Пицца на краю кода

Богом покинутый район. Пустота здесь дышала, словно сама тень мира, оставленная забытыми строками кода. Сломанные здания — наполовину исчезнувшие, наполовину закодированные заново — стояли в молчании, как руины древней эры. Туманная дымка, наполненная цифровым шумом, струилась между ними, словно сбившийся с алгоритма пар. Каждый шаг по полу из битых пикселей отзывался эхом — и даже эхо звучало искажённо, с замедленным цифровым скрипом. В этом месте обитают только монстры и на голову отбитые психи. Нормальные люди остерегаются его, как огня. Но сегодня доставщику не повезло. Очень не повезло. — Чёрт, чёрт... — руки дрожали, глаза метались от стены к стене. Он не просто попал в одно из самых опасных мест в городе — он ещё и заблудился. — Чёртов глюк... Надо было ему напасть именно на меня. Ну хоть пицца ещё тёплая... — Он тихо усмехнулся, пытаясь не сильно себя удручать. Эллиот, с коробкой пиццы в руках, осторожно ступал по трещинам в реальности. Он медленно шёл, каждый шаг сопровождался оглядыванием по сторонам. В районе уже давно не было света, и единственное, что помогало ему не погрязнуть в кромешном мраке, — это светодиоды на его куртке. Его ботинки издавали противный липкий звук при каждом шаге, словно подтверждая: он действительно здесь. Действительно жив. Он идёт по потрескавшемуся асфальту из текстурных фрагментов, у каждого из которых была своя глубина, цвет и физика. Иногда его нога проваливалась сквозь трещину, и он на секунду видел бесконечную белую пустоту — «нулевой мир», как его называли. Он старался не смотреть туда долго. Сквозь глюки и графические сбои Эллиот двигался вперёд, пока не оказался у разрушенного входа бывшего офисного центра. Внутри темно. Темнее, чем снаружи. Он прошёл сквозь проём, и его тело мгновенно покрыло дрожью — воздух, если его можно было назвать так, был ледяным. Дыхание участилось, горло саднило, он тяжело сглотнул. Каждый шаг давался с трудом, будто его ноги связали верёвками. Внезапно в самом дальнем углу послышался громкий, режущий слух скрежет. Быстро бросив взгляд вдаль, он увидел его. Тёмная фигура стояла неестественно неподвижно. Правая рука представляла собой деформированный шип — источник звука ранее. Левая рука тоже не спаслась — она была покрыта чёрной субстанцией, формирующей три больших когтя, с которых стекал тот же красный код. И, наконец, глаза. Один из них — красный, мерцающий, как у камеры наблюдения, — уставился прямо на него. Эллиот знал об этом существе всё — или почти всё, что передавали его товарищи. Убийца. Призрак. Ошибка, ставшая разумной. Он не должен был существовать — но всё же был. И сейчас, вопреки всему, он стоял прямо перед ним. Паника накатывала, руки дрожали, в горле застрял неприятный ком. В воздухе замерло напряжение — словно перед ударом молнии, но без электричества. Сердце стучало всё быстрее. Мысли в голове не приводили ни к чему хорошему. С тихим и тяжёлым вздохом он натянул улыбку. «Будь что будет», — произнеслось у него в голове. — Пиццы? — максимально непринуждённо спросил Эллиот, стараясь не разозлить убийцу. Снова смертельная тишина. Красный бинарный код придавал образу цифровую искажённость. Эллиот продолжал чувствовать на себе этот взгляд — ещё немного, и тот просверлит его насквозь. Мгновение — и Джон стоял прямо перед ним... — Пицца пепперони. Горячая... ну, почти, — выдавил он. «Дурак, дурак, теперь точно убьёт...» Эллиот уже подумал, что монстр перед ним просто придумывает, как более изощрённо лишить его жизни, как вдруг увидел, как рука Джона, будто прорезая воздух, протянулась вперёд. Он взял кусок пиццы и поднёс его к губам. — Вкусно. И очень знакомо, — произнёс мужчина. Его голос был грубым, но не как у остальных монстров. — Ты ел пиццу раньше? — Парень совсем не понимал, что происходит. Почему жестокий и беспощадный убийца его не убивает, а наоборот — стоит мирно и кушает? — Не помню. Это было давно. Эллиот выдохнул и, не зная зачем, присел на обломки рядом. Коробка с пиццей стояла между ними — как реликвия мира. Они сидели молча. Эллиот слышал, как по полу медленно капает глюк — вязкая чёрная субстанция, появляющаяся в местах сильной цифровой эрозии. — Я Эллиот, — начал он. Убийца ответил не сразу, слегка помедлив: — Джон. Джон Доу. И снова тишина. Но в ней не было былой угрозы. Только странное, почти болезненное любопытство. — Почему... почему ты меня не убил? Ты ведь раньше никого не щадил. Что произошло? — Не знаю, — короткий, немногословный ответ. — Я не знаю. Может, потому что ты — первый, кто меня не раздражает. Странно, когда у тебя резко пропадает желание открывать всем головы. Парень поёжился — явно не ожидая такого откровения. Снаружи туман начал сгущаться, и цифровой ветер принёс с собой искажённые обрывки аудиоданных. — Прости, можно попросить?.. — голос Эллиота сорвался. Он сглотнул. — Можешь… вывести меня отсюда? Я никому не скажу. Клянусь. Просто... Я не хочу умирать здесь. Джон поднял голову. Его глаза, один из которых всё ещё мерцал красным, уставились в Эллиота. Тишина между ними растянулась, будто программа зависла. — Пошли, — коротко бросил он, разворачиваясь. Они шли, будто через забытый сон. Коридоры менялись сами собой, обрывки цифровых теней скользили мимо. Эллиот не знал, как Джон ориентируется, но тот двигался уверенно, будто сам был частью этого мира. Вдруг пол под ногами задрожал — и исчез. Эллиот едва не сорвался, но Джон успел схватить его. Рука убийцы была неожиданно тёплой и твёрдой. — Прыгай, — сказал он, потянув парня к едва заметной стене. Прикосновение открыло проход. — Что это?.. — выдохнул Эллиот, вбегая в тёмный тоннель. — Старый порт. Обходной путь. Закрыт много лет назад. Они бежали по узкому туннелю. Стены пульсировали кодом, словно сосуды с остатками памяти. И вот — выход. Свет. Эллиот тяжело дышал, сердце всё ещё колотилось от пережитого. — С-спасибо… Без тебя я бы не выбрался. Правда. Джон хмыкнул, словно не привык к благодарности. — Мгх. Валяй к своим. Пока они тебя в список пропавших не внесли. Эллиот усмехнулся, всё ещё не веря, что остался жив. — Да уж… Уже, наверное, похоронить успели. Спасибо ещё раз. Он бросил на Джона быстрый взгляд, словно хотел что-то добавить, но передумал. Вместо слов — солнечная, почти детская улыбка. — Удачи тебе, Джон. — Постарайся не сдохнуть по пути, — тихо буркнул тот в ответ, наблюдая, как парень убегает. Эллиот исчез за поворотом. Остался лишь цифровой туман и тихое эхо его шагов. Джон медленно развернулся и направился обратно в глубины глючного ада. На лице — еле заметная ухмылка. Так и началось нечто новое. Не дружба. Пока ещё нет. Но точка отсчёта была пройдена.