Оставь мне жизнь

Шанс получил тяжелую рану, мало того, ещё и имел убийцу на хвосте. Держась за покрашенное в алый предплечье, тот уже врядли смог бы убежать. Глаза закрывались сами по себе, силы на исходе, как вдруг юноша ощущает резкую и сильную боль в спине. Разум потемнел, а то, что всё же можно было разглядеть размытым от шока и яда зрением, казалось, словно замедленно в десяток раз. Всё это заправленно звоном в ушах и подается с полной потерей энергии по вкусу. Шансу требовалось буквально мгновение, чтобы опомниться, но этого хватало, чтобы тяжёлый топот за спиной заглушил собственное сердцебиение. Тот упал на землю и, развернувшись, уперся спиной в стену, сразу же увидев перед собой победителя игры в кошки мышки. Парень был загнан в угол, но, в отличии от мыши, не дрался за жизнь, попросту не было сил. Однако, тот был хорош в другом. В пустословии. Еле успев подставить итак израненную руку под удар, тот начал. — П-подожди! — тот подтянул колени к торсу и вытянул руки вперед — я сделаю что угодно! Несколько секунд молчания, за которое Шанс уже визуализировал возможные варианты событий. Перспективы не из лучших. — Что угодно? — низкий хриплый голос заставлял юношу вздрагивать. Почувствовав заинтересованность убийцы, он продолжал, в более игривой и уверенной манере, внутри наоборот сомневаясь в себе как никогда. — Абсолютно что угодно. — Шанс не отпускал надежды на то, что сможет сохранить себе жизнь. 1х1х1х1 проявлял наигранный интерес, внутри же чувствуя наслаждение от тщетной борьбы очередной жертвы за своё жалкое существование. — Предлагай — уже словно издеваясь прохрипел убийца с огромной ухмылкой, хотя, так оно и есть. Лудоман же понимал, что одно неверное слово может быть последним. Однако тот пошёл ва-банк чувствуя, как его поджимают всё ближе к краю. Хуже он наврядли сделает. Всю жизнь он рисковал. Пришел черед рискнуть жизнью. Играясь с огнеметом у заправки, тот начал: — Оставь мне жизнь, и я оставлю тебе своё тело с полным правом им распоряжаться, ты же понимаешь, о чём я? — сказал тот, из последних сил встав на колени, раздвинув ноги ниже колен в разные стороны, оперевшись на вытянутые к земле руки и выгибаясь в спине, заставляя убийцу смотреть на себя сверху вниз, подчеркивая превосходство. — Продолжай. — немного смущённо и без былой ухмылки сказал 1х1х1х1. — Может, ты оставишь мне жизнь, всовывая мне по самую глотку, пока я буду приглушённо стонать как сука от каждого толчка. — Шанс и сам удивлялся и краснел с каждым собственным словом, но всё же он –буквально фраза "хочешь жить - умей вертеться" во плоти. Всё таки, как то он избавился от долгов. Очевидно, не таким низким способом — наши тела будут гореть, и как только ты кончишь, ты повалишь меня на землю лицом в пол, избавишься от брюк и разгорячённым моим ртом членом войдёшь в меня, пока я буду чуть ли не вскрикивать от жара и острых ощущений. — парень дополнял представление постепенным приближением к чужому паху. Если бы не раны, тот, должно быть, схватил 1х1х1х1 за подбородок и потянул к своему лицу. В плане сделки за свою жизнь, ничего более, ведь тот уже сильно сомневался, что такой исход лучше смерти, с такими то ранами. — Занятно. — 1х1х1х1 пробовал в сарказм. Юноша же потянулся к ширинке и, расстегнув её, схватился за резинку трусов. Опустив и их, Шанс взглотнул, смотря на чужой пенис, пытаясь не показывать своей нервности по этому поводу. Стоило ему схватить его в руки, как сразу он чувствует давление у себя на висках. 1х1х1х1 взял его рукой за голову. Шанс вздрогнул, выпустив тихий стон, и занервничал ещё больше, пробормотав что-то невнятное. Но чужая рука не отпускала, в то же время не передвигая головой Шанса. Давление расло, парень запаниковал, выпустив слезу. Он не мог уже ничего сделать. Или же... За неимением других вариантов, Шанс хватает свой флинтлок и, направив его на член 1х1х1х1, жмёт на курок... Жмёт ещё раз, ещё и ещё. Флинтлок ни разу не выстрелил. Видимо, сегодня удача не на его стороне. Теперь на его стороне она побывает лишь на его поминках. В один момент всё прекратилось. Не было никого вокруг; лишь удивление, спокойствие и умиротворение. Убийце было не впервой пачкаться, но раньше кровь не попадала на его член. Удивительно, не правда ли? Бездыханное, обезглавленное тело пало на землю, с всё также раздвинутыми ниже колен ногами.