Слово Виктора, Джейс на асфальте..

Лаборатория была настолько уютной, насколько вообще может быть уютным место, где создают полумистическую научную магию. Просторное помещение с высоким потолком, солнечным светом, льющимся сквозь стеклянные окна под самым верхом, и запахом кофе, масла и немного палёного железа — типично их. Два стола, куча схем, банки с реагентами и механизмами, кое-где — растения в горшках (Виктору нравилось, когда живое рядом). И в уголке — святая святых: мини-зона с чайником, кружками и коробкой любимых пряников Виктора. Свежих. С мёдом, имбирём и ощущением счастья. Он достал их утром. Аккуратно открыл, вдохнул аромат, закрыл и сказал себе: «позже». Потом засел за формулы. Завис. И теперь, спустя буквально десять минут, обернувшись, увидел: — Пусто. Коробка — пуста. Крошка — на боку. Воздух — пахнет… виновато. — …ты, сука. — Виктор резко обернулся. — ДЖЕЙС. — А? — голос Талиса раздался из другого конца лаборатории, откуда-то из-за стеллажа. — Я здесь! — ГДЕ МОИ ПРЯНИКИ?! — Пряники? — уже с опаской. Виктор схватил трость. — Ты их СЪЕЛ?! ВСЕ?! — Ну я… они… там… вкусно пахли! — ТЫ — КАТАСТРОФА. Ты не человек. Ты просто ходячая пищевая катастрофа. Я НА СЕКУНДУ отвернулся! — Я хотел один… но ты не заметил, и… как-то пошло-поехало… — Пошло-поехало, бл… Я тебе пошлю-поеду сейчас по голове тростью, понял?! Это были МОИ пряники! Джейс попытался спрятаться за стеллаж. Виктор прихрамывая пошёл за ним, размахивая тростью. — У НАС ВЕСЬ МЕСЯЧНЫЙ ЗАПАС ЕДЫ ЕСТЬ, А ТЫ СЪЕЛ САМУЮ СВЯТЫНЮ. — Я думал, мы делимся! — Джейс выглядывал из-за полки, как мышь, натворившая беды. — ДА ТЫ ДАЖЕ НЕ ПРЕДЛОЖИЛ! НИ СЛОВА! НИ ОДНОГО “ВИК, ХОЧЕШЬ ПРЯНИК?” — Ну… — виноватая улыбка, — ты так сосредоточенно писал… — Вот именно! Я работал, а ты совершал гастрономическое преступление века! Виктор дошёл до середины комнаты, выдохнул и встал, опираясь на трость. Уже не злился. Но делал вид, что очень. Он снова повернулся к доске. Взял мел. Сделал вид, что полностью сосредоточен на формулах. — Значит так, — сказал он, не оборачиваясь. — Иди. В магазин. — А? — В магазин. За пряниками. Теми же. С мёдом. И с имбирём. Не из дешёвого ларька на углу, а из нормальной лавки, где ты вечно стесняешься продавщицы. — Она слишком много знает обо мне, — буркнул Джейс. — Она просто смотрит на тебя, как на дурака, когда ты покупаешь один пряник и говоришь «это не мне». — Это был один раз! — И в тот раз ты всё равно его сожрал по дороге, — Виктор прищурился, — так что сегодня — две коробки. Одну мне. Одну тебе. Но есть мы будем вместе. Джейс приподнял брови. — Вместе? — Да. Чтобы я видел, сколько ты жуёшь. Чтобы не было сюрпризов. — Вик… ты хочешь поесть со мной? — Нет, я хочу следить за пряниками. А то они исчезают, когда я работаю. Пауза. — …и чай заодно сделаешь. Когда вернёшься. — Для нас? — Для меня. Себе сделай, если хочешь, я не против. Но только не трогай мой. И ещё. Возьмёшь с полки банку с мёдом — не ту, что с черной крышкой, а ту, что с деревянной. Там настоящий. Без сахара. Джейс уже стоял у двери, но замер, прислонившись к косяку. Улыбался как идиот. — Ты не злишься? — Я в бешенстве. — Виктор даже не поднял глаз. — Иди, пока я не начал снова гоняться за тобой с тростью. Только осторожно на поворотах — ты опять всё в чайнике пролил с утра. — Будет сделано, командир. Вернусь с пряниками и теплом. — Вернись с жопой целой — этого будет достаточно. Дверь захлопнулась. Виктор вздохнул, выпрямился. Мел скрипнул по доске. — …дурак, конечно, — пробормотал он, совсем тихо, — но мой.