Кутюрный курьёз

Год спустя после знаменитого показа, в ателье Vante царила привычная творческая неразбериха. Тэхён нервно расхаживал между манекенами, поправляя сползающие очки, и, то и дело поглядывал на телефон. На экране ярко горело злополучное сообщение с тем самым кодом — 4732. «Неужели снова?» — прошептал он, ощущая знакомое беспокойство. Дверь распахнулась с характерным скрипом, впуская порыв влажного воздуха. На пороге стоял Чонгук — уже не тот растерянный курьер, а уверенная модель, хотя в его глазах по-прежнему читалась готовность к неожиданностям. — Ты звал? — спросил он, стряхивая капли дождя с кожаного жакета новой коллекции. Тэхён вздохнул: «Я просил заходить через чёрный ход». — Там твоя новая ассистентка делает маникюр, — Чонгук потянулся к печенью на столе. — Кстати, она сказала... — Неважно! — Тэхён сунул ему телефон под нос. — Узнаёшь? Чонгук прочитал сообщение, и его лицо озарилось улыбкой: «Наш счастливый номер! Надеюсь, там не тот злополучный шёлк?» — Нет, но доставить должен именно ты. Лично. — Опять я? У меня же сегодня... — Фотосессия отменяется, — Тэхён достал из кармана флешку и многозначительно потряс ею. — Помнишь парижский фонтан? Чонгук побледнел: «Ты же обещал удалить видео!» — Я обещал подумать. Так что выбирай — либо идеальная доставка, либо весь интернет увидит твой акробатический этюд в фонтане перед Ritz.

***

Чонгук осторожно шагал по мокрому тротуару, крепко прижимая к груди коробку в чёрной упаковке с золотой лентой. «Без луж, без падений», — бормотал он, обходя каждую неровность. Неожиданно из-за угла выскочил велосипедист. Коробка выскользнула из рук и... оказалась в руках Тэхёна, который шёл следом. — Предсказуемо, — простонал дизайнер. — Ты следил за мной? — Конечно. После прошлого раза я застраховал все твои маршруты. — Но она же цела! — Потому что внутри небьющееся, — Тэхён развязал ленту. Коробка зашевелилась. Из неё показался мокрый нос, а затем — рыжий щенок, который тут же лизнул Чонгука в нос. — Встречай нового талисмана бренда. Золотистый ретривер по кличке Лаки. —Лаки? Серьёзно? — Чонгук поднял щенка, который уже грыз его шарф. — Ирония — моя вторая натура. Теперь иди знакомь его с коллекцией. — Но он всё погрызёт! — Поэтому у меня есть ещё шесть таких же, — Тэхён достал список. — На случай, если этот не приживётся. Щенок в это время уже вовсю играл с подолом его пальто. — Кажется, он тебя выбрал, — ухмыльнулся Чонгук. Тэхён взглянул на маленького разрушителя, потом на Чонгука: «Вы действительно созданы друг для друга». Вечерний свет мягко струился через высокие окна ателье, окрашивая хаос в золотистые тона. Лаки, рыжий комок неугомонной энергии, только что закончил «редактировать» эскизы новой коллекции — теперь на чертежах красовались аккуратные дырочки по краям и следы мокрых лап. — Лаки, нет! — Чонгук в отчаянии наблюдал, как щенок с торжествующим видом тащил в зубах метровый отрез итальянского шёлка. — Это же последний кусок! Тэхён меня убьёт! Он бросился в погоню, но щенок ловко увернулся, превратив погоню в весёлую игру. Шёлк развевался за ним, как знамя, цепляясь за манекены и опрокидывая коробки с фурнитурой. В этот момент дверь в ателье распахнулась. Тэхён застыл на пороге, его глаза медленно скользили по: — Разорванной подкладке эксклюзивного пальто (которое должно было отправиться на показ завтра утром). — Эскизам с пометкой «гениально» (теперь украшенным собачьими автографами). — Чонгуку, который в отчаянном прыжке пытался перехватить шёлк, но вместо этого схватил воздух. Лаки, заметив нового участника игры, радостно бросился к дизайнеру, по пути опрокидывая стойку с дорогими журналами. — Нет! Стой! — Чонгук сделал отчаянный бросок, но поскользнулся на рассыпавшихся булавках. Тэхён инстинктивно раскрыл руки. *Бам!* Теперь они оба лежали на полу, придавленные восторженным щенком, который лизал их лица, явно считая это великой победой. Наступила тишина. — Я... — Тэхён медленно закрыл глаза. — Я даже не знаю, что сказать. Лаки, почувствовав паузу, аккуратно положил пережёванный шёлк на грудь Тэхёну и виновато зевнул. Чонгук осторожно поднял голову: — Э... может быть, назовём это новой концепцией «Органический деконструкционизм с элементами собачьего стиля»? Тэхён открыл один глаз: — Ты хочешь сказать, что мой бренд теперь специализируется на одежде, переработанной щенками? — Ну... это же эксклюзивно! Ни у кого такого нет! Тишина. Потом Тэхён неожиданно рассмеялся. — Ладно. — Он осторожно сел, отряхиваясь от булавок. — Но завтра ты идёшь объяснять это покупателям. — Я? — Да. И возьмёшь с собой главного креативного директора. — Тэхён кивнул на Лаки, который уже мирно спал, свернувшись клубочком на остатках шёлка. Чонгук ухмыльнулся: — Значит, завтра будет «День открытых дверей с элементами собачьего безумия»? — Нет, — Тэхён встал, поправил очки и сделал паузу. — Завтра будет новая глава в истории Vante. Он протянул руку, чтобы помочь Чонгуку подняться. А за окном медленно садилось солнце, окрашивая ателье в золотые тона и оставляя на полу три разные тени — дизайнера, модели и щенка, которые, кажется, уже стали неразлучны. И где-то среди этого хаоса, на полу, под обрывками тканей, лежала забытая всеми визитка с надписью «Курьерская служба. Быстрая доставка». Ветер из приоткрытого окна шевельнул её, будто предлагая сделать выбор. Но Чонгук, улыбаясь, наступил на неё босой ногой, когда тянулся за последним уцелевшим эскизом — тем самым, где Тэхён когда-то написал: «Гениально. Но это невозможно».