Кровавые Лилии

Девочка родилась альбиносом: белые волосы, белые ресницы, мраморная кожа и едва заметные сиреневые зрачки. После ареста Блека Лилию отправили в Суррейский приют для детей, откуда её забрали в возрасте шести лет в семью Плокисс. — Сразу проясню некоторые моменты, — начала тетушка. — Ты здесь не потому, что тебя любят, а потому что я сбил человека. Чтобы моей репутации не пришел конец, я занялся "благотворительностью", — продолжил дядя. Для Лилии было не так важно, где жить, — главное, не в детском доме. Она могла спать хоть на полу, лишь бы не на узкой койке в углу комнаты среди других детей. У дяди Оливера и тёти Мэдисон был сын — Пирс Плокисс, очень требовательный и избалованный. В общем, в этом сумасшедшем доме у Лилии было всего три любимых дня и одна "прекрасная" неделя. **Первый день** — её день рождения. В этот день ей разрешалось съездить в магазин, выбрать одежду (но не более десяти вещей) и купить подарок для Пирса. **Второй день** — именины Дадли Дурсля, лучшего друга её брата. На весь день она оставалась одна дома. Помимо уборки, которую нужно было сделать идеально, всё было прекрасно. Хотя уборка ей даже нравилась. **Третий день** — праздник Пирса. Опять же, она проводила его в одиночестве. И наконец, **"прекрасная неделя"** — новогодние каникулы, когда вся семья Плокисс уезжала, оставляя Лилию с бабушкой Эдди Элитол. Та была почти слепа, но добра — и это была самая счастливая неделя в году. … В очередной Новый год Лили и Эдди пошли в гости к миссис Фигг. Обычно они встречали праздник в такой компании, но в этот раз у тётушки был ещё один гость: худой мальчик с волосами, падающими на глаза, в круглых очках и старой одежде. Он представился как **Гарри Поттер** — кузен Дадли, которого в этом году тоже оставили, как и Лили. Так и началась их дружба — дружба детей, объединённых несчастьем. Виделись они редко. Девочка стала приходить к Эдди в свои "любимые" дни и наведываться к миссис Фигг. Очередные именины Дадли не стали исключением. Придя к бабушке, она сначала убралась у неё, а потом завела разговор: — Как там тётя? — спросила Лили. — Беда с ней, ногу сломала, — немного опечаленно сказала Эдди. — Как ногу?! А Гарри у неё? — Нет, твой дружок не у неё. Фигг так расстроилась, что просила никого не приходить, — продолжила пожилая женщина. — Только ты не расстраивайся. Помнится, ты хотела стать ювелиром? Мой сын, пока не пропал без вести, был им. Давай я покажу тебе его комнату. До этого Эдди даже запрещала подходить к комнате сына, а теперь предлагала не только войти, но и трогать его вещи. — Если для вас это сложно, мы можем просто пойти погулять… Я не настаиваю, просто вы всегда запрещали… — Лили не договорила, но вошла. Комната была прекрасна: двухспальная кровать напротив окна, а справа от двери — большой стол с инструментами для обработки украшений. — Эта комната в твоём распоряжении. Всё, что найдёшь, — твоё, — добродушно сказала бабушка. — Правда?! — Лили была потрясена. — Да. А я пойду прилягу. Развлекайся. На полке рядом со столом лежали четыре кольца: - На первом — треугольник, - На втором — линия от одного ребра до другого, - На третьем — круг, - На четвёртом — все символы вместе. Девочке понравилось четвёртое кольцо, но, когда она взяла его, оно обожгло её так, как не может обжечь даже огонь. В ужасе она бросила кольцо и взглянула на кончики пальцев — на них искрились белые точки. — Опять… — прошептала она. Через семь минут она потеряла сознание.