Семья?..

Волан-де-Морт повержен. Со второго мая тясяча девятьсот девяносто восьмого года прошло несколько месяцев. Сейчас конец августа того же года. Если быть точным, то вечер тридцатого августа. Хогвартс почти до конца восстановили. Разрушения в войне были не столь большими, нежели потери. Погибло множество магов и маглов за этот ужасный период. Как раз для прошлых седьмых курсов профессор, или если полагаться на нынешние обстоятельства, директор МакГонагалл организовала дополнительный, восьмой курс для учащихся, дабы те смогли закончить учёбу. Но никто не принуждает, завершение учёбы на восьмом курсе лишь по желанию. Все потеряли часть себя в неспокойное время, директор это прекрасно понимала. Герой Магической Британии, Гарри Джеймс Поттер, сейчас находился в доме номер четыре по Тисовой улице. Всё лето он провёл в этом доме один. Его прежняя семья съехала из этого дома ещё до разгара войны. Хоть они и были единственными кровными родственниками Гарри, он никогда не считал их своей настоящей семьёй. Как он думал, они были рады наконец покинуть его. Сейчас, лёжа в кровати, Гарри думал о потерях в войне. Хоть и его друзья пытались донести ему, что он не виноват в этих всех потерях, он не верил. Многие погибли, пытаясь защитить его. Гарри даже и не задумывался о возвращении в Хогвартс. Однако, Рон и Гермиона его переубедили. Он думал о предстоящем учебном годе, о друзьях. Даже спустя четыре месяца Гарри не мог поверить, что это всё наконец-то закончилось. С такими мыслями он уснул. *** Солнце пробивается сквозь жалюзи, находившиеся на окнах его комнаты. Время примерно около шести утра, несмотря на столь раннее время, кровать уже была пуста. Гарри Поттер находился в ванной комнате, проснулся он около половины шестого утра. Смотря на себя в зеркало, он не мог не отметить, что похудел, на его лице залегли тени. Ранее изумрудные глаза сейчас напоминали непроходимый еловый лес. На его лице был не один единственный шрам в виде молнии, а ещё шрам от ранее рассечённой брови, он был небольшим, но нельзя было не заметить. Его волосы оставались также наподобие птичьего гнезда. Сегодня он вернётся в Хогвартс, в место, ставшее ему на долгое время настоящим домом. А люди, находящиеся там, заменили ему семью. Важность этого места для него невозможно передать словами. Он будет рад вернуться снова... *** До вокзала Кингс-Кросс Гарри добрался на обычном магловском такси. Он уже подходил к платформам девять и десять, как заметил Геомиону. Она совсем немного изменилась. Как можно было заметить с первого взгляда, её волосы перестали напоминать мочалку. Они были аккуратно уложены. Гарри не знал, уложила ли она их магией или простым магловским методом, но разница действительно была. Сейчас они были заколоты с одного бока обычной заколкой, они спускались до лопаток. Она немного вытянулась в росте. Кардинальных изменений не было. — Гарри! — воскликнула Гермиона, едва его завидев, — Я не была уверена, что ты приедешь. Я тут ждала, уже хотела идти, как увидела тебя, — она его обняла, — Я так рада тебя видеть. — Миона, я так скучал, — Гарри сжал её в своих ответных объятиях. — Не называй меня Миона, я – Гермиона, — она отстранилась. Гарри помнил, что ей не очень нравится, когда её называют сокращённо, но не смог удержаться, уж слишком он соскучился по ней, —Я думаю, что нам следует идти, если не хотим пропустить этот учебный год, да и Рон скорее всего уже заждался. При упоминании Рона у Гарри всё сжалось в груди, Уизли потеряли одного члена семьи — Фреда. Гарри видел, как он умер с улыбкой на губах. Гарри и Гермиона поспешили. Они прошли через стену между платформами девять и десять, оказавшись на заветной платформе девять и три четверти. — До отправления поезда осталось десять минут, пойдём скорее, Гарри, —сказала Гермиона, — Надеюсь, что Рон занял купе, —добавила она чуть тише, но Гарри услышал. Эти двое начали встречаться. Гарри и сам не понял, как это произошло, они ведь постоянно ругались, хотя почему ругались, ругаются. Они как огонь и вода, он не мог понять, как они могут быть вместе, будучи такими разными. Но он был рад за них. — Идём, — Гарри последовал за ней. Им повезло, они почти сразу нашли нужное купе. Там сидели Рон, Невилл и Полумна. — Гарри! — воскликнул Рон, увидев зашедших людей, — Как ты, друг? — Привет, Рон, я так рад тебя видеть, — в знак приветствия Гарри обнял его, — Сейчас всё хорошо, — сказал он, отстранившись, — Привет Луна, Невилл, вы не представляете, как я рад видеть вас всех, — Гарри обвёл всех взглядом. — Привет, Гарри, — сказал Невилл, улыбнувшись. — Привет, Гарри Поттер, — поприветствовала Полумна, слегка улыбнувшись, — У тебя много мозгошмыгов, никак не отстстанут? — Да, мои мозгошмыги очень надоедливые, — Гарри улыбнулся. Оставшуюся часть пути они ехали молча. *** Потолок в Большом зале был словно звёздное небо. Они прошли за стол Гриффиндора. Как Гарри заметил, на восьмой курс вернулись немногие. С Гриффиндора он увидел лишь Ли Джордана, Симуса и Дина. За столом Рейвенкло он никого не увидел, за столом Хафлпаффа он увидел Ханну Абот. За Слизеринским столом Гарри заметил Малфоя, Паркинсон, Забини и Нотта. Они сидели поодаль ото всех. Малфой, как Гарри отметил, выглядел болезненно, на лице залегли тени, он похудел. Никто из восьмикурсников не выглядел полностью здоровым, несмотря на то, что прошло около четырёх мнсяцев с победы над Волан-де-Мортом. Гарри их прекрасно понимал. Тут зашла директор МакГонагалл, за которой шли парами первокурсники. Их было немного меньше, чем обычно. Как он посчитал, было около тридцати или тридцати двух детей. Они с огромными глазами разглядывали всё и всех. Гарри вспомнил себя перед распределением, он даже забыл, что был таким же ребёнком, с горящими от восторга глазами. Началось распределение. На Гриффиндор поступило лишь пятеро, на Рейвенкло семеро, на Хафлпафф попала бóльшая часть детей из оставшихся, одиннадцать детей, ну и Слизерин получил девять новых учеников. По окончанию рспределения директор МакГонагалл встала со своего места, и начала вступительную речь. — Я рада вас всех видеть снова в новом учебном году. Особенно рада видеть тех, кто решил закончить учёбу, дорогие восьмикурсники, — было видно, как на этих словах её взгляд на несколько секунд стал более нежен, но практически сразу сменился строгостью в глазах, — Рада приветствовать наших новых учеников. Мне хотелось бы сказать пару слов перед началом пира. Во-первых, я хочу напомнить, что находиться за пределами гостиной факультета после отбоя запрещено. За нарушение дициплины на уроках или нарушение школьных правил вам грозит потеря баллов факультета или отработка с одним из профессоров Хогвартса или с нашем завхозом – мистерем Филчем. Однако, за успехи в учёбе или в квиддиче вы будете получать баллы. Так же мы все рады приветствовать нового профессора по защите от темных искусств — Джорджа Уизли. С нами снова профессор Грабли Дёрг. Спасибо за уделённое время. Да начнётся пир в честь учебного года! — Миневра МакГонагалл села на место директора школы. Несмотря на занимающую в это время должность, она всё равно осталась учителем трансфигурации. Гарри был удивлён новым профессором по ЗОТИ. Рон ничего ему не писал по этому поводу. — Рон, ты знал? — Гермиона посмотрела на Рона. — Нет, он ничего мне не сказал, — немного обиженно произнёс он, — Но ему это нужно, ему нужно отвлечься. — Да, ты прав, — Гермиона принялась за еду. Гарри просидел весь ужин молча. Он был рад вернуться снова.