Момент спокойствия

Музыка разливалась по залу, придавая просторному помещению свою особую, в какой-то степени праздничную атмосферу. Впрочем, это было неудивительно: сегодня экзорцисты, искатели и учёные – все жители Черного Ордена могли позволить себе забыть на время о кровопролитной войне и посвятить вечер веселью. Не сказать, что в ордене была какая-то особая причина для этого. Нет. Все было до банального просто: Рождество. Но именно это торжество стало отдушиной после нескончаемых сражений и потерь, понесенных в битве против Графа, стало долгожданным отдыхом для потерянных и уставших душ. Именно так считал смотритель центрального подразделения. Ему понадобилось немало сил и аргументов, чтобы убедить Ватикан в необходимости этого мероприятия. Но он справился. Комуи ни о чем не жалел, глядя на когда-то заставленную обеденными столами комнату. Сейчас это место нельзя было узнать: по всюду, куда не глянь, видны были украшения, мягкий свет падал на пустую площадку в середине зала, служащую теперь танцполом, а вдоль стены виднелись красиво засерверованные и заставленные столики. Кажется, где-то даже можно было увидеть амелу. Но китаец не всматривался, позволив себе сосредоточиться на непринуждённой атмосфере и счастливых людях, снующих по помещению. Ли не был настроен сейчас погружаться в шумную толпу. Хотелось подольше насладиться таким редким спокойствием, поэтому он направился к столикам. Подходя, он увидел впечатляющую картину: генерал Мариан Кросс стоял один у стены, попивая излюбленное вино. Удивительным тут было именно то, что вокруг красноволосого маршала не крутились дамы, ну или скорее то, что он сам ни к кому с прекрасного пола не приставал. - Редко увидишь Вас одного, Генерал. Неужто девушки растеряли к Вам интерес? В словах мужчины не было злости или язвительности, такое общение уже давно стало обыденным между старыми знакомыми, даже если позволить себе такие шутки учёный мог редко. Ответ не стал долго себя ожидать. Привычная лисья улыбка расплылась по лицу ирландца: - А что, хотели бы составить мне компанию сегодняшним вечером, Смотритель? Комуи хмыкнул и, покачав головой, улыбнулся. - Годы идут, а что-то так никак и не меняется... Ты все также бестактен, Мариан. Впрочем, это не сильно походило на отказ. Сегодня они не были на работе, не были начальником и подчинённым или коллегами. Сейчас они были просто старыми знакомыми, которых немало связывало. В данный момент они могли позволить себе чуть больше, чем шутливое замечание и едва читаемый взгляд. Могли позволить себе тишину, мягную улыбку или беззлобную, но такую родную, усмешку. Могли позволить себе просто быть людьми, позволить беззаботный разговор о мелочах, немного выпивки и тихий, но искренний смех над глупыми шутками. Этим двоим не нужно было много говорить, чтобы понимать друг друга, за все время они уже стали близки и хорошо изучили один одного. Слишком хорошо. И несмотря на это все, каждый подобный этому момент был желанным и хранился в памяти как зеница ока, согревающая душу во время бессонных ночей над отчётами или долгой дороги в очередной, затерянный на картах город. Свет приглушили. На секунду заточенные годами инстинкты экзорциста заставили напрячься, просчитывая возможную опасность. Но уже через пару мгновений комнату заполнила размеренное и мелодичное звучание медленной композиции. Постепенно открытая площадка заполнилась парами, кружащимися в изящных поворотах и пируэтах. Завораживающая картина привлекала взор. Но Кросса это не впечатлило. Он готов был продолжить бессмысленный разговор, что до этого вел с собеседником, но остановился. Комуи с мягкой улыбкой наблюдал за грациозными парами и их движениями. И было в его глазах что-то такое, что было сложно прочитать, но что рыжий мужчина смог безошибочно определить. Он не мог сдержать мягкой ухмылки. Оказывается, у распущенного маршала всё-таки было сердце где-то в груди, и оно едва ощутимо сжалось от представшей картины. Захватывающая мелодия Штрауса была в самом разгаре. Мариан перевел взгляд на середину зала, решив не прерывать успокаивающего молчания. Но стоило музыке закончиться, а аркестру сделать короткую паузу, как, к удивлению самого ученого, Комуи мягко повели за локоть прямо к другим парам. - Мариан? Что ты делаешь? Длинноволосый мужчина останавливается и разворачивается, не скрывая своего удовольствия от превосходства над «напарником» в понимании ситуации. - Ну вы же не откажетесь разделить со мной танец, смотритель. Это было бы очень грубо с вашей стороны. На такую наглость сложно было ответить сразу, даже самому Ли, что уже давно привык к подобным выходкам со стороны «друга». А когда заиграл вальс, то и думать уже было поздно. Ли оставалось только отдаться в руки генерала и доверить ему вести себя. Комуи бы солгал, сказав, что был против или что ему не нравится то, что происходит. Сердце наполнялось теплом и нежная счастливая улыбка сама растягивалась по лицу от абсурдной ситуации. Он не мог отвести взгляда от нескрытого маской карего глаза перед собой. Тот, кажется, затягивал его все дглубже, а китаец и не был против, уже очень и очень давно сдавшись и подаривши свое сердце человеку напротив. Кросс улыбался. Это была не едкая или самодовольнвя ухмылка, а именно улыбка, которую можно было увидеть на лице экзорциста только в редкие и личные моменты. Для него и этот момент был чем-то личным. И плевать было, что кругом десятки людей, которые могли видеть их. Было обсалютно все равно, что их надёжное прикрытие трещало по швам. Мариан был счастлив и опьянён. Улыбка и искренняя нежность в этих темных глазах опьяняла сильнее излюбленного вина или самого крепкого виски, что он когда-то пробовал. Хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось. Сегодня они не были начальником и подчинённым, учёным и экзорцистом или коллегами. В этот миг они могли позволить себе забыться и быть честными друг с другом. Важным в этот миг был лишь любимый человек рядом.