In tune, off guard!

      Бомгю с самого детства был уверен: он непременно станет великим музыкантом. Как тут было не поверить, если каждый, услышав его игру на гитаре, отзывался с восхищением. «Ты — настоящий гений!» — говорили ему, раз за разом укрепляя в нем эту установу. Однако со временем стало ясно: его талант, каким бы ярким он ни казался, имел свои границы. Парень виртуозно справлялся с любым инструментом — будь то гитара, скрипка или старенький синтезатор, клавиши которого всё ещё откликались на его прикосновения. Вот только Бомгю совершенно не умел петь — у него не было ни выразительного голоса, ни бархатного тембра. Его спасением стал лучший друг детства, Кан Тэхен, обладавший потрясающими вокальными данными и лирическим тенором, от которого замирало сердце. Они познакомились в детском саду, подружились с первых дней и с тех пор были неразлучны. Они играли каждый день в приставку, крича и разнося весь дом, катались на велосипедах, а самое главное, вместе разделяли страсть к музыке и во всем поддерживали друг друга.   Именно благодаря Тэхену они собрали музыкальную группу на первом курсе старшей школы, в пыльной школьной кладовой, с еще одним парнем, Хюнинкаем. Кай был иностранец, большую часть жизни проживший в Америке и Китае. Оно и было видно — у парня был совсем нетипичный для чистокровного азиата нос, и светлые волосы. Неудивительно, что он был довольно известен, особенно среди девочек, которые и составляли основную часть поклонниц их группы. Он поступил в эту школу в прошлом году, и именно тогда Бомгю и Тэхен начали активно искать людей в их музыкальную группу. Новоиспеченный ученик подходил идеально, ибо умел и петь, и играть на барабанах.  Так и образовалась небольшая группа. Они писали тексты на салфетках и клочках бумаги, оторванных из тетрадей. Первую песню записывали с помощью динамика наушников. Но никто и не расстраивался — все верили, что в будущем станут известным музыкальным коллективом. Но вскоре реальность показала свою сущность. Мир оказывался не таким, каким его рисовало воображение: краски потускнели, смыслы расплывались, и даже мечты звучали фальшиво. — Вам следует закрыть группу, у нас больше нет возможности финансировать ваше ребячество, — голос учителя музыкального отделения резал слух, оставляя неприятный порез.  У Бомгю словно перехватило дыхание — он не мог поверить своим ушам. Как такое возмоно? Он не был готов просто взять и отправить все свои надежды и планы на счастливое будущее в мусорное ведро. — Но господин Пак, — парень встает из-за стола и опирается о деревянную поверхность двумя руками, — вы же говорили, что с бюджетом все в порядке! Суровый, с сединой на висках, мужчина напротив вздохнул, потирая переносицу. — Да, всё так и было, но сейчас пришел приказ о сокращении расходов и я ничего не могу с этим поделать.  Сидевшие сзади на кожанном диване Тэхен и Кай подскочили с места. Они, так же как и их лидер, были не менее удивлены заявлением профессора. — Как так, господин Пак, я точно проверил, в этом месяце мы… — хотел начать Тэхен, но профессор стукнул по столу. Звук эхом раздался по помещениюю — Хватит! Я сказал, значит надо закрывать группу. Бомгю застыл, все еще не в силах переварить услышанное. Сердце ударило раз, а потом настала тишина, как будто даже оно колебалось, стоит ли продолжать.  Все его старания коту под хвост?  Не считал ли сам господин Пак, что его требование было слишком жестоким? Троих их выпроводили из учительской.  Дверь щёлкнула за спиной, и стало ясно: теперь они здесь нежеланные гости. Парни не знали, что делать. Тэхен перевел взгляд на дрожащего Бомгю —тот выглядел так, словно мир вокруг внезапно поблек. Он знал, что для лучшего друга музыкальный клуб значил всё, а закрытие группы стало бы для него ударом под дых.  — Бомгю, я попытаюсь найти способ, — мягко сказал Хюнин, кладя руку на плечо товарища. Тот лишь помотал головой, ведь именно Бомгю на правах лидера должен решить эту проблему. — Мне нужно побыть одному.  Он отвернулся и побрел в противоположном направлении, медленно шагая по пустому коридору, освещённому блеклым, холодным светом.   Шаги отдавались гулким эхом, словно здание само слушало, кто осмелился нарушить тишину. На стенах — обрывки афиш, подцарапанная краска, потёртые уголки. Воздух был тяжёлый, будто в нём застряли десятки невыговоренных слов и подавленных эмоций. Или это только казалось так? Он свернул в сторону кладовой — той самой, где всё начиналось. Разбитый, Бомгю со скрипом открыл дверь в комнату, где когда-то была их первая репетиция как музыкального коллектива. Все ему было знакомо до малейших деталей — пыльные полки со старым оборудованием, скамейки, на которых они спали в перерывах между уроками и репетициями. Он наизусть помнил каждый миллиметр. Тонкие пальцы касались стен, будто изучая на последок. Разгуливая по знакомому месту, он и не заметил, как наступил на что-то. Живое. — Сука!  Бомгю опешил. Что это мать его, могло быть? Он сию секунду достал телефон и включил фонарик.  — Какого хрена ты мне в глаза светишь, кретин Сонный, мужской голос эхом пронесся по подсобке. На полу лежал кто-то, укутавшись в бомбер, будто в кокон, видимо еще в полудреме. Он покоился в тишине, словно часть интерьера — неподвижный, тихий и отстранённый. Только включив основное освещение, Бо узнал своего сонбэ, никого иного как Енджуна.    Енджун был старше его на год или два. Никто никогда не уточнял — да и не видел в этом смысла. Они пересеклись лишь однажды, когда учительница попросила Бомгю отнести бланки с тестами в аудиторию старшего курса. — Что ты здесь делаешь? — По мне не видно? — бросил с раздражением старший, потирая руку, на которой теперь виднелся след от подошвы конверсов, — сплю. — Спишь? Ты с ума сошел?  — Привыкай, малыш. Тут много сумасшедших.  И только когда Енджун поднялся с пола, Бомгю осознал, что наверняка наживает себе проблем. Сонбэ был выше его примерно на полголовы, а плечи шире раза в полтора. Что-то ему подсказывало: если Енджун захочет разобраться «по-мужски», то Тэхену и Каю придется искать нового лидера в группу. Но, к огромному удивлению, парень лишь поднял с пола черно-красный бомбер и двинулся в сторону выхода, оставляя Бомгю наедине со своими мыслями. Стычка прошла, будто ее и не было.   Всю оставшеюся неделю Гю провел с мыслями о группе. Что делать? Действительно ли стоит закрыться? Его рутина сошла на нет: школа-дом, дом-школа. Дни пролетали незаметно и Бомгю потерял счет времени. Без музыки каждый день был пустым и бессмысленным.

***

— Бомгю, ты уже второй день подряд ничего не ешь, — подталкивая тарелку с карри, говорит Тэхен. Его напрягало поведение друга, который раньше светился от энергии и не знал покоя, а теперь выглядел так, словно все тяготы мира взвалили ему на плечи и заставили нести вверх по горе.   В столовой царил привычный утренний хаос. Звон посуды смешивался с гулом голосов —кто-то обсуждал предстоящие уроки, а кто-то делился последними новостями. В дальнем углу ребята спешно доделывали домашнее задание, наклонившись над учебниками и записывая что-то в тетрадь.   Бомгю чувствует как Тэхен похлопывает его по спине. — Я в порядке, — махнул рукой, продолжая ковыряться в своей тарелке с кашей. Аппетита не было, как и желания что-либо делать. Тэхен и Кай переглянулись. И без слов, можно было догадаться, что их лидер тускнел на глазах. Тем не менее, они не могли позволить этому продолжаться.  — Бом, — неуверенно начал Кай, — мы правда переживаем за тебя. Может, на выходных соберёмся и поиграем? Просто повеселимся, как раньше.  Тэхен подхватил. — Да, неплохая идея. Нам всем это нужно сейчас. Бомгю слабо улыбнулся, показывая очаровательные ямочки.  Мысль о том, что он не один, грела — в груди стало тепло. Нечто приятное разлилось прямо у сердца, как будто кто-то укутал его изнутри одеялом. — Я только за. Напряжение исчезло, будто его и не было. Разговор шёл легко и непринуждённо: пока один что-то вспоминал, другой дополнял рассказ деталями, а третий смеялся с них и кивал. Бессмысленный на первый взгляд разговор оказался именно, что было им нужно.

***

Последний урок закончился к обеду и ученики, один за другим, спешно покидывали кабинет. В скором времени аудитория опустела и в ней остались лишь Бомгю с Тэхеном.  — Нужно в магазине купить зубную пасту, —проговаривает Бомгю, собирая вещи в сумку. Тэ в ответ посмеялся тихо в ладошку: забывчивость друга всегда веселила его. — Чхве Бомгю здесь?  В класс заглянула девушка, примерно его возраста. Как только ее взгляд опустился на Бомгю, поднявшего руку, ее глаза загорелись. — Да? Он подошел к ней, закинув рюкзак через плечо. Неожиданное внимание от незнакомого человека удивляло, даже немного напрягало. Девушка кивнула, видно удостоверившись в том, что перед ней нужный человек. — Тебя вызывает директор. Глаза парня расширились. Зачем его вызывали к директору? Учился хорошо, никого не обижал, активно участвовал в жизни школы. Он невольно сглотнул и кивнул. — Хорошо… Тэхен хмыкнул, глядя на друга . Он хлопнул его по спине и пошел в сторону двери — Удачи. Оставшийся один, Бомгю вздохнул. Он надел вторую лямку рюкзака и направился за девушкой.  «Что я мог такого натворить» — думал он про себя, пока пальцы нервно перебирали браслет. Руки предательски подрагивали. Коридор привел его к двери, с выгравированной надписью на табличке «Директор». Парень немного замешкался, но все же толкнул её. — Бомгю, заходи, — голос принадлежал главе школы. Кабинет директора был просторным и приятным глазу: по бокам находились забитые книгами шкафы и повсюду стояли растения. В центре комнаты расположился большой, деревянный стол, за которым стояли два стула, Осмотревшись, Бомгю замечает, что помимо него и директора в кабинете был кто-то еще. Он был готов ко всему, но явно не к Енджуну, удобно устроившемуся на кресле. Создавалось ощущение, якобы тот не понимал, где находиться, а статус директора не играл для него ни малейшей роли. Бомгю, ощущая странную неловкость, присел на стул напротив, не зная, как себя вести. — Что-ж, — прочистил горло седовласый директор, — я думаю тебе интересно, почему я пригласил тебя сюда. Он явно обращается к Бомгю, ибо по Енджуну было понятно, что он частый гость в этом кабинете. — Начнем с того, что я знаю о проблеме вашей группы и могу вам помочь. Глаза Бомгю загораются. Он выпрямился, слова директора точно привлекли его внимание. — Я вас слушаю, — отвечает он. Мужчина немного задумывается, а после продолжает. — Для этого ты должен будешь подтянуть Енджуна по математике. Упомянутый раздраженно вздыхает и кладет ногу на ногу, явно недовольный происходящим. Бомгю же, в свою очередь, был очень даже заинтересован этим предложением, но была одна небольшая проблема… — Но Енджун же старше меня на курс. — Я понимаю, — кивает директор, — тем не менее, его сокурсники не желают помогать, потому что сами готовятся к экзамену. А ты паренек умный, и многие учителя говорят, что ты обгоняешь программу. Гю чешет затылок и смотрит, то на него, то на Енджуна. Ему все еще не верилось, однако, ради группы он был готов на все. — Я согласен Лицо мужчины изменилось: угрюмое выражение уступило место облегчению. — Отлично! Тогда сегодня скажу госпоже Ким, чтобы перераспределила бюджет. Слишком много денег уходит на

***

Вдвоем, Бомгю и Енджун, выходят из офиса. Последний за все это время не проронил не слово. Но Бомгю это не волновало, ведь он был слишком воодушевлен новой возможностью. — Когда и где тебе удобно будет провести первое занятие? Енджун шмыгнул носом и спустя долгое время заговорил, бросив сквозь зубы — Никогда  Младший останавливается. Он поднимает бровь и скрещивает руки на груди. — В смысле? Но сам директор сказал… — Меня не волнует, — обрывает на полуслове Енджун, — тебе, принцесса, придется найти другой способ вернуть денюжки вашему музыкальному табору. Я в этой херне учавствовать не собираюсь, своих дел и так полно.   С этими словами он уходит вперед, оставляя шокированного Бомгю посреди коридора. Парень не мог поверить своим ушам: как можно себя так вести, когда ты буквально на волоске от исключения?  Конечно, он понимал: вероятно, у Енджуна богатый отец, и поэтому ему многое сходило с рук. Но даже так, разве это отменяло необходимость учиться? Нет, Гю не мог позволить этому самодовольному козлу разрушить все его надежды на возвращение финансирования группы. Он твердо решил — сам притащит этого кретина и посадит за стол с учебниками, и, если понадобится, привяжет к стулу.   Решительно вздохнув, Бомгю берет всю свою волю в кулак, и направляется вслед за Джуном. Он идет за ним около двадцати минут, но все еще не может нагнать. Черт бы побрал длинные ноги старшего.  Только спустя некоторое время, он осматривается и понимает, что находится не в самом благополучном районе города. Вокруг кучу пьяных людей и разбитых машин.  «Что мог забыть избалованный сынок в таком районе? Уму непостижимо» — раздумывал парень, пиная камень под ногами. Пройдя ещё немного, он заметил, как Енджун скрывается за дверью полузаброшенного клуба — неоновая вывеска давно погасла, окна были выбиты, а вокруг ходило много людей с ранами и синяками. Одним словом, явно не то место, куда мог пойти кто-то вроде третьекурсника, за которого впрягается даже сам директор.  Подождав, когда Енджун пропадет из поля зрения, Бомгю быстро забегает в открытую дверь. Вот только, его встречает то, что он явно не ожидал увидеть… Помещение некогда работающего клуба было обустроено под ринг.  Тусклые лампы свисали с потолка, отбрасывая жёлтый свет на грязный бетон. В центре —грубо сколоченная арена, ограждённая верёвками и железными трубами. Вокруг —плотное кольцо зрителей: шумных, с пивом и сигаретами в руках. В воздухе пахло кровью и страхом.  Гю пришлось прикрыть нос, ибо запах табака, смешанный с потом был невыносим. Осматривая помещение, он проскальзывает сквозь парочку коренастых мужчин. Теперь он видел арену полностью. Увлеченный, он даже не заметил, что окончательно потерял Енджуна из виду, вот только ненадолго…  — Встречайте, восходящая звезда Джунён! —громкий голос рефери привлекает внимание к рингу, и где он заметил никого иного, как Енджуна. Он стоял там, в синем углу, что там противоречил его красным волосам. По пояс обнаженный, на руках боксерские перчатки.  Честно, если бы Бомгю сказали, что он увидит полу-голого Енджуна, дерущегося в каком-то подвале, он бы ни за что не поверил.  — А с другой стороны, у нас непобедимый Джунсо!  Он поворачивает свою голову и видит другого парня. Явно старше, чем Джун, однако чуть ниже ростом. Он выглядел по истине опасно, и больше походил на бешенного пса, чем на бойца.   Гонг.   Первый раунд — Джунсо резок, словно хочет решить всё с ходу. Он идёт вперёд, осыпая Енджуна градом ударов, ловко работая корпусом. Толпа ревёт. Но Енджун не отвечает сразу — он ждёт, дышит, изучает. Его глаза не мигают. Бомгю смотрит, не отрывая глаз. Впервые он интересовался драками так сильно.  Словно щёлкнул тумблер. Енджун начинает двигаться — плавно, уверенно. Он вклинивается в ритм Джунсо, гасит его агрессию короткими, жёсткими ударами. Каждый его апперкот — был отточен до идеала. Его невозможно было узнать, как будто тот слетел с катушек.  Енджун попадает Джунсо в грудь и тот отлетает на пару метров. Но не надолго, ведь тот быстро встает на ноги и бежит на парня. Мужчина наносит ответный удар — прямо под сердце. Джун откашливается, падая на стяжки ринга. Он отталкивается и бежит на оппонента.  Джунсо уже дышит тяжело. Его движения теряют остроту. Бомгю смотрит то на одного бойца, то на другого. Бой подходит к кульминации — оно понятно по толпе, чей нарастающий шум оглушает.  Енджун точно знает, где и когда ударить. Он не яростен — он безжалостен. Финальный хук справа — чистый, как выстрел. Рукой мажет прямо по челюсти. Джунсо падает, все его тело покрыто гематомами и синяками. Звук тела по бетону заглушает даже крики толпы. Бомгю точно уверен, что видел как капли крови разлетаются в воздухе, а передний зуб вовсе отлетел в другую сторону, попав за пределы ринга. Он сталкивается с подобным впервые. Всю жизнь любящие, заботливые родители никогда не давали своему сыну увидеть хоть что-то, выходящее за нормы этики и морали.  И сейчас, он вовсе позабыл, как вообще сюда попал. Впечатленный, парень видит как Енджун забирает со стола толстую, размером с кирпич, пачку денег — видимо гонорар за сегодня.   Толпа праздновала победу. Вокруг продавали выпивку. Кто-то ревел от восторга, подбрасывая в воздух купюры, другие — злились, проиграв на ставках. Грохот голосов слился в одну оглушающую волну, пробежав по низкому потолку и отразившись от голых бетонных стен. Бомгю чувствовал странный мандраж по телу и некую эйфорию. Он не знал куда себя деть. Хотя, ему и не надо было. Ведь кто-то схватил его за шиворот, и уже в следующее мгновение он понимает что этот неизвестный тащит его непонятно куда. Бомгю пытается отбиться, воротиться по полу, но все попытки тщетны. Как только они заходят в укромное место, парень чувствует землю под ногами. Перед ним — невероятно злой Енджун. Его лицо покраснело от злости, а свободная ладонь сжалась в кулак. Гю был уверен, что вернется домой без пары зубов, если вообще вернется.   — Какого хрена ты здесь забыл,— процедил сквозь зубы Енджун Его хватка на плечах была крепкой и пугающей: Бомгю мог лишь дрыгаться туда сюда, словно рыба, выкинутая на сушу. — Я-я… — Ты следил за мной?! — сильнее сжимает плечо тот, до белых костяшек пальцев. — Я случайно, ауч! — он морщится от боли. Енджун с досадой провёл рукой по лицу, как будто он пытался стереть раздражение. — Если хоть одна живая душа узнает о том, что произошло сегодня, ты труп, — с этими словами он кидает его на пол и спешно уходит. Бомгю был шокирован. Все еще не разобравшись ни в чем, он кивает и сползает вниз по стене.  — Во что, я блять, вляпался…