Что отличает птицу от летучей мыши?

Как это произошло — они сами не смогут сказать. Просто случилось... Каждый помнит всё до мельчайших деталей, но никогда не сможет точно рассказать, что их подтолкнуло к...к тому, что случилось. Просто однажды Гарри исполнилось одиннадцать, и этот день стал главным в его истории. Просто однажды он попал в Магический мир, о котором прежде не знал. Просто однажды он встретился с горделивым мальчишкой, пока не знающим точно, что это такое — дружить с равным. Просто однажды они друг другу не понравились. Сначала ни Гарри, ни Драко это не смутило. Подумаешь, ещё один первокурсник в Хогвартс, ничего необычного. Оба надеялись больше никогда не встретиться, потому что быть настолько разными во всём — надо постараться. Малфой осознал, что оказался достаточно груб, когда увидел через окно ателье мадам Малкин, что Хагрид, этот неотёсанный великан, принёс мальчишке, который пару минут назад рядом стоял рядом и хмурился, прямо как крёстный, мороженое; тот улыбнулся как самое настоящее солнце, и казалось, что сияния его счастливой улыбки хватит, чтобы осветить Косой переулок даже в январскую ночь безо всяких фонарей. Мальчик нахмурился. Возможно, он потерял выгодного партнёра: всё-таки с бедным маглорождённым не пошлют безработного лесничего. Окончательно свою ошибку он осознал только в Хогвартс-экспрессе. По поезду поползли слухи, что Мальчик,-который-выжил едет с ними; некоторые даже смогли увидеть его, чтобы описать его внешность. Чем дольше Драко слушал о нём от Панси — тем больше понимал, кому он нагрубил. И, прикинув, что ещё не поздно что-то изменить, он, захватив с собой Крэбба и Гойла для надёжности и безопасности, отправился на поиски Гарри Поттера. Через пятнадцать минут его поход достиг успеха — они действительно нашли купе с легендарным мальчиком. Вместе с Уизли. Разумеется Драко не мог упустить возможности снова возвысить себя за счёт этой бедной семьи. В конце концов, не он виноват, что их отец зарабатывает недостаточно, чтобы обеспечить семью нормальной одеждой, но он мог хорошенько по этому проехаться. Быть может, рыжики поймут, как и что именно в их истории пошло не так, раз они достигли статуса "Предатели крови". Он не учёл одного. Гарри оказался героем до мозга костей, то есть не терпящим насилия в любом его проявлении. Как бы Драко себя не нахваливал, он никак не мог избавить эти зелёные, довольно необычные, глаза капли осуждения и банального непринятия. Такого сознание маленького избалованного вниманием ребёнка не смогло вытерпеть, поэтому единственное, что ему осталось — гордо вздёрнуть голову и уйти, лишь на секунду задержавшись, чтобы подождать Крэбба и Гойла, умудрившихся испугаться крысы! "Не особо и хотелось...",— потом думал Драко, хотя от обиды едва не плакал. А потом он встретил Серебряного мальчика Дамболодора, как его называли на Слизерине, лишь бы задеть, одного. Это произошло совершенно случайно, они сами не знали, как и почему. Просто внезапно Малфою стало душно в обычно уютной гостинной, которую крёстный настраивал каждый год для своих змеек. И он решил, что неплохо бы подняться на Северную башню,— единственную башню, куда можно сходить без сопровождения профессоров или страрост, — чтобы подышать свежим воздухом. По дороге он заметил человеческий силуэт и молниеносно спрятался за ближайшие доспехи. Не хватало ещё, чтобы кто-то заметил Наследника Малфоев одного, без верных телохранителей, да ещё и так далеко от родных подземелий... Он уже собирался незаметно вернуться в гостиную, когда человек повернулся. Драко замер в неверии. Недалеко от него, почти в метре, стоял Герой Магической Британии, и не видел его. Зато у аристократа была отличная возможность разглядеть его. И как только этого не видят преподаватели? Или Драко сейчас увидел то, чего не должен был? Потому что обычно сияющие энергией, несмотря ни на что, глаза, такие красивые, по мнению мальчика, сейчас выглядели...потухшими. Будто какая-то сила взяла и вытащила из их обладателя всю жизнь, обрекая на вечные муки в собственных воспоминаниях, заставляя смотреть на весь окружающий мир с какими-то...страхом и обречённостью? Национальный герой тяжело вздохнул, будто уже понял всю тяжесть своего жизненного пути, и взъерошил волосы, из-за чего рукава его мантии и рубашки задрались. Драко широко раскрыл глаза в ужасе. На руке Поттера были кольца синяков. Какие-то посвежее, какие-то уже пожелтели, а на некоторых проступали красные полосы!! Малфой знал о домашнем насилии. Однажды, когда родители думали, что он уже спит, отец остался с Северусом наедине в гостинной. Мальчик никогда не мог удержать своего любопытства, поэтому подслушал. Сначала взрослые говорили о взрослых вещах, которых он не понимал, а потом... Потом крёстный начал делиться воспоминаниями из детства. Он в целом о себе говорит мало, а уж о том, что с ним было — почти никогда. Юный волшебник не мог упустить возможности узнать об одном из самых дорогих людей чуть больше. А крёстный говорил и говорил... Говорил о матери из чистокровного рода Принц (Драко вспомнил, что это одна из самых влиятельных семей в прошлом), об магле-отце, за которого она не побрезговала выйти замуж и который не упускал возможности выпить, о насилии, которое происходило в их семье ежедневно. Сидя за дверью, ребёнок мог лишь прижимать руку ко рту, чтобы не выдать себя, пока в глазах копились слёзы. Да, отец учил его, что аристократы всегда должны держать лицо, но сейчас так хотелось забежать в гостиную и крепко-крепко обнять крёстного, пережившего столько плохого... Позже, Люциус поделился с ним, что некоторые чистокровные семьи тоже не брезгуют такими методами воспитания чад. В этот момент оба поморщились. Отец добавил, что никогда не будет одобрять такое, и Драко подумал, что у него самый лучший папа. Поттеру, видимо, не так повезло. Помимо очевидного отсутствия у него отца по причине "Смерть", родственники, которым он достался, тоже были не восторге. Не то, чтобы Драко не могу понять почему, но так... Нет, он не мог понять такого отношения к детям. Вообще ни к кому. Гарри начал оглядываться, будто почувствовал чужой взгляд, и Малфой задержал дыхание. В конце концов, он смог спратятся от двух самых лучших Пожирателей Смерти, разве он не справится с обычным мальчишкой? Оказалось, что магловоспитанный мальчик может их в этом обогнать, поэтому зелёные глаза встретились с серебряными. Забавно, что вместе они представляли традиционные цвета Слизерина. — Малфой. — Мальчик,-который-выжил сказал это абсолютно спокойно, и именно это напрягло Драко. —Поттер, — решив, что прятаться уже бессмысленно, слизеринец вылез из-за доспехов. На какое-то время установилась тишина, они просто смотрели друг на друга. Гарри, уже такой уставший и натренированный жизнью, и Драко, знающий больше, чем нужно, и умеющий сострадать. Малфой тяжело выдохнул, раздражённый тем, что планирует сделать, но начал разговор первым. "Это всё ради крёстного", — пытался успокоить он себя. —Слушай, я понимаю, что ты, скорее всего, не хочешь, чтобы это кто-либо видел, и я в первую очередь, — тут он невесело усмехнулся. — Но я могу помочь тебе избавить хотя бы от них. — Мальчик указал на руку сверстника, на которой всё ещё виднелись синяки. Даже с того расстояния, на котором его застали, Драко видел, как вздрогнул Герой, и почувствовал укол сочувствия. Теперь его реакция на насмешки казалось...как минимум понятной. Дав Поттеру немного время на раздумья, он сделал шаг навстречу, ожидая реакции, можно или нет? Теперь тяжело вздохнул уже Гарри и за пару шагов приблизился к Малфою, паралельно пряча руку за спину. —И как же ты хочешь это сделать? — В полумраке зелёные глаза, наполненные решимостью, Драко что-то напоминали, но вот что... —Тебе повезло, что я крестник лучшего зельевара за последние четыреста лет. — Семейная гордость очень не вовремя дала о себе знать, и аристократ прикусил себе язык. Узнай об этом отец... Но реакция однокурсника оказалась совсем не такой, какой он её ожидал. Гарри широко раскрыл глаза в удивлении и смотрел на сокурсника, как на жнеца, заявившего, что видел Бога. — Профессор Снейп — твой крёстный?!! — А вот это уже интересно. — А что, Поттер, начал интересоваться зельями? — Драко никогда не упускал возможности поддеть кого-то, но национальный герой снова его удивил, покраснев, как Бодроперцовое зелье. —Неважно. — Его голос стал тихим-тихим. — К чему ты вообще начал о Мастере зелий? — Теперь пришла пора удивляться Драко. —Да так... Изучающий зельеварение в тайне от профессоров. — Малфой сказал только для того, чтобы оскорбить, ведь весь Хогвартс знал, как Поттер не переносит зелья, но слегка виноватый вид сокурсника (для аристократа это всё ещё выглядело непривычно) заставил его задуматься. — Ты... — Ругаться Драко ещё не хотел и не умел, поэтому был вынужден быстро подумать план действий. — Так, давай поступим так. — Из-за волнения его речь стала хуже, но Гарри никак не прокомментировал это, за что Малфой был ему благодарен. — За мной. — Блондин вытащил из кармана небольшой флакончик, поблагодарив свою осмотрительность и крёстного, приучившего его к этому. Дойдя до подоконника, он усадил его, благо в Хогвартса окна были низко. Позже стоит спросить отца от этом, ведь студенты могли легко навернуться, но пока что Драко только рад. —Давай руку. С большим недоверием, аристократ это понимал, однокурсник протянул ему свою пострадавшую руку, для удобства даже сильнее закатав рукава. Увидев какую "картину" оставили на предплечье, Малфой вздрогнул от мысли, что происходит на других частях тела... Вылив немного зелья на пальцы, он почти с нежностью начал проводить на синякам другого слизеринца. Мелькнула мысль, что что-то этим кольца ему напоминают... — Знаешь, — внезапно начал Гарри первым, — эти...травмы, — на такую консперацию Драко закатил глаза, — напоминают мне ветви тёрна. Ты знаешь, где он использовался? — Зелёные глаза, красиво светившикся в темноте, встретились со слегка удивлёнными и не понимающими серебрянными. Секунду помешкав, Малфой покачал головой. И Гарри начал. Он рассказал, что , как у волшебников Мерлин, у маглов есть Иисус — спаситель, Мессия. На лёгкое фырканье от сокурсника, Поттер нахмурился, поэтому Драко быстро замолчал. Мальчик продолжил. Иисус — божественный сын, рождённый самой безгрешной женщиной, хотя и муж у неё был. Позже у них родились свои дети и старшего просто задвинули. Его никто не любил: ни в семье, ни в их городе. Только однажды, во время Великого праздника, он оказался наедине с раввинами, где смог убедить, что их вера уже пережила себя и пришёл Тот, кого они так долго ждали. Он любил весь мир — его никто не понял. И когда Драко ожидал услышать "И он научился ненавидеть", Гарри сказал:" Но он продолжал любить каждого". Так начиналось история Иисуса Христа. Малфой припомнил: папа читал ему Библию ("Чтобы вести с маглами дела, если потребуется", — говорил он), и начал подозревать, к чему клонит Поттер. Что-то на уровне подсознания не давало ему покоя. Тем временем Гарри дошёл до заключительной части. На секунду он замолчал, и Драко не торопили его, понимая, что это всегда и для всех, особенно магловоспитанных, тяжело, и попросил показать вторую руку, вздрогнул, когда и там обнаружились "терновые" синяки. Через минуту рассказ продолжился. Упавшим голосом Мальчик,-который-выжил говорил, что Иисуса предал его ученик, что его поймали и пытали, что его привели к Понтию Пилату, который смог увидеть, что перед ним не бунтарь, нет, ни в коем случае. Просто... Мессия. Слушая эту историю от того, кто жил этим одиннадцать лет, Малфой понимал, что упускал отец во время чтения. Эмоции. Жизнь. Понимание. Его однокурсник объяснил, что тогда была Пасха — великий день для евреев,— поэтому они могли выбрать одного преступника, которого они освободят. Как бы ни надеялся Понтий Пилат, что они изберут Иисуса, те кричали лишь:"Варава!" Два раза он пытался отговорить их, но не смог, поэтому вскричал:" Я умываю руки!" И ушёл, оставив всё, как есть. Поттер сделал замечание, что личность Пилата намного глубже, чем кажется, но скорее для себя, поэтому Драко продолжил молча обрабатывать его раны. Дальше...дальше Гарри помрачнел и сжался. Теперь незапланированному лекарю стало сложнее помогать, но жаловаться или прерывать он не посмеет. Он чувствовал, что этот момент слишком хрупким для каких-либо звуков, кроме истории Божественного сына. Иисуса повели на казнь. "Дорога, по которой его вели — Виа Долороза",— со странной ненавистью прошипел Гарри, чем крайне удивил Малфоя. На секунду ему показалось... А гора с Крестом — Голгофа. Драко кивнул, скорее для приличия, просто показать, что он запомнил. Непонятно зачем. Но этот незатейливый жест, будто придал Поттеру уверенности, и его рассказ снова стал плавным. —И прежний сняв венок — они венец терновый...надели на него...— Чувствовалось, что Герой Магической Британии что-то процитировал, и Драко сделал пометку потом спросить, что именно. Звучало красиво... И будто перевод? — Так история Иисуса Христа близилась к концу. Ты знаешь, что было дальше? — Зелёные глаза неожиданно впились в серебряные, из-за чего Драко вздрогнул. Нет, там не было агрессии, только вопрос, просто... Такой взгляд ещё было сложно выносить. Очень уж...взрослым он был. Малфой знал. На самом деле, это единственная часть Библии, которую он помнит отчётливо. Но он отрицательно покачал головой лишь для того, чтобы ещё послушать, как Гарри рассказывает. Тот не удивился. Видимо понимает, что в магическом мире, где примером для подражания является Мерлин, о религиях маглов знают мало, поэтому снова принялся за историю Христа. —Его привели на Голгофу и прибили к кресту гвоздями по кистям и голеням. — Оба мальчика тяжело сглотнули. — Все задавались вопросом, когда же умрут казнённые, всё из-за выходных. Казнили Иисуса в пятницу, а в субботу евреи не работают. Нужно было похоронить либо в вечер пятницы, либо с утра воскресенье. Им, — Поттер усмехнулся, а потом поморщился, видимо, от своих же действий, — повезло, потому что умер он раньше двух остальных. Его ученики похоронили его и спрятали в пещере, закрыв вход булыжником. Только... — На его лице, теперь казавшемся Малфою слишком серьёзным и печальными впервые за их разговор мелькнуло нечто на подобии улыбки,— в воскресенье в гроте его уже не было. Да и самого грота, по сути, тоже. Булыжник отъехал, хотя ученики отчётливо помнили, что даже втроём с трудом могли его двинуть. Тогда они поняли — Христос воскрес. — Глаза Гарри загорелись слегка безумным блеском, но Драко списал это на ситуацию и воспитание. Только вот... —Воистину воскрес... — сказал он, и сам себе удивился. Откуда он это...? Но Мальчик,-который-выжил выжил улыбался, теперь полноценно, пускай и печально, поэтому аристократ решил, что ничего страшного. Тут его голову посетила забавная и печально одновременная мысль. — Гарри, ты Иисус. — Поделился ею мальчик, чем вызвал весьма недоумённый взгляд однокурсника. — Ты растёшь... — На секунду Драко засомневался, смотря за некоторыми синяками, которые остались даже после зелий крёстного, но Поттер кивнул, прося продолжить. Он выглядел озадаченным. — Ты растёшь без родительской любви, без любви вообще кого-либо. Ты с одиннадцати лет в курсе, что ты Спаситель от Тёмного Лорда, ты Избранный, ты всем должен.... — Обычно собранный мальчик начал ходить из стороны в сторону, не переставая думать и говорить. — Ты учишь всех не боятся Вол...Вол... — Драко крепко зажмурился и почувствовал холодные пальцы на своей руке. —Хорошо, не сегодня, но ты учишь не боятся Того,-кого-нельзя-называть. — Драко открыл глаза и, внезапно что-то осознав, с шоком посмотрел на другого слизеринца. — Тебе же буквально поменяли лавровый венец на терновый. — От тяжести осознания Малфой потёр рукой лицо. Сейчас он меньше всего походил на сына аристократов. Увидел бы его отец — был бы недоволен. Со стороны послышался грустный смешок. Обычный человек обрадовался бы, если бы его сравнили с Богом или с его ребёнком. Но сейчас только Гарри понимал, что именно это значит. Именно в этот момент Драко принял для себя одну-простую истину. Поттера нужно беречь. Хоть кому-нибудь. Так началась их несколько странная, по-началу тяжёлая дружба. Да, у обоих это был первый опыт. Да, они всё ещё оставались противоположны почти во всём. Да, это вызывало вопросы на факультете. Тем не менее, преодолевая всё, они продолжали общаться, узнавать друг друга получше. Чем дольше они были вместе — тем сильнее Драко убеждался в том, что оказался прав, когда сравнил одногруппника с Иисусом. Поттер оказался довольно интересным собеседником. Что бы не говорил крёстный — Гарри умный и любопытный. Выяснилось, что он ещё летом прочитал все учебники и постарался понять всё, что мог понять. Проблема в том, что на первом уроке Снейп довольно сильно напугал его, а дальше... А дальше уже ничего нельзя было исправить. Тем не менее, зельеварение мальчику нравилось, и (Драко не мог не заметить) он фанател по нему, прямо как крёстный. Чаще всего это отмечает интуита, будущего Мастера, среди массы учеников. Малфой знал, что крёстный проходил этот же путь, но у него была поддержка в виде Лили, матери Гарри, и Люциуса, отца Драко, а у Национального Героя...никого. Для себя аристократ сделал заметку поспрашивать друга об этом побольше и помочь. Взамен он рассказывал Мальчику,-который-выжил о Магическом мире, об их родном мире. Конечно их улучшившиеся отношения не остались незамеченными однофакультениками и их родителями, поэтому через пару дней Драко получил письмо от отца. Скрепя сердцем, ему пришлось соврать, что он лишь пытается понять, что из себя представляет тот, кого восхваляет вся МагБритания, и можно ли за его счёт хорошо посмеяться. Кажется, такой ответ устроил Лорда Малфоя. Драко не знал, ему радоваться или печалиться. Когда он поделился сомнениями с первым другом — тот посмотрел на него своими невероятно яркими зелёными глазами и сказал, что семья — это главное, и если отец Драко запретит им общаться — он поймёт. Мысленно аристократ пообещал себе сделать всё, чтобы такого не произошло. Была ещё одна ситуация, в которой их взгляды заметно различались и соревновались друг с другом... Отношения факультета к Гарри. Зачисление Героя на факультет Тёмных волшебников стало настоящей сенсацией. И пускай остальные факультеты, особенно Грифы с Роном Уизли, считающему, что его бросили, успокоились, Слизерин планировал Тёмную. Всё-таки большая часть его учеников — дети Пожирателей, пострадавших при падении Лорда, поэтому они точили зуб на Поттера. И сколько бы Драко не предлагал свою защиту, опеку, ведь являлся одним из самых влиятельных Наследников даже среди старшекурсников, Гарри отказывался. Он аргументировал это тем, что потерять престиж — легко, вернуть — намного сложнее, и лучше пусть семейство Малфой сохранит свои гордость, честь и силу на более...нужный случай. На все доводы Драко, что защита друзей — это одна из обязанностей его семьи, второй змеёныш лишь закатывал глаза и отказывался принимать это. К счастью для него, к сожалению для его серебряного друга — Поттер победил. Снова. По этому слизеринцы разработали целую схему: не трогать Мальчика,-который-выжил, пока он общается с Малфоем, но потом... Очевидно, что Драко ещё не раз и не два помогал другу справится с последствиями разных зелий. А учитывая, что он и сам что-то готовил неизвестно где, неизвестно как и в тайне ото всех — Серебряный Принц боялся представить, сколько на самом деле тот получал. Пока в какой-то момент это не прекратилось. Нет, однажды крёстный обмолвился Драко, что если его подопечные не прекратят устранять своих же — он вмешается, но мальчик не думал, что его меры будут настолько радикальны... Но что есть, то есть. Он с радостью отметил, что после прекращения буллинга улыбка на лице друга стала более частым явлением. Или он хочет так думать. "Поттер — действительно синоним "магнит для проблем"",— со злобой и паникой думал Драко, ища друга по всему замку. Увидь его сейчас кто — удивился бы и не поверил, что это Наследник Малфоев. Обычно прилизанные волосы сейчас стояли торчком настолько, что всё семейство Поттеров обзавидуется; глаза безумные, прямо как у Блэков, а щёки покранесли от долгого бега... Внезапно он в кого-то врезался и с трудом удержал равновесие, в отличие от второго человека. Желая как можно крепче ругнуться и отчитать этого растяпу, он открыл рот. А потом закрыл, обнаружив перед собой на полу Гарри, потирающего кровоточащий лоб. Все мысли резко испарились, потому что слизеринец выглядели таким же, если не более, напуганным, чем его друг. Вопросов слишком много. —Драко, Дракон, — прозвище, данное ему другом слишком понравилось Малфою, поэтому Гарри старался употреблять его как можно чаще, сам став при этом Змеёнышем. — Ты можешь помочь? — В хриплом голосе сквозило столько паники, что аристократ просто не имел права отказаться. — Пожалуйста, найди сейчас своего крёстного, скажи, что Квирелл ходит рядом с Запретным коридором и разговаривает сам с собой. — Холодные пальцы слегка болезненно сжимали изящные плечи, но Малфой не жаловался. — А он действительно там ходит? — Пускай это казалось невозможным — мальчик побледнел ещё сильнее. —Хуже, Драко, — аристократ почувствовал, как его друг вздрогнул. — Намного хуже. И два слизеринца начали исполнять свой план. Почти с такой же невероятной скоростью они достигли кабинета декана, и его крестник начал стучать по двери так, будто за ним гонится стая тестралов. Не далеко от правды. Профессор Снейп отреагировал быстро, уже желая убить того, кто посмел его отвлечь, но, обнаружив лишь крестника, начал сверлить его взглядом. — Профессор Снейп, — начал Драко, стараясь сыграть самого себя как можно правдоподобнее. Это оказалось сложнее, чем он думал. — Профессор Квирелл сейчас ходить рядом с Запретным коридором и что-то бормочет сам себе. Я подумал, Вам будет полезно знать. Кто знает, что может сделать профессор ЗоТИ, боящийся своего предмета. — Малфой позволил себе закатить глаза и усмехнуться. Какое-то время крёстный молчал, но Драко мог наблюдать, как и без того бледный, профессор зельеварения буквально становится белым и крепче сжимает палочку. —Вы поступили правильно, мистер Малфой. Двадцать баллов Слизерину за рассудительность. Отправляйтесь отдыхать. — И, эффектно взмахнув мантией, Северус ушёл. В подземельях стало тихо. Только через полминуты Малфой услышал, как Гарри сползает по стене на пол. К удивлению, Драко решил, что не такая уж это и плохая идея, поэтому, подойдя к тому закутку, в котором прятался его друг, сел рядом. Гарри снова начал рассказывать, но на тот раз вполне сегодняшнюю историю. Драко крупно повезло, что он блондин от рождения и пара седых волосков будет не заметна, в отличие от волос друга. Так они и просидели до вечера. Лишь забота Хогвартса даже о детях подземелья не позволила им заболеть или ещё чего похуже. Когда они вернулись в гостиную — на них никто не обратил внимания. Видимо, никто не заметил их отсутствия — им же лучше. На следующий день директор объявил, что профессор Квирелл больше не преподаёт, и с удивлением услышал аплодисменты. Хлопали (может тише, чем прочие, но всё же) даже слизеринцы, обычно сдержанные и вежливые. Их декан не смог их осудить за это. Просто списал на природное змеиное чутьё, которым обладали все слизеринцы просто по факту рождения. Не могут же они точно знать, что у их неуважаемом профессоре был Волан-де-Морт? И что победил его на этот раз неизвестно кто и как? Не то, чтобы Северуса эти волновали прямо сейчас, но... Он поймал взглядом знакомую чёрную макушку. "Благо хоть волосы научился укладывать, в отличие от отца",— подумал он сперва прежде, чем задумался. Поттер-младший, как бы Снейп не относился к его отцу, — его змеёныш, за которого Северус, до конца обучения мальчика, отвечает не только головой, но и магией. Тут не унизить особо, хотя на уроках он иногда спускает на него пар. Но только иногда. Он не идиот, чтобы идти в ущерб себе. Тем не менее, у него на уроках была Главная Головная Боль Хогвартса и мёртвый Квирелл. Без Волан-де-Морта. Вопросов — море, ответов нет, а директор всё мрачнее и мрачнее. Вон, как глазами сверкает. Снейп решил задать пару вопросов именно Гарри, ведь имеет на право, как декан факультета, на котором обучается мистер Поттер. Осталось понять, как именно. План появился почти сразу после того, как студенты уехали. Снейп не мог не заметить, что Драко почти постоянно крутился рядом с сыном истинных гриффиндоцев, а остальные слизеринцы держаться от Мальчика,-который-выжил подальше. Даже не обижают, чему зельевар был рад. Не хватало ему ещё крови на собственном факультете. И как он раньше этого не видел? "Что ж, — ухмыляясь, думал Северус, паралельно предупреждая своего старого друга о скором визите,— раз мне нужно к Поттеру — нужно взять Люциуса с собой. Он же состоит в Попечительском совете. А его сын, судя по всему, доволен близок сыну Лили". Оказалось, его план решил исполниться сам. Не то, чтобы Северус не знал своего крестника. Всё-таки тот был ядерной смесью Малфоев, по отцу, и Блэков, по матери, что давало просто поразительный и иногда несколько неприятный результат, но Снейп его любил. В своей манере, да, но любил. По этому ни сколько не удивился, когда услышал, что Драко чем-то снова недоволен. И не удивился даже тогда, когда тот пропал прямо у них глазах. Малфой — сильная семья, поэтому трансгрессия в виде стихийных выбросов у них не редкость. Удивился он только тогда, когда Люциус побледнел, хотя казалось, что дальше некуда. Побледнел он сам, когда друг сказал, что мальчик трансгрессировал за пределы Малфой-мэнора. Оба представили, что может случится с чистокровным волшебником без подготовки, и вздрогнули. Оба представили, что с ними сделает Нарцисса, и тяжело сглотнули. Не задумываясь больше не минуты, они вскочили с кресел и уже хотели начать бежать к границе территории, как дверь в гостиную открылась и туда кинули, не иначе, их пропажу. Выглядел тот не менее удивлённым, чем его отцы. Северус заметил за закрывающеейся дверью знакомую чёрную макушку и секундный блеск напуганный зелёных глаз... Напуганных? Мужчина нахмурился. Дело принимало дурные обороты. Пора брать быка за рога. Он уже хотел сказать об этом Люциусу, как дверь снова открылась, явив им какого-то бур... А, нет, человека. Очень... Большего человек. С такими же усами. А ещё с покрасневшим от злости лицом. Но всех троих интересовало лишь то, точнее тот, что было у него в руках. За ухо он держал никого иного, как Национального Героя МагБритании, Гарри Дж. Поттера, а тот даже слова не пищал. Заметив своего сокурсника, он стал бледнее Смерти. Драко увидел в его взгляде:"Я труп". Морж стал бордового цвета. —Мальчишка, — все трое магов в гостиной поморщились от громкости его голоса, — что ты сделал с моим домом?! Быстро возращай, как было, иначе о своей школе можешь даже не мечтать! — Мужчины хотели указать, что от решения этого боч... Кхм, магла не зависит, поедет Поттер в Хогвартс или нет, но тот лишь громко хлопнул дверью, не оставив им и шанса. Оба перевели взгляды на мальчика. Тот выглядел не лучше, чем его друг. Заметив, что на него смотрят, тот попробовал сделать вид, что вообще ничего не знает, но двух Пожирателей Смерти не провести. Только вот даже допрос им не позволили начать. Откуда не возьмись возник белый туман, как у Патронуса, и начал сгущаться, образуя...волка? Казалось, что зверь сам не верил, что появился, поэтому начал оглядывать себя с хвоста до носа. Убедившись, что у него получилось, он громко гавнул и сделал один круг вокруг себя. — У тебя получилось? — С каким-то благоговением спросил младший Малфой, чем вызвал удивлённые взгляды двух взрослых. —Да!!! — Волк начал говорить голосом Гарри, но каким-то...более хриплым? Когда зверь счастливо хихикнул, его смех напоминал скорее лай. Что-то Северусу это напоминает. —Поразительно... Ты вообще в курсе, что это заклинание мало кто осваивает? Тем более до второго курса. — Драко закатил глаза и скрестил руки на груди, но на губах играла нежная улыбка. —Могу понять почему. — Волк говорил не то в серьёз, не в то в шутку. С Поттерами всегда сложно понять. — Там столько деталей!! — Восхищённо продолжил зверь. — Например, даже то, что у меня сейчас получилось, не окончательный результат. —Правда? — Драко слушал внимательно и даже не перебивал? Обоим взрослым казалось, что ещё немного и они просто сойдут с ума. Будет не смешно, после всего, что они пережили... —Да. В книге говорится, что чары должны помогать общаться волшебникам на расстоянии с помощью легеллименции. —Не смотря на амулеты? —Если оба хотят этого. —Вау... — Заметив, что волк над чем-то задумался Драко решил уточнить. —А что у тебя сейчас? —Мой посыльный пока что может перемещаться только в те места, которые видел я, — он печально усмехнулся. — Как понимаешь, это немного. Плюс, пока что он может общаться только в слух, что несколько непрактично. —Тем не менее, прогресс на лицо. Научишь? —Конечн...—Волк внезапно начал тяжело кашлять. Все трое крупно вздрогнули, когда к кашлю добивалась кровь. —Вот чёрт...— Прошипел волк. Звучало непривычно. —Мордер, Гарри, —Драко выглядел хуже всех. —Что? —Мордер. Это аналог чёрта у волшебников. —Оу... — Кажется зверь над чем-то задумался. —Хорошо.... Но, — казалось, он воодушевился чем-то, — тем не менее, мне пора. —Почему?!! — Что Драко знает? —Потому что боль нашла подсознание, — встряхнув головой, волк снова начал оборачиваться туманом, когда Малфой решил добавить. —А твой посыльный видел отца и крёстного? В ответ тишина. Мальчик глубоко вздохнул носом и посмотрел на своих опекунов, начиная рассчитывать шансы на побег. Вообще, они довольно велики, судя по шоковому выражению лиц двух взрослых, только если... —Крессстник, — Северус шипел не хуже символа факультета, деканом которого являлся, — а не хочешь ли ты мне расссссскасссать, что происссссходит сссс одним из вверенных мне ссссстудентов? — Атрацитовые глаза не оставляли выбора, только мальчик этого ещё не понимал и тяжело сглотнул. К счастью или к сожалению, его избавили от необходимости говорить. Посреди гостиной, чуть выше головы грозно нависающего над крестником Снейпа, появилось предупреждение, выведенное аккуратным женским почерком. "Наследник Древнейших и Благороднейших родов Поттер, Певерелл, ... и ... . Статус — опасность, способная привести к летальному исходу". Декан Слизерина не мог не заметить, что Драко стал совсем бумажного цвета, и на рефлексах начал заливать в него все необходимые зелья из запасов своей мантии. Всё-таки он зельевар в школе. Это опасно. —Куда там ты хотел сходить, Сев? — Наконец-то очнулся и Люциус. Профессор усмехнулся, заметив, как сжались пальцы друга на набалдашнике трости. Он хорошо знал обоих Малфоев, чтобы знать, это — знак того, что отец Драко невероятно зол, даже в ярости. И мог понять почему. Где это видано, чтобы Наследка аж нескольких чистокровных и важнейших родов террорезировали какие-то маглы? —Я думал навестить не безыственного мистера Поттера, — не то, чтобы Снейп не чувствовал то же самое. — Если я правильно помню, ты неплохо общался с той девчонкой Эванс? — Люциус сделал вид, что не услышал фырчания. — Она маглорождённая и, кажется, у неё была сестра? —Верно... — Северус продолжил бы, если бы не его крёстный сын. —Они переехали. —Под неодобрительными взглядами взрослых мальчик покраснел, как рак, но ни о чём не жалел. Просто он не хотел, чтобы они зря тратили время, которое поможет им спасти Гарри, на бессмысленные пути. Однажды Драко снова не смог удержать свой длинный язык за зубами и проболтался, что его крёстный хорошо знал маму Гарри. Второй слизеринец из-за этого замер, а потом засмеялся. На недоумённый взгляд друга он сказал, что, даже если невероятное случится и Снейп захочет его навестить, он не узнает адреса, так как после свадьбы его тётя и дядя переехали. И как бы Драко потом ни пытался , он так и не смог выяснить, где же сейчас живут люди, которые посмели обижать его друга. Сейчас он жалел об этом особенно сильно. — Что ж, — мальчик вздрогнул от кровожадности улыбки, которая появилась на лице профессора, — значит, будут не совсем легальные методы. Можешь с нами, если хочешь. — И эффектно взмахнув мантией Северус пошёл к границам, чтобы трансгрессировать в свой бывший дом, Тупик Прядильщиков. Малфои молча последовали за ним. К недоумению взрослых, Драко не удивился, оказавшись в магловском мире, лишь слегка испуганно озирался, будто боялся кого-то встретить. И ничего не сказал при смене мантии на что-то более стандартное для не магов. Оставив эти мысли, они напомнили себе свою конечную цель и начали работать. С маглами это оказалось легко. Северус, как проживающий здесь, пускай и раньше, знал о своих соседях всё, пока они не помнили даже, как его зовут и он являлся. Во время бессмысленных разговоров он, не испытывая угрызений совести, просматривал их воспоминания о семействе Эвансов. Малфои восхищённо наблюдали за работой Мастера окклюменции. Наконец-то закончив разговаривать с очередным маглом, Снейп быстрым шагом направился к ним. — За мной, — бросил он, проходя мимо. Они молча последовали за ним, полностью доверяя. Идти оказалось недолго, к счастью. Драко начал узнать места и ему это не понравилось. Дело в том, что когда он трансгрессировал сам, без взрослых, за пределы дома, так ещё и к маглам, особенно в место, где участки одинаковые — он испугался. И пока он думал, что делать, его нашёл Гарри. Кто удивился больше, он не мог с уверенностью сказать. Но, услышав голос, который, как Драко потом узнал, принадлежал Моржу, его друг стал бледнее Смерти, схватил его за руку и впихнул в первую дверь, которая попалась им на пути. Малфой успел увидеть только "Тисовая улица, 4". Наблюдая за адресами домов, мимо которых они проходили сейчас, Драко чертыхался про себя. Тисовая 20, Тисовая 18... Он увидел номер дома Поттера и ничего не сказал взрослым, потратив их время впустую! Но поделать уже ничего нельзя, крёстный уверенным шагом подвёл их к дому "Тисова ул., 4"и постучал. Открыла женщина... Драко мимоходом подумал, как Гарри здесь живёт, если его дядя похож на Моржа, тётя чем-то напоминает лошадь, а мальчик, стоящий за её спиной и тщетно пытающийся спрятаться, напоминал скорее...свинью. В голове всплыла ещё одна история от Гарри, в которой Хагрид, желая защитить его, добавил его кузену свиной хвост. Сейчас Малфой к своему ужасу, мог понять лесника. —Снейп! — Миссис Дурсль кричала даже громче своего мужа, из-за чего оба аристократа поморщились. Только Северус остался непреклонен, и Драко боялся представить, как проходило его детство рядом с сёстрами Эванс. — И тебе добрый день, Петунья. Как поживаешь? — Профессор сделал вид, что не заметил, что женщина хотела закрыть перед ними дверь, лишь поставил ногу в проём. Ни один мускул его крёстного отца не дёрнулся, когда, на вид довольно тяжёлая, дверь ударила его со всей дури. Драко вздрогнул. А Петунья, видимо бессмертная, не обращала внимания на то, что Северусу хочется сейчас быть где угодно, но не рядом с ней. —Туни, дорогая, кто там? — Из глубины дома послышался уже знакомый магам голос, сейчас звучащий невероятно довольно. Драко чувствовал, как злость зарождается и растёт в его груди лишь ото одной мысли, почему мистер Дурсль сейчас такой. — Вернон, тут... — Продолжить ей не дали. Окончательной раздражённый Снейп лишь щёлкнул пальцами, из-за чего губы женщины склеились. Её сын, пронзительно закричав, убежал к отцу. К своему удивлению и ужасу, младший Малфой почувствовал некоторое удовольствие от этого. После того, как все отошли с прохода, его крёстный спокойно прошёл в дом. Подобно волку или летучей мыши, он сразу направился на второй этаж, даже не оборачиваясь на кухню, где сидели всё семейство Дурслей. Малфои решили остаться на улице, чтобы, если эти маглы решат написать Дамблдору, они там не мелькали никаким образом. Всё-таки их присутствие сложнее объяснить, чем присутствие декана факультета Поттера. Снейп вернулся через пять минут , при этом выглядел он ещё злее, с чем-то (Драко подозревал кем-то) нежно закутанным в его классическую чёрную мантию. Люциус открыл рот, чтобы спросить, что с мальчиком, но его друг только отрицательно покачал головой, показывая, что сейчас на вопросы он отвечать не будет. В таком похоронном настроении они и вернулись в Малфой-мэнор, где крёстный Драко сразу побежал в комнаты, выделенные специально для него, оставив отца с сыном наедине. Наступила тишина. Ни у одного из них не было ни желания, ни тем для разговора. Люциус попробовал завести светскую беседу, но оба не смогли её поддержать, хотя и обучались этому с детства. Каждый был в своих мыслях, когда раздалось аккуратное:"Кхм-кхм". Оба мага с ужасом смотрели на проход в гостиную, где стояла, скрестив руки на груди, Нарцисса Малфой собственной персоной. "А ведь в девичестве она была Блэк",— внезапно вспомнилось обоим. — Не расскажешь ли ты, мой дорогой супруг , куда пропадал наш сын? — Казалось её взглядом можно убивать. —И где были вы вместе с его крёстным? И кто ранен? — Её внимательный взгляд осмотрел их обоих и, не найдя ни одного ранения, снова впился в мужа. Оба сглотнули не то от страха перед истинной Блэк, не то от понимания, насколько серьёзны травмы Гарри, раз их дом сообщил об этом хозяйке. Говорить решил Люциус. Драко иногда дополнял, и в этот раз никто не осужалл его за некоторые перебивы. Дослушав до конца, Нарцисса, ничего не сказав, вышла из гостиной. Оба оставшихся мага знали куда, но догонять не решились. Только молча посочувствовали Северусу. К счастью для всех, все разговоры окончились благополучно. Зельевар остался жив, Гарри подлечили, как могли, Нарцисса довольна. Кровные Малфои выдохнули от облегчения. Более того, Драко поговорил с отцом. Признался, что на самом деле Гарри — его близкий друг, совсем не как Крэбб с Гойлом, и он не собирается соблазнять его на сторону Тёмного Лорда. На такую откровенность, старший Малфой не смог сдержать закатывания глаз и сказал, что конечно его сын может дружить с теми, с кем захочет. И рассказывать родителям всё, что посчитает нужным. Главное — не принижать семью. Это их фамильное правило. Счастья Драко не было предела, поэтому, когда Гарри смог самостоятельно ходить и не мучится от боли в изуродованной ремнём спине, он крепко-крепко обнял своего друга, с радостью почувствовав ответные, пока что слабые, объятия. Они чувствовали себя самыми счастливыми. По-быстрому и в тайне от директора Снейп смог оформить опеку над Поттером. Узнав об этом впервые, Люциус спросил, уверен ли он, что хочет воспитывать сына своего школьного врага, на что его друг лишь фыркнул и оформил документы. Когда об этом узнал Гарри — он впал в шок, застыл с раскрытым ртом, чем вызвал смешок со стороны младшего Малфоя. Пройдя в себя, он так широко улыбнулся, что замер уже Малфой. Осчастливленный же мальчик начал бегать по комнате и даже сделал колесо, что окончательно довело Драко. Он тоже широко-широко улыбнулся, просто наблюдая за счастливым другом. Он заслужил. После окончания формальностей оба черноволосых мага уехали на пару дней, чтобы Северус показал, где он живёт на самом деле, как обжиться, где что находится, да и в принципе узнать друг друга получше. Когда по их возращению Драко увидел довольно-надувшееся выражения лица крёстного, он понял — его друг рассказал о своих экспериментах в области зельеварения. Он не удивится, если узнает, что почти всё время отсутствия они обсуждали только работу. "Фанатики", — с нежностью подумал он о двух самых дорогих себе людях. Когда начался учебный год — никто, кроме Малфоев и самой новообретённной семьи, не знал, что между Снейпом и Поттером что-то изменилось. Те, веселясь, сами поддерживали свои почти токсичные отношения. Узнав об этом, Нарцисса и Люциус закатили глаза и подумали:"Зельевары". Где-то в середине года, когда к нему прибежали довольные и взлохмаченные сын с другом и сказали, что нашли Тайную комнату с василиском, Северус, закатывая глаза, подумал:"Мои дети". И только Гарри думал:"Я самый счастливый человек во всей Вселенной. Спасибо, мама". Где-то усхмехнулись три сущности, симпатизирующие роду Певерелл.