Дождливая ночь на пустой дороге

— Хо, быстрее! — кричал Джисон с первого этажа, не боясь разбудить соседей. —Да сейчас! — шипел старший, перепрыгивая ступени и несясь к Джисону, — Приспичило же, блять! Младший рассмеялся в голос, затем хлопнула подъездная дверь, а с улицы раздались шлëпающие звуки. Минхо, поëжившись от прохлады, спрятал ладони в рукавах свитера и вышел к Джисону на улице. Младший обожал ливень. Каждый раз, когда капли начинали падать с неба, у него дух захватывало, а детская улыбка начинала освещать лицо. Он бежал на балкон, выставляя руки и ловя капли холодного дождя, радуясь и смеясь. Минхо же такой радости не разделял — ему в дождливую погоду хотелось лишь в плед завернуться и сидеть, читая очередной детектив Агаты Кристи. Сегодня ливень разошёлся не на шутку — начало августа и вправду выдалось очень дождливым и мокрым. Сначала асфальт оброс мокрыми пятнами, но спустя уже пару минут на небе пронеслась молния, и затем раздался будоражащий гром, от которого Джисон, взвизгнув, подпрыгнул. Сейчас Минхо, спрятавшись под подъезным козырьком и скрестив руки на груди, смотрел на Джисона, который, напялив резиновые тапки прямо на носки, сейчас скакал по лужам, разбрызгивая воду в стороны. На лице плясала улыбка, а это значило, что Минхо волей-неволей тоже начинал улыбаться, глядя на своё маленькое счастье. Поскакав по дороге, Джисон вдруг остановился и хитро посмотрел на старшего. Тот закатил глаза, зная, что сейчас будет. — Хо-о-о! — Хан-и, нет! Я не буду скакать, как угашеный! — сразу запротестовал Минхо, глядя на приближающегося к нему Джисона, — Отстань! — взвизгнул он, когда мокрая рука коснулась его щеки. — Ну пожалуйста! Ну пойдём! — младший начал упрашивать его, как маленький ребёнок, выпрашиваюший у матери машинку, — Ну! — Баранки гну, — фыркнул Минхо, — Там мокро! И холодно! — Я согрею тебя своей любовью, — поиграл бровями Джисон, уворачиваясь от летящей на него руки старшего, — Ну ты сам посуди, какая романтика! Ночь, ливень, свет фонарей! — ему пришлось повысить голос из-за оглушающих капель, бьющих по железному навесу над ними, — Я хочу тебя поцеловать! Как в фильме! — Нет, — всё равно отворачивался от него Минхо. — Я же на коленях начну упрашивать! — и не дождавшись от старшего никакой реакции, Джисон начал опускаться вниз. —Да стой ты, блять! — крикнул Минхо и потянул довольного парня наверх, — Ладно... Ненадолго только! И потом сразу домой! Младший закивал болванчиком, переплетая их руки и вытягивая Минхо из-под крыши. Сделав шаг, старший демонстративно затрясся, вызывая у Джисона громкий смех. Наконец пересилив себя, он вышел на дорогу, сразу становясь похожим на мокрого и недовольного кота, о чëм ему тут же сообщил младший. — Ну спасибо, — фыркнул он, пытаясь не обращать внимания на ледяные капли, бегущие по лицу и затекающие прямо в рот, — Ну! Целуй уже! — крикнул он и зажмурился. Но Джисон не торопился. Посмотрев на парня пару мгновений, он аккуратно убрал ледяными пальцами мокрые пряди, прилипшие ко лбу Минхо, затем, оставив ладонь на щеке, поцеловал старшего в его холодные губы. Тот нахмурился и открыл глаза. — И ради этого я очко морожу?! Джисон усмехнулся. — Не, это так, для разогрева. — Ну давай быстрее! — торопил его Минхо, пару раз подпрыгнув на месте. Звуки дождя заполнили собой пространство вокруг. В лужах отразилась молния, раздался гром. Минхо схватил Джисона за плечо. — Сука быстрее! Я щас... — Минхо, — сказал Джисон так тихо, что Минхо даже подумал, что ему показалось. — Что?! — Я тебя люблю, — сказал он в самые губы старшего, прежде чем накрыть их своими так нежно и аккуратно, как только мог. Минхо не успел даже что-то промычать, как Джисон стал сминать его губы, одной рукой поглаживая щеку, а второй притягивая к себе за талию. Дождь лился по их коже, каплями стекая с волос и забегая под одежду. Минхо любил целоваться, хоть и никогда бы не признал этого. Ему нравилось, как Джисон долго-долго смотрит на него щенячьим взглядом, выпрашивая поцелуй, а старший отворачивается, играясь. Шум и холод окружили их, и Минхо впервые испытал что-то подобное. Что-то, будоражущее сердце и, казалось бы, саму душу. Ледяной дождь и горячие губы. Оксюморон. Одежда уже полностью промокла, пытаться как-либо её спасти было бесполезным. Джисон стал настойчиво углублять поцелуй, языком проводя по нижней губе старшего. А Минхо лишь приоткрыл губы, притягивал младшего ближе, желая полностью отдастся ему, осознавая, как сильно его любит. Для Джисона нет ничего лучше, чем вот так целовать Минхо — с любовью, игривостью и нежностью. А для Минхо нет никого важнее Джисона. Оторвавшись от губ старшего, Джисон положил морозные руки на его щеки, аккуратно поглаживая и заставляя Минхо улыбаться. Старший прикрыл глаза, ластясь к ладони парня. — Я тоже тебя люблю, Хан-и.