GRABLEE

      Тэхён плохо спал, полночи ворочаясь и пытаясь понять, что он сделал не так. Он уже сто раз поругал себя за то, что позволил так откровенно прикоснуться к омеге. Но, с другой стороны, ему что, надо было просто стоять и смотреть, как Чонгук в своём прекрасной белой кофте растягивается на холодной земле, а Коврижка, получивший свободу, убегает в закат? Ну нет же!       Имея выходной в запасе, альфа не придумал ничего лучше, чем внезапно попасться Чонгуку на глаза. Ну, по крайней мере, попытаться. План — огонь, оставалось только найти предлог, под которым было бы не так стыдно заявиться к омеге. Не зря же он вчера весь день так внимательно его слушал. Что там Чонгуку нравится?       Как назло, в голову вообще ничего не шло, а потребность убедиться, что между ними всё в порядке… А между ними вообще хоть что-то есть? Или Тэхён сам всё придумал, сам в это поверил и теперь носится с «этим», накручивая себя всё сильней. А Чонгук просто пытался быть вежливым. А когда почувствовал, как его откровенно лапают, быстро всё прекратил, обрубая на корню поползновения в свою сторону.       Блядь… Всё сходится! Ну что ж, получается, что всё действительно так, вот только почему эти логичные мысли не пришли к нему хотя бы чуточку раньше, ещё до того, как он, не придумав ничего лучше, оторвал огромный кусок заживляющей плёнки, решив, что Чонгук, как профессионал, точно так это не оставит и позовёт его всё исправить.       Только вот теперь Тэхён уже уверен, что Чонгуку, в отличие от него, от этой встречи «не горячо, не холодно». Будь у Тэхёна такая плёнка, он бы, наверное, признал поражение и исправил ошибку, а теперь придётся реально идти и извиняться. Потому что не понял настолько жирного намёка Чонгука и возомнил себе, что может понравиться такому омеге. Тьфу, блин. Позорище.       Тем не менее, делать нечего, идти необходимо. И Тэхён оделся, в этот раз даже особо не задумываясь, в чём он предстанет перед Чонгуком, потому что, ну а какая теперь разница? Разве что на подходе, когда до цели оставалось чуть больше 15 минут, он всё же решил набрать Чонгуку, вдруг осознав, что омега может находиться вообще где угодно или быть занятым другим клиентом.       И почему мозг перестаёт нормально функционировать, когда дело касается этого омеги? — Тэхён? — запыхавшись. — Ты куда-то бежишь? — В аптеку. Уже в третью, если быть точным. — Что случилось? — останавливаясь. — Подавители. Хотел запить, меня толкнули. Таблетка в крошку, а другой с собой нет. — Что, совсем нет? — Дома есть. А у меня через 15 минут сеанс. Чёрт, как всё это невовремя… — Я принесу. Буду через 10 минут, — скидывая звонок.       Тэхён выдохнул, загружая на телефоне карту и параллельно оглядываясь по сторонам. Хоть одна аптека, но должна быть рядом. Конечно, никто не гарантирует, что там будут подавители, но у Тэхёна просто нет никакого права подвести сейчас Чонгука. Не тогда, когда омега так взволнован ситуацией.       Как вообще так вышло, что тот, кто так сильно оберегает свою тайну, допустил подобную возможность?       Тэхёну повезло. Окажись он где-то на окраине, шансов на успех было бы значительно меньше, а так, уже на выходе из второй аптеки, он сжимал заветную коробочку в руках. И даже думать не хотелось, насколько вреден для здоровья омеги постоянный приём таких препаратов. Тем более, когда делаешь это в угоду обществу.       В этот раз запыхавшийся Тэхён входил в салон с совсем другим настроением. Его уже не волновало присутствие других альф внутри и тонкие стены. Важен был лишь омега, сидевший в своём укрытии. — О, а вот и сам цветочек пожаловал, — вставая с кушетки. — Что? — не понимая прикола.       Тэхён видел этого альфу вчера. Он был одним из тех, кто встретил его на входе и одарил пренебрежительным взглядом. А сейчас он вот так просто сидел на кушетке напротив Чонгука, болтая ногами и называя его — Тэхёна — цветочком. С чего бы вдруг? — Перестань, — шикая на товарища, — Тэхён, это Санмин, он работает тут, но сегодня в роли клиента. — А это Тэхён, — указывая на взмыленного альфу. — Пойду покурю, — Санмин спрыгнул с кушетки, обворожительно улыбаясь Тэхёну и подмигивая Чонгуку.       Тэхён пропустил парня, чуть не столкнувшись с ним лбами в проходе. Надо сказать, что этот альфа хоть и был такого же роста, как он сам, но выглядел при этом намного крупнее. Тэхён бесился, видя, как свободно он общался с Чонгуком, позволяя себе даже подмигнуть омеге.       И, видимо, весь его вид сейчас транслировал его недовольство, иначе как объяснить, что, проходя мимо, альфа затормозил, чтобы тихо прошептать ему: — Не парься, я не претендую, — поднимая руки в сдающемся жесте, — от него твоими цветами за версту несёт.       Сказать, что Тэхён охуел от такого контекста, — ничего не сказать. За эти две секунды, что он молчал, его мозг несколько раз перекатывал в голове услышанную фразу, убеждаясь, что этот Санмыр или как там его, решил, что он — никто иной, как омега Чонгука. Охереть. Так его ещё никто не называл.       С другой стороны, а что ему ещё было думать? Тэхён с порога чувствовал, как ярко пах Чонгук. А зная его рвение скрыть правду о себе, он вполне мог сам выдвинуть эту теорию, заявив, что просто не успел принять душ и смыть с себя запах своего омеги после горячей ночки. И это было бы мерзко, не иди речь о Чонгуке.       О Чонгуке, который, кажется, пискнул, прижимая ладонь к губам, когда всё же расслышал реплику этого полоумного. И ему бы сейчас на правах, прости господи, альфы Тэхёна вступиться за свой цветочек, но почему-то он молчал, позволяя своему дружку в полной мере показать Тэхёну, почему некоторые омеги предпочитают скрывать свою сущность.       Тэхён проморгался, переводя взгляд на абсолютно побелевшего от всего этого ужаса Чонгука, мило улыбаясь и включаясь в эту игру. От него не убудет. А этот Сынмыр, или как там его, пусть знает, что Чонгук занят! — Ну я же как-то должен дать понять остальным, что он занят.       Тэхён широко улыбнулся, пропуская поверженного противника и заходя внутрь. Он даже успел забыть, зачем пришёл, занимая место альфы на кушетке и смотря на Чонгука. Притихшего Чонгука, закрывшего лицо руками.       И всё же Тэхён рад, что застал такую сцену. Нет, ему безумно жаль, что Чонгуку приходится существовать в таких условиях, зато теперь он полностью понимает его и его выбор. И пусть в глазах приятелей Тэхён будет его омегой, вообще не важно, главное, чтобы вместе. Если, конечно, Чонгук позволит. — Дай, пожалуйста, — отлепляя одну руку от своего лица и протягивая альфе.       До сих пор не отошедший от недавнего представления Тэхён даже не сразу понял, что именно хотел омега, протягивая к нему руку. И только спустя долгие пару секунд с протяжным «ааа» сунул руку в карман, доставая заветную коробочку и выдавливая Чонгуку на руку сразу 2 таблетки. Чтобы наверняка. Хотя, он совсем не против, чтобы от Чонгука и дальше пахло «его» цветами.       Омега быстро проглотил таблетки, возвращаясь к своему исходному положению, и не собирался покидать своё «убежище». Сказать, что ему сейчас стыдно — ничего не сказать. Ну а что ему ещё было делать? Всё произошло так быстро, он даже не успел толком сориентироваться, просто плывя по течению и соглашаясь с услышанным. Кто же знал, что Тэхён зайдёт внутрь? Вот и он не знал. И вообще, а зачем он звонил?

*****Flashback*****

15 минут назад…

      Чонгук влетел в студию, не замечая никого на своём пути и даже не здороваясь. Такое поведение ему несвойственно, но сегодня на то были свои объективные причины. Во-первых, он проспал. Во-вторых, его последняя таблетка канула в лету, вернее сказать, была безжалостно растоптана посетителями Старбакс, когда один идиот решил, что нормально переть вперёд, смотря при этом куда-то в сторону.       В-третьих, футболка, в которой он был, до сих пор была мокрой и липкой от пролитого на неё сладкого кофе. И финалочка: ни в одной из аптек на его пути не оказалось подавителей. Это как вообще? И почему он не додумался вчера проверить таблетницу, прежде чем уехать ночевать к Чанылю?       Чонгук решил не высовываться. Вряд ли его запах сейчас настолько сильный, что посторонние могли его почувствовать. Ещё по дороге он собирался оформить онлайн-заказ с доставкой в студию, думая, что ничего страшного, если в ближайший час в его кабинете будет отдалённо пахнуть цветами. С его-то педантичной обработкой помещения, скорее там будет стоять спиртовой запах, перекрывающий его природный.       Звонок Тэхёна оказался для него полной неожиданностью. До этого они просто переписывались, а тут бац — и звонок. Чонгук даже успел напрячься, предполагая самое страшное и живо представляя, как Тэхён где-то там лежит в канаве, корчась от аллергии или какого-нибудь заражения. Тьфу-тьфу-тьфу, не дай бог!       Альфа удивил, заверяя, что принесёт нужные подавители. В любом случае, времени у Чонгука уже не оставалось, а перспектива просидеть полтора часа сеанса, благоухая на весь кабинет, никак не радовала. Вот только он не учёл, что от волнения его запах значительно усилился, выдавая его с потрохами. — Фига у тебя тут цветочками пахнет! — вваливаясь раньше положенного. — Чего? — принюхиваясь к самому себе. Неужели так сильно пахнет?       Чонгук судорожно перебирал варианты отступления. Это не первая заминка в его жизни. Точнее, не так. Бывало, что он приходил, совсем слегка источая свой природный запах и оправдываясь то надетой чужой одеждой, то, да простят его за это, течным омегой под боком. Да, стыдно! Но лучше так, чем признаться, что это твой запах. — Весёленькая ночка, да, Чон? — не унимался альфа.       Чонгук предпочёл многозначительно промолчать, надеясь, что тому надоест и он сам прекратит его подкалывать. Но, увы. Это же альфа. Чуда не произошло. — Это тот твой стеснительный, да? — громко смеясь, — ты бы хоть проветрил, а то всех омежек распугаешь. Или у вас того, всё серьёзно?       Блядь. Ну почему он работает с таким идиотом! Не будь у Санмина внушительной базы постоянных клиентов, Чонгук бы уже выпнул его со всеми его дебильными альфьими шуточками.       И всё же Чонгук последовал совету, приоткрывая окно и не понимая, почему он сам этого до сих пор не сделал. Обстановка с каждой минутой становилась всё более напряжённой, и приход Тэхёна сейчас был бы совсем некстати. Так что Чонгук поспешил достать из кармана телефон, отворачиваясь к окну и быстро набирая сообщение. Лишь бы он успел прочитать и не зашёл внутрь…       Вот только альфа оказался быстрее.

***** End of Flashback*****

      Омега молчал, по-прежнему пряча лицо и, очевидно, стыдясь того, что произошло. — Чонгук, — присаживаясь на корточки перед омегой. — Нет, Тэхён, — не давая альфе отнять руки от своего лица, — ничего не говори.       И он бы мог последовать совету, вот только прекрасно видел, что Чонгук не в порядке. Альфа шёл сюда, чтобы хотя бы попытаться наладить их отношения после вчерашнего. А на деле стало только хуже. Да он эту дурацкую плёнку еле отодрал от кожи, выдёргивая, казалось, абсолютно все волоски на её поверхности ради этого момента. — Всё в порядке, — аккуратно придерживая чужое запястье.       На этот раз Чонгук поддался, отнимая руки от лица и смотря сверху вниз на альфу, сидящего на корточках между его широко расставленных ног. И Тэхёна, похоже, вообще ничего не смущало. Ни то, что его парой минут ранее назвали омегой, ни то, что он даже не вступился за него, затыкая тупой рот, выдавший это, ни то, что Санмин вот-вот вернётся, заставая их в такой позе. Тэхёну как будто было абсолютно плевать на всё. — Не в порядке, — крича шёпотом, — я буквально заживо сгораю от стыда, а ты говоришь, что всё в порядке? — не унимался Чонгук.       И лучше так, думал Тэхён, смотря на омегу, чем если бы он так и продолжал сидеть, пряча своё лицо. — Да из-за моего вранья тебя только что обозвали омегой, как ты можешь делать вид, что тебя это не задело?       Он, правда, не понимал. Внутри себя Чонгук был благодарен, но теперь даже смотреть на Тэхёна не мог. Всякий раз перед глазами его охреневшее лицо и слова Санмина. Урода кусок! — Не просто омегой, а твоим омегой, — мягко улыбаясь.       Чонгук отказывался его понимать. Но внутри старался успокоиться. Как бы там ни было, впереди его ждал полуторачасовой сеанс наедине с худшим представителем противоположного пола и кучей сексистских шуточек в адрес его «пары». Надо попробовать отключиться и просто сделать свою работу. — Зачем ты звонил? — возвращаясь к главному. — А, точно, — закатывая рукав толстовки, — у меня тут это, оторвалась, короче.       Чонгук даже не пытался сдержать смешок. Оторвалась? Серьёзно? Скорее оторвал. При чём так варварски, не жалея собственную руку. — Вот я и подумал, что надо срочно переклеить, — снимая кофту для чужого удобства, — в этот раз буду осторожнее, — зачем-то добавляя.       Чонгук решил не комментировать. И так всё понятно. Очевидно, Тэхён просто искал повод ещё раз увидеться. И это не могло не льстить. Омега открыл ящик, доставая рулон плёнки и отрезая нужное количество. Даже мило, что Тэхён не пожалел себя, хоть и по-дурацки, конечно. — Что с твоей футболкой? — только сейчас замечая пятно. — Пала в неравном бою с открытым стаканчиком кофе.       Тэхён шумно вдохнул сквозь стиснутые зубы, представляя, насколько неприятным было это столкновение. Горячий кофе с утра пораньше бодрит, только если он В тебе, но никак не НА тебе. — Есть во что переодеться?       Чонгук аккуратно приклеивал плёнку, склоняясь над рукой Тэхёна и отрицательно мотая головой. Была бы у него свежая одежда — он бы не сидел тут в грязной. Санмин предлагал ему свою майку, но это как-то слишком. Тем более после того, что тот успел наговорить за эти пару минут наедине в его кабинете. — Я могу дать тебе свою, — на всякий случай предлагая, — я всё равно в кофте.       Чонгук поднял на него взгляд. Но не для того, чтобы оценить футболку альфы и прикинуть, может ли она подойти ему, а для того, чтобы понять, не шутит ли он. И, судя по его виду, не шутил. Поэтому Чонгуку ничего не мешало рискнуть, согласно кивая головой.       Тэхён тут же стянул с себя футболку, выворачивая и передавая в руки омеги, а сам быстро натянул толстовку, тут же закатывая рукава. — Отвернись, — видя, что альфа так и собирался стоять, не понимая, почему Чонгук не торопится.       Альфа кивнул, вставая и смотря за входом. Не хватало, чтобы тот, айщ, ну что за имя такое, припёрся и увидел омегу без одежды. — Я всё, — послышалось из-за спины, и Тэхён поспешил повернуться.       Чонгуку невероятно шла его футболка. Как будто она была из его гардероба, такая же объёмная и с графическим принтом на спине, как он любит. И, судя по его виду, он и сам был доволен такой заменой. В любом случае, всё лучше, чем сидеть в мокрой и липкой футболке. — Ну что, я тогда пойду? — переминаясь с ноги на ногу и собираясь развернуться обратно к выходу.       Чонгук просто не мог его так отпустить. Альфа буквально спас его, сначала принеся таблетки, потом подыгрывая в весьма унизительном спектакле, а теперь и отдавая свою футболку. И всё это за каких-то полчаса! Сложно представить, чтобы кто-то ещё из его окружения сделал бы так много для него. Да ещё и не требуя ничего взамен. — Стой, — собираясь с мыслями, — у тебя же сегодня выходной? — получая кивок.       Чонгук мялся. Вроде и всё очевидно, но, с другой стороны, всё равно как-то мандражно что ли. — Может, сходим куда-нибудь вечером? — робко предлагая. — Давай, — широко улыбаясь, — во сколько за тобой заехать? — Я закончу через полтора часа, потом сбегаю выгулять Коврижку, а то он со вчерашнего вечера один, потом ещё сеанс… — Погоди, — недоумённо перебивая, — в смысле со вчерашнего вечера один? Ты ночевал не дома?       И Тэхён знает, что не имеет никакого права задавать омеге подобные вопросы, но ничего не может с собой поделать. Он тут, на секундочку, борется за его сердце. А Чонгук, оказывается, куда-то уезжает на ночь глядя. Это он ещё не говорит, что у Коврижки так-то режим, и оставлять его одного так надолго, нельзя. — Да, я уехал к другу, — отмахиваясь от вопроса, — освобожусь около 18 и можем сразу идти.       Тэхён кивал, старательно делая вид, что чужие слова его никак не ранили. Вечером узнает, что там за друг такой, к которому можно ворваться посреди ночи. А главное, зачем? Он кинул быстрое «буду вовремя», выходя из закутка и уже не слышал тяжёлого омежьего вздоха.

***

      Подходя к салону, Тэхён увидел Чонгука, стоявшего на крыльце и рассматривающего что-то в телефоне. Нет, он не опоздал, наоборот, по привычке пришёл раньше, но, видимо, и омега сегодня справился раньше намеченного.       Альфа не мог не заметить, что Чонгук так и остался в его футболке. Он же, вроде, ходил домой, чтобы выгулять Коврижку, или он что, закрыл бедного пса одного дома чуть ли не на сутки? Неееет. В таком случае Тэхён просто обязан зачитать ему огромную лекцию для начинающих собачников. Нельзя же так с ребёнком! — Привет, — останавливаясь в метре от омеги, — ты уже закончил? — Да, порядок, — заглядывая через стеклянную дверь в салон, — ну что, пошли? — Куда пойдём? — Вообще, я хотел сначала заскочить поесть, а потом сходить на выставку, тут недалеко.       Чонгук всеми силами старался абстрагироваться от дневной истории. Он полдня уговаривал себя написать или позвонить Тэхёну, чтобы поскорее извиниться и отпустить всё это, забыв, как страшный сон. Но в конечном итоге решил, что правильнее будет это сделать лично. Они ещё не так хорошо знают друг друга, чтобы Тэхён смог прочувствовать всё его раскаяние через строки сообщения.       Ужин, ставший Чонгуку скорее обедом, затянулся чуть ли не на полтора часа, потому что Чонгук твёрдо решил извиниться прямо сейчас, но всякий раз это «прямо сейчас» откладывалось на 5 минут: то момент не тот, то музыка вдруг стала слишком громкой, то Тэхён ест, не дай бог подавится ещё. В общем, Чонгук ждал знака свыше.       И дождался. — Чонгук, ты бы… — Погоди, — перебивая альфу, — сначала я скажу, а то я так никогда не решусь!       Тэхён кивнул, откладывая палочки и складывая руки на столе, всем своим видом давая понять, что он готов слушать. Хоть он и не был уверен, что готов. Мало ли, Чонгук собрался тут толкать прощальную речь? Типа: «всё, Тэхён, надоел ты мне. Пойду к этому Мырмуру». Чёрт, да этот альфа даже у него в голове умудряется всё испортить! — Я хотел извиниться, — выдерживая паузу.       Ну вот и всё. Сейчас будет что-нибудь про «дело не в тебе, а во мне», «не держи зла», «жопку Коврижке так и быть помою сам» и ещё всякое бла-бла-бла. — Я не говорил Санмину, что от меня пахнет тобой, — ёжась от стыда, — но и не поправил его, когда он это предположил, — опуская голову, — а я должен был сказать. Прости, что тебе пришлось всё это услышать. Мне так стыдно. Я ещё не скоро смогу забыть этот кошмарный день.       Фух. Какое напряжённое извинение, однако. — Я тоже ещё не скоро его забуду, — мягко улыбаясь, — только вот я запомнил его по-другому, — вызывая недоумение в глазах напротив. — Как это, по-другому? — Нуу, меня дважды за сегодня назвали твоим парнем, и ты ни разу это не опроверг, — загибая сразу два пальца, — мы ужинаем в прекрасном месте, а потом пойдём на выставку, и я боюсь произнести то слово на букву «с», но теперь мне кажется, это оно, — загибая средний палец и зеркаля улыбку омеги, — ну и самое главное, ты до сих пор в моей футболке, хоть и был дома, — загибая указательный палец и поднимая большой вверх, — так что пока этот день один из лучших в моей жизни.       Чонгук смеялся, прикрывая ладошкой лицо. Ему невероятно полегчало после услышанного. Кто бы мог подумать, что они, смотря на одну и ту же ситуацию, видели её совершенно под разным углом. Чонгук был уверен, что Тэхён возмущён и оскорблён услышанным. По крайней мере, любой другой альфа из его окружения по меньшей мере бы высказал Чонгуку всё, что о нём думает, попутно растрепав всем вокруг его маленький секрет. Но не Тэхён. И вот опять он доказывает, что «выглядеть как альфа» и «быть альфой» — это абсолютно разные понятия. — Ты не ответил, — прищурившись, — ты же был дома и выгулял Коврижку, да?       Всё-таки ветеринар, сидящий внутри альфы, требовал убедиться, что с животным всё в полном порядке, и он не разгромил Чонгуку квартиру в отместку за такое отношение к себе. Сколько горе-хозяев вот так оставляют своих питомцев одних чуть ли не на сутки, потому что самим вдруг захотелось побыть за городом ещё денёк или что-то подобное.       А то, что животному в это время уже нечего есть и, более того, оно мучается от невозможности справить нужду, прекрасно понимая, что дом — это не то место, где можно сделать все свои дела. А потом хозяева возвращаются, наблюдая дома полный хаос, потому что собака металась там в поисках хоть какого-то места для туалета и еды, и приводят к нему с неутешительным: «усыпите, он какой-то бешеный». И это, увы, реальность, а не вымысел. Даже думать не хотелось, что и Чонгук мог оказаться одним из них. — Конечно, выгулял! Тэхён, мне провели настолько углублённый инструктаж по этой собаке, — вспоминая ту длиннющую лекцию, — и то, что он потерялся в парке, было чистой случайностью. В остальном я самый ответственный псевдо-хозяин в мире.       Тэхён пару раз кивнул, широко улыбаясь и полностью обеляя Чонгука в своей голове. — Я вот вообще не удивлюсь, если окажется, что в его ошейнике всё это время был какой-нибудь датчик отслеживания и скрытая камера, —ярко жестикулируя, — серьёзно! А папа по приезде усадит меня на стул и устроит разбор полётов, —тут же ёжась от своих слов, — как представлю, сразу страшно становится.       Тэхён смеялся, видя на лице Чонгука реальный испуг и в очередной раз умиляясь. Сильный и уверенный Чонгук — это, конечно, секси, но вы вообще видели этого большеглазого мальчишку, что сидит внутри него и иногда выходит наружу, хлопая глазками и суетливо прикусывая нижнюю губу? Вот он ещё более охеренен. — Ой, — останавливая свой словесный поток, — я же тебя перебил! Что ты хотел сказать?       Тэхён продолжал смеяться, растворяясь в омеге перед собой и отмахиваясь рукой от его вопроса. Что он там хотел? Да неважно! Как же хочется подольше побыть рядом. Иметь возможность обнимать и прижимать к себе, как тогда. Видеть его улыбку, смущение и попытки быть полностью искренним. Хотелось побольше вот такого, настоящего Чонгука. — Хотел спросить, будешь ли ты десерт. — Неее, — откидываясь на спинку стула, — я и так съел больше, чем планировал. — Тогда пойдём? — получая кивок.       Тэхён подозвал официанта, прося счёт и краем глаза замечая, как Чонгук потянулся за своим кошельком. Что ж, вполне в его стиле. — Чонгук? — привлекая омегу. — То слово на букву «с», — слыша звонкий смех, — если это правда оно, — задумываясь на секунду, — хотя, даже, если нет, всё равно светить кошельком буду я, а не ты. — Ну это же я тебя позвал, значит, и платить мне.       Вообще, Чонгук был согласен не платить. Но хотелось, чтобы Тэхён ещё немного его поуговаривал. Ведь подобное крайне непривычно, но до одури приятно. Все эти около-свидания или как это назвать, так волнуют, добавляя азарта в его жизнь. — Чонгук, — тяжело выдыхая, — позволь мне хоть немного о тебе позаботиться.       Из кафе они направились прямиком на выставку. Если честно, Тэхёну было вообще без разницы, что там за картины висели. Если речь вообще о полотнах, а не о фотографиях или каких-нибудь, прости господи, монетах. На секунду он даже подумал, что Чонгук мог вести его на выставку домашних животных, ну мало ли?       Слава богу, обошлось. Всего-то картины. «Анатомия Кубизма» — гласила вывеска на входе. Тэхёну это ровным счётом ни о чём не говорило, но он не мог не заметить, что все представленные полотна были весьма графичны. «Кубизм». Надо запомнить. Для Тэхёна вся эта выставка не больше, чем легальный способ сфотографировать Чонгука на свой телефон.       Надо сказать, что у него уже есть парочка его фото, скачанных со страницы салона, но это всё не то. Там какой-то другой Чонгук. Тот ненастоящий. А у этого, который вот уже минуты три восторженно пялится на винегрет из треугольников и кругов перед собой, азарт в глазах. Тэхён старался не мешать, полагая, что Чонгук пришёл сюда вдохновиться на новые работы. Так что просто стоял неподалёку, иногда доставая телефон и делая фото на память.       Чонгуку потребовалось чуть больше часа, чтобы обойти всё, хоть там и было то не больше 30 полотен. Тэхён вот справился минут за 15. Это ещё с учётом того, что где-то он подслушивал экскурсовода, присоединяясь к небольшой группе, и старался хоть в чём-то разобраться, но быстро плюнул, решая для себя, что экскурсовод уж слишком притягивает за уши все факты.       Возвращаясь к Чонгуку, он увидел, что рядом с омегой тёрся какой-то парень, искренне не понимая, какого хрена тот себе позволяет, и направился прямой наводкой к ним. Чонгук, судя по всему, пытался держать дистанцию, но этот проворный омега буквально вешался на него. Какие же они все слепые, господи. — А я уже всё посмотрел, — подходя сзади и окольцовывая талию Чонгука, — кто это? — укладывая голову на плечо омеги. — Я уже ухожу, — поджимая губы и спешно удаляясь. — Какой утомительный, — облегчённо выдыхая, — я думал, он не отстанет. — Нууу, я на правах твоего омеги, сегодня имею полное право отгонять от тебя всяких неугодных, — посмеиваясь и даже не думая размыкать руки.       Чонгук продолжал смотреть на картину, прекрасно чувствуя чужие руки на своей талии, и не собирался с этим ничего делать. Сколько бы он ни всматривался в полотно, пытаясь найти в нём какую-то частичку самого автора, все мысли неизменно устремлялись в сторону альфы, склонившего свою голову ему на плечо.       И опять все эти мысли и чувства вытесняли всё остальное из его головы. Может, Чаныль прав, и ему просто стоить перестать накручивать себя и принять свою симпатию к альфе? Тем более, когда омега уверен в том, что она взаимна?