Тихий свет в сердце Учихи

Шисуи прижал Рея к себе, чувствуя, как тот дрожит от холода и боли. Он уже хотел что-то сказать, когда взгляд его зацепился за лицо друга… и застыл. — Рей… — прошептал он. Там, где раньше сияли два тёмных, живых глаза… теперь осталась пустота. Один глаз был закрыт наскоро перевязанной, уже пропитанной кровью повязкой. Шисуи осторожно, почти в панике, убрал локон с его щеки — и сердце ударило так сильно, что, казалось, треснуло. Повязка была насквозь пропитана кровью. А под ней — ничего. Чёрная пустота. Ужасно ровная, страшно точная — как будто кто-то вырезал око. — Кто это сделал… — голос дрожал. — Кто посмел… Рей слабо улыбнулся, будто извиняясь. — Они хотели Шаринган… Один из них… отрезал сразу, когда я отключился… Я не успел… Шисуи сжал его крепче. Ему хотелось закричать, разорвать землю, стереть с лица мира того, кто это сделал. Но он не мог. Сейчас нельзя. Сейчас главное — Рей жив. Но теряет силы. — Ты теряешь слишком много крови, — тихо сказал он, быстро доставая бинты и концентрируя чакру. Его руки дрожали, но он всё же начал останавливать кровотечение, очищать рану. — Ты не умрёшь. Слышишь меня? Ты не имеешь права умереть. Рей прикрыл оставшийся глаз. — Ты… всегда так серьёзен, когда переживаешь… — Потому что ты для меня — всё, — вырвалось у Шисуи. Он замер, осознав, что сказал. Но теперь — уже всё. Никаких масок. Он посмотрел Рею прямо в глаза — в этот один, уцелевший, полный боли и света. — Всё. Я люблю тебя. Давно. Глубоко. Безвозвратно. И если ты… если ты решишь умереть сейчас — я пойду за тобой. Рей смотрел на него долго. Потом слабо, почти неощутимо, кивнул. — Тогда… не отпускай. Ладно? Шисуи сжал его руку, как мог крепче. — Никогда.