Сладострасные: Приключения Супер-Попки и Альфа-Героя

Между небом и землей

Буду я как рой ночной

Выше звезд взлечу любя

Я люблю вас — Чудеса!

Получив две жизни я

Улетаю навсегда!

Попрощавшися сполна

Живу и в мире чудеса!

Сладострастные...

Прошло три часа после того, как Велиал ушел в фиолетовый разрыв. Команда сидела за столом в полной тишине, только Руська хрустел семечками и Дэвид периодически чесал свои знаменитые волосатые яйца с таким звуком, будто теркой по дереву проводил. За окном бушевала фиолетовая буря, небо было разорвано огромной трещиной, но... ничего не происходило. Ни взрывов, ни конца света, ни даже маленького апокалипсиса. Боб сидел с открытым ртом, забыв про недоеденное тако. Боб: А че так тихо? Я думал, щас бабахнет и все. Карлос нервно стучал по клавиатуре ноутбука, сверяясь с показателями. Карлос: По моим расчетам... эээ... минуточку... Странно. Лупита: Что странно, мальчик мой? Карлос: Уровень фиолетовой энергии не растет. Он даже падает. Медленно, но падает. Риго подбежал к окну с планшетом и начал тыкать в экран. Риго: Карлос, ты гений! Или идиот? Я не могу понять! Твои расчеты... Карлос: Мои расчеты точны! Риго: Тогда почему конца света нет уже три часа, а по твоим графикам мы должны были взлететь на воздух через два? Карлос замер. Потом медленно перечитал свои записи. Потом еще раз. Потом покраснел так, что его очки запотели. Карлос: Я... кажется... я ошибся в коэффициенте временного расширения. Боб: ЧЕГО? Карлос: Ну, я перепутал часы с минутами. У нас не два часа было, а... два дня. Тишина. Потом Боб заржал так громко, что с потолка посыпалась штукатурка. Боб: ДВА ДНЯ?! Ты нас напугал концом света, а у нас два дня в запасе?! Карлос: Ну, технически, да. Я ошибся. Извините. Лупита всплеснула руками. Лупита: Ой, слава тебе господи! А я уже прощаться со всеми начала! Хавьер: Я тако наготовил на всю армию. Теперь не пропадать же добру. Дэвид: А яйца чесал три часа подряд. Они теперь как натертые. Гульнара, сидевшая в углу с кислой миной, фыркнула. Гульнара: Идиоты. Собрались конец света обсуждать, а сами даже посчитать правильно не могут. Алекс: Гульнара хватит, ГУЛЬНАРА ХВАТИТ! Алекс выдохнул и прижался к Леонардо. Алекс: Лео... у нас есть два дня... Леонардо поцеловал его в макушку. Леонардо: Я слышал. Два дня мы что-нибудь придумаем. В этот момент за окном буря начала стихать. Фиолетовая трещина на небе стала медленно затягиваться, как будто кто-то зашивал ее невидимыми нитками. Риго: Смотрите! Разрыв закрывается! Все прилипли к окнам. Фиолетовый свет тускнел, гул стихал, и через полчаса небо снова стало обычным — мексиканским, голубым, с легкими облачками и ярким солнцем. Алекс: Велиал... у него получилось? Леонардо: Похоже на то. Но никто не знал, вернется ли сам Велиал. Фиолетовый демон, который стал почти другом, исчез в разрыве, и оттуда не было никаких сигналов. Алекс: Он вернется. Я верю. Лупита: Ой, дай бог, дай бог... Она перекрестилась, хотя в Эрофидии это было не очень принято. На следующее утро Алекс пришел в колледж Пассион счастливый и отдохнувший. После вчерашнего нервотрепа он наконец-то выспался (спасибо Леонардо, который всю ночь обнимал его и мурлыкал как большой усатый кот). В аудитории собралась вся группа. Леонардо стоял у доски с важным видом, поправляя усы. Леонардо: Внимание, студенты! У меня важное объявление. Все притихли. Леонардо: Как вы знаете, этот учебный год — последний для вас. Вы заканчиваете колледж и выходите во взрослую жизнь. Боб: Ура! Свобода! Леонардо: Но перед этим... будет БАЛ. В аудитории раздались радостные возгласы. Девчонки захлопали, парни заулюлюкали. Леонардо: Бал состоится через две недели в главном зале колледжа. И, согласно правилам, организацией занимается староста группы. Все головы повернулись к Алексу. Алекс: Я? Леонардо: Ты, Алекс. Ты староста, тебе и организовывать. Алекс покраснел, но в глазах загорелся огонек. Алекс: Я справлюсь! В этот момент дверь аудитории распахнулась. На пороге стояла Гульнара — в ослепительно-белом костюме, с идеальной укладкой и выражением лица, которое могло бы убить на месте. Гульнара: ЧТО?! Все обернулись. Гульнара ворвалась в аудиторию и подлетела к Леонардо. Гульнара: Это он будет организовывать бал? Этот омежка в розовых штанах? Алекс: Эй! Мои штаны не розовые, они светло-розовые! Гульнара: Какая разница! Я должна организовывать бал! Я самая богатая, самая красивая, самая талантливая! Леонардо скрестил руки на груди. Леонардо: Правила есть правила. Староста организует. Ты не староста. Гульнара: Но я хочу! Леонардо: Хотеть не вредно. Гульнара зашипела как змея, развернулась и вылетела из аудитории, хлопнув дверью так, что стекла задрожали. Боб: Охренеть, она реально бесится. Алекс: Она всегда бесится. Лупита: Ой, мальчики, она нам пакости будет строить. Алекс: Пусть строит. Мы сильнее. Следующие два дня Алекс носился как угорелый. Надо было украсить зал, придумать меню, заказать музыку, пригласить всех... Голова шла кругом. Он распределил обязанности между друзьями. Алекс: Боб, ты отвечаешь за музыку! Боб: Есть! Алекс: Лупита, ты за цветы и украшения! Лупита: Ой, сделаем красиво! Алекс: Хавьер, ты за еду! Хавьер: Тако будут лучшими в истории! Алекс: Риго, ты за технику! Риго: Я уже настроил лазерное шоу! Алекс: Карлос, ты за бюджет! Карлос: Сделаем. Алекс: Дэвид, ты... Дэвид: Я буду стоять на входе и чесать яйца. Это создаст нужную атмосферу. Алекс: Ладно, пусть так. Все разбежались по своим задачам. Но через час начали происходить странные вещи. Боб сидел в углу с наушниками, пытаясь выбрать музыку, но каждый раз, когда он находил подходящий трек, динамики начинали дико орать и издавать звуки, похожие на оргазм кита. Боб: Алекс! Что за хрень? Я включаю вальс, а оно орет! Алекс подбежал, покрутил настройки. Алекс: Странно... все должно работать. Через десять минут прибежала Лупита в слезах. Лупита: Алекс! Все цветы завяли! Я только что принесла свежие розы, а они почернели! Алекс: Как почернели? Лупита: Вот так! Черные, как уголь! Хавьер вылетел из кухни с дымящейся сковородой. Хавьер: Алекса! У меня все тако подгорело! Я не отходил ни на минуту, а они угли! Риго выбежал из подсобки с планшетом. Риго: Лазерное шоу сломалось! Кто-то залил пульт водой! Карлос: А у меня бюджет обнулился! Все цифры пропали! Алекс стоял посреди этого хаоса и не понимал, что происходит. Боб подошел к нему с злым лицом. Боб: Алекс, ты что, специально все портишь? Алекс: Я? Я ничего не делал! Лупита: Ты же нас координируешь! У тебя все должно работать! Хавьер: Может, ты просто не справляешься? Алекс почувствовал, как к горлу подступает ком. Алекс: Ребята, я... я правда стараюсь... Карлос: Стараешься плохо. В этот момент в зал вплыла Гульнара. Она шла, покачивая бедрами, с идеальной улыбкой на лице. Гульнара: Ой, какие проблемы? А я говорила, что этот омежка не справится. Все обернулись к ней. Гульнара: Может, ну его? Давайте я все организую. Я же говорила, я лучше. Алекс посмотрел на друзей. Они смотрели на него с сомнением. И тут до него дошло. Алекс: Подождите... Гульнара, это ты все испортила? Гульнара: Я? С чего ты взял? Алекс: Ты единственная, кто хотела, чтобы у меня не получилось. Ты единственная, кто была против. Гульнара засмеялась, но смех был нервным. Гульнара: Докажи! Риго вдруг поднял планшет. Риго: А я записал. У меня камеры везде стоят, вы что, забыли? Сейчас глянем. Он покопался в файлах и вывел на экран запись. Там было видно, как Гульнара подкрадывается к пульту и выливает на него воду. Потом она сыпет какую-то дрянь на цветы. Потом колдует над сковородками Хавьера. Все замерли. Боб: Гульнара... сука... Лупита: Это ты цветы испортила? Хавьер: Мои тако! Карлос: Мой бюджет! Риго: Мое лазерное шоу! Дэвид: Яйца чуть не выпали от удивления! Гульнара отступила на шаг. Гульнара: Это... это не то, что вы думаете... Алекс: А что это, по-твоему? Вся команда окружила Гульнару. Она стояла в центре, белая как мел, но все еще пыталась держать лицо. Боб: Ты зачем это сделала? Гульнара: Потому что он никто! Он омежка в розовых штанах! Он не достоин организовывать бал! Алекс: Я староста! Меня выбрали! Гульнара: Выбрали потому что пожалели! Ты вечно плачешь, вечно страдаешь, вечно выглядишь как сексуальная жертва! Тебя все хотят трахнуть, вот и выбрали! Алекс почувствовал, как слезы наворачиваются на глаза. Алекс: Это неправда... Гульнара: Правда! Ты никто! Твой отец — демон! Твоя мать мертва! Твой парень тебя скоро бросит, потому что ты слишком нытик! Алекс всхлипнул. Алекс: Лео меня не бросит... Гульнара: Бросит! Как только найдет кого-то получше! Альфам нужны сильные омеги, а не такие плаксы как ты! Алекс разрыдался. Настоящие слезы градом катились по его щекам, синий хвостик трясся, губы дрожали. Он стоял посреди зала, маленький, беззащитный, и плакал так, что даже у Боба защемило сердце. И тут дверь распахнулась. На пороге стоял Леонардо. Он все слышал. Его усы топорщились от ярости, глаза горели золотым светом, кулаки сжимались и разжимались. Леонардо: Гульнара. Вон. Гульнара: Что? Леонардо: Я сказал — ВОН ИЗ МОЕГО КЛАССА. Он шагнул к ней. Гульнара попятилась. Гульнара: Ты не имеешь права... Леонардо: Я здесь профессор. Это мой класс. И я больше никогда не хочу тебя здесь видеть. Убирайся. Гульнара открыла рот, но Леонардо рявкнул так, что стекла задрожали: Леонардо: ВОН!!! Гульнара вылетела из класса пулей. Дверь захлопнулась за ней с такой силой, что с потолка упала люстра. Леонардо подбежал к Алексу и обнял его. Леонардо: Мой маленький... не слушай эту стерву... Алекс: Лео... она сказала, ты меня бросишь... Леонардо: Никогда. Ты мой. Навсегда. Алекс уткнулся лицом ему в грудь и разрыдался еще сильнее — но теперь уже от облегчения. Лупита вытирала слезы. Лупита: Ой, какая любовь... Боб: А Гульнара та еще мразь. Риго: Я ее теперь отслеживать буду. Если еще раз подойдет к отелю — сразу сигнал. Хавьер: А тако... жалко тако... Дэвид: Зато яйца целы. И это главное. Все засмеялись, даже Алекс сквозь слезы улыбнулся. Глубокой ночью Алекс лежал в своей огромной кровати в замке Эрофидии. Леонардо уснул рядом, обняв его и уткнувшись носом в синие волосы. В комнате было тихо, только слышно было, как за окном ветер шелестит листьями сада с фаллическими кактусами. Алекс не спал. Он смотрел в потолок и думал о Гульнаре, о бале, о том, что скоро они закончат колледж... И о Велиале. Где он? Вернулся ли? Жив ли? Вдруг в углу комнаты вспыхнул фиолетовый свет. Алекс вздрогнул и сел на кровати. Из портала вышел ВЕЛИАЛ. Он выглядел... странно. Не как обычно — накачанный, уверенный, с хитрой улыбкой. Он был бледен, татуировка члена с крыльями на груди едва светилась, а в глазах плескалась усталость. Велиал: Привет, попка. Алекс: Велиал! Ты жив! Он вскочил с кровати и подбежал к нему. Леонардо заворочался, но не проснулся — видимо, устал за день. Велиал: Жив. Еле выкарабкался. Алекс: Ты закрыл разрыв? Велиал: Закрыл. Но... Алекс, я должен тебе кое-что сказать. Алекс насторожился. Алекс: Что? Велиал прошел в комнату и тяжело опустился в кресло. Его фиолетовые глаза смотрели серьезно, почти трагично. Велиал: Разрывы начались не из-за тебя. Алекс: Что? Велиал: Когда ты отправился в прошлое, ты только увеличил уже существующие разрывы. Но создал их не ты. Алекс: А кто? Велиал глубоко вздохнул. Велиал: Ты слышал когда-нибудь о Тёмном-Иисусе? Алекс замер. В этот момент воздух в комнате сгустился, и рядом с Алексом материализовался РАФАИЛ — его архангел, маленький дух-абстракция, похожий на розовое облачко с глазками и крылышками. Рафаил: Алекс... пришло время рассказать тебе правду. Алекс: Рафаил? Ты чего? Рафаил обычно не появлялся без команды. А тут сам, без вызова. Рафаил: История, которую я сейчас расскажу, началась задолго до твоего рождения. Задолго до Эрофидии. Задолго до всего. Велиал кивнул. Велиал: Слушай, попка. Это важно. Алекс сел на пол, обхватив колени руками, и приготовился слушать. Рафаил начал рассказ. Его голос звучал не как обычно — игриво и пошло, а торжественно, почти как в церкви. Рафаил: В начале времен, когда вселенная только зарождалась, существовали два брата-близнеца. Свет и Тьма. Они родились из одного космического яйца, которое оплодотворила сама бесконечность. Алекс: Яйца? Рафаил: Да. Гигантского космического яйца. Оно плавало в пустоте миллиарды лет, пока внутри не созрели два зародыша. Один впитал в себя весь свет вселенной, другой — всю тьму. Велиал: Когда они вылупились, их назвали Иисусами. Светлый-Иисус и Тёмный-Иисус. Алекс: Иисусы? Во множественном числе? Рафаил: Да. Они были равны по силе, но противоположны по сути. Светлый-Иисус создал небеса, ангелов, рай. Тёмный-Иисус создал ад, демонов, преисподнюю. Велиал: Я был одним из первых творений Тёмного-Иисуса. Вместе с Люцифером. Рафаил: А мы, семь архангелов — творения Светлого-Иисуса. Михаил, я, Гавриил, Уриил, Селафиил, Иегудиил, Варахиил. Мы были созданы, чтобы нести свет и добродетель в мир. Алекс: Но почему вы тогда связаны с грехами? Ярость, сладострастие, гордыня... Рафаил: Потому что война между братьями длилась тысячелетия. И в какой-то момент Светлый-Иисус понял, что чистый свет не может победить чистую тьму. Нужно что-то среднее. И он создал Эросманы — талисманы, которые вобрали в себя грехи мира, но превратили их в оружие. Велиал: А Тёмный-Иисус в ответ создал Велиала и Люцифера как персонификации похоти и гордыни. Мы должны были совращать людей, уводить их от света. Алекс: И что случилось дальше? Рафаил: Война закончилась ничьей. Братья устали. Они заперли друг друга в параллельных измерениях — Светлый-Иисус в раю, Тёмный-Иисус в аду. Но их сила продолжала течь в мир через нас, через демонов, через Эросманы. Велиал: И вот недавно... Тёмный-Иисус начал просыпаться. Алекс: ЧТО?! Велиал: Я чувствовал это. Его энергия стала просачиваться в наш мир. Разрывы, которые ты видел — это не просто временные аномалии. Это трещины в его темнице. Рафаил: Если Тёмный-Иисус полностью проснется, он уничтожит все. И рай, и ад, и землю. Все станет тьмой. Алекс сидел бледный как полотно. Алекс: И что нам делать? Велиал встал и подошел к нему. Велиал: Есть только один способ. Уничтожить Тёмного-Иисуса. Алекс: Уничтожить Иисуса? Вы с ума сошли?! Велиал: Не Светлого, попка. Тёмного. Его можно убить, но только если объединить силу всех семи архангелов и всех демонов. Рафаил: Семеро архангелов у тебя, Алекс. Ты собрал их всех, пусть и ненадолго. Велиал: А демоны... я поговорю с Люцифером. Если мы объединимся, у нас есть шанс. Алекс: Но... но я же простой омежка! Я не могу сражаться с Иисусом! Рафаил: Ты не простой омежка, Алекс. Ты принц Эрофидии. Ты носитель семи архангелов. Ты избранный. Велиал: И у тебя самая сексуальная попка во вселенной. Это тоже сила. Алекс: Вы серьезно сейчас? Велиал: Абсолютно. Похоть — это энергия. Тьма питается страхом и ненавистью. А свет питается любовью и... ну, страстью. Твоя попка может спасти мир. Алекс закрыл лицо руками. Алекс: Я в аду. Я реально в аду. Рафаил: Технически ты в Эрофидии. Это другое. В этот момент на кровати заворочался Леонардо. Он приподнялся, сонный, с растрепанными усами, и уставился на Велиала. Леонардо: ТЫ? Опять? Велиал: Привет, усатый. Я живой. Леонардо: Вижу. И че тебе надо? Велиал: Мир спасать. Опять. Леонардо сел на кровати и потер лицо. Леонардо: Ну конечно. А поспать дадите? Алекс подбежал к нему и прижался. Алекс: Лео... там Тёмный-Иисус просыпается... Леонардо: Кто? Алекс: Злой брат светлого Иисуса. Он хочет уничтожить мир. Леонардо посмотрел на Велиала, потом на Алекса, потом снова на Велиала. Леонардо: И вы хотите сказать, что мы должны его убить? Велиал: Именно. Леонардо: А попка Алекса нам поможет? Велиал: Очень поможет. Леонардо вздохнул и обнял Алекса. Леонардо: Ну почему у нас все время конец света? Почему нельзя просто пожить спокойно, трахаться и радоваться? Алекс: Потому что мы герои, Лео. Леонардо: Герои... Ладно. Что делать? Велиал: Сначала — бал. Алекс: ЧТО? Велиал: У вас же бал скоро. Идите на бал. Веселитесь. Тёмный-Иисус пока только просыпается. У нас есть время. А после бала... отправимся в ад. Настоящий ад. К Тёмному-Иисусу. Рафаил: Я с вами. Велиал: И я. Леонардо: Ну, хоть на бал успеем. Алекс прижался к нему и улыбнулся. Страшно было до жути, но рядом с Лео было не так страшно. Алекс: Мы справимся. Мы всегда справляемся. Велиал встал и направился к порталу. Велиал: Отдыхайте. Завтра увидимся. И... спасибо, что приняли меня. Алекс: Ты наш друг, Велиал. Демон, но друг. Велиал улыбнулся — тепло, почти по-человечески. Велиал: Попка... ты единственный, кто так говорит. Он исчез в фиолетовой вспышке. Рафаил тоже растворился в воздухе. Алекс и Леонардо остались вдвоем. Леонардо: Ну что, спать? Алекс: Спать. Завтра готовиться к балу. Леонардо: А послезавтра — спасать мир. Алекс: Обычные будни героев. Они засмеялись и снова легли, обнявшись. За окном замка Эрофидии светила луна, освещая сад с фаллическими кактусами, а где-то глубоко в недрах ада просыпался Тёмный-Иисус, даже не подозревая, что его ждет встреча с омежкой в розовых штанах и его усатым альфой. Продолжение следует...