Клятва Защитника среди листвы.

Ичиго тяжело вздохнул, глядя на лежащий перед ним труп. Длинные чёрные волосы которые казалось слились с его темным плащем, его черная кровь что растеклась по всему полу, впитываясь в трещины и падая вниз. Наконец после всего, Яхве был убит. Убит общими усилиями его, Исиды и конечно же Айзена. Серебряная стрела выпущенная Урю была тем что перевернуло весь бой и позволило Ичиго окончательно убить Императора Квинси. Хотя нет. Судя по небольшим движениям груди, Яхве был еще жив, но его быстро истощающийся запас рейши, был явным доказательством того что проживет он недолго. — Какое разочарование… из-за тебя… жизнь и смерть не потеряют своей формы… Все живые существа будут обречены продолжать жить в страхе смерти… На всю вечность. Ичиго посмотрел на убитого им бога с карими глазами, крепко зажмуренными, и смиренно нахмурился. Это было лицо жалости. — Яхве… ты говоришь мне, что это причина, по которой ты сделал все это? Твой эгоистичный, страх смерти? Ты убил миллионы. Тысяча лет войны, геноцида с обеих сторон… ради этого? Оно того не стоило. Ичиго взглянул на небо, туда, где, как он знал, за семьюдесятью двумя духовными барьерами находился Королевский дворец, а его самые близкие друзья находились в его стенах на расстоянии световых лет. Тучи разразились после катастрофической битвы, и солнечные лучи теперь освещали руины Общества Душ после нескольких дней пасмурного неба. Земля, на которой он стоял, была неровной, с вырванными с корнем древними деревьями и разорванной на части последней битвой, которая завершилась всего несколько минут назад. Последняя битва, которая завершила тысячу лет кровавой войны. Окружающие здания Сейрейтея были сотрясены на случайных высотах, все они были обращены в направлениях, в которых они не были всего десять дней назад. Десять дней, которые для выживших членов тринадцати отрядов дворцовой стражи казались вечностью назад. Через разбитую каменную площадь в Сейрейтее, с отрубленной рукой и дырой в груди больше головы, шаркал Айзен. Он не улыбался. Подойдя к быстро рассеивающемуся телу императора квинси, он пытался донести свою точку зрения, прежде чем Яхве умрет. На этот раз навсегда. — Соске… Айзен… — прохрипел Яхве. — Яхве… мир, который ты хотел создать, действительно мог быть лишен страха, — начал бывший капитан. — Но… в мире без страха смерти люди не могли бы столкнуться с этим страхом и искать надежду. Конечно, они могли бы продолжать идти вперед, просто живя… но это было бы совсем не похоже на то, чтобы идти вперед, побеждая собственные страхи. Застой — это тоже по своему форма смерти, не так ли? Гораздо хуже той, что даруют шинигами, — добавил он. — Скажи мне, разве ты не использовал страх смерти, чтобы создать Ликтрейх и Ванденрейх? Разве их успехов недостаточно, чтобы доказать силу мужества, чтобы двигаться вперед перед лицом страха или даже из-за него? Ичиго присвистнул, поворачивая голову, его духовный адреналин угас, хотя он оставался в банкае, натягивая на себя свой потрепанный сихакусё и оглядываясь через плечо. Тем не менее, он лишь наполовину сосредоточил свое внимание на Айзене, когда тот все время сталкивался с Яхве, пока тот продолжал разлагаться. Теперь было трудно сказать, где заканчивалось его черное духовное королевское рейрёку и начиналась его пролитая кровь. Может быть, они слились воедино, и поэтому были одним целым. Это не было его областью знаний; книги по биологии никогда не касались темы того, что случится с телом человека, если он поглотит сущность изуродованного трупа самого бога. — Ты только что это придумал? Айзен ухмыльнулся. — Талант к импровизации обычно появляется после столетий непрерывной актерской игры. Ичиго даже не мог набраться сил, чтобы спросить, что Айзен из всех людей делает на свободе, но, судя по черным печатям, которые он носил, покрывавшим его тело, словно забинтованный панцирь, его, вероятно, все еще удерживал Готей 13. В конце концов, это Айзен. Если бы он вырвался на свободу на своих условиях, его, вероятно, вообще не сдерживали бы сейчас. — Знаешь, на твоём месте я бы не стоял рядом с ним, — размышлял он. — Но нам нужно убедиться, что он мертв. Урю вырубили, так что если он снова оживет, у нас не будет этой серебряной стрелы, — ответил Ичиго, направляя Тенса-Зангецу без ножен на шею павшего короля. — Разумно. — Айзен поднял голову, его карие глаза сверкнули фиолетовым. — Ичиго… после того, как ты закончишь я должен посоветоваться с тобой о вакантном месте Короля Душ. — Король Душ? Ты имеешь в виду то тело в кристалле? Действительно ли эта штука управляла Обществом Душ все это время? — Да. Поскольку ты мой эксперимент, я не могу позволить, чтобы план Нулевого отряда воплотился в жизнь, — начал он. — Без стержня искусственно разделенные духовные планы снова сойдутся вместе. Реальность вернется к тому, какой она была изначально, до того, что ваш вид назвал бы Большим Взрывом. Это будет так, как Яхве пытался сделать, только еще более хаотично без его контроля. Хотя есть альтернативы, их основной план действий на случай чрезвычайной ситуации, скорее всего, включает замену одним из нас. Не доверяй Королевской страже. Это отвратительная судьба, особенно для моего драгоценного образца. Я должен предупредить тебя, мы, трансцендентные существа, единственные, кто может занять это место… Айзен замер, затем нахмурился. Его реатсу сместилась и стала гораздо более однородной, даже организованной. Когда он «заговорил» в следующий раз, это не было вербально или слышимо каким-либо образом. Айзен передал свои мысли через реацу, напрямую Ичиго, гораздо быстрее, чем когда-либо мог быть звук. — Мы поговорим позже, я настаиваю, чтобы ты немедленно прикончил Яхве. Он умирает, благодаря серебрянной стреле, но он едва в сознании. Кажется, он притворяется мертвым, так что мы не заметите. — Айзен махнул открытым глазом, давая понять, что, скорее всего, Яхве вот-вот предпримет последнюю отчаянную попытку. Бывший капитан уже поднимал палец вперед для хадо номер 99: Горютэнметсу; времени на заклинание не было. Ичиго даже не задумался, когда отреагировал. Он немедленно замахнулся, чтобы обезглавить Яхве обеими руками, выстроив клинок Зангецу в черный как смоль пылающий гецуга с белым оттенком. Когда клинок, разделяющий реальность, взорвался во много-много раз быстрее света, рассекая как блут вен, так и рейши Короля Душ, он пронзил самое могущественное существо во всех сферах Цикла Сансары, будь то духовное или физическое. Черно-красная кровь брызнула по его клинку, по лицу и рту. Это было мгновенно. Это было жестоко. Это было безжалостно. Это было необходимо. Яхве даже не смог отреагировать. Но даже так он был жив. — Ичиго Куросаки… Мой сын рожденный во тьме. — почему-то эти слова прозвучали гораздо зловеще чем они есть на самом деле. Он почувствовал небольшое колебание в своем реацу, но ничего более. Таким образом, Император Квинси испустил свой последний вздох. Рыжеволосы гибрид вздохнул, прежде чем сесть на землю и просто откинуться назад, позволяя напряжению в своем теле наконец рассеяться. Наконец-то все закончилось. Теперь со смертью Яхве, Тысячелетняя кровавая война была окончена. — Хо? — Ичиго отреагировал на звук что издал Айзен. Повернувшись назад, он увидел как Кьека Суйгецу рассыпалась в частицы рейреку, распадаясь прямо у Айзена на руках. Бывший капитан Пятого отряда не был обеспокоен, он лишь с интересом наблюдал за тем, как его собственный зампакто рассыпался в прах, прежде чем частицы собрались и направились в сторону определённого человека. — Эй, какого черта? — Ичиго прорычал, резко вставая, вообще не доверяя всему что связано с Айзеном. Частицы рейреку собрались, прежде чем собраться в образ женщины. Это была высокая и зрелая женщина, одетая в китайское платье в стиле ханьфу, с длинным зелеными волосами до поясницы. Узоры на ее платье в виде тёмного лотоса, с зеркальными и прозрачными узорами по всей ее одежде, само лицо же ее было скрыто прозрачной вуалью, которая создавала зеркальные миражи, не позволяя увидеть лицо женщины. Не трудно было догадаться кем была эта женщина, особенно после недавней сцены того как меч Айзена рассыпался в пыль. «Глаза» женщины были прикованы к Айзену, сверля его своим взглядом. Она была бесстрастна, страшна безналична в своем поведении к своему бывшему хозяину. Да… Это наверно было подходящее слово. Айзен никогда не считал ее кем-то равной себе. Она всегда была лишь его инструментом, а он был ее хозяином. Никогда не партнером. — Значит ты меня наконец покидаешь? — спросил Бывший капитан, смотря в глаза своего Занпакто. Странно было то что он тоже казался безразличным к этому. Словно бы он был готов к подобному. — Предатель, — прорычала Кьёка Суйгецу. Вместе со злостью, в ее голосе так же слышалась и боль. Она явно была зла. — Даже после всего этого, ты даже не потрудился со мной поговорить. Я бы простила тебя, если бы ты просто поговорил со мной. — она сжала руки и дрожала. Айзен был безмолвен. Он же лишь с небольшой долей интереса наблюдал за своим «мечом». — Я бы могла подарить тебе целый мир, дать тебе все что ты хочешь, стать кем ты только хочешь. Я бы поставила Мир перед тобой на колени, стоило бы тебе только попросить. Я была готова сделать для тебя Все, — на последнем слове она слегка заикалась, сдерживая обиду в своем голосе. — Но я всегда была недостаточно хорошо для тебя да? Променял меня на ту бездушную игрушку. Отдал меня ей в жертву. Она расслабилась. — Я больше так не могу. Это были ее последние слова, прежде чем та снова мгновенно рассыпалась, прежде чем просто впитаться в тело Ичиго. Глаза рыжеволосого гибрида были как блюдца. — Это что сейчас было? Ответом ему был лишь тяжелый вздох от Айзена и взгляд который Ичиго не знал как идентифицировать. Жалел ли Айзен о том что его собственный занпакто бросил его? Был ли он обижен? Может быть зол? Чувствовал ли он боль от предательства? — Лишь то, что уже давно назревалось. После того как Хогьеку посчитал что мне больше не нужен Занпакто, наша связь уже была оборвана. В голове у Ичиго случилось короткое замыкание, прежде чем он вспомнил о том, что имел ввиду Айзен. Их последняя битва. После использование Мугецу, он вспомнил как Занпакто Айзена тоже рассыпалось. Значит тогда связь между Кьека Суйгецу и Айзеном была разворована да? Неудивительно что она была так расстроена. Но его волновало не это — Ты был заперт все это время в пустом пространстве и даже не потрудился поговорить со своим Занпакто за полтора года? — Ичиго лишь помотал головой. — Нет, стой, что важнее, какого черта она перешла ко мне? Это вообще возможно? Разве она не часть твоей души? — Ичиго поморщился когда подумал об этом. Но Широ (белый) и Оссан (старик) молчали и ничего не комментировали, так что все пока должно быть в порядке… Наверно. — Хоть Занпакто и является частью души Шинигами и рождается от их связи, особо сильные Занпакто могут пережить своих хозяев и обзавестись новыми. — начал Айзен так же как и свои монологи раньше. — Например случай с Хьёренмару, ведь у него было два хозяина и еще до появления Капитана Хицугаи, он был признан сильнейшим ледяным занпакто. Айзен бросил на Ичиго многозначительный взгляд, прежде чем хмыкнуть. — Поздравляю, Куросаки Ичиго, даже сейчас ты находишь способы меня удивить и думаю что должен поздравить тебя с приобретением своего третьего Занпакто. Ичиго же оставалось только вздохнуть, когда усталость еще одной силы легла на его плечи. — К черту мою жизнь. *** Дальше же был целый круговорот событий. Ичиго вернулся к своему шикаю, прежде чем спуститься проверить своих друзей, в порядке ли они. Сейрейтей понес сильнейший удар, многие здания были разрушены почти до основания, тела погибших солдат обеих сторон лежали на земле истикая красной кровью, обожжённые, разбитые, раздавленные и просто разорванные тела Очень быстро был мобилизован отряд по зачистке и сбору тел для обеих сторон. Новый главнокомандующий Кьёраку Шинсуи созвал встречу, на которой так же присутствовали так же и Ичиго с Урю. Ичиго как герой войны и Урю как новый представитель Квинси. Белым манахом была дана возможность отступить на довольно строгих условиях, а так же был подписан новый договор который должны были поддерживать обе стороны. Если говорить коротко, то Квинси обязывались не использовать свои силы кроме Самозащиты и на пустых которые были Тогабито, а точнее души что были настолько испорчены что были приговорены к Аду. Были организованы похороны, многие погибшие шинигами были награждены посмертно и были выплачена определённая компенсация для их семей, если таковые имелись. Но даже так, Сейрейтей не мог сейчас многое дать, так как сейчас находился в критическом состоянии. Был так же срочно собран новый совт 46. *** — Йо, — сказал Ичиго, входя в Урахара Шётен. Прошло около двух недель с окончания Тысячелетней кровавой войны. — Ох, Ичиго, я рад что ты наконец пришел. Внутри Урахара Шётен помимо хозяина магазина были так же и Йоруичи, Отец, Иноэ, Чад, Исида и Синдзи с Рукией. — А что вы тут все собрались? Привет Рукия, Синдзи, как там дела в Сообществе душ? — Ичиго… Мы хотели тебе кое-что сказать. Только прошу выслушай нас до конца. — сказал Урахара без своей обычной веселости, слегка опустив свою шляпу так чтобы тень от нее упала на его глаза. Как будто этого было недостаточно, взгляды Рукии, Синдзи и Старика опустились. Они, кажется, уже знали, о чём пойдёт разговор. Ичиго же только махнул рукой, давая ему возможность продолжать. — Дело касается Короля Душ и Яхве, — начал Урахара, и Ичиго напрягся, услышав имя императора квинси. Совсем недавно он слышал похожее слово от Айзена… — Яхве полностью ушел из этого мира. Не осталось ни одной частицы его реацу, которая могла бы свидетельствовать о его существовании. Но вместе с тем, мы больше не можем использовать его тело для поддержания равновесия между тремя мирами. И тогда до Ичиго дошло.