Одинаково одержимы

Шэдоу сидел в полутёмной квартире, освещённой только светом из окна. В руках — кружка, давно остывший кофе. На экране — увеличенное фото с камеры наблюдения. Соник. Где-то между тенью фонаря и собственной улыбкой. Он не смотрел в камеру, но взгляд будто пробивал стекло. — Ты вляпался, — сказала Руж, проходя мимо и забирая из его рук чашку. — Ты не просто зациклился. Ты обгорел. Шэдоу молчал. Глаза не отрывались от фото. — Он нарушает протокол. Ты — тоже. У вас тут не игра. У вас — эмоциональное самоубийство, — продолжала она, устраиваясь рядом. — Ты сказал ему что-нибудь? — Он сказал, что я под кожей. Руж подняла бровь. — Хочешь, чтобы я ушла? Или чтобы я осталась и дала пощёчину здравому смыслу? — Он мне нужен. — В смысле, как цель? Шэдоу посмотрел на неё. В этот раз — прямо. — Как навязчивость. Которую не хочу отпускать. — Звучит как любовь. Или зависимость. Одно из двух. Или оба. --- — Я ему почти сказал «пошли ко мне», — бормотал Соник, лёжа на полу у себя в квартире, с подушкой на лице. — Я просто сел. И сказал это! — Это лучше, чем выстрелить себе в ногу, — отозвался Тейлз, крутя ложку в чашке. — Хотя не намного. — Он знает, что я знаю, что он знает. Мы в клубке лжи и кофе! — Клубок лжи и кофе — звучит как крутое кафе. Запишу. — Я серьёзно! Наклз влетел в комнату, неся три бургера и коробку донатов. — Так, я слышал, вы обсуждаете сталкинг? Идеально. Я принёс еду и непрошеные советы. Совет номер один: купите бинокль получше. А то что это за скрытное наблюдение, если я вижу ваши лица на соседней крыше? Соник выдохнул и уткнулся в подушку. — Я сгораю, ребята. — А он горит вместе с тобой, — пробормотал Тейлз, забирая донат. — Вот это и страшно. Вы не просто на грани — вы ходите по ней босиком и шепчете друг другу в ухо. --- Ночь. Соник возвращается с вечерней смены. Ключ в замке — и спина чувствует взгляд. Он не поворачивается сразу. Вдох. Выдох. Открывает дверь… — Ты всегда так долго достаёшь ключ? — прозвучал голос из темноты. Соник оборачивается. Шэдоу стоит, прислонившись к стене, будто часть тени. — А ты всегда стоишь в чёрном под фонарём и думаешь, что тебя не видно? Пауза. Холодный воздух. Два взгляда. — Мне нужен повод, чтобы ты пустил меня внутрь? — Можешь сказать, что соскучился. — Не скажу. Но это правда. Соник приоткрыл дверь и отошёл в сторону. — Заходи. Посмотрим, кто кого пережжёт первым. Игра сменилась. Теперь они оба знали правила. И каждый — хотел нарушить их первым. --- Соник захлопнул дверь за Шэдоу. В квартире повисло напряжение — густое, как пар в душе. — Хочешь что-нибудь выпить? — спросил он, сбрасывая кеды. — У меня есть вода, вода с пузырьками и… кофе, конечно. — Только не кофе, — усмехнулся Шэдоу, присаживаясь на край дивана. — Ты уже стал ассоциироваться с ним настолько, что если я ещё раз его выпью, то забуду, как дышать без мыслей о тебе. Соник вздрогнул, но быстро перевёл в шутку: — Вау. Это было почти признание. Надо записать в дневник: «Шэдоу. Фраза номер один. Эффект — сильный». Он налил воду, сел рядом. Расстояние — сантиметров двадцать. Больше они не выдержали бы. — Знаешь, — начал Шэдоу, глядя в окно, — я действительно пришёл за ответами. Но получил… тебя. И теперь я не знаю, что опаснее. — Я же говорю, под кожей, — тихо ответил Соник. — Мне казалось, ты всё это прекратишь. Начнёшь игнорировать. Или, не знаю, арестуешь меня. Шэдоу повернулся к нему, взгляд рубиново-жёсткий. — Если бы я хотел тебя арестовать — ты бы уже сидел в изоляции. Но я… я не смог. Я смотрел, как ты танцуешь с подносами, как улыбаешься, когда никто не видит. Я смотрел — и не мог остановиться. Тишина. Только тикание часов и дыхание. Соник потянулся и легко коснулся пальцами его руки. — Я думал, что контролирую всё. А потом ты стал приходить каждую ночь. Стоять на том углу. И я начал ждать. Шэдоу накрыл его ладонь своей. — Я начал ждать раньше. С тех пор, как ты пробежал мимо и не оглянулся. С тех пор я стал искать твой силуэт среди чужих. Соник притянул его ближе. Нежно, но без колебаний. Их лбы соприкоснулись. Дыхание смешалось. И на этом расстоянии уже невозможно было притворяться. --- — Это Шэдоу? — прошептал Тейлз с кухни, выглядывая из-за угла. — Это его чёрные перчатки на тумбочке. И его чёрные ботинки у двери. Думаю, да, — отозвался Наклз, поедая тост с арахисовой пастой. — А они что… того? Ну, в смысле, остались на ночь? — Или пошпионствовали всю ночь. Кто этих двоих поймёт? Соник вышел в майке, зевнул, волосы были ещё более растрёпаны, чем обычно. — Доброе утро. Не пугайтесь. Он жив. И не укусил. — А ты? — подал голос Тейлз. — Я… возможно, влюбляюсь. Или начинаю сходить с ума. Может, и то и другое. В этот момент в коридор вышел Шэдоу. Серьёзный, аккуратный. Но… спокойный. Как будто впервые за долгое время. — Доброе утро, — бросил он. Тейлз выронил ложку. Наклз хлопнул его по плечу: — Доброе утро, агент ГАН. Добро пожаловать в клуб «Проснулись не у себя». Шэдоу посмотрел на Соника, а затем… усмехнулся. — Я бы остался ещё на одну ночь. --- В это же время Руж сидела у себя в офисе, смотря на фотографии с камер. Шэдоу и Соник. Вместе. Слишком близко. Слишком не по протоколу. — Ты что творишь, Шэдоу… — прошептала она и подняла трубку. — Свяжите меня с начальством. У нас начинается проблема.