Зеркала желаний

      По ту сторону стекла прекрасная дама в красивом платье — в которой она узнала саму себя — шла под руку с обворожительным мужчиной с длинными тёмными волосами и бледной кожей. Присмотревшись, Соня заметила, что у мужчины заострённые ушки. Эльф, поняла Соня. Пара направлялась к прекрасному особняку, возвышавшемуся посреди великолепного сада. У растений Соня заметила хорошо одетую прислугу.              Рама зеркала была сделана из красивого тёмного дерева с затейливой резьбой. Резьба изображала стебли и цветы.       Прежде чем заняться зеркалом, Соня сфотографировала на телефон таинственный зал.       То ли камера её говорилки оставляла желать лучшего, то ли причиной являлась особая природа снимаемого, но на снимке зал оказался запечатлён нечётко, смутно, точно в сильный дождь.              Задумчиво хмыкнув, Соня шагнула в зеркало и очутилась у входа в волшебный сад, в глубине которого можно было рассмотреть изящную башенку особняка. Рядом с башенкой прогуливалась группа эльфов, о чем-то увлеченно беседуя.              Соня, поправив волосы, направилась к эльфам.              Из-за башенки вышел еще один эльф — статный и красивый, его великолепные тёмные волосы струились по плечам, как потоки воды. Соня узнала в нём своего суженого. Мужчина направился к ней, приветственно улыбнувшись. Когда девушка подошла ближе, эльф произнес:       — Как прогулка, дорогая Нолвэн? Как твоё настроение? Дети уже заждались нас.       — Прекрасно, мой дорогой Кармендиль, — Соня подошла и провела пальцами по щеке мужчины. — Как ты? Если так, то пойдём же в дом.       Имя пришло само.       — Пойдем, моя прекрасная капелька утренней росы, — нежно произнес мужчина, взял жену под руку и они направились в сторону особняка, рядом с которым росли высокие деревья и укрывали его своими кронами.              Когда они уже подходили, навстречу им выскочили дети — две девочки лет десяти на вид, двойняшки, и мальчик шести зим от роду, младшенький и любимый.       — Мамочка, мы тебя так ждали! — закричали они.       Девочка подбежала первой и уткнулась в мать, обняв за бедра.       — Смотри! — показала она Соне кулачок, в котором лежали три орешка. — Белочка принесла!              Соня с нежностью обняла детей и ласково потрепала их по волосам.       — Солнышко мое ясное, готова к трапезе? — поинтересовался Кармендиль у Сони.       — Готова, мой милый, — отозвалась она. — Интересно, что сегодня. Надеюсь, Руско не забыл достать эликсира молодости для меня? Не хотелось бы пропускать приём.       — Достал, конечно. Я слежу за этим, — ответил ей муж.              Пара в окружении детей вошла в величественный особняк через изящные полукруглые двери с цветными витражами. Прошли мимо лестницы на второй этаж с витыми перилами в виде стеблей трав, а затем вошли в просторную кухню. Мебель была выращена из специальных семян, поэтому первое время её нужно было поливать.       Слуги принесли и поставили на стол яства и напитки с ажурных подносов. Дети первыми сели за стол, за ними опустились в высокие кресла родители. На столе служанка разместила поднос с местными фруктами и лесными ягодами. В расписных тарелках из белой глины дымился грибной суп. Рядом лежали столовые приборы из серебра.              Соня любовалась своей новой семьей и сервировкой стола.              Ещё одна служанка принесла хрустальный графин с черничным морсом и разлила по стаканам.       — Приятной трапезы, — вежливо произнесла она и удалилась.       Наполнив стакан черничным морсом и наслаждаясь его тонким вкусом, Соня предавалась сложным размышлениям, одновременно слушая разговор эльфа с их детьми.              Супруг увлекательно рассказывал о своей недавней охоте с товарищами.       «Это место прекрасно! Но не знаю, может ли это быть правдой, мне не забыть, как бревно исчезло в моих руках, — размышляла Соня, улыбаясь Кармендилю и комментируя его рассказ, чтобы повеселить детей. — Вряд ли оно настоящее, я помню, как мечтала об этом. Я не помню, чтобы в самом деле рожала полуэльфов или выходила замуж за такого красавчика. Но, пусть это и обман, он такой настоящий, такой прекрасный, такой… здесь я чувствую себя как дома. Если я правда смогу жить здесь вечно, если тут настолько хорошо, то зачем мне реальность? И такой ли это обман, если он ощущается столь реальным? Зачем выбирать страдание, если можно быть счастливой?»       Кармендиль рассказывал свои приключения, дети слушали с неподдельным интересом. Соня уже знала их имена. Туриэн, Анорэт и Эглерион.              В залу вошла служанка с подносом, на котором стоял небольшой хрустальный сосуд в форме морского конька с бледно-лиловой жидкостью внутри — волшебное зелье молодости, созданное эльфами для людей, которые были достойны дружбы.              Служанка поставила поднос рядом с Соней, улыбнулась ей приветливо и удалилась.       — Волна моя нежная, — обратился Кармендиль к супруге. — Вот твоя микстура, чтобы ты всегда оставалась такой юной и прекрасной.       Открутив крышку, Соня одним глотком выпила снадобье.       — Лимпэ — настоящее благословение, — сказала она мужу и быстро чмокнула его в губы.       — Лимпэ, — повторил Кармендиль, улыбнувшись тепло супруге. — Ты этого достойна.       Дети доели десерт — пирог с ежевикой — и выглядели сонными. Мальчик сладко зевнул.       — Вижу, вы уже совсем притомились, — улыбнулась Соня, глядя на детей. — Готовьтесь ко сну, а я прочитаю вам сказку.              — Да, мамочка! — ответили девочки хором, а любимый сынок сполз со стула и направился в гостиную.       — Иди, дорогая, я хотел немного прогуляться перед сном, — сказал Кармендиль, поднимаясь из-за стола.              Соня поднялась с кресла, направилась в гостиную, дочки выскочили из-за стола и подбежали к ней, обняли. Так, в обнимку, они и вошли в гостиную.       В гостиной горел камин, напротив него лежали мягкие подушки для отдыха. Эглерион расположился на своем любимом месте поближе к теплу огня. Языки пламени весело потрескивали и нагоняли сон.       Девочки расселись на подушках и приготовились слушать.              Кармендиль прошел в комнату отдыха для прислуги и сообщил, что трапеза уже закончена. Подчинённые тут же направились убирать со стола и мыть посуду в кухонном помещении. Эльф же вышел на крыльцо, вдохнул полной грудью свежий воздух и отправился постоять на свое излюбленное место рядом с фонтаном в форме жаворонка, из клюва которого текла чистая струя воды в каменную чашу в виде раскрытых ладоней. Смеркалось, и лесные обитатели готовились ко сну. Было совершенно тихо, только кроны деревьев шелестели, покачиваемые ветром.              Соня достала книгу с полки и, сев на подушку, принялась читать. Это была история о великой войне эльфов с ужасным демоническим богом, начавшаяся после того, как последний украл у них волшебные кристаллы, убив отца великого эльфийского мастера. Не всё в этой книге подходило для детей, но Соня читала избранные моменты, самые красивые и величественные.              Соня внимательно вчитывалась в текст, проверяя его. Она поначалу думала, что буквы будут пропадать или разбегаться, как во сне, но нет — книга читалась как настоящая, или была таковой. Соня не помнила «Сильмариллион» настолько хорошо, чтобы подобное могло взяться из её головы, и не считала себя способной настолько быстро и правдоподобно додумывать, заполняя лакуны. Поэтому она заключила, что она точно не единственная, кто здесь мыслит и обладает эрудицией. Возможно, её здешняя семья — и не такая уж ненастоящая? Или… кто-то невероятно эрудированный и могущественный организовал это для неё? Последнее предположение вызвало неприятный холодок вдоль спины, и Соня решила пока что не слишком вдумываться в это. В любом случае, здесь ей по-настоящему нравилось. Это было куда лучше, чем импульсивные потрахушки с двумя дураками из горной хижины с перерывом на другие развлечения, лучше, чем простая праздность.              Дети слушали до тех пор, пока их не начало клонить в сон, а глаза слипаться. Эглерион уже растянулся на подушках и, пригревшись у камина, мирно посапывал.              Увидев, что дети совсем засыпают, Соня решила немедленно развести их по кроватям. Сначала она проводила до кроватей дочерей, перед сном поцеловав каждую и поправив одеяла. Присмотревшись к ним, она заметила, что ушки обоих слегка заострённые.       «Значит, они могли унаследовать и вечную молодость отца? — подумала Соня. — Тьфу. Я же не верю, что это настоящие эльфы?! Это не мои дети! Это какая-то игра… но она мне нравится».              Кармендиль завершил прогулку и вернулся в дом, тихо прикрыв за собой дверь. Замков, в отличие от людей, в безопасных землях эльфы не ставили. Все они жили одной большой семьей, где царило доверие и уважение. Эльф поднялся на второй этаж в спальню с большой двухместной постелью под прозрачной вуалью балдахина с вышитыми на нём бабочками и цветами.       Кармендиль полностью разделся и лег на постель в ожидании супруги. Его тело воистину было совершенным, как произведение искусства.       Вернувшись к камину, Соня отнесла Эглериона на руках в его комнату, устроив ребенка в тепле и уюте. Затем пожелала ему спокойной ночи и удалилась. Девушка вернулась в гостиную и устремила взор на книжный шкаф.       «Есть ли здесь книги, которые я никак не могла видеть дома?» — подумала она и присмотрелась к корешкам.       Таких книг не оказалось. «Значит, это всё же создано из моих желаний, из моей головы, для меня, пусть и крайне искусно, — сделала вывод Соня. — Что же, раз так, то пора на боковую — благо, я сама устала. За выходные меня точно никто не хватится, так что, между ночью в моей одинокой квартирке и ночью в постели прекрасного эльфа — я выбираю второе!»              Соня поднялась на второй этаж и прошла в спальню, где её ждал Кармендиль.       — Ты невероятно красив, — сказала она эльфу, переступив порог и прикрыв дверь. — Ты совершенен, ты — живой шедевр. Люблю тебя!       Игра нравилась ей, пусть и где-то глубоко оставались сомнения и опасения.       Проходя мимо зеркала, стоявшего у входа и невидимого с кровати, Соня придирчиво взглянула на своё отражение.              Зеркало отражало идеальную версию Сони: помолодевшую, с кожей, лучившейся свежестью, с задорным сиянием глаз без бессонных мешков. Такой Соня не видела себя уже давно.       Когда Соня взглянула на себя в зеркало, её сердце ёкнуло. В зеркале была мечта. Неизвестная сила, создавшая этот мир, нащупала её слабости.       Кармендиль ласково улыбнулся возлюбленной и сел на постели:       — Иди ко мне, мой прекрасный цветок!              Приблизившись к кровати, Соня игриво стянула с себя лёгкую куртку и майку, бросив их на кресло и оставшись голой по пояс. В эльфийском интерьере они смотрелись несколько чужеродно, но никто так и не придал этому никакого значения. Картинно-медленно избавилась от брюк. Ботинки были сняты ещё на входе в дом. Оставшись в одних трусиках, Соня подползла к эльфу и яростно, жадно и хищно-страстно поцеловала его в губы.       «Сейчас мне плевать, что тут на самом деле, — подумала она, разрешив себе отдаться чувствам. — Несколько часов я хочу побыть просто счастливой».              Кармендиль ответил поцелуем нежным и мягким. Пахло от мужчины совсем иначе, чем от людей. Его запах напоминал аромат полевых трав и лесных ягод. Затем эльф обнял Соню и притянул к себе.              Эльф посмотрел на нижнее белье супруги и произнес с легким укором:       — Ты продолжаешь носить трусы, как человеческая девушка. Мы ходим без нижнего белья. Наша одежда настолько удобна и легка, что нам нет нужды облачать себя во что-то еще. С утра я распоряжусь, чтобы тебе принесли эльфийское платье, достойное моей прекрасной розы.       — Если ты против нижнего белья, то сними его с меня немедленно! — томно прошептала Соня, снова целуя эльфа.              Девушка провела дорожку поцелуев он губ до груди Кармендиля, расцеловав его изящную и сильную шею.              Кармендиль игриво кивнул, повалил Соню на постель и помог избавиться от последней одёжки. Затем принялся покрывать поцелуями её стройные ножки.              — Ах, ты сама любовь! — горячо прошептала Соня. — Хочу тебя…              Девушка ласкала пальцами ушки супруга и играла в его волосах, ненавязчиво подтягивая голову партнёра к своей промежности.              Кармендилю не требовалось повторять дважды, он горел желанием и уткнулся губами в промежность Сони. Нашел капельку клитора и принялся играть горячим языком, стараясь доставить супруге сказочное наслаждение.       «Лучше, чем с теми двумя! — блаженно подумала Соня, гладя Кармендиля по голове. — Намного лучше. Наверное, потому что я точно взаправду влюбилась…»              Жмурясь от наслаждения, Соня перебирала сладострастные мысли.       «Как же он хорош! — пришла мысль. — И как замечательно меня знает… будто мы правда женаты много лет»              Кармендиль страстно лизал клитор, затекал языком в лоно девушки, гладил ладонями её нежные бедра. Любовник он был превосходный. От Кармендиля исходила дикая и необузданная страсть, от которой пылали щеки и порхали бабочки внизу живота.              Оргазм пришёл к девушке быстро и оказался чрезвычайно сильным. Чтобы не разбудить детей или слуг криком — Соня не знала, насколько хороша звукоизоляция в особняке — она прижала к своему лицу подушку, что было сил.              Кармендиль еще какое-то время поласкал чувствительную точку своей любимой, заставляя содрогаться её прекрасное тело. Затем поднял голову, облизнулся. В глубине его глаз на мгновение мелькнуло что-то хищное, голодное и чужое. Кармендиль сморгнул и наваждение схлынуло.       — Что ещё желает цветок моего сердца? — услужливо спросил он.              Соня почти ничего не заметила, так как закрыла лицо подушкой, дабы подавить громкий стон. Решила, что ей показалось. Отложив подушку в сторону, она отдышалась.       — Это… это… невероятно, мой пламенный метеор, — проговорила Соня. — Люби меня так, как хочешь, мой дорогой! Я вся твоя…              Полубессознательно Соня хотела какой-нибудь страстной, но одновременно чувственной позы — например, чтобы она положила эльфу ноги на плечи, задрав их повыше, и он овладел ей, навалившись сверху.       Пенис Кармендиля уже затвердел и был готов к любовным подвигам. Он привстал над дамой своего сердца и принялся горячо покрывать ее тело поцелуями, ласкать руками нежные груди, шею, плечи и часто вздымающиеся от возбуждения бока. Затем навис над Соней и безошибочно угадал её желание, точно прочитав мысли. Кармендиль взял за щиколотки ноги возлюбленной, положил себе на плечи, склонился и вошел пенисом в горячее лоно.       — Ты словно читаешь мои мысли, дорогой, — прошептала Соня, наслаждаясь как никогда в жизни, хотя, казалось, была готова сказать то же самое ещё недавно в горной избушке. — Ты лучший мужчина на свете!              Кармендиль начал ритмичные движения, доставляя супруге непередаваемые ощущения. Он делал все точно так, как желала Соня. Девушке даже не нужно было озвучивать свои желания.       — Ты лучшая девушка, которую встречал! Я ни разу не пожалел, что взял тебя, а не эльфийку в жены. С тобой не сравнится ни одна из моего племени!       — Ах, ты мне льстишь, родной! — Соня искренне балдела.       Девушке было так приятно, что какие-либо отвлечённые размышления попросту не лезли в голову. Соня вся была здесь и сейчас, без остатка, счастливая, охваченная сладострастием. Пришёл второй оргазм, столь же яркий, как и первый, но даже более продолжительный и ошеломительный.              Кармендиль сладко застонал, еще раз сделал фрикцию и кончил. Сбросил с плеч её ноги, сгреб Соню в охапку и усадил на себя, целуя шею, губы, щеки и страстно оглаживая руками.       — Я люблю тебя! — прошептал эльф так, как не говорил девушке ни один мужчина в её жизни.              Соня немного подвигалась на нём, продлевая ощущения для обоих.       — И я люблю тебя, Кармендиль, — проговорила Соня, поняв, что из её глаз текут слёзы.       — Ты неподражаема! — выдохнул эльф и смахнул тонкими пальцами слезы с её щёк. — Такой прекрасный цветок достался моему саду. И моему сердцу, — добавил эльф, а затем уложил Соню на постель. Его пенис выскользнул из влагалища, и мужчина устроился рядом с супругой, лаская её тело.       — Продолжим, моё солнышко, или будем почивать? — через какое-то время поинтересовался любовник.       — У тебя ещё есть силы? Ты мой герой, — проворковала Соня. — Но у нас впереди много, очень много времени, не так ли? Давай уснём в обнимку: а завтра найдём время порадовать друг друга вновь.       — Как скажешь, свет очей моих, — тепло произнес Кармендиль и поцеловал девушку в губы. Та ответила на поцелуй. Затем Соня прижалась к эльфу спиной, и тот нежно обнял её сзади.              Они уютно устроились на постели, готовые ко сну. Кармендиль с нежностью и затаённой страстью смотрел на возлюбленную. Было в этом взгляде что-то выжидающее, тёмная хитринка терпеливого охотника. Но в помещении было темно, так что для Сони рассмотреть настроение Кармендиля вряд ли было возможно.       Немного придя в себя, Соня принялась раздумывать о происходящем — привычка анализировать действительность не покидала её и в этом необычайном месте.              Кармендиль уткнулся в плечо девушки носом и смежил веки. Его дыхание перестало быть слышимым.       «Не нравится мне, что нет книг, что я бы не знала, ой, не нравится, — думала Соня. — Ненастоящее это всё, подстроено для меня. Всё так, как я хочу, моя воплощённая мечта, или даже квинтэссенция лучшего из моих мечтаний, фантазий, желаний… Здесь есть абсолютно всё, чего хочу, в наилучшем виде из мыслимых вариантов. И над этим явно кто-то поработал. Сделал мне личный рай, как в «Мастере и Маргарите» Воланд организовал, собственно, Мастеру и Маргарите. Что за дух, демон или ангел? Добра он желает мне или зла, или преследует свои цели? Или это испытание, которое я пока что не поняла? Вот только кто такой Кармендиль, мой страстный Мастер? Боюсь его разговорить, вдруг, пустышка? Впрочем, если задержусь, все равно надо будет узнать его как следует. Раз он уже прозондировал мою письку, то точно следует узнать. И местность разведать, конечно…»       Размышляя так, Соня уснула глубоким сном без сновидений.       Дыхание Кармендиля совсем прекратилось, но умирать он не собирался. Его тело было тёплым, а где-то в глубине груди билось сердце, которое ощущала Соня кожей спины. Эльф продолжал обнимать девушку так, как ей было наиболее приятно. Ворочаться во сне ему не было необходимости. Да и не спал он, просто замер, дожидаясь, когда супруга выспится и откроет глаза.