Секретное Тату

Солнце робко прокрадывалось сквозь плотные шторы, окутывая комнату в нежные, персиковые оттенки. Руслан сладко потянулся, ощущая приятное тепло чужого тела, прижавшегося к нему. Сонное оцепенение медленно отступало, позволяя рассмотреть Даню, мирно посапывающего, уткнувшись лицом в плечо. Парень спутался в одеяле, словно сонный котенок. Его рыжие волосы, обычно аккуратно уложенные, сейчас растрепались в живописном беспорядке, а на щеке виднелся забавный след от подушки, свидетельствующий о крепком сне. В этом утреннем, сонном облике Даня казался особенно уязвимым и трогательным. Руслан нежно провел кончиками пальцев по его мягким, шелковистым волосам, наслаждаясь тишиной и интимностью момента. В этом простом жесте заключалось целое море нежности и тепла, связывающего их вместе. Он прислушался к тихому дыханию Дани, осознавая, как много для него значит этот человек, и как ценны эти мгновения покоя и близости. Ирис, пушистый кот, лениво потянулся на краю кровати, выгибая спину и показывая острые коготки, спрятанные в мягких лапках. Зевнув сладко и заразительно, он бесшумно спрыгнул на пол, тихонько мурлыкая себе под нос какую-то кошачью песенку, отправившись на утренний обход территории. Руслан, наблюдая за этой картиной, приподнялся на локте, стараясь не разбудить Даню. Он тихонько поцеловал парня в висок, чувствуя тепло его кожи и легкий аромат волос. - Доброе утро, - прошептал он, надеясь, что его голос не нарушит сон Дани. Рыжий что-то неразборчиво пробормотал в ответ, даже не открывая глаз, и лишь сильнее прижался к Руслану, словно боялся, что тот исчезнет. - Спи еще, - шатен усмехнулся, наблюдая за этой сонной нежностью. Он был готов провести целое утро, просто обнимая Даню. Внезапно Даня резко вскинулся, словно его ударило током электрического разряда. Сон как рукой сняло. - Блин! – воскликнул он, подскочив с кровати, как ужаленный. – Я же совсем забыл! Руслан удивленно приподнял брови, наблюдая за этой внезапной суетой. Спокойное, умиротворенное утро в мгновение ока сменилось хаосом. - Что случилось? – спросил он, обеспокоенно глядя на Даню. - Мне нужно срочно бежать, – выпалил Даня, уже натягивая узкие джинсы, словно готовился к спринту. – Встреча важная, совсем из головы вылетело. Прости, что так внезапно. Он торопливо накинул толстовку на рубашку, даже не взглянув на Руслана, словно боялся потерять еще секунду, и начал метаться по комнате, переворачивая все вверх дном в отчаянных поисках ключей. В его глазах читалась паника и досада на собственную забывчивость. - Даня, подожди, – Руслан попытался остановить его, протягивая руку, словно хотел удержать парня хотя бы на мгновение. – Может, хоть позавтракаешь? Не беги на голодный желудок. - Некогда, – отмахнулся Кашин, даже не повернув головы, выбегая из спальни в спешке. – Я потом что-нибудь перехвачу. Целую! И с этими словами, словно порывом ветра, он выскочил из квартиры, оставив Руслана в полном недоумении посреди комнаты, окутанной персиковым светом и запахом кофе, так и не приготовленного к завтраку. В тишине за закрывшейся дверью отчетливо слышался лишь стук его собственного сердца, задававшего вопрос: "Что это было?" Обычно Даня не был таким рассеянным и всегда предупреждал о своих планах заранее, заботясь о том, чтобы Руслан знал о его распорядке дня. Эта внезапная забывчивость и спешка были совсем на него не похожи. Что-то здесь явно нечисто, и это зародило в душе Руслана легкую тревогу. Впрочем, он решил не заморачиваться и не накручивать себя раньше времени. В конце концов, рыжий обязательно вернется и расскажет ему все, объяснит причину своей спешки и рассеянности. А пока что лучше приготовить себе завтрак и не позволить утренней суете испортить ему настроение. Руслан вздохнул, стараясь отогнать назойливые мысли, и направился на кухню, решив вернуться к обычному распорядку утра. Он достал из холодильника яйца и бекон, поставил чайник, чтобы заварить крепкий кофе, и принялся готовить себе завтрак. Привычные действия немного успокаивали, возвращая чувство контроля над ситуацией. Ирис, услышав знакомые звуки звенящей посуды и шкворчащего бекона, тут же прибежал на кухню и начал тереться о его ноги, громко мурлыча и выпрашивая свою порцию внимания. - Привет, мохнатый, – пробормотал Руслан, наклоняясь, чтобы почесать кота за ушком, впуская его в утреннюю рутину. – Ты-то хоть никуда не убегаешь. Преданный компаньон, в отличие от некоторых. Ирис благодарно замурлыкал, обвивая его ноги своим пушистым хвостом, словно пытаясь успокоить и поддержать в этот немного странный момент. Пока аппетитно шкворчал и соблазнительно пах жарящийся бекон, парень налил себе большую чашку крепкого кофе, чувствуя, как его аромат постепенно рассеивает остатки сонливости и тревоги. Он подошел к окну, прислоняясь лбом к прохладному стеклу, и стал наблюдать за просыпающимся городом. Утренний город только начинал свою жизнь: мимо проносились автомобили, спешили на работу немного сонные люди, а в парке неподалеку мамы с колясками совершали свой утренний променад. Руслан сделал глоток обжигающего кофе и попытался отвлечься от странного, необъяснимого поведения Дани, растворившись в обычном ритме города. Он решил сосредоточиться на своих планах на день, стараясь переключить мысли на более продуктивные занятия. Сегодня в списке дел было смонтировать новое видео для YouTube, записать вокал для нового трека и ответить на накопившиеся письма от подписчиков. Работы было невпроворот, так что времени на размышления о загадочном, внезапном уходе Дани почти не оставалось – по крайней мере, он надеялся на это. Закончив с завтраком, Тушенцов налил немного теплого молока в миску для Ириса, который тут же с благодарным мурлыканьем принялся с аппетитом лакать угощение, не обращая внимания на терзания своего хозяина. - Ну что, бандит, – сказал Руслан, поглаживая кота по мягкой шерстке. – Пошли работать. Нужно же нам на что-то мармелад покупать, – попытался пошутить он, чтобы разогнать гнетущую тишину и собственные дурные предчувствия. Он убрал со стола, тщательно помыл посуду, стараясь не оставлять следов тревоги в этом уютном, утреннем мире, и направился в гостиную, в которой они недавно с Даней, вложив много сил и любви, сделали свежий ремонт, превратив комнату в островок комфорта и креативности. Ирис, как верный и преданный компаньон, не отходил ни на шаг, следуя за ним по пятам и устроившись на любимом кресле возле компьютера. Руслан включил компьютер, открыл программу для монтажа и погрузился в работу, стараясь полностью сосредоточиться на процессе и вытеснить из головы все тревожные мысли. Ирис, внимательно наблюдая за его действиями, время от времени мурлыкал, словно одобряя его труд и посылая свои кошачьи флюиды поддержки и спокойствия. Ближе к обеду, почувствовав усталость и затекшие плечи, Руслан решил сделать небольшой перерыв в работе. Он вышел из гостиной, потянулся, разминая затекшие мышцы, и пошел на кухню, чтобы приготовить себе что-нибудь простое на обед и выпить еще чашку кофе. Ирис, как верный хвостик, не отставал ни на шаг, следуя за ним в надежде на кусочек лакомства. Во время неспешного обеда парень несколько раз машинально проверил телефон. Никаких сообщений или пропущенных звонков от Дани. "Странно, – подумал он, нахмурившись. – Обычно он всегда пишет или звонит, если задерживается или меняются планы." Это молчание начинало его беспокоить. После непродолжительного обеда он, собравшись с силами, снова вернулся к работе, но мысли о Дане, как назойливые мухи, не давали ему покоя. Он постоянно отвлекался, перепроверял телефон в надежде увидеть новое сообщение, и прислушивался к каждому звуку за дверью, словно ожидая, что вот-вот раздастся звонок или знакомый голос. Ирис, чутко улавливая его беспокойство и напряженное состояние, терся о ноги, заглядывал в глаза и жалобно мяукал, пытаясь хоть как-то успокоить и развеять его тревогу. - Все в порядке, дружок, – пробормотал Руслан, беря кота на руки и крепко прижимая к себе, словно пытаясь разделить с ним часть своего волнения. – Просто немного волнуюсь. Все будет хорошо. Он погладил мягкую шерстку Ириса и, глубоко вздохнув, попытался снова сосредоточиться на работе, но безуспешно. Мысли роились в голове, мешая сосредоточиться и выстраиваясь в тревожные сценарии. Что-то явно было не так, и предчувствие беды сжимало сердце. Время тянулось мучительно медленно, словно нарочно растягивая минуты ожидания в бесконечную череду. Руслан так и не смог толком сосредоточиться на работе, словно ожидая знака, который разом все объяснит. Он несколько раз выходил на балкон, надеясь увидеть Даню, спешащего домой, но на улице было по-прежнему людно и незнакомо, лишь огни фонарей постепенно сгущались, предвещая наступление вечера. Наконец, когда за окном уже начало темнеть, и тревога достигла своего пика, Руслан услышал такой желанный, такой долгожданный звук открывающейся двери. Его сердце бешено заколотилось, готовое вырваться из груди. Даня! Наконец-то! Что же случилось? Он бросился в прихожую, навстречу вернувшемуся Дане, и увидел парня, который, сгорбившись, молча снимал куртку, не поднимая глаз и стараясь избегать его взгляда. - Привет, – сказал Руслан, стараясь говорить как можно более спокойно и непринужденно, хотя внутри бушевал ураган. - Где ты был? – выпалил Руслан, не в силах больше сдерживать накопившееся за день волнение и страх. – Я звонил тебе весь день! Почему не отвечал? - Прости, – Даня наконец поднял на него взгляд, но в его глазах мелькнула какая-то странная тень, ускользающая от понимания. – Была очень важная встреча, не мог ответить. Телефон был на беззвучном. - Важная встреча? – шатен нахмурился, чувствуя, как нарастает подозрение. – Ты даже не предупредил меня! Обычно ты всегда говоришь, если у тебя что-то меняется. - Ну, вот так получилось, – Даня пожал плечами и попытался пройти мимо Руслана в комнату, избегая дальнейшего разговора и зрительного контакта. Его поведение было явно неискренним, и это лишь подливало масла в огонь. Что же он скрывает? Тушенцов, внимательно наблюдая за Даней, заметил одну странность, которая сразу же привлекла его внимание и усилила подозрения: рыжий явно старался спрятать свои руки, засовывая их глубоко в карманы толстовки. - Что с тобой? – спросил он, прищурившись и скрестив руки на груди. Он не собирался позволить ему уйти от ответа и почувствовал, как внутри нарастает гнев. – Почему ты прячешь руки? Даня заметно напрягся, словно его застали врасплох. Он переступил с ноги на ногу и попытался выдавить из себя улыбку. - Все в порядке, – ответил Кашин, стараясь говорить как можно спокойнее и увереннее, но голос его слегка дрожал. – Просто немного замерзли. На улице же холодно. - Замерзли? – Руслан скептически усмехнулся, не веря ни единому слову. Он хорошо знал Даню и видел, как он лжет, хотя тот и пытался скрыть правду. Он подошел вплотную к Дане и попытался взять его за руку, чтобы посмотреть, что он скрывает, но тот резко и неестественно отдернул ее, словно прикоснулись к раскаленному углю. – Что, черт возьми, происходит? – спросил Руслан, чувствуя, как внутри нарастает тревога и все сильнее сжимается сердце. – Почему ты так себя ведешь? Ты что-то скрываешь от меня? Скажи правду! Даня окинул его долгим оценивающим взглядом, в котором, к удивлению Руслана, читалось скорее какое-то странное веселье, чем растерянность или смущение. Он приподнял одну бровь, словно играя с ним в какую-то непонятную игру. - Может быть, – промурлыкал рыжий, слегка склонив голову набок и подходя ближе. – А может, и нет. Кто знает? - Даня, не играй со мной, – Тушенцов попытался сохранить серьезность и твердость в голосе, но в его голосе уже прозвучали нотки явного нетерпения и раздражения. – Говори, что происходит на самом деле. Что ты от меня скрываешь? Даня выдержал томительную паузу, наслаждаясь его реакцией и, казалось, намеренно распаляя его любопытство. Это молчание начинало выводить из себя. - Ладно, ладно, – сдался он, поднимая руки вверх в шутливой позе и с хитрой, дразнящей улыбкой на губах. – Я просто хотел немного повеселиться. Я… сделал татуировку. Руслан удивленно приподнял брови, несколько растерявшись от такого неожиданного признания. - Татуировку? И что тут такого? – спросил он, стараясь скрыть облегчение от того, что причина его волнения оказалась такой пустяковой. – Ты же знаешь, что я сам обожаю татуировки. - Да, но эта… особенная, – прошептал Даня, приближаясь к Руслану вплотную и заглядывая ему в глаза, словно хотел прочитать его мысли. – Я просто хотел немного тебя подразнить. Думал, будет весело В этот момент Руслан почувствовал, как у него участилось дыхание и участился пульс. Даня нарочно нагнетал обстановку, играя с его чувствами, и ему, к его собственному удивлению, это нравилось. - Покажи мне ее, – потребовал Руслан, и в его голосе уже звучало нетерпеливое желание, смешанное с облегчением и любопытством. Даня сглотнул, словно собираясь с духом, и медленно поднял руки, задерживая момент истины. Он задрал рукав толстовки, открывая вид на свое запястье, и Руслан увидел… Небольшую, аккуратную татуировку, выполненную тонкими линиями на бледной коже запястья. Простые, но такие значимые инициалы. "Р.Т." Руслан замер, уставившись на татуировку, словно пытаясь понять, что же он видит. Инициалы… "Р.Т."… Его инициалы. Вытатуированные на коже Дани. Этот простой символ внезапно наполнился таким глубоким смыслом, что у Руслана перехватило дыхание. Он медленно перевел взгляд на Даню, и в глазах парня теперь плескалось только чистое, ничем не прикрытое обожание, вызов и какое-то трепетное предвкушение, словно он ждал реакции, способной перевернуть его мир. - Что… Что это значит? – прошептал Руслан, чувствуя, как у него перехватывает дыхание и слова застревают в горле. Он боялся нарушить эту хрупкую, почти священную атмосферу. Даня, не отрывая взгляда от его губ, словно гипнотизируя его и притягивая к себе с непреодолимой силой, прошептал в ответ, обжигая его кожу своим горячим дыханием: - Это значит… что я твой, и я принадлежу тебе, Руслан. Что ты – часть меня. Что ты всегда будешь со мной. Навсегда. И, не давая парню опомниться и обдумать услышанное, не оставляя места для сомнений, он впился в его губы страстным, требовательным поцелуем, вкладывая в него всю глубину своих чувств и тоску по этому дню разлуки. Руслан ответил на поцелуй немедленно, забыв обо всем на свете, словно услышал долгожданный сигнал. Все его тревоги, сомнения и ревность, терзавшие его весь день, мгновенно исчезли, уступив место обжигающему желанию и благодарности. Он обхватил Даню руками, прижимая его к себе как можно ближе, словно боялся, что он снова исчезнет, чувствуя тепло его тела сквозь тонкую ткань толстовки и ощущая его близость как самое дорогое сокровище. Поцелуй становился все более интенсивным, глубоким и голодным, словно они пытались компенсировать все часы разлуки и тревоги одним этим прикосновением. Даня запустил пальцы в его волосы, слегка оттягивая их, вызывая у Руслана тихий стон, вырывавшийся из груди. Он нежно прикусил его нижнюю губу, заставляя его приоткрыть рот, и углубил поцелуй, исследуя каждый уголок его рта своим языком, сплетая их дыхание в единое целое. Воздуха катастрофически не хватало, легкие требовали кислорода, но они не могли оторваться друг от друга, словно приклеившись друг к другу магнитами. Это был поцелуй, полный страсти, любви и безудержного желания, накопившегося за долгий день ожидания. Поцелуй, который говорил больше, чем любые слова, подтверждая их связь и растворяя все сомнения. Наконец, обессиленные, но счастливые, они оторвались друг от друга, тяжело дыша, как после долгого бега. Лбы их соприкасались, словно замыкая круг, а глаза горели ярким огнем страсти и взаимного обожания. - Ты… – прошептал Руслан, пытаясь восстановить сбившееся дыхание и с трудом подбирая слова. – Ты… сумасшедший. Просто ненормальный. - Только по тебе, – промурлыкал Данила в ответ, слегка прищуриваясь и проводя кончиком пальца по его покрасневшей щеке, оставляя за собой легкий след. – И тебе это нравится. Признайся. Руслан ничего не ответил, лишь притянул Даню к себе для еще одного поцелуя. Но на этот раз он был другим – более нежным, ласковым и чувственным. Руслан целовал Даню медленно, наслаждаясь каждым мгновением, каждым прикосновением. Он оторвался от его губ и начал осыпать поцелуями его лицо – лоб, щеки, подбородок. Затем он спустился ниже, к шее, оставляя за собой дорожку горячих, влажных поцелуев. Даня застонал, запрокинув голову назад, позволяя возлюбленному делать все, что тот пожелает. Руслан нежно прикусил его шею, вызывая дрожь по всему телу. Он чувствовал, как у модашего учащается пульс, как он напрягается под его прикосновениями. Руслан продолжал целовать и ласкать его шею, постепенно спускаясь ниже, к ключицам. Он нежно целовал каждую косточку, каждый изгиб, вызывая у Дани стоны, полные наслаждения. Затем Руслан остановился и посмотрел Дане в глаза. В них он увидел лишь одно – безграничное желание. - Можно? – прошептал он, зная, что ответ уже известен. Даня лишь кивнул, прикрыв глаза. Руслан медленно начал расстегивать пуговицы на рубашке второго, открывая взору его гладкую, загорелую кожу. Он нежно провел пальцами по его груди, вызывая мурашки. Даня жадно вздохнул, когда старший наклонился и начал целовать его грудь, уделяя особое внимание соскам. Он слегка прикусывал их, вызывая у рыжего стоны, которые эхом отдавались в комнате. Руслан медленно спустился ниже, к животу, продолжая осыпать его поцелуями. Он чувствовал, как любимый напрягается под его прикосновениями, как его тело горит от желания. Ирис, до этого спокойно наблюдавший за происходящим, вдруг начал тереться о ноги Дани, словно пытаясь присоединиться к их страстному танцу. Руслан усмехнулся и, не отрываясь от Дани, нежно погладил кота. - Кажется, нам нужно кое-кого изолировать, – прошептал он, кивая в сторону Ириса, который с интересом наблюдал за происходящим. Даня усмехнулся, понимая, о чем идет речь. - Точно, – пробормотал он, тяжело дыша. – Нельзя, чтобы наш ребенок это видел. Руслан нежно поцеловал Даню в губы и подхватил Ириса на руки, отнеся его в спальню, закрыв за собой дверь. - Не скучай, малыш, – сказал он коту, погладив его по голове. – Мы скоро вернемся. Ирис, словно понимая, что происходит, спокойно устроился на кровати и начал мурлыкать. Вернувшись в гостиную, Руслан снова притянул Даню к себе и продолжил прерванное занятие. Теперь ничто не могло им помешать. Он медленно стянул с Дани рубашку, бросив ее на пол. Затем принялся расстегивать его джинсы, нежно касаясь его кожи. Рыжий жадно вздохнул, когда Руслан освободил его от одежды. Он стоял перед ним полуобнаженный, его тело горело от желания. Старший окинул его оценивающим взглядом, не скрывая своего восхищения. - Ты прекрасен, – прошептал он, притягивая Даню к себе для еще одного поцелуя. Но Даня перехватил инициативу. Схватив Руслана за бедра, он резко подхватил его на руки и направился к дивану. - Эй! – воскликнул Руслан, удивленный такой напористостью. Рыжий ничего не ответил, лишь ухмыльнулся, и швырнул парня на диван. Тот от неожиданности подпрыгнул, но младший тут же навис над ним, не давая опомниться. - Ты чего… – начал было Руслан, но Даня заткнул его поцелуем. Поцелуй был грубым и требовательным, Данила словно пытался доказать свою власть. Тушенцов ответил на поцелуй, подчиняясь его напору. Даня оторвался от его губ и посмотрел ему в глаза. - Раздвинь ноги, – прошептал он, его голос был полон желания. Руслан раздвинул ноги, готовясь принять Даню, но тот остановился, нависая над ним. - Ты уверен? – прошептал рыжий, глядя ему в глаза. Руслан лишь кивнул, сгорая от нетерпения. Даня медленно начал входить в Руслана, нежно растягивая его. Тот застонал, прикрыв глаза. - Расслабься, – прошептал Данила, целуя его в лоб. – Все будет хорошо. Он ждал, пока Руслан привыкнет к ощущениям, и только потом начал двигаться. Медленно и осторожно. Шатен стонал от наслаждения, обхватив Даню ногами. Он чувствовал, как парень заполняет его целиком, как его тело горит от страсти. Даня становился все увереннее, двигаясь все быстрее и глубже. Руслан отвечал ему стонами и поцелуями. Они двигались в унисон, словно танцуя страстный танец. Их тела горели от желания, а сердца бились в одном ритме. Руслан чувствовал, как приближается оргазм. Он крепче обхватил Даню ногами, царапая его спину. - Даня… – прошептал он, тяжело дыша. – Я сейчас… Даня усмехнулся и поцеловал его в губы. - Отдайся мне, – прошептал он в ответ. – Я позабочусь о тебе. И Руслан отпустил себя. Он закричал громче, чем когда-либо прежде, изливаясь, его тело содрогалось в конвульсиях. Даня почувствовал, как его обжигает горячая волна, и тоже не смог сдержаться, изливаясь, его тело содрогалось в унисон с телом парня. Они лежали, тяжело дыша, сплетясь в объятиях. Их тела были мокрыми от пота, а сердца бились в унисон.