***
Он очнулся в грохочущем железном ящике. Цепи лифта скрежетали, сотрясая всё вокруг, усиливая гул в голове. Боль в голове пульсировала, словно по черепу били молотом. Желудок сводило от голода, а стены лифта раскачивались, заставляя чувствовать тошноту. С каждым толчком его подбрасывало вверх, ударяя о металлический потолок. Резкий запах металла, гари, мяса и травы наполнял воздух. Слезы подступали к глазам, но так и не пролились. Страх сковал его, заставляя съежиться на полу в ожидании неизвестности. Он пытался вспомнить хоть что-то, цеплялся за обрывки памяти, но тщетно. Пустота. Он не знал, как оказался в этом лифте, не помнил ни одного лица, ни одного имени. Даже собственное имя стерлось из памяти. Кто он? Как он здесь оказался? Что его ждет? Вопросы без ответов эхом отдавались в голове. Размытые образы: кабинеты, лица, руины – все проносилось перед глазами, сливаясь в бессмысленное месиво воспоминаний. По мере того, как лифт поднимался, страх отступал, уступая место робкому любопытству. Он понимал, что рано или поздно подъем закончится, и оставалось лишь ждать. С каждой минутой ожидание становилось все невыносимее. Наконец, лифт замедлился и остановился. Наступила тишина. Он собрался с духом и крикнул: — Эй! Помогите мне, кто-нибудь...— Голос был хриплым, каждое слово царапало горло. В ответ раздался лязг, и яркий свет хлынул сверху, ослепляя. Скрипнув, двустворчатые двери над головой распахнулись. После долгой темноты свет резал глаза, заставляя жмуриться. Сверху доносились голоса, и новая волна тревоги захлестнула его. — Посмотрите, какой он дрыщ! — Ты не больше, Ли Бин. — Он похож на ребенка! Сколько ему лет? — Капец он красавчик, рыженький такой, чур он мой. — Слыш, рот закрой, Шон! — Как тебе поездка, новичок? — Не повезло тебе, малыш. Паника нарастала. Он понял, что наверху не меньше двадцати человек. Голоса сливались в неразборчивый гул, оглушая. Он попытался разглядеть лица, но зрение еще не адаптировалось к свету. Размытые фигуры постепенно обретали четкость – парни, кто-то ниже, кто-то выше, светловолосые и темнокожие – все такие разные. — Сэт, вытаскивай его. — сверху кто-то громко крикнул. В хаосе звуков он пытался уловить имена, разобрать, кто к кому обращается. Сэт… Шон… Ли Бин… Имена мелькали обрывками, переплетались, не давая составить цельной картины. Тем временем высокий коренастый блондин с короткой стрижкой спрыгнул вниз. Прежде чем он успел что-то рассмотреть, блондин схватил его за шиворот и вытащил из лифта. Он огляделся, крутя головой. Незнакомое место. Паника ледяным градом обрушилась на него, и ноги сами понесли его прочь. Позади раздались смешки – его действие явно рассмешило собравшихся. Он бежал, не разбирая дороги, по большому полю. Споткнувшись, он упал, но тут же вскочил на ноги и осмотрелся. Огромное пространство: поле, лес, какие-то строения… и высокие стены, окружающие всё это. Стены, которые внушали первобытный ужас. Его нагнали несколько парней, во главе с высоким темноволосым мужчиной средних лет. Мужчина внимательно осмотрел его с головы до ног и спросил: — Набегался? Стоящий позади темнокожий парень протиснулся сквозь толпу, улыбнулся и протянул руку: — Привет, новичок! Я Мэтт. Классный забег ты устроил, я уж подумал, что ты в бегуны метишь. Стоящие сзади них парни засмеялись. Он посмотрел на Мэтта косо, не понимая ни слова. Дружелюбие этого парня вызывало подозрение. Да что там подозрение – он вообще ничего не понимал! — Где я? — выдавил он, удивленный звуком собственного голоса, вне тесного лифта. Ему хотелось сбежать, спрятаться от всех них. Страх, волнение, непонимание и любопытство – всё смешалось внутри. Высокий мужчина потер переносицу и рявкнул на столпившихся парней: — А ну живо по рабочим местам, а то без ужина останетесь! Новенький, – он наконец обратил на него внимание, – пошли со мной. Мужчина махнул рукой, приглашая следовать за ним. Он послушно двинулся следом, решив не перечить. Пока они шли, он разглядывал окружающее пространство. Поле, не уступающее по размеру футбольному полю, занимало основное пространство, с другой стороны – роща невысоких деревьев. Рядом несколько строений, вероятно, склады и места ночлега. Чуть дальше – небольшой огород с помидорами, кукурузой и рожью. Еще ниже – небольшой пруд, берущий начало где-то в лесу. Жизнь кипела: несколько парней разгружали коробки из лифта (он даже не заметил, что поднимался не один), кто-то работал в огороде. Небо было ясным, голубым, но солнца не видно – его загораживали высокие стены. Стены, увитые густым плющом, высотой метров так шестьдесят, внушали тревогу. Мужчина, шедший впереди, выглядел лет на сорок. Он показался ему самым взрослым из всех присутствующих. Темные штаны, белая, запачканная футболка, кеды и наручные часы. Руки от запястья до локтя покрывали татуировки, похожие на языки пламени. Они подошли к небольшой деревянной башне. — Надеюсь, высоты ты не боишься, – сказал мужчина. Вместе они поднялись наверх. Отсюда вся территория была как на ладони. — Добро пожаловать. Меня зовут Дэвид, я лидер этих оболтусов, – он сделал паузу и протянул руку. – Это место называется Глэйд, а мы зовем себя глэйдерами. Нас отправили сюда, и мы живём тут в гармонии и порядке, поэтому я не советую тебе нарушать установленные правила. — Кто нас сюда присылает? – с трудом выговорил он. — Мы не знаем, – ответил Дэвид. – Нас присылают сюда уже три года. Каждый месяц лифт доставляет нового человека, а вместе с ним новые припасы. В этот раз – ты. Его затрясло. — Почему я… почему я ничего не помню? — Тише, тише, мелкий. Все мы через это проходили. Сейчас главное – успокоиться и принять всё как есть. Вопросы потом. Все, кто сюда попадает, ничего не помнят, даже своего имени. Но всё обязательно вернется – через несколько дней, может, часов.***
Ещё немного постояв, они спустились вниз. По дороге к группе парней Дэвид коротко объяснил: — Это всё, что у нас есть. Здесь мы живем, едим, работаем. Лентяев здесь не любят, так что с завтрашнего дня ищи себе работу. Можешь убирать мусор, можешь заниматься огородом или скотом. — А там что? – он указал на ворота в стене, откуда виднелся длинный, грязный проход. Дэвид резко остановился и схватил его за плечи. — Запомни раз и навсегда: туда тебе ходить нельзя. Там лабиринт. И я запрещаю тебе, как и всем остальным, туда соваться. Даже не думай об этом. Не дав ему задать еще один вопрос, Дэвид подвел его к группе парней и рявкнул на высокого парня, стоявшего рядом с таким же рослым блондином: — Ники, Эрик, проведите новичку экскурсию. Дэвид отошел в сторону поселка, оставив его наедине с новыми товарищами по несчастью. Это были два парня: оба выглядели около двадцати лет, высокие, один смуглый с каштановыми волосами, а другой — немного выше, более массивный блондин с белой кожей. Смуглый парень, казалось, был в восторге от своей роли гида: он радостно схватил его за руку и начал энергично пожимать. — Привет-привет, новичок! Я Ники, а это — мой возлюбленный Эрик. Ты все еще не вспомнил свое имя? Эрик смущённо и осторожно взял руку Ники и отпустил её. — Ники, милый, не пугай его, — спокойно произнёс он, глядя на новенького. — Если ты не помнишь, как выглядишь, то ты примерно метр семьдесят, думаю, тебе не больше двадцати, с медно-рыжими волосами и голубыми глазами. Красивые, кстати. Ники одобрительно закивал головой, подтолкнул новенького вперед, сам взял Эрика под руку и направился показывать окрестности: — Пойдём, мы тебе всё покажем! Смотри, — он указал на лес и постройки. — Вот здесь, под навесом, мы спим и едим. Чуть дальше храним еду. В середине леса есть картохранилище и комната для обсуждений. В картохранилище не ходи, нельзя. Дэвид сказал, что тебе надо будет найти работу. Сегодня отдыхай, а завтра мы поможем с выбором. Если будут вопросы — обращайся к нам или к Мэтту, он после Дэвида главный. Парень усмехнулся и снова огляделся. Место всё ещё вызывало недоверие, но страх и тревога уже исчезли. Пока Эрик и Ники переговаривались, он ненароком свернул в сторону ворот, к так называемому лабиринту. Подойдя ближе и внимательно осмотрев длинный проход, он заметил, что всё было грязным и заросшим плющом. Когда Эрик заметил направление его взгляда, он сразу бросился к нему: — Эй! Туда нельзя! — Да я только гляну. Я же — Он не успел договорить, как кто-то высокий и крепкий врезался в него. Парень упал и увидел, что это был Сэт. Быстро вставая, он заметил, что Сэт значительно выше и крупнее его, так что в борьбе с ним шансов нет. — Так-так, тебе не сказали, что туда ходить нельзя? — Сэт подошёл и схватил его за воротник серой кофты, подняв на пару сантиметров над землёй. Эрик и Ники забеспокоились: — Эй, Сэт, отпусти его, — вежливо сказал Ники. — Ему сто раз говорили не ходить туда, — Сэт шипел от злости, он был похож на змею. Казалось, вот-вот плюнет ядом. — Может, мне стоит проучить его? На шум подошли другие парни, среди них оказался Мэтт, который разнял их. — Сэт, успокойся, он всего первый день. Он ничего не понимал. Что в лабиринте? Почему его не пускают даже просто осмотреть? В истерике он закричал на Мэтта: — Что с вами не так, парни? Что за чертовщина здесь творится? Это тюрьма? Ад? Галлюцинации? Меня убили, и я вижу сон? Громкий, пронзительный звук крика, доносящийся из лабиринта, прервал Мэтта на полуслове. Звук был нечеловеческим, настолько сильным, что заставил всех содрогнуться. Одновременно с криком, словно по чьей-то команде, ворота лабиринта с оглушительным грохотом начали захлопываться. Спустя пару секунд тяжелые двери сомкнулись, отрезая доступ к проходу. Парни начали расходиться, каждый занявшись своими делами. Новичок же, с открытым ртом и широко раскрытыми глазами, остался стоять, вперившись взглядом в массивные, теперь уже закрытые, ворота. Мэтт, проходя мимо, немного потрепал его по плечу: — Отдыхай, сегодня вечером праздник.***
Как бы ему хотелось, чтобы это все оказалось лишь сном.