Сладострасные: Приключения Супер-Попки и Альфа-Героя

В глазах любимых я друзей Живу во мраке тайне сей Ведь стал для них я навсегда Любимой попкой, супер звезда! Получив две жизни я Совмещаю облака! Эти жизни две беря, живу Сладострастные — Навсегда! Все столпились вокруг Жопастой, которая держала в руках маленькое, светящееся тело Рафаила. Воздух трещал от напряжения. Леонардо упал на колени, его лицо было бледным. — Алекс... он там? Внутри? —Да, мужчина, — слабо кивнула Жопастая. — Его душа... и душа твоего отца... бьются за контроль. Гульнара обняла Леонардо за плечи. — Держись, усатый... он сильный... выкарабкается... —А если нет? — голос Леонардо дрожал. — Что тогда? Король и Королева Эрофидии стояли рядом, их руки были крепко сцеплены. Королева плакала. — Мой мальчик... мой бедный мальчик... —Он борется, — сказал Король, но в его голосе тоже слышалась неуверенность. Рикардо мрачно смотрел на фигурку Рафаила, сжимая кулаки. Боб притих рядом, всё ещё чувствуя вину. Сознание Алекса плавало в море света и боли. Он видел перед собой Грэварса. Но не того, злого и могущественного, а сломленного, испуганного человека. — Что стало? — осторожно позвал Алекс. Грэварс обернулся. Его глаза были полны слёз. — Уйди... не смотри на меня... —Что с тобой? Что происходит? Вокруг них поплыли образы, воспоминания Грэварса. Молодой Грэварс, ещё без седины, стоял рядом с красивой женщиной. Они только что поженились. Они смеялись, их глаза сияли от счастья. Потом комната. Они занимались страстным сексом. Их тела сливались в любви и надежде. Но потом картинка сменилась. Больница. Плач. Жена Грэварса рыдала у него на груди. Выкидыш. Снова и снова. Их надежда таяла с каждой потерей. — Мы не можем... — рыдала она. — У нас ничего не получается... К Грэварсу, сидевшему в своём кабинете в отчаянии, пришла женщина в тёмном капюшоне. — Я могу помочь тебе, — её голос был сладким и ядовитым. — Я исполню твоё желание. Ты станешь отцом. — Что... что нужно сделать? — спросил Грэварс, его голос был полон надежды. — Разработай для меня портал. Портал в Эрофидию. Мне нужно кое-что оттуда. Грэварс, ослеплённый желанием иметь семью, согласился. Он работал днями и ночами. И он создал портал. Женщина в капюшоне вошла в портал. Когда она вернулась, её капюшон слетел. Это была ведьма Кристина. Та самая, что похитила Алекса. — Спасибо, глупец, — она ухмыльнулась. — Теперь у меня есть доступ к королевской крови. Она коснулась живота жены Грэварса. Тот забеременела. Но это была не естественная беременность. Это была магия. Тёмная магия. Она родила Леонардо и Нандинию. Но с самого рождения в них была частица тьмы Кристины. Алекс смотрел на всё это, и его сердце разрывалось от жалости и ужаса. — Вот... вот почему... — прошептал он. — Ты хотел просто быть отцом... Грэварс смотрел на него, и слёзы текли по его лицу. — Да... и я потерял всё... из-за своей слабости... Алекс стоял как вкопанный, глядя на образы, плывущие вокруг него. История Грэварса разворачивалась дальше, становясь всё мрачнее. — Нет... это же ужасно... — прошептал он. Он видел, как Грэварс, одержимый идеей совершенства, смотрел на маленького Леонардо. — Ты будешь лучшим, сын... — говорил Грэварс, его глаза горели нездоровым блеском. — Ты будешь идеалом... московским айдолом... все будут тебя обожать... Жена Грэварса, бледная и испуганная, смотрела на это. — Прекрати, дорогой... он же просто ребёнок... он должен быть счастлив... а не идеален... —Молчи! — рявкнул Грэварс. — Ты ничего не понимаешь! Я делаю это для него! Для его будущего! Жена не сдавалась. Она тайком подслушивала разговоры мужа с темными силами. Она узнала о Велиале и Люцифере. Однажды ночью она пришла к нему. — Я всё знаю... о твоих демонах... о сделке... я расскажу Леонардо... он должен знать правду... Грэварс схватил её за руку. Его лицо исказила ярость. — Ты не посмеешь... я не позволю тебе разрушить всё... —Я его мать! Я должна защитить его! В глазах Грэварса вспыхнуло пламя. Тень Велиала мелькнула. — Ты... ты мне больше не жена... ты помеха... Он застрелил её... Алекс смотрел на это в ужасе, не в силах пошевелиться. — Нет... нет... он же... он же убил её... Грэварс обернулся к Алексу. Его глаза были пустыми. — Ты видел... ты всё видел... теперь ты должен исчезнуть... Он бросился на Алекса. Их души схлестнулись в яростной битве внутри Рафаила. Вспышки энергии освещали внутренний мир архангела. Алекс был слабее. Гнев и боль Грэварса придавали ему силы. — Я не могу... я не могу его победить... — думал Алекс, отбиваясь. И вдруг он увидел его. Вдалеке, сквозь хаос битвы, мерцал маленький, тёплый свет. Он был таким чистым и беззащитным. Инстинктивно Алекс развернулся и побежал к нему. Прочь от Грэварса. Прочь от боли. — Куда ты?! — зарычал Грэварс, бросаясь в погоню. Внешний мир. Обломки корабля. Все собравшиеся плакали. Леонардо рыдал, уткнувшись лицом в руки. — Алекс... вернись... пожалуйста... —Держись, сынок... — Король положил руку ему на плечо, но его собственные глаза были влажными. Королева обнимала Жопастую, и они тихо плакали вместе. Гульнара, обычно такая резкая, смахивала предательскую слезу. — Чёрт... этот сопляк... он должен вернуться... Рикардо мрачно смотрел на фигурку Рафаила, сжимая и разжимая кулаки. Даже Боб и Эрик молчали, их лица были печальны. Все они, такие разные, сейчас были объединены одной надеждой. Одной молитвой. Чтобы их синеволосый омежка, их принц, их друг, вернулся к ним. Алекс бежал изо всех сил, его душа рвалась к далёкому свету. За ним гнался Грэварс, его тёмная форма извергала адское пламя. — Не убежишь! — проревел Грэварс, и струя огня ударила Алекса в спину. Алекс закричал от невыносимой боли. Его духовная форма вспыхнула, как бумага. Пламя пожирало его, но он не останавливался. Он полз, тая и сгорая, к источнику света. — До... должен... — его голос стал шепотом. Он полностью сгорел, рассыпался пеплом, у самого порога света. Тело Рафаила на руках у Жопастой вдруг затрещало и почернело. Из него, с мерзким хлюпающим звуком, проросла искажённая фигура. Это был Католический-Мучитель в своей самой ужасной форме. Он отряхнулся и усмехнулся. Все отшатнулись в ужасе. — Алекс! — закричал Леонардо. — Где Алекс? Что ты с ним сделал? Мучитель холодно посмотрел на него. — Алекса больше нет. Он был слаб. Он сгорел. Он стал пеплом. Леонардо с рыком бросился на него, но Мучитель лишь махнул рукой. Тёмная энергия отшвырнула Леонардо на двадцать метров, и он рухнул без сознания. — Не тратьте моё время, — равнодушно сказал Мучитель и пошёл прочь, оставляя их в отчаянии. Наступила тишина, нарушаемая только рыданиями. Королева Эрофидии рыдала на плече у Короля. — Наш мальчик... наш сын... —Он был таким храбрым... — прошептал Рикардо, смотря в пустоту. Гульнара, вся в пыли, сидела на земле и плакала, не стесняясь слёз. — Глупый... глупый синегривый ублюдок... Даже Боб и Эрик молчали, опустив головы. Все они думали, что всё кончено. Надежды не осталось. Но вдруг с небес хлынул ослепительный, тёплый свет. Он был таким ярким, что все зажмурились. Из света спустилась фигура. Это был Алекс. Но не тот, которого они знали. На нём был белый, сияющий облегающий костюм порно, обтягивающий и подчёркивающий его формы. За его спиной трепетали огромные, нежные крылья, как у бабочки, переливающиеся всеми цветами радуги. Его синие волосы светились изнутри. Это была Православная Попка. — Я... я не совсем умер, — сказал он, и его голос звучал эхом и музыкой. Все смотрели на него, открыв рты, не в силах поверить в чудо. Православная Попка увидела уходящего Мучителя. Он поднял руку. Его пальцы сложились в жест, похожий на благословение. — Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа... и всей силы любви, что во мне... Из его ладони вырвался не луч света, а... луч чистейшей, концентрированной сексуальной энергии, обёрнутой в сияние веры. Он ударил Мучителя в спину. Тот остановился, затрясся. — Что... что это? — он обернулся, и ужас отразился на его лице. Его тёмная форма начала рассыпаться. — НЕТ! ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! Он испортился в прах, который развеялся ветром. Тишина. А потом взрыв ликования. Православная Попка мягко опустился на землю, и все бросились к нему, обнимая и плача, но теперь уже от счастья. Небо над Мехико снова стало голубым. Солнце светило ярко. На пляже царило веселье. Все персонажи были там, радуясь победе. Гульнара загорала на шезлонге, потягивая коктейль. — Наконец-то можно расслабиться! И без этих идиотских Игр! Боб и Эрик неловко перебрасывались мячом, стараясь не смотреть друг на друга. — Эй, смотри! — крикнул Боб, случайно попав Эрику в лицо. Роджер и Алина строили песочный замок. — Башню нужно выше, офицер! — командовала Алина. — Есть, мэм! — шутливо отсалютовал Роджер. Лилиана пыталась нанести солнцезащитный крем на Федерико, который лежал и загорал, демонстрируя свою волосатую грудь. — Дорогой, не двигайся! У тебя уже красная полоса! И тут все замерли. На пляж вышел Король Эрофидии. Он был в одних крошечных плавках. Его тело было покрыто густыми волосами, мышцы играли на солнце, а борода развевалась на ветру. Он был невероятно сексуален и могущественен. — Охренеть... — прошептала Гульнара, обронив коктейль. —Вот это папаша... — присвистнул Роджер. Король смущённо улыбнулся и помахал всем. Алекс и Леонардо сидели в стороне, у озера, и смотрели на закат. Леонардо был грустен. — Всё кончилось... но я снова один... семья... отец... он был плохим... но он был моим отцом... —Лео... — Алекс взял его за руку. — Ты не один. У тебя есть я. И все они. — он кивнул в сторону веселящихся друзей. — Мы твоя семья теперь. Самая лучшая и самая странная семья на свете. Леонардо посмотрел на него, и в его глазах блеснула надежда. — Правда? —Правда. Я люблю тебя, Леонардо. И я всегда буду с тобой. Они поцеловались. Долго и нежно, под звуки прибоя и крики чаек. Позже Алекс встал и обратился ко всем. — Друзья... мне нужно уехать. Ненадолго. В Эрофидию. Мне нужно помочь родителям восстановить королевство. Все зашумели, протестуя. —Оставайся! Но Алекс был непреклонен. — Я скоро вернусь. Обещаю. Эрофидия расцвела. Магия вернулась. По улицам бегали странные, милые существа, похожие на помесь животных и людей, но все они были связаны с сексом и любовью. Одни выглядели как ходячие дилдо, другие как летающие презервативы, третьи как милые пушистые комочки, испускающие феромоны. Алекс гулял с родителями по саду. — Как здесь красиво... — восхищался он. Король и Королева спросили его: — А что, если снова появится зло? Что, если другой Мучитель? Ведь Велиал и Люцифер.. их невозможно уничтожить. Алекс улыбнулся. — Мы будем готовы. Я не оставлю всю силу у себя. Я уже всё решил. Он объяснил им: — Рафаил остаётся со мной. Михаил — с Леонардо. Но остальных я отдал друзьям. —Гавриила — Гульнаре. Пусть её гордыня будет направлена в хорошее русло. —Уриила — Бобу. Его лень может быть полезна для стратегии. —Селафиила — Рикардо. Его любовь к еде и гостеприимству поможет ему. —Иегудиила — Эрнесто. Его зависть и желание быть лучшим превратятся в силу. —А Варахиила — Жопастой. Её алчность и желание коллекционировать знания и вещи помогут защитить нас. — Теперь мы все — команда, — закончил Алекс. — И мы защитим друг друга. Всегда. Ведь мы... Мы команда... Команда "Сладострастные" Его родители с гордостью посмотрели на него. Их сын вырос не только в принца, но и в мудрого лидера. Ночь опустилась на возрожденную Эрофидию. В королевских покоях было жарко и душно. Алекс и Леонардо лежали на огромной кровати, их тела блестели от пота. — Лео... — прошептал Алекс, его губы скользнули по мускулистому прессу Леонардо. — Ты такой... большой... — Покажи, как ты соскучился, малыш, — хрипло прошептал Леонардо, запуская пальцы в синие волосы Алекса. Алекс опустился ниже. Его язык выписывал круги на внутренней поверхности бедер Леонардо, заставляя того стонать. Он облизал его мощные икры, каждую впадинку и выпуклость. Потом его губы нашли мошонку, и он принялся нежно ласкать ее, забираясь все глубже. — Да... вот так... — рычал Леонардо, запрокидывая голову. Алекс не останавливался. Он добрался до его заднего прохода, и его язык начал работать и там, вызывая новые, животные стоны. Наконец, он взял в рот его огромный, пульсирующий член, стараясь заглотить его как можно глубже. — Хватит игр, — внезапно перевернул его Леонардо. — Теперь моя очередь. Он вошел в Алекса резко и грубо, без предупреждения. Алекс вскрикнул от боли и наслаждения, впиваясь пальцами в шелковые простыни. Леонардо двигался с животной силой, его удары были глубинными и властными. Внезапно на столе зазвонил телефон Алекса. Вибрация заставила его вздрогнуть. — Не... не бери... — простонал Леонардо, не прекращая движений. — Д-надо... — с трудом выдохнул Алекс, протягивая дрожащую руку. Он нажал на яндекс звонки — Алё? — его голос срывался. — АЛЕКС! — раздался истеричный крик Гульнары. — ТЫ НИКОГДА НЕ ПОВЕРИШЬ! МЫ ТУТ С АЛИНОЙ... ВОЗБУДИЛИСЬ НЕМНОГО... И ОНА... ОНА ПРЕВРАТИЛАСЬ В КАКОГО-ТО ПОРНО-ЗЛОДЕЯ! У НЕЁ ТЕПЕРЬ КОЖАНЫЙ КОСТЮМ И ХЛЫСТ! ОНА ЛОМАЕТ ГОРОД! Алекс и Леонардо замерли в самой интересной позе. — Что? — в один голос выдохнули они. Через пятнадцать минут, быстро приняв душ, Алекс и Леонардо уже были в Мехико. Они стояли у подножия огромного монумента Ангела Независимости, который сейчас был подсвечен странным розовым светом. К ним подбежали все остальные: запыхавшаяся Гульнара, перепуганный Боб, решительный Роджер, смущенный Эрнесто и даже Рикардо с Жопастой. — Вы видели? — задыхаясь, спросила Гульнара. — Она там, наверху! И она очень... очень возбуждена! Все посмотрели наверх. На самом верху монумента, в лучах прожекторов, стояла Алина Джонсон в облегающем кожаном костюме. Она размахивала хлыстом, и с каждым ударом из него вырывались розовые молнии. — Ну что, команда? — обернулся к ним Алекс, и в его глазах загорелись знакомые огоньки. — похоже это новое начало. Они все улыбнулись друг другу. Потом развернулись и уверенной походкой пошли вперед, навстречу новой угрозе. Их силуэты растворялись в розовом свете заката. КОНЕЦ