Тени глубини

Утро выдалось серым. Дождь закончился, но небо по-прежнему оставалось низким, будто давило на крыши. В комнате было тихо. Влад первым поднялся, проверил улицу из-за занавески — всё спокойно. Ни шагов, ни машин. Рома сидел у двери, полуоткинувшись на куртку. В его руках сжималась старая складная отвертка — оружие сомнительное, но хоть что-то. Лера лежала на полу, укрывшись курткой, и медленно открывала глаза. — Пора, — сказал Влад тихо, едва заметно кивнув. Рома кивнул в ответ. Он быстро сложил всё в сумку: еду, воду, куртки, фонарик, аптечку. Сумка была тяжёлой, но Рома не жаловался. Он привык к тяжести. Они оделись в найденную одежду — простую, неприметную. У Леры — тёмная кофта и штаны, волосы убраны под капюшон. Влад накинул плащ с капюшоном, Рома — тёмную ветровку. — Какой маршрут? — спросила Лера, перебрасывая через плечо свой рюкзак. — Через старый железнодорожный путь, — ответил Влад. — Он проходит за кварталами. Если никто не засёк нас ночью — у нас будет фора. Они вышли. Подъезд скрипел от влажности, ступени хрустели под ногами. На улице стояла пугающая тишина — неестественная, как перед бурей. Ни птиц, ни собак, ни людей. Рома замер на секунду, почувствовав на себе чей-то взгляд. Он обернулся — пусто. Но где-то внутри всё равно скреблось тревожное ощущение. — Пошли, — сказал он глухо. — Быстро, но без паники. И они пошли. Через дворы, где качели качались сами по себе. Мимо выбитых окон, тёмных витрин, будто всё ещё наблюдавших за ними. Каждый шаг приближал их к краю города, к выходу… и к новой неизвестности. Но впервые за долгое время Рома чувствовал не только страх — но и цель. Старый железнодорожный путь начинался за гаражами, поросшими ржавчиной и тишиной. Пыльная насыпь уводила от жилых кварталов в сторону промышленной зоны. Когда-то здесь ходили поезда, теперь же рельсы ржавели и зарастали бурьяном. — Ещё час, и свернём, — шепнул Влад, — потом по набережной и к дому. — Главное — не шуметь, — добавил Рома, оглядываясь. Лера молчала, сжимая в руке фонарик на случай, если снова придётся бежать в темноту. Они шли минут двадцать, пока за спиной не раздался звонкий треск — будто хруст стекла. Все трое замерли. — Что это было?.. — Лера обернулась. — Не знаю, — прошипел Влад. — Быстрее. Они ускорились, но треск повторился — ближе. Потом ещё. Словно кто-то нарочно наступал на стекло или ломал ветки, чтобы их спугнуть. — Это не просто звук, — пробормотал Рома. — Нас ведут. Из-за поворота показалась фигура. Сначала — как тень. Потом — как человек. Высокий, бледный, неестественно вытянутый. Он стоял прямо на путях, чуть покачиваясь, будто не до конца понимал, что делает. Но глаза — глаза у него были направлены прямо на них. Пустые. Без блика. — Назад! — зашептал Влад, хватая Леру за руку. — Нет времени! — Рома вытащил складной нож. Но фигура не двигалась. Просто стояла. И вдруг — резко шагнула вперёд. — В лес, быстро! — Влад сорвался с места. Они свернули с насыпи в сторону поросшего кустарником склона. Ветки били по лицу, сумка стягивала плечо, земля уходила из-под ног. Позади снова — треск. Но не один. Теперь — несколько. Словно за ними шли не одни следы. Рома бежал последним, прикрывая отход. В какой-то момент он оглянулся — и увидел, как та фигура замерла у края насыпи, не спускаясь вниз. Она просто стояла... наблюдала. Как будто знала, куда они бегут. Лес принимал их, как холодная вода. Воздух становился сырее, пахло гнилой корой и землёй. Ветки цеплялись за одежду, сумка Ромы билась о бёдра, мешая бежать, но он не останавливался. Где-то позади, за чащей, ещё слышались приглушённые шаги — или им это уже казалось? — Сюда! — Влад показал рукой на тёмный силуэт строения между деревьями. Это была сторожевая будка — старая, прогнившая, с вбитой дверью и полустёртым номером на стене. Один из тех лесных постов, где в советское время могли дежурить охотники или железнодорожники. Сейчас — просто мрачная коробка в чаще. Влад вломился внутрь первым, плечом толкнув доску. Лера заскользила следом. Рома задержался, оглядываясь назад — фигуры на насыпи уже не было. Но ощущение взгляда не отпускало. Он шагнул внутрь и закрыл дверь. Темно. Только узкие полосы света сквозь щели между досками. Пыль кружилась в воздухе, пахло плесенью и сыростью. — Думаешь, это надолго нас спасёт? — спросила Лера, усаживаясь на перевёрнутое ведро. — Нет, — честно ответил Влад. — Но это шанс перевести дух. Нам повезло, что они не погнались дальше. — Пока не погнались, — поправил Рома, стаскивая с плеча сумку. — Надо решить, что делать. У нас немного еды, вода, одежда… и нож. Он открыл сумку. Лера помогла разложить содержимое: пара консервов, фляга, аптечка, свитер и спортивные штаны, сменные носки, несколько энергетиков, пачка спичек. — Не густо, — сказала она, перебирая вещи. — Но лучше, чем ничего. Влад присел у стены, потерянный, с застывшим взглядом. — Они нас выдавливают, — произнёс он наконец. — Не просто преследуют. Ведут. Мы свернули на пути, а они уже были впереди. Словно знали, куда мы пойдём. — Или... — Рома посмотрел на него. — ...сами направляют нас туда, куда хотят. Повисла тишина. Лера впервые нарушила её не шёпотом, а голосом, тихим, но твёрдым: — Нам нужно добраться до бункера, там у нас есть хотя бы шанс на выживание. — До него через реку, — сказал он. — Через центр, или в обход. — Центр — самоубийство, — выдохнул Влад. — Там... они. — Значит, ночью через мост. К утреннему выходу. До рассвета — либо бункер, либо… Он не договорил. Но и не нужно было. Все поняли. Лера достала флягу, отпила немного, протянула Владy. Потом Роме. Они сидели втроём, спиной к стене, среди запаха плесени, сырого дерева и тревожной, вязкой тишины. Снаружи лес шептал, покашливал и скрипел, как будто у него была своя жизнь. — Знаете… — Рома взглянул на них. — Если бы не вы… — Мы уже вместе, — перебила Лера. — И до конца — вместе. Он кивнул. И впервые за долгое время почувствовал, что, может быть, у них действительно есть шанс. Утро пришло незаметно — солнце лишь чуть прорезало собой тьму, оставляя между ветвями серое, неровное сияние. Лес дышал глухо, влажно, как будто в нём просыпалось что-то древнее и осторожное. Рома, Лера и Влад молча собирались. Ни один не говорил лишнего — ночной ветер за пределами их убежища слишком часто приносил с собой чужие звуки. Где-то вдали завывал зверь, но он не приближался. Сумка Ромы была почти под завязку: еда, вода, аптечка, тёплая одежда. Всё, что удалось взять из магазина. — Двигаемся строго по отметкам, — шепнул Влад, показывая на карту, наспех нарисованную в чужом блокноте. — До бункера двенадцать километров. В обход. — Прямо не вариант? — спросила Лера. Голос у неё был хриплый, как после бессонной ночи. Впрочем, так оно и было. — Прямо — это через гнёзда. Мы не знаем, сколько их там. И кто. Они вышли из укрытия и направились вдоль еле заметной тропы, которую, возможно, некогда топтали люди. Сейчас всё заросло — мхи, изогнутые корни, густой воздух. Иногда слышались щелчки, будто кто-то перебирал сухие ветви выше, в кронах. — Слышите?.. — Лера замерла. — Там... что-то в листве. Все остановились. Из тени на ветку спрыгнуло существо. Маленькое, гибкое, с огромными глазами и перепонками между вытянутыми лапами. Оно посмотрело прямо на Рому, но не сделало ни звука. — Что за... — Рома едва не выругался. — Не трогайте их, — прошептал Влад. — Они не опасны. Я читал про них в дневнике. Какой-то учёный вёл наблюдение после первых волн заражения. Эти твари — мутировавшие. Смесь лемуров и летучих мышей. Вроде бы ночные, но не агрессивные. Существо шевельнуло ушами и исчезло в лесу. Остальные его сородичи наблюдали сверху, в полной тишине. — Нам лучше двигаться, пока они не передумали, — буркнул Рома. Они прошли ещё около километра, когда лес вдруг словно замер. Ни звука. Даже птиц не было слышно. Только треск их собственных шагов. Влад остановился и присел. — Что-то не так... Пахнет... пеплом? В этот момент кусты справа от них взорвались. Из них выскочило чёрное, почти безглазое существо — волк, но искажённый. Следом — ещё трое. Потом — пятеро. Они окружали медленно, не рыча, не спеша. Как будто знали, что бегства нет. — В стаю играют... — выдавила Лера, сжимая металлическую трубу, взятую из магазина. — Готовьтесь! Но никто не успел сделать и шага. Прозвучал резкий свист, и из леса вылетела серия выстрелов — с глушителями. Чёрные твари падали, один за другим, точно марионетки с обрезанными нитями. Из-за деревьев вышли люди. Их было пятеро. Одеты в тёмную, грубо сшитую форму, как будто соединили военное с охотничьим. На лицах — маски, поверх — сетки, сливающиеся с лесом. Один из них показал жест: руки вверх. — Живые! — коротко бросил он. Рома успел сделать шаг, как получил удар прикладом в висок. Последнее, что он услышал перед тем, как провалиться в темноту, был голос: — Забираем всех. Они не заражённые. Сознание вернулось в комнате, стены которой были из бетона. Узкое окно с решёткой, тусклая лампа. Рядом — Лера и Влад, оба очнулись, смотрят на него. Дверь открылась. Вошёл человек в той же серой форме, без знаков отличия. Голос хриплый, безэмоциональный: — Вы на территории базы №7. Вам зададут вопросы. И если вы не представите угрозы — вас отпустят. — Где мы? — спросил Влад. — У последнего оплота на юго-востоке. Бункер. Живёт двести человек. За забором зомби, но они нас не берут. Вы вовремя. Скоро их станет больше. Он замолчал, посмотрел на каждого внимательно. — Страна потеряна. Соседние — тоже. В одной столице уже сбросили ядерную бомбу, чтобы сдержать заражение. Это вызвало мутации. Животные начали превращаться в чудовищ. — Есть выжившие? — спросил Рома. — Есть. Три города. Изолированные, стерильные. Там живут люди. Учёные. Возможно, они создадут вакцину. Он встал. — Отдохните. Потом мы поговорим подробнее. Когда дверь закрылась, в комнате осталась тишина. — Нам повезло, — пробормотал Влад. — Или наоборот... Рома опустил голову. За дверью — мир, которого он больше не знал. Но хотя бы теперь у них был шанс.