Сладострасные: Приключения Супер-Попки и Альфа-Героя

Между небом и землей

Буду я как рой ночной

Выше звезд взлечу любя

Я люблю вас — Чудеса!

Получив две жизни я

Улетаю навсегда!

Попрощавшися сполна

Живу и в мире чудеса!

Сладострастные...

Леонардо стоял у огромного окна своей московской комнаты и смотрел на город. Москва... Москва... одно название чего стоит! За окном был просто пиздец какой красивый город, Кремль золотыми куполами светится, река Москва течет, а по улицам ходят такие мужики... Такие мужики! Леонардо аж засмотрелся на одного прохожего внизу. Это был просто эталонный русский альфач — широченные плечи, бритая голова, мощная шея, в камуфляжных штанах и с такой волосатой грудью, что из-под расстегнутой рубашки аж пар валил. Идет такой, уверенный, тяжелый, как танк, и член у него наверняка ого-го, под такие штаны прячет. А вон еще один, с собакой, бородатый, в тельняшке, руки как бревна, волосы на руках темные и густые, и улыбается так, по-простому, по-русски. Москва просто рай для тех, кто любит настоящих мужиков! Леонардо даже задышал чаще, представив, как эти двое могли бы взять его в тиски своих бицепсов и... Но потом он вспомнил Алекса. Маленького, синеволосого, с его невинными глазками и упругой попкой в розовых штанах. И сердце сжалось. Леонардо резко отвернулся от окна. Леонардо: Михаил, мы должны вернутся. Я не могу здесь больше. Из воздуха материализовался архангел Михаил, сверкая золотыми искрами по контуру мускулов. Михаил: Леонардо, если ты сбежишь, Тёмный-Иисус уничтожит тебя. Ты его собственность. Леонардо: Да похуй! Альфа-Герой, ёбана в рот, превращение! Леонардо рванул с себя дорогую московскую рубашку, пуговицы полетели во все стороны. Его мощный, волосатый торс обнажился, мышцы заиграли под кожей. Снизу штаны трансформировались в плотную черную кожу, низко сидящую на бедрах, ноги обулись в тяжелые армейские ботинки. Глаза загорелись золотом. Он был готов. Но только он сделал шаг к двери, как воздух в комнате задрожал, и из ниоткуда появился ОН. Тёмный-Иисус. Или нет, не он, а Грэварс. Отец. В своем старом фиолетовом костюме, но с глазами, полными космической тьмы. Грэварс: Куда собрался, сынок? Решил навестить свою маленькую шлюшку в Мехико? Леонардо сжал кулаки, золото в глазах стало алым, по мышцам побежали багровые прожилки. Леонардо: Не называй его так. Ты мне не отец. Ты просто кусок тьмы, который занял тело моего отца. Грэварс засмеялся, и смех этот был ледяным. Он щелкнул пальцами, и его собственный облик начал меняться. Фиолетовый костюм расплавился, превращаясь во что-то нечеловеческое. Его тело вытянулось, покрылось черными, как сама бездна, иероглифами, из спины вырвались огромные, перепончатые крылья, а глаза стали просто двумя дырами в реальность. Это был уже не Грэварс. Это был Тёмный-Иисус во всей своей пизданутой красе. Тёмный-Иисус: Глупый мальчик. Я дал тебе жизнь. Я сделал тебя тем, кто ты есть. И ты посмел ослушаться? Леонардо: Альфа-Герой не служит тьме! И он бросился в атаку. Алекс в это время сидел в своей комнате в Мехико. На нем был белый, идеально чистый наряд — белая футболочка, белые брючки, белые кроссовки. Он выглядел как ангел, спустившийся с небес. Но лицо было красным и опухшим от слез. Он смотрел в одну точку и тихо всхлипывал. Из пустоты появился Рафаил, переливаясь розовым перламутром. Рафаил: Алекс, почему ты плачешь? Алекс: Рафаил, у тебя есть средство чтобы не плакать? Рафаил: Если бы было... Я бы давно уже им преминил его... Алекс: Рафаил, я не могу не плакать к сожалению. Я видел, как его увозили. Я чувствовал его член внутри себя, когда нас разнимали. Это было так больно... Я хочу, чтобы он вернулся. Рафаил: Он вернется. Он же Альфа-Герой. Алекс: А вдруг нет? Вдруг это конец? Чувствуешь? Воздух другой. Такое ощущение, что всё... ну, всё вообще заканчивается. Наша история, наша любовь... Скоро всё кончится... Рафаил вздохнул. Рафаил: Алекс, сегодня же выпускной бал в колледже. Ты староста. Ты должен быть там. Алекс: Я никуда не пойду. Рафаил: Алекс, не будь дуройком. Леонардо бы хотел, чтобы ты пошел. Алекс вытер слезы и посмотрел на себя в зеркало. Белый наряд сидел идеально. Он был красив, даже когда плакал. Наверное, поэтому Леонардо его так любил. Он глубоко вздохнул. Алекс: Ладно. Ради Лео. Я пойду. В колледже Пассион было шумно и весело. Все украшено шарами и гирляндами, играла музыка, студенты обжимались по углам. Дэвид, этот огромный рыжий американец с волосатыми яйцами, стоял в центре зала и пил пиво, его щетина блестела в свете софитов. Рядом с ним крутился Риго в своих вечных стрингах, краснел и пытался что-то сказать, но только заикался. Дэвид: Риго, дружище, ты че такой дерганый? Расслабься, выпей пива. Риго: Я... я не пью. Я лучше на тебя посмотрю. Дэвид заржал, и его волосатая грудь заходила ходуном. Но Алекс стоял в углу, в стороне от всех. К нему подходили друзья, пытались заговорить, но он только отворачивался и снова начинал плакать. Боб подошел, хлопнул по плечу. Боб: Алекс, ну че ты? Давай танцевать. Алекс: Боб, отстань. Мне не до танцев. Боб расстроенно отошел. Алекс смотрел на веселящуюся толпу и чувствовал себя бесконечно одиноким. Вдруг к нему подбежал Риго, возбужденный до невозможности, его стринги чуть ли не светились от радости. Риго: Алекс! Алекс! Ты гений! Отель сработал! Все сработало, блядь! Алекс: Что сработало? Риго: Твой отель "Березка"! Туда пришли Велиализированные! Альбина и Джек, они там познакомились, и Велиал, помнишь? Он им там романтику устроил, и они полюбили друг друга, и БАЦ! Они снова люди! И все остальные тоже! Все, кто превращался, все излечились! Велиал говорил правду! Любовь, не пошлая, а настоящая, она исцеляет! Алекс на мгновение перестал плакать. Он улыбнулся, но улыбка вышла грустной. Алекс: Это хорошо. Правда, хорошо. Молодцы. Риго: Ты чего такой грустный? Мы победили! Алекс: Лео нет. Риго понял и отошел. Алекс снова остался один в этой веселой толпе. Чувство конца, о котором он говорил Рафаилу, не отпускало. Все это было слишком похоже на прощание. После бала Алекс вернулся домой и начал бухать. Жестко. Он достал бутылку текилы и пил прямо из горла, закусывая слезами. Розовые штаны валялись на полу, белая футболка была вся мокрая. Он сидел на кровати в одних трусах и смотрел в стену. Из ниоткуда появились Рафаил и Михаил. Да, Михаил тоже был здесь, отдельно от Леонардо. Рафаил: Михаил, это пиздец. Он себя угробит. Михаил: Я знаю. Но я чую, что это не просто пьянка. Это предчувствие. История подходит к концу, Рафаил. Я это чувствую так же, как чувствую запах хорошего альфача в течке. Рафаил: И че делать? Не можем же мы смотреть, как наш носитель спивается. Михаил: А у меня есть идейка. Рафаил: Какая? Михаил пока не раскрыл карты, но в его глазах, даже архангельских, мелькнул хитрый огонек. Он посмотрел на пьяного Алекса, потом на Рафаила, и ухмыльнулся. Михаил: Мы должны поведать Алексу всю правду.... Рафаил: Михаил, ты о чем? Это о том? Михаил: О том... ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ....