то ещё. В его руках тускло поблёскивал кинжал. Ту Тайм аккуратно выцарапывал на земле символ своего культа, шепча под нос: — Слава Спавну.. Слава Спавну... Они не понимают. Они думают, что это конец. Но я то знаю, что смерти нет, есть только ещё одна попытка. Он мельком глянул на серые иконки Тафа и Шанса в углу экрана, но в его глазах не было ни капли скорби. Наоборот, он выглядел почти радостным, снова неразборчиво шепча что-то. Внезапно Ту Тайм замер. Он вонзил кинжал в центр начертанного ритуала, устанавливая точку своего будущего возрождения. — 1х4 думает, что он хозяин этой игры, — Ту Тайм медленно поднялся, и его взгляд стал абсолютно безумным. — Но как можно убить того, кто уже принёс себя в жертву? Он активировал невидимость, и его силуэт начал таять в воздухе, оставляя после себя лишь едва заметное мерцание. Ту Тайм не собирался спасать Дуссекара или Билдермена, он собирался подобраться к Ван иксу со спины, чтобы нанести удар, который наполнит его шкалу второй жизни до краев. Для него всё происходящее было лишь очередным обрядом, неудивительно. Ту Тайм, затаив дыхание, скользил вдоль стен, не отрывая взгляда от экрана панели. Судя по окружению рядом с 1х4, он был совсем рядом. Внезапно из-за поворота донесся хрип и звук удара. Ту Тайм осторожно выглянул. 1х4 как раз заканчивал с севеном, жестоко впечатывая того в землю. Это был шанс.Ту Тайм покрепче сжал свой кинжал и рванул вперед. Он старался двигаться бесшумно, но едва заметный шорох его подошв выдал его. 1х4, даже не оборачиваясь, услышал эти тихие шаги. В тот момент, когда Ту Тайм уже занес руку для удара, убийца сразу же увернулся. Рывок был настолько быстрым, что Ту Тайм замер с открытым ртом и расширенными глазами. Рука с кинжалом прорезала лишь пустоту, а 1х4 уже был сбоку. Не давая выжившему опомниться, убийца , не жалея все силы, пнул того в бок. Ту Тайм отлетел назад и с грохотом врезался в стену, сползая по ней вниз. Не дожидаясь, пока жертва поднимется, 1х4 резким движением швырнул демоншанк. лезвие с глухим стуком вошло точно в голову культиста, пригвоздив его к стене. Иконка его профиля мгновенно стала серой. В хижине убийц наступила секундная тишина, которую прервал выдох изумления. — Ничего себе..— протянул Джон Доу, заглядывая в панель Coolguy. — Кт0-т0 зн4л, 4то 0н т4к ум33т? — спросил Ноли, — Ту Т4йм, н4в3рн03, д4ж3 н3 п0нял, к4к 0к4з4лся в л0бб1. А 1х4, выдернув меч из стены, даже не взглянул на тело, в котором уже отсутствала жизнь. Он уже чувствовал следующую цель, того самого недотепу, который в прошлый раз опозорил его. Шедлетский, сидя на корточках напротив генератора, соединял последние провода. Он был так поглощён проуессом, что не заметил, как в нескольких метрах от него застыла высокая черная фигура. Когда он наконец шуточно вытер пот со лба и обернулся, его взгляд встретился с каменным лицом 1х4, который стоял поодаль, крепко сжимая в руках свои демоншанки. Сердце Шедлетского ушло в пятки. От дикого волнения, которое копилось в нём ещё до начала раунда, он не нашёл ничего лучше, кроме как выдать нелепость в стиле светской беседы. Он нервно пригладил волосы и выдавил: — Оу, дорогой, ты что это..уже со всеми расправился? Так быстро? — он издал короткий, дерганый смешок, покрепче прижимая к себе меч. — А я тут, видишь ли, клининг заказывал, провода вот прибираю... Не хочешь перекусить? У меня как раз завалялась жаренная ножка курочки. 1х4 не сдвинулся с места. Он смотрел на это зрелище с абсолютно каменным лицом. Икс просто молча наблюдал за тем, как его последний противник пытается "заговорить зубы" смерти столь позорным способом. — Ладно ладно, шутка не зашла, я понял. — Шедлетский решил пойти навстречу убийце, чтобы хоть как то сгладить ситуацию. Но ноги, ставшие ватными от нервов, подвели его. Сделав всего пару шагов, он запутался в собственных ногах и с позорным звуком споткнулся о землю. Он нелепо взмахнул руками и едва не пропахал носом землю, застыв в неуклюжей позе прямо посреди открытого пространства. Курица, которую раннее он предлагал 1х4, выпала из его рук, упав куда-то в траву. Тем временем в хижине убийц стоял дикий ржач. Джон Доу буквально сполз с дивана, держась за живот. — НЕТ, ВЫ ЭТО ВИДЕЛИ?! — прохрипел он сквозь смех. — "Оу, дорогой"! Он серьезно? И потом этот эпичный полёт на ровном месте! Шедлетский превзошёл сам себя в клоунаде! Ноли, прислонившись к стене, тоже не сдержался. Он прикрыл лицо рукой, но его плечи мелко дрожали от смеха. — 1Х С_ей7час нАв7ерное, пр7Ок_линАе8т С5_пЕктр0а з9а то, чт0 Ему п0дСунулИ это7о недоУм_Ка под финАл, — выдавил Ноли, качая головой. Джон Доу, еле как перестав смеяться, сказал — Посмотрите на 1х4, он же просто в шоке от того, насколько это тупо. А икс всё так же неподвижно стоял поодаль, сверля споткнувшегося Шедлетского взглядом, полным ядовитого презрения. В его голове крутилась лишь одна мысль, поскорее закончить этот раунд и никогда об этом не вспоминать. Хотя, чего греха таить, он бы явно об этом вспомнил. Шедлетский чуть не подпрыгнул на месте, когда 1х4, стоя в гробовой тишине, резко вытянул обе руки вперед, а затем плавно, почти ритуально, развернул острия клинков на себя. Секунда, и молниеносным движением убийца проткнул собственное тело насквозь обоими демоншанками. 1х4 лишь мелко дрогнул. Его руки судорожно сжали рукояти, а веки плотно сомкнулись от нарастающей, выжигающей изнутри боли, когда демоншанки вошли в его плоть. Но настоящий ужас начался позже. Из каждого трупа, оставленного 1х4 на карте — Тафа, Шанса, Дуссекара, Ту Тайма, Эллиота, 007n7 и другие, разом начали вырываться темные-зеленые подобия "людей". Звук был невыносимым. Чавканье разрываемой кожи и сухой, оглушительный треск переламываемых костей заполнили пространство. Шедлетский, чье лицо за долю секунды приобрело, понял, что лимит шуток исчерпан. — Хорошо же общались... — взвизгнул он, подняв свой меч с травы, и со всех ног припустил в противоположном направлении. Как только все миньоны восстали, каждый приспешник без единого слова, словно подчиняясь общему коллективному разуму, разом развернулись и начали стремительное сближение с последним выжившим. Шедлетский бежал. Тяжелое, рваное дыхание миньонов за спиной подгоняли его лучше любого стимула. Он резко свернул за угол, надеясь на то, что сможет выкрутиться из всей этой жопы и выжить, но замер как вкопанный. Перед ним высилась глухая, покоцанная темно-оранжевая стена. Тупик. Шедлетский резко развернулся, прижимаясь спиной к холодной стене и выставив перед собой меч. приспешникт заполнили всё пространство перед ним, отрезая все пути к отступлению. Но, вопреки ожиданиям, они не бросились на него. Миньоны замерли в паре метров от шеда.синхронно опустив мечи остриями вниз. Шедлетский, дрожа от нервов, переводил взгляд с одного приспешника на другого, не понимая, почему они медлят. — Эм... ребята? — проговорил он, пытаясь вернуть себе остатки напускной уверенности. — Может, договоримся? У меня есть...эээ.. купон на бесплатную курицу? Ответом ему была лишь тяжелая, давящая тишина. А затем из глубины коридора послышались шаги. Медленные. Уверенные. Возвестили о приближении хозяина этого безумия. 1х4 шел сквозь строй своих слуг, даже не глядя на них. В глазах пульсировала первобытная ярость, смешанная с той самой ненавистью к Шедлетскому. Он остановился в нескольких шагах, возвышаясь над забившимся в угол выжившим. В хижине убийц Джон Доу довольно потер руки, придвинувшись к самому экрану панели — Ого, вот это кадр — прошептал он, оскалившись. Ноли кивнул, не отрывая взгляда от панелт. — сп0р1м, 4т0 Ш3дл3тск1й сд3л4ет 0пят6 4то-т0 н3леп0е — коротко бросил он. 1х4 медленно поднял Демоншанк, кончик которого замер прямо у горла Шедлетского... Продолжение следует...