Иной

Нежные прикосновения аккуратных рук медленно и осторожно прошлись по его телу в области паха. Он держал рот закрытым рукой, сосредоточившись на действиях другого человека. Второй, словно прирученный кукловод, влиял на обстановку, прикасаясь и сжимая ткань его брюк. На его лице была ехидная улыбка, придающая всему происходящему некую меру серьезности, как будто перед ним разворачивалась бесконечно важная игра. «Проснись уже», — произнес он нежно и ласково, но в его голосе звучали нотки грубости и усмешки, которые подчеркивали его намерения. Постепенно он отстранил руку от своего лица, при этом на мгновение потеряв связь с реальностью. «...Что?» — вырвалось у него, когда он вернулся к сознанию. Нежный и ласковый голос вновь будил его, словно муза, вдохновляющая на новые свершения. Он открыл глаза в надежде увидеть то самое серьезное лицо с игривой искоркой юмора, которое так давно не покидало его мысли. Однако вместо этого его взор встретил женщину лет сорока, брюнетку с мягкими чертами лица. — Милый, тебе уже пора вставать. Ты опоздаешь в школу, — сказала она с легкой заботой в голосе. — Разве я не закончил её? — с недоумением переспросил он, не вполне понимая, как оказался в этой ситуации. — Шутник, — ответила она, улыбаясь, и встала с кровати, направляясь в ванную. Он потянулся и, потирая глаза, поднялся с кровати, ощущая легкую неясность в голове. — Уже прошло больше двадцати лет… — произнес он, обращаясь к пустоте комнаты. — О чем ты? — раздался голос женщины из-за двери ванной. Он вздрогнул от неожиданности, но быстро собрался с мыслями. — Около двадцати лет назад я поступил в университет. Скучаю по нему… — произнес он, пытаясь вспомнить те времена, когда жизнь казалась более ясной и упорядоченной. В его словах была доля правды. Мечта заново поступить в университет и снова встретить тех, кто однажды стал частью его жизни, не покидала его. — Нашел что вспомнить, — отозвалась она, пока за стеной раздавались звуки воды. — Ты можешь опоздать, так что лучше начни уже собираться. — Мне сегодня ко второму уроку, — сообщил он, чувствуя, как реальность снова начинает обретать четкие очертания. — Ах да. Ты же говорил... Впрочем, мне уже пора. Я побегу. Люблю тебя, — произнесла она, выходя из ванной. Она выглядела прекрасно: аккуратная фигура, тонкие руки, красивые ноги, синее платье с поясом, пальто на плечах и туфли, которые подчеркивали её элегантность. Она махнула ему рукой на прощание, и через мгновение исчезла за дверью. — Глупость, — прошептал он, осознавая, что прошло уже двадцать лет, а ему все еще снятся подобные сны. Он тихо поднялся с кровати и прошел в ванную. Почистив зубы и расчесав волосы, он нахмурился. «Почему он ушел, ничего не сказав? Впрочем, почему я об этом думаю? Это... Лишь юность. Ничего большего», — размышлял он, стараясь придать своим мыслям более логичный и последовательный вид, не позволяя воспоминаниям затмить настоящую реальность.

***

Зайдя в школу, каждый ученик приветствовал его, будто они ждали именно его прихода. Но среди всех этих голосов он не мог найти тот самый, который когда-то даровал ему неподдельное вдохновение. «Ну конечно, как можно сравнивать обычных учеников с Ним? Он был…» — мысли его были прерваны, как гром среди ясного неба. — Павел Георгиевич, не могли бы вы помочь мне? — раздался голос Ирины Николаевны, завуча школы. Он обернулся, и её серьёзный взгляд сразу заставил его сосредоточиться. — В плане? — спросил он, стараясь понять, что именно требуется от него. — Я понимаю, что учеников из старших классов тоже много, но не могли бы вы помочь с переездом мебели? Она настолько тяжёлая, что два учителя не могут её дотащить. — Два учителя? — удивился он. — Весьма много. — Да, именно так. Поэтому мы нуждаемся в вашей помощи. Мебель находится в моём кабинете, — пояснила она, слегка нахмурившись. Он кивнул в знак согласия и направился в первый кабинет, где и правда заметил весьма крупный стол. Увидев своего коллегу — физрука, который, казалось, тоже был в недоумении, он не смог удержаться от вопроса. — Для кого это? — спросил он, усмехнувшись и глядя на учителя физкультуры. — Говорят, что для нового учителя, — ответил физрук, поднимая брови с легким сарказмом. — Мда… Что за предмет, для которого нужен такой крупный стол? — продолжил он, чувствуя, что разговор принимает интересный поворот. — Информатика, — сказал физрук, и в его голосе звучала ирония. — Тогда ясно, — согласился Павел Георгиевич, понимая, что работа с техникой требует соответствующего оборудования. Они оба подошли к столу, взяли его за угол и, обмениваясь короткими взглядами, начали тянуть его на второй этаж. Стол оказался более тяжелым, чем они ожидали, и вскоре им пришлось синхронизировать свои усилия, чтобы преодолеть лестничные преграды. — Как думаешь, — начал Павел Георгиевич, — новый учитель сможет справиться с такой мебелью? Физрук усмехнулся, потирая лоб. — Если он сможет справиться с этим столом, то, наверное, и с учениками справится. Поднимаясь на второй этаж, они обменивались шутками о том, как новая мебель может стать предвестником новых свершений, и это придавало им сил. В конце концов, они добрались до нужного кабинета, и, с трудом, но всё же, поставили стол на место. Павел Георгиевич почувствовал, что даже такая простая помощь может объединить коллектив, а возможно, даже положить начало чему-то новому в их школьной жизни.